УИД 11RS0005-01-2020-007583-57 Дело № 2-5489/2021

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Сыктывкарский городской суд Республики Коми

в составе председательствующего судьи Платто Н.В.

при секретаре Старцевой И.М.,

с участием истцов ФИО1, ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Сыктывкаре

12 июля 2021 года гражданское дело по иску ФИО1 ..., ФИО2 ... к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации, Российской Федерации в лице Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации, Ухтинскому городскому суду Республики Коми, Управлению Судебного департамента в Республике Коми о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 и ФИО2 обратились в Ухтинский городской суд с исковым заявлением к Ухтинскому городскому суду о взыскании по 1 000 000 руб. каждому компенсации морального вреда, причиненного содержанием их во время судебных заседаний в Ухтинском городском суде Республики Коми за железными ограждениями /как указали истцы, «в металлических клетках»/.

Определением Ухтинского городского суда Республики Коми от 24.12.2020 истца отказано в принятии искового заявления к производству суда.

Апелляционным определением Верховного Суда Республики Коми от 18.03.2021 названное определение отменено с направлением материала в суд первой инстанции для решения вопроса о принятии к производству.

Определением Ухтинского городского суда Республики Коми от 21.04.2021 дело по иску ФИО1 и ФИО2 передано для рассмотрения по подсудности в Сыктывкарский городской суд Республики Коми.

На основании статьи 40 Гражданского процессуального кодекса РФ в связи с характером спорного правоотношения к участию в деле в качестве соответчиков привлечены Управление Судебного департамента в Республике Коми, Российская Федерация в лице Министерства финансов Российской Федерации и Российская Федерация в лице Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации, в качестве третьего лица привлечено УФСИН России по Республике Коми.

В судебном заседании, проведенном путем видеоконференцсвязи, истцы, отбывающие пожизненное наказание в местах лишения свободы, настаивали на удовлетворении заявленных исковых требований.

Представители ответчиков и третьего лица в судебное заседание не явились, извещены, суд определил рассмотреть дело в их отсутствие.

Заслушав объяснения истцов, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что Ухтинским городским судом Республики Коми рассматривалось уголовное дело №..., по которому ФИО1 и ФИО2 являлись потерпевшими.

С непосредственным участием потерпевшего ФИО2 в здании Ухтинского городского суда Республики Коми было проведено 65 судебных заседаний, а с участием потерпевшего ФИО1 – 64 судебных заседания.

Для участия в судебных заседаниях потерпевшие доставлялись в суд под конвоем на основании требований об этапировании в связи с содержанием их в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Республике Коми, будучи осужденными по другому уголовному делу к пожизненному лишению свободы, и находились в залах судебных заседаний за металлическими ограждениями.

По доводам истцов, помещение их за железные ограждения причинило им нравственные и физические страдания, поскольку они, являясь потерпевшими по уголовному делу, фактически находились на скамье подсудимых.

17.11.2020 истцами подавалась жалоба на имя председателя Ухтинского городского суда Республики Коми с требованием запретить их содержание в металлических клетках во время судебных заседаний.

Письмом от 26.11.2020 истцам сообщено об отсутствии возможности обеспечить их нахождение в зале судебных заседаний в ходе рассмотрения уголовного дела вне решетчатого ограждения со ссылкой на то, что, являясь потерпевшими по уголовному делу, они находятся в статусе осужденных к пожизненному лишению свободы по приговору суда.

Согласно статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса РФ в случае причинения гражданину морального вреда (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства.

Статьей 16 Гражданского кодекса РФ предусмотрена обязанность возмещения Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием убытков, причиненных гражданину или юридическом лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов.

Гражданским законодательством установлены дополнительные гарантии для защиты прав граждан и юридических лиц от незаконных действий (бездействия) органов государственной власти, направленные на реализацию положений статей 52 и 53 Конституции Российской Федерации, согласно которым каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц, в том числе злоупотреблением властью.

В соответствии со статьей 1069 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов подлежит возмещению на общих основаниях, то есть при условии наличия вины в действиях причинителя вреда.

Обязательным условием наступления ответственности является совокупность элементов состава правонарушения: наличие вреда; вина причинителя вреда; причинная связь между наступившим вредом и действиями (бездействием) причинителя вреда; противоправность действий (бездействия).

Для применения ответственности за вред, причиненный Управлением Судебного департамента в Республике Коми, также необходимо доказать наличие вины причинителя, которая в соответствии со статьей 1069 ГК РФ может быть в форме умысла и неосторожности. 

Таким образом, применительно к данному делу факт наличия или отсутствия вины в действиях должностных лиц является юридически значимым обстоятельством.

Правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон (статья 12 ГПК РФ). Согласно статье 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Доказательств наличия умысла либо неосторожности в действиях (бездействии) должностных лиц, которые могли бы повлечь причинение морального вреда, стороной истцов суду не представлено, а судом не добыто.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации). 

Российская Федерация как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации (статья 1 Федерального закона от 30.03.1998 №54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней»). Поэтому применение судами вышеназванной Конвенции осуществляется с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

В соответствии со статьей 21 Конституции Российской Федерации никто не должен подвергаться пыткам или жестоким, бесчеловечным или унижающим достоинство обращению и наказанию. Данной норме корреспондируют принятые на себя Российской Федерацией обязательства, закрепленные международными правовыми актами, являющимися согласно части 4 статьи 15 Конституции РФ частью ее правовой системы: статья 5 Всеобщей декларации прав человека, статья 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, статья 7 Международного пакта о гражданских и политических правах.

Так, согласно статье 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1950 никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Аналогичные нормы содержатся и в статье 7 Международного пакта от 16.12.1966 «О гражданских и политических правах».

Наряду с этим статьей 10 Международного пакта провозглашено, что все лица, лишенные свободы, имеют право на гуманное обращение и уважение достоинства, присущего человеческой личности.

Между тем, статья 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации допускает возможность ограничения федеральным законом прав человека и гражданина как средство защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. 

Такие ограничения, в частности, могут быть связаны с применением к лицам, совершившим преступления, уголовного наказания в виде лишения свободы и сопряженных с ним иных ограничений.

Относя принятие уголовного и уголовно-исполнительного законодательства к ведению Российской Федерации, Конституция Российской Федерации (статья 71, пункт «о») тем самым наделяет федерального законодателя полномочием предусматривать и иные ограничительные меры в отношении лиц, совершивших преступления и подвергнутых наказанию, которое по самой своей сути, как следует из пункта 1 статьи 43 Уголовного кодекса РФ, заключается в предусмотренном законом лишении или ограничении отдельных прав и свобод этих лиц. 

Вопросы правовой регламентации содержания и размещения лиц, содержащихся под стражей, определены нормами Федерального закона от 15.07.1995 №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», который в рассматриваемом случае применяется судом с учетом положений пункта 3 статьи 77.1 Уголовно-исполнительного кодекса РФ.

Статьей 4 указанного Закона предусмотрено, что содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

В соответствии с нормами указанного Закона залы судебных заседаний в судах общей юрисдикции к местам содержания под стражей не отнесены.

Вышеуказанные помещения являются частью зданий судов и лица, находящиеся под стражей, в них не содержатся, а доставляются в здание суда и временно там находятся для участия в судебном процессе и других мероприятиях, предусмотренных действующим законодательством. 

Соответственно на таких лиц распространяются все требования и регламенты, предусмотренные для всех без исключения граждан, находящихся в зданиях судов.

В соответствии с положениями Федерального закона от 08.01.1998 №7-ФЗ «О Судебном департаменте при Верховном Суде Российской Федерации» Судебный департамент осуществляет организационное обеспечение деятельности судов, под которым понимаются мероприятия кадрового, финансового, материально-технического и иного характера, направленные на создание условий для полного и независимого осуществления правосудия.

Группа помещений для подсудимых и конвоя, а также залы судебных заседаний в здании Ухтинского городского суда Республики Коми полностью соответствуют положениям Свода правил по проектированию и строительству СП 31-104-2000 «Здания судов общей юрисдикции» (утвержденного Приказом Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федераци от 02.12.1999 №154 и утратившего силу лишь в связи с изданием Приказа Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации от 22.04.2014 №96).

Так, указанным Сводом правил было предусмотрено, что в целях соблюдения требований безопасности в залах судебных заседаний для слушания уголовных дел должны быть установлены металлические заградительные решетки высотой 220 см, ограждающие с четырех сторон место для содержания подсудимых во время проведения судебных процессов.

В настоящее время при проектировании и строительстве зданий судов общей юрисдикции применению подлежит Свод правил СП 152.13330.2012 «Здания судов общей юрисдикции. Правила проектирования», утвержденный приказом Федерального агентства по строительству и жилищно-коммунальному хозяйству от 25.12.2012 №111/ГС.

Согласно требованиям Свода правил 152.13330.2012, для слушания уголовных дел место для размещения лиц, содержащихся под стражей, должно быть огорожено с четырех сторон на высоту не менее 2,2 м, формируя таким образом защитную кабину, которая может быть выполнена как из металлической решетки с диаметром прута не менее 14 мм, так и из прочного стекла (изолирующая светопрозрачная).

Указанный Свод правил распространяется на проектирование вновь строящихся и реконструируемых зданий судов общей юрисдикции. При этом в соответствии с п.1.2 Свода правил 152.13330.2012 для реконструируемых зданий настоящий Свод следует использовать по возможности.

Следовательно, доводы истцов о нарушении их конституционных прав содержанием в период судебных заседаний за металлическими ограждениями не свидетельствуют о нарушении ответчиками их неимущественных прав, поскольку оборудование места содержания подсудимых, а также и иных лиц, содержащихся под стражей или осужденных к реальному лишению свободы, в залах судебных заседаний иным образом действовавшими в период строительства здания суда нормативными актами не предусматривалось.

Доказательств обратного по делу не представлено.

Ссылка истцов на решения Европейского Суда по правам человека, который по аналогичным жалобам и обстоятельствам признавал нарушение прав человека, судом во внимание не принимается в силу следующего.

В соответствии со статьей 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Как разъяснено в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.10.2003 №5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации», в практике применения Конвенции о защите прав человека и основных свобод Европейским Судом по правам человека к «бесчеловечному обращению» относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания; унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности; при этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания; оценка уровня страданий осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности, от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения; в некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению.

Согласно позиции Европейского Суда по правам человека, высказанной им в ряде постановлений (например, постановление ЕСПЧ от 11.02.2010 по делу ФИО3; от 16.09.2004 по делу ФИО4), меры, связанные с лишением свободы, зачастую включают в себя элемент неизбежного страдания или унижения; тем не менее государство должно обеспечить содержание лица в условиях, совместимых с уважением его человеческого достоинства, и способ и метод исполнения этой меры наказания не должны подвергать его душевным страданиям и трудностям в той степени, которая превышает неизбежный уровень страданий, свойственных лицу, содержащемуся под стражей, чтобы с учетом практических требований лишения свободы его здоровье и благополучие не подвергались угрозе.

Европейский Суд по правам человека в своем постановлении от 17.07.2014 по делу «ФИО5 и ФИО5 против Российской Федерации» указал, что для отнесения к сфере действия статьи 3 Конвенции жестокое обращение должно достигнуть минимального уровня суровости; оценка указанного минимального уровня может быть различной: она зависит от всех обстоятельств дела, таких как длительность обращения, его физические и психологические последствия, и в некоторых случаях, пол, возраст и состояние здоровья жертвы (пункт 114); обращение квалифицируется как «унижающее человеческое достоинство» в значении статьи 3 Конвенции, если оно унижает или оскорбляет лицо, свидетельствуя о неуважении или умалении человеческого достоинства, или вызывает чувства страха, тоски или неполноценности, способные повредить моральному или физическому сопротивлению лица; публичный характер обращения может быть значимым или усугубляющим фактором при оценке того, является ли оно «унижающим достоинство» в значении статьи 3 Конвенции (пункт 115); для того, чтобы обращение рассматривалось как «унижающее достоинство», испытываемые страдания и унижение в любом случае должны выходить за пределы неизбежного элемента страдания или унижения, связанного с применением данной формы правомерного обращения; меры лишения свободы часто включают такие элементы; нельзя утверждать, что содержание под стражей само по себе вызывает вопросы с точки зрения статьи 3 Конвенции; тем не менее в соответствии с этим положением государство должно обеспечить, чтобы лицо содержалось под стражей в условиях, совместимых с уважением человеческого достоинства, и чтобы формы и методы исполнения этой меры не причиняли ему страдания и трудности, превышающие неизбежный уровень страданий, присущий заключению (пункт 116).

Истцами не представлено доказательств того, что их нахождение за защитным решетчатым заграждением в зале судебного заседания в Ухтинском городском суде представляло собой обращение, выходящее за пределы минимального уровня суровости для целей применения статьи 3 Конвенции, что принимаемые меры по обеспечению безопасности в зале судебных заседаний являлись чрезмерными и могли обоснованно восприниматься истцами как унижающие их честь и достоинство.

Как указано выше, ФИО1 и ФИО2 находятся в статусе осужденных к пожизненному лишению свободы по приговору суда. Именно этим обстоятельством и определялись условия их содержания в зале судебного заседания. По убеждению суда, предпринятые с целью обеспечения безопасности меры не были явно несоразмерными.

Таким образом, с учетом данных о личности истцов, осужденных к пожизненному лишению свободы, их пола, возраста (молодые мужчины), нахождение истцов за металлическим заграждением лишь в период судебных заседаний, отсутствия преднамеренности такого обращения и цели унизить или оскорбить истцов, а также отсутствия доказательств того, что судебные действия, во время которых ФИО1 и ФИО2 находились за заградительными металлическими решетками, сопровождалось публичностью, то есть присутствием посторонних слушателей, что могло бы повредить имиджу истцов и вызвать у них чувства унижения, беспомощности и неполноценности, утверждение истцов о том, что содержание в металлической клетке ущемляло их человеческое достоинство, представляется необоснованным.

Оценив доказательства, представленные сторонами в обоснование своих требований и возражений, суд приходит к выводу, что временное пребывание истцов в указанных помещениях не могло нарушить его права. Кроме того, лица, совершившие преступления, должны заранее предполагать, что они могут быть ограничены в каких-либо правах и свободах. Истцам не причинялись лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при применении мер процессуального принуждения.

Факт нахождения истцов в металлической клетке в процессе судебных разбирательств не может являться самостоятельным основанием для взыскания денежной компенсации морального вреда. Неудобства, которые истцы могли претерпевать в указанный ими период времени, неразрывно связаны с привлечением их к уголовной ответственности за совершение уголовного преступления.

С учетом изложенного, ФИО1 и ФИО2 следует отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме. 

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Отказать ФИО1 ..., ФИО2 ... в удовлетворении исковых требований к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации, Российской Федерации в лице Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации, Ухтинскому городскому суду Республики Коми, Управлению судебного департамента в Республике Коми о взыскании компенсации морального вреда.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Верховный Суд Республики Коми через Сыктывкарский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Н.В.Платто

Мотивированное решение составлено 16.07.2021.