Судья Чудаева О.О. дело № 33-14033/2025

24RS0048-01-2023-014677-81

А-2.137

КРАСНОЯРСКИЙ КРАЕВОЙ СУД

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

15 декабря 2025 года г. Красноярск

Судебная коллегия по гражданским делам Красноярского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Кучеровой С.М.

судей Парфеня Т.В., Полынкиной Е.А.

при ведении протокола помощником судьи Мироновой Н.М.

с участием прокурора Раковой И.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Парфеня Т.В.

гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО3, ФИО5 о признании утратившими права пользования, выселении из жилого помещения,

по иску ФИО3 к ФИО1, ФИО2 о признании недействительным договора купли-продажи недвижимого имущества, применении последствий недействительности сделки,

по иску АО «Банк Жилищного Финансирования» к ФИО2, ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору, обращении взыскания на заложенное имущество

по апелляционной жалобе ФИО3

на решение Советского районного суда г. Красноярска от 15 августа 2025 года, которым постановлено:

«В удовлетворении исковых требований Козловой ФИО29 (паспорт №) к ФИО6 ФИО30 (паспорт №), ФИО6 ФИО31 (паспорт №) о признании недействительным договора купли-продажи недвижимого имущества, применении последствий недействительности сделки – отказать.

Исковые требования ФИО6 ФИО32 (паспорт №), ФИО6 ФИО33 (паспорт №) к Козловой ФИО34 (паспорт №), ФИО4 о признании прекратившими права пользовании, выселении из жилого помещения - удовлетворить.

Признать ФИО7 ФИО35, ФИО7 ФИО36 прекратившими право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: 

<

адрес>.

Выселить ФИО7 ФИО37, ФИО7 ФИО38 из жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, без предоставления иного жилого помещения.

Решение суда является основанием для снятия Козловой ФИО39, ФИО7 ФИО40 с регистрационного учета по адресу: 

<

адрес>.

Исковые требования АО «Банк Жилищного Финансирования» (ИНН 

<

***>) к ФИО6 ФИО41 (паспорт №), ФИО6 ФИО42 (паспорт №) о взыскании задолженности по кредитному договору, обращении взыскания на заложенное имущество, удовлетворить.

Взыскать солидарно с ФИО6 ФИО43, ФИО6 ФИО44 в пользу Акционерного общества «Банк Жилищного Финансирования» задолженность по кредитному договору, по основному долгу 4345392 рубля 12 копеек, задолженность по оплате просроченных процентов 391184 рубля 43 копейки, сумму процентов за просроченный основной долг 927 рублей 29 копеек, сумму пени за нарушение сроков возврата кредита 90 рублей 11 копееек, сумму пени за нарушение сроков уплаты процентов – 1813 рублей 93 копейки, начисленные проценты 12878 рублей 27 копеек, государственную пошлину в размере 37961 рубль 43 копейки.

Взыскать солидарно с ФИО6 ФИО45, ФИО6 ФИО46 в пользу Акционерного общества «Банк Жилищного Финансирования» проценты за пользование кредитом в размере 21,74 % годовых, начисляемых на сумму основного долга 4345392 рубля 12 копеек, начиная с 

<

дата> до дня фактического исполнения обязательств, пени в размере 1/366 от размера ключевой ставки ЦБ РФ в процентах годовых за каждый календарный день просрочки, начисляемых на сумму основного долга 4345392 рубля 12 копеек, начиная с 

<

дата> до дня фактического исполнения обязательств.

Обратить взыскание на заложенное имущество – 

<

адрес>, общей площадью 81,80 кв.м., расположенную по адресу: 

<

адрес>, путем продажи с публичных торгов, определив начальную продажную стоимость 7927820 рублей 00 копеек.

Взыскать с Козловой ФИО47 (паспорт №) в пользу КГБУЗ «Красноярский краевой психоневрологический диспансер № 1» (ИНН 

<

***>) расходы на экспертизу в размере 28350 рублей».

Заслушав докладчика, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1, ФИО2 обратились в суд с иском к ФИО3, ФИО5 о признании утратившими права пользовании, выселении из жилого помещения по адресу: 

<

адрес>.

Требования мотивированы тем, что ФИО1, ФИО2 на основании договора купли – продажи от 

<

дата> принадлежит спорная квартира по адресу: 

<

адрес>. Ответчики, прежние собственники спорного жилого помещения, в нарушение условий договора до настоящего времени не освободили жилое помещение, проживают в квартире, добровольно выехать не желают, в связи с чем, истцы вынуждены обратиться в суд.

ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО1, ФИО2, в котором просила признать недействительным договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, заключенный 

<

дата>, прекратить право собственности Ф-ных на данную квартиру, аннулировать в ЕГРН запись о праве собственности ответчиков на спорную квартиру, восстановить запись о праве собственности истца на спорную квартиру.

Требования мотивированы тем, что договор купли-продажи жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, заключенный 

<

дата> между сторонами является мнимой сделкой, поскольку реального намерения в достижении результата у сторон не имелось. Денежные средства, вырученные от продажи квартиры были переданы супругом истца ФИО8 в качестве инвестиций в ООО «Родничок», руководителем которой является ФИО1 Договор был подписан в банке по настоянию супруга истца, на регистрацию в регистрирующий орган ФИО3 не ходила. Кроме того, сделка является недействительной на основании ст. 177, 178 ГК РФ, т.к. ФИО3 была введена в заблуждение относительно природы договора. Также в момент заключения договора истец не могла понимать значение своих действий и руководить ими. Семья ФИО3 до настоящего времени проживает в квартире, сохраняет постоянную регистрацию, оплачивает жилищно-коммунальные услуги, иные платежи.

АО «Банк Жилищного Финансирования» обратилось в суд с иском с учетом уточнения к ФИО2, ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору № от 

<

дата> в размере 4 752 286,15 руб., процентов за пользование кредитом в размере 21,74% годовых, начисляемых на сумму основного долга, начиная с 

<

дата>, по день фактического исполнения обязательств, пени в размере 1/366 от размера ключевой ставки ЦБ РФ в процентах годовых, действующей на дату заключения договора за каждый календарный день просрочки, начисляемых на сумму основного долга, начиная с 

<

дата>, по день фактического исполнения обязательств, обращении взыскания на заложенное имущество – квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, расходов по уплате государственной пошлины в размере 37961,43 руб.

Требования мотивированы тем, что в соответствии с условиями кредитного договора №, заключенного 

<

дата> Банк обязался предоставить кредит заемщикам ФИО2, ФИО1 в сумме 4 480 000 руб., под 14,418 % годовых, сроком на 182 мес., а заемщики обязались своевременно возвратить полученную сумму кредита и уплатить проценты. В обеспечение надлежащего исполнения условий кредитного договора залогодержатель вправе обратить взыскание на заложенный объект, квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>. Банк исполнил свои обязательства, предоставив ответчикам кредит. Ответчики ежемесячные платежи по погашению суммы кредита и процентов за пользование ими, производили с нарушением условий договора, в том числе и в части своевременного возврата кредита, производя платежи с задержкой и в неполном объеме, вследствие чего образовалось задолженность. Ответчикам направлено требование о полном досрочном погашении обязательств по кредитному договору. До настоящего времени ответчики не выполнили указанное требование истца, что послужило обращением с настоящим иском в суд.

Определением суда гражданское дело № по иску АО «Банк Жилищного Финансирования» к ФИО2, ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору, обращении взыскания на заложенное имущество, гражданское дело № по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО3, ФИО5 о признании утратившими права пользовании, выселении из жилого помещения, по иску ФИО3 к ФИО1, ФИО2 о признании недействительным договора купли-продажи недвижимого имущества объединены в одно производство для их совместного рассмотрения.

Судом постановлено приведенное выше решение.

В апелляционной жалобе ФИО3 просит решение отменить как незаконное и необоснованное, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований, ссылаясь на то, что сделка купли-продажи жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес> была осуществлена без намерения породить юридически значимые последствия в виде перехода права собственности к ФИО6. Принимая во внимание, что сделка была заключена с целью фактически совершить другую сделку, по приобретению оборудования для производства кондитерских изделий, без намерения породить правовые последствия в виде перехода права собственности, следовательно данная сделка является мнимой и как следствие недействительной.

Лица, участвующие в деле, будучи надлежащим образом извещенные о времени и месте апелляционного рассмотрения дела, в судебное заседание не явились.

От ФИО3 поступило ходатайство об отложении судебного заседания, назначенного на 

<

дата>, мотивированное ухудшением состояния здоровья, в подтверждение чего представлена справка – рекомендация врача КГБУЗ «Красноярская межрайонная больница № 2» от 

<

дата>. Согласно указанной справке, 

<

дата> ФИО3 обратилась за медицинской помощью, в соответствии с заключением, режим лечения определен амбулаторный, назначены медикаментозные препараты, рекомендовано: получить консультацию кардиолога в плановом порядке, соблюдать покой в течение месяца.

Судебная коллегия отмечает, что предоставление указанной справки – рекомендации, как и наличие у ФИО3 инвалидности III группы само по себе не является безусловным основанием для отложения рассмотрения дела. ФИО3 находится на амбулаторном лечении и данных относительно того, что характер заболевания препятствует ее явке в суд, в деле не имеется. При этом заявителем ходатайства не представлено также доказательств невозможности участия в судебном заседании представителя, в том числе посредством видеоконференции, либо привлечения иного представителя.

Обсудив вопрос о возможности рассмотрения дела в отсутствие неявившихся участников процесса, уведомленных надлежащим образом о рассмотрении дела, проверив материалы дела и решение суда первой инстанции в пределах, установленных ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, заслушав заключение прокурора Раковой И.А., согласившейся с решением суда, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит оснований к отмене или изменению решения суда.

В соответствии со ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

На основании ст. 154 ГК РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

В соответствии с ч. 1 ст. 158 ГК РФ, сделки совершаются устно или в письменной форме (простой или нотариальной).

В силу ч. 1 ст. 161 ГК РФ, должны совершаться в простой письменной форме, за исключением сделок, требующих нотариального удостоверения сделки граждан между собой на сумму, превышающую десять тысяч рублей, а в случаях, предусмотренных законом, - независимо от суммы сделки.

В соответствии с ч. 1 ст. 164 ГК РФ, в случаях, если законом предусмотрена государственная регистрация сделок, правовые последствия сделки наступают после ее регистрации.

Согласно ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

На основании ст. 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 13 Постановления Пленумов Верховного Суда и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", в соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 223 ГК РФ недвижимое имущество признается принадлежащим добросовестному приобретателю на праве собственности с момента государственной регистрации его права в ЕГРП, за исключением предусмотренных статьей 302 ГК РФ случаев, когда собственник вправе истребовать такое имущество от добросовестного приобретателя.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 

<

дата> между ФИО8 и ФИО3 был зарегистрирован брак.

<

дата> ФИО12 дал своей супруге ФИО3 согласие на заключение сделки – продажу квартиры по адресу: 

<

адрес>, за цену и на условиях по ее усмотрению.

<

дата> между ФИО3 (продавец) и ФИО1, ФИО2 (покупатели) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества - квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>.

В соответствии с п. 1.1 договора, покупатель покупает в общую совместную собственность у продавца, а продавец продает квартиру, общей площадью 81,8 кв.м., находящуюся по адресу: 

<

адрес>.

Согласно п. 1.4 договора, недвижимое имущество продается по цене 6 400 000 руб.

В соответствии с п. 2.1 договора, недвижимое имущество приобретается покупателем за счет собственных, кредитных средств, предоставляемых АО «БЖФ», согласно кредитному договору № от 

<

дата>, заключенному между ФИО1, ФИО2 и кредитором.

Согласно п. 3.1 договора, денежная сумма в размере 6 400 000 руб. в счет оплаты за приобретаемое недвижимое имущество выплачивается покупателем продавцу за счет собственных средств и за счет предоставляемого ипотечного кредита по кредитному договору: сумма в размере 1 920 000 руб. оплачена покупателем за счет собственных средств до подписания договора; сумма в размере 4 480 000 руб. выплачивается покупателем продавцу за счет средств предоставляемого ипотечного кредита, в течение 3 банковских дней, считая с даты получения договора с отметкой Управления Росреестра о государственной регистрации перехода права собственности по нему.

Указанный договор купли-продажи зарегистрирован в Управлении Росреестра по Красноярскому краю в установленном законом порядке. Согласно выписке из ЕГРН, право общей совместной собственности на квартиру по адресу: 

<

адрес> 

<

дата> зарегистрировано за ФИО1 и ФИО2

Согласно расписке от 

<

дата> ФИО3 получила от ФИО1 денежные средства в сумме 1 920 000 руб., за счет собственных средств ФИО1, в качестве оплаты за продаваемое недвижимое имущество – квартиру по адресу: 

<

адрес>.

<

дата> между ФИО3 (займодавец) и ООО «Родничок» в лице директора ФИО1 заключен договор займа, по условиям которого, займодавец передает в собственность заемщику денежные средства в сумме 10 500 000 руб., которые заемщик обязуется возвратить займодавцу в срок до 

<

дата> (п. 1.1, п. 1.2 договора).

<

дата> и 

<

дата> между ФИО3 (инвестор) и ООО «Родничок» в лице директора ФИО1 (заказчик) заключен договор инвестирования, по условиям которого, заказчик обязуется выполнить работы и совершить все необходимые действия по реализации проекта по созданию результата инвестиционный деятельности (объекта) производства кондитерских изделий в ассортименте с начинкой и без, а также линия по розливу соков и безалкогольных напитков, а инвестор обязуется передать заказчику денежные средства в сумме, установленной настоящим договором, для реализации проекта и выплатить заказчику вознаграждение. По завершении инвестиционного проекта заказчик передает инвестору результат инвестиционной деятельности (п. 2.1 договора).

Обращаясь с настоящим иском в суд, ФИО3 ссылалась на то, что при заключении договора купли-продажи она не могла понимать значение своих действий и руководить ими, в силу ухудшения состояния здоровья.

В целях правильного разрешения возникшего спора, по ходатайству ФИО3 определением суда первой инстанции от 

<

дата> по делу назначена судебная психолого-психиатрическая экспертиза.

Согласно заключению судебной психолого-психиатрическая экспертизы №/д от 

<

дата>, выполненной КГБУЗ «Красноярский краевой психоневрологический диспансер № 1», ФИО3 каким-либо психическим расстройством на момент заключения договора купли - продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес> от 

<

дата> не страдала и не страдает в настоящее время. Об этом свидетельствуют данные о благополучном психическом и физическом развитии, удовлетворительной социальной адаптации, адекватном поведении, а также данные настоящего клиникопсихиатрического обследования, не выявившего у нее каких-либо значительных грубых нарушений мышления, интеллектуально - мнестического снижения, снижения критических способностей, нарушений восприятия. Медицинская документация не указывает на наличие у ФИО3, выраженной интеллектуальной и волевой слабости, глубоких личностных изменений и грубых нарушений мышления на протяжении жизни и в период времени, относящийся к моменту совершения договора купли - продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес> от 

<

дата>, в том числе связанные с особенностями ее возраста. Отмеченные возрастные изменения психического состояния и изменения вследствие сосудистых заболеваний (хроническая ишемия мозга II ст. (гипертонического генеза) с цефалгическим, вестибуло-атактическим, астено-тревожным синдромами, когнитивными нарушениями, ст. декомпенсации) отмеченные 

<

дата>, не столь значительны и не могли повлиять на возможность понимать значение своих действий и руководить ими на момент подписания соглашения, договора купли - продажи квартиры, У ФИО3 не выявлено особенностей нарушения восприятия, внимания, памяти, мышления и эмоционально-волевой сферы, не выявлено признаков повышенной внушаемости и подчиняемости, которые могли оказать существенное влияние на смысловое восприятие и оценку существа подписываемого договора купли-продажи квартиры от 

<

дата>. На момент заключения договора купли - продажи квартиры от 

<

дата> ФИО3 понимала значение своих действий и могла руководить ими.

В ходе рассмотрения дела № по заявлению ФИО8 о признании ФИО3 недееспособной была назначена судебно-психиатрическая экспертиза.

Согласно заключению врача эксперта КГБУЗ «Красноярский Краевой психоневрологический диспансер № 1» № от 

<

дата>, ФИО3 на момент проведения амбулаторной экспертизы обнаруживает признаки непсихотического расстройства органического генеза. Для уточнения степени выраженности интеллектуально-мнестических нарушений необходимо проведение судебно-психиатрической экспертизы в стационарных условиях. Согласно пояснениям представителя истца ФИО9, ФИО3 отказалась от проведения указанной экспертизы.

По информации КГБУЗ «Красноярский краевой психоневрологический диспансер №1», ФИО3 по картотеке не значится.

Разрешая требования ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи недвижимого имущества от 

<

дата>, применении последствий недействительности сделки, суд первой инстанции исходил из того, что оспариваемый договор отвечает требованиям действующего законодательства, расчет между сторонами произведен полностью, переход права собственности на спорный объект по оспариваемому договору купли-продажи зарегистрирован в Управлении Росреестра, последствия заключения данного договора в виде прекращения у продавца права собственности в отношении продаваемого недвижимого имущества и перехода права собственности к покупателю с момента государственной регистрации права указаны в оспариваемом договоре, о приостановлении или прекращении государственной регистрации перехода права собственности на квартиру к ФИО6, ФИО3 в Управление Росреестра по Красноярскому краю не обращалась, в связи с чем не усмотрел оснований для признания оспариваемой сделки мнимой.

Также суд первой инстанции не усмотрел оснований для признания оспариваемой сделки притворной, поскольку при заключении оспариваемого договора купли-продажи от 

<

дата>, между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора, их воля соответствовала волеизъявлению, выраженному посредством оформления документов, свидетельствующих о совершении одной сделки, в отсутствие доказательств того, что оспариваемый ею договор прикрывает другую сделку, в связи с чем пришел к выводу об отсутствии заблуждения у ФИО3 относительно предмета и природы сделки при заключении оспариваемого договора купли-продажи квартиры.

Кроме того, разрешая требования ФИО3, суд первой инстанции исходил из того, что последней пропущен срок исковой давности по требованиям о признании сделки купли-продажи недействительной по мотиву ее мнимости, поскольку исполнение сделки купли-продажи от 

<

дата> в отношении спорного объекта недвижимости началось 

<

дата>, т.е. с момента государственной регистрации перехода права собственности на данный объект к ФИО1, ФИО2, тогда как с иском о признании недействительным договора купли-продажи недвижимого имущества ФИО3 обратилась 

<

дата>.

Поскольку требования ФИО3 о прекращении права собственности на спорную квартиру, аннулировании в ЕГРН записи о праве собственности, восстановлении записи о праве собственности на спорную квартиру являются производными от основного требования, в удовлетворении которого отказано, суд первой инстанции пришел к выводу об отказе в иске ФИО3 в полном объеме.

Разрешая требования ФИО1 и ФИО2 о признании прекратившими права пользовании жилым помещением, выселении и удовлетворяя их, суд первой инстанции исходил из того, что поскольку ФИО3 и ФИО5 не являются членами семьи собственников Ф-ных, в связи с чем, законных оснований для проживания в спорном жилом помещении не имеют, в связи с чем пришел к выводу о признании ответчиков ФИО3, ФИО5 прекратившими право пользования квартирой 

<

адрес> подлежащими выселению без предоставления иного жилого помещения, указав при этом, что решение суда является основанием для снятия ФИО3, ФИО5 с регистрационного учета по указанному адресу.

Разрешая требования АО «Банк Жилищного Финансирования» ФИО2, ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору, обращении взыскания на заложенное имущество, суд первой инстанции исходил из следующего.

В силу ст. 310 ГК РФ предусматривает, что односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Согласно ч. 1 ст. 819 ГК РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

Положениями ч. 1 ст. 334 ГК РФ установлено, что в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя).

Как установлено ч. 1, 2 ст. 348 ГК РФ взыскание на заложенное имущество для удовлетворения требований залогодержателя может быть обращено в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником обеспеченного залогом обязательства. Обращение взыскания на заложенное имущество не допускается, если допущенное должником нарушение обеспеченного залогом обязательства незначительно и размер требований залогодержателя вследствие этого явно несоразмерен стоимости заложенного имущества.

В силу ст. 50 Федерального закона от 16.07.1998№ 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» залогодержатель вправе обратить взыскание на имущество, заложенное по договору об ипотеке, для удовлетворения за счет этого имущества названных в статьях 3 и 4 настоящего Федерального закона требований, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обеспеченного ипотекой обязательства, в частности неуплатой или несвоевременной уплатой суммы долга полностью или в части, если договором не предусмотрено иное.

Согласно п. 4 ч. 2 ст. 54 ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)», принимая решение об обращении взыскания на имущество, заложенное по договору об ипотеке, суд определяет и указывает в нем: начальную продажную цену заложенного имущества при его реализации. Начальная продажная цена имущества на публичных торгах определяется на основе соглашения между залогодателем и залогодержателем, достигнутого в ходе рассмотрения дела в суде, а в случае спора - самим судом. Если начальная продажная цена заложенного имущества определяется на основании отчета оценщика, она устанавливается равной восьмидесяти процентам рыночной стоимости такого имущества, определенной в отчете оценщика. Особенности определения начальной продажной цены заложенного имущества устанавливаются пунктом 9 ст. 77.1 настоящего Федерального закона.

Из материалов дела следует, что 

<

дата> между АО «Банк Жилищного Финансирования» и ФИО2, ФИО1 был заключен кредитный договор №, по условиям которого Банком ФИО2 и ФИО1 предоставлен кредит в сумме 4 480 000 руб., под 21,74 % годовых на приобретение недвижимого имущества - квартиры по адресу: 

<

адрес> на срок 182 месяца.

Из условий кредитного договора № от 

<

дата> следует, что погашение кредита и уплата процентов за пользование кредитом производится заемщиками ежемесячно, согласно графику платежей.

Заемщики обязались возвратить Кредитору полученный кредит и уплатить проценты за пользование кредитом в размере, на срок и цели, которые указаны в Индивидуальных условиях, и на условиях, установленных договором.

Согласно п. 13 индивидуальных условий кредитного договора, при нарушении сроков возврата кредита и/или процентов кредиту, заемщик обязан уплатить кредитору пени в размере 1/366 от размера ключевой ставки ЦБ РФ в процентах годовых действующей на дату заключения договора, от суммы просроченного платежа за каждый календарный день просрочки до даты поступления просроченного платежа на счет кредитора (включительно); при неисполнении обязанностей, установленных п. 6.2.4 Общих условий, заемщик уплачивает кредитору пени в размере 0,5 % от денежной суммы, уплаченной кредитором за заемщика, за каждый день просрочки; при неисполнении обязанностей, установленных п.7.1.23 Общих условий, заемщик уплачивает кредитору пени в размере 0,1% от суммы задолженности по договору каждый день просрочки; при неисполнении обязанностей установленных п.п.7.1.38-7 договора, заемщик обязан уплатить кредитору штраф в размере 15% от суммы задолженности по договору, установленной на дату соответствующего нарушения, за нарушение каждой из обязанностей.

Обеспечением исполнения обязательств заемщиков по кредитному договору, является квартира по адресу: 

<

адрес>.

Как видно из представленных материалов, свои обязательства Банк по кредитному договору исполнил, предоставив ФИО6 сумму кредита в размере 4 480 000 руб. В свою очередь заемщики нарушали сроки и условия, установленные договором для возврата основного долга и уплаты процентов, нерегулярно и не в полном объеме осуществляли платежи по возврату суммы кредита и процентов за пользование предоставленными денежными средствами.

Согласно представленному истцом расчету, задолженность по кредитному договору составила 4 752 286,15 руб., из которых: основной долг – 4 345 392,12 руб., просроченные проценты – 391 184,43 руб., проценты за просроченный основной долг – 927,29 руб., пени за нарушение сроков возврата кредита – 90,11 руб., пени за нарушение сроков уплаты процентов – 1 813,93 руб., начисленные проценты – 12 878,27 руб.

Требования Банка в адрес ответчиков о досрочном погашении всей суммы задолженности, направленные Банком, до настоящего времени не исполнены.

Поскольку ответчики не исполняют обязательств по возврату суммы кредита, не выполнили и требование истца о досрочном возврате суммы займа, истец вправе требовать обращения взыскания на указанную квартиру, принадлежащую на праве собственности ФИО2 и ФИО1

В соответствии с заключением от 

<

дата> № судебной оценочной экспертизы, проведенной ООО «Дом» на основании определения суда от 

<

дата> рыночная стоимость квартиры по адресу: 

<

адрес> общей площадью 81,8 кв.м., являющейся предметом залога составляет 9 909 775 руб. (л.д. 10-41 т.4)

При указанных обстоятельствах, разрешая заявленные требования, суд первой инстанции, исходя из условий кредитного договора, установив факт неоднократного ненадлежащего исполнения ответчиками обязательств по возврату суммы кредита, уплате процентов и неустойки, пришел к обоснованному выводу о наличии правовых оснований для взыскании с ФИО2 и ФИО1 в солидарном порядке в пользу истца задолженности по кредитному договору в сумме 4 345 392,12 руб., задолженность по оплате просроченных процентов – 391 184,43 руб., проценты за просроченный основной долг 927,29 руб., пени за нарушение сроков возврата кредита 90,11 руб., пени за нарушение сроков уплаты процентов – 1 813,93 руб., проценты 12 878,27 руб., процентов за пользование кредитом в размере 21,74 % годовых, начисляемых на сумму основного долга 4 345 392,12 руб., начиная с 

<

дата> до дня фактического исполнения обязательств, а также пени в размере 1/366 от размера ключевой ставки ЦБ РФ в процентах годовых за каждый календарный день просрочки, начисляемых на сумму основного долга 4 345 392,12 руб., начиная с 

<

дата> до дня фактического исполнения обязательств.

Разрешая требования об обращении взыскания на заложенное имущество, суд учел соответствующие условия кредитного договора, установленный факт неоднократного ненадлежащего исполнения обязательств ответчиков, размер неисполненного ими обязательства, период допущенной просрочки, пришел к выводу об обоснованности данных требований истца, необходимости их удовлетворения – обращении взыскания на предмет ипотеки путем продажи с публичных торгов, с установлением первоначальной продажной цены в размере 7 927 820 руб., равной 80% рыночной стоимости такого имущества, согласно заключению ООО «Дом» от 

<

дата> №.

Судебная коллегия соглашается с данными выводами суда первой инстанции как соответствующими обстоятельствам дела и представленным доказательствам, которым дана оценка в соответствии со ст. 67 ГПК РФ.

Доводы апелляционной жалобы о том, что сделка купли-продажи спорной квартиры была заключена с целью фактически совершить другую сделку, по приобретению оборудования для производства кондитерских изделий, без намерения породить правовые последствия в виде перехода права собственности, является мнимой и как следствие недействительной, судебная коллегия считает несостоятельными.

Так, в соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", следует, что фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов.

По смыслу приведенных правовых норм и акта их разъяснений, мнимая сделка характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон, в связи с чем сделка является мнимой в том случае, если уже в момент ее совершения воля обеих сторон не была направлена на возникновение, изменение, прекращение соответствующих гражданских прав и обязанностей.

Для признания сделки мнимой на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида.

При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Неисполнение одной стороной сделки своих обязательств само по себе не свидетельствует о мнимом характере сделки. Исполнение договора хотя бы одной из сторон уже свидетельствует об отсутствии оснований для признания договора мнимой сделкой.

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Из содержания приведенной нормы следует, что в притворной сделке имеет место две сделки: притворная сделка, совершаемая для вида (прикрывающая сделка) и сделка, в действительности совершаемая сторонами (прикрываемая сделка).

Поскольку притворная (прикрывающая) сделка совершается лишь для вида, одним из внешних показателей ее притворности служит несовершение сторонами тех действий, которые предусматриваются данной сделкой. Напротив, если стороны выполнили вытекающие из сделки права и обязанности, то такая сделка притворной не является.

По основанию притворности может быть признана недействительной лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю участников сделки. При этом обе стороны должны преследовать общую цель и достичь соглашения по всем существенным условиям той сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка. Признаком притворности сделки является отсутствие волеизъявления на ее исполнение у обеих сторон.

Согласно разъяснениям, данным в п. 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ", в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Истец, обращаясь с иском о признании сделки ничтожной на основании п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, должен доказать, что при совершении сделки стороны не только не намеревались ее исполнять, но и фактически не исполнили.

Районный суд правильно исходил при разрешении спора из недоказанности того, что воля и действия обоих участников оспариваемого договора купли-продажи были направлены на достижение других последствий, нежели прямо предусмотрено условиями договора, и прикрывали иную волю участников сделки.

Суд верно установил, что сторонами сделки были совершены все необходимые юридические действия, направленные на создание соответствующих договору купли-продажи правовых последствий с учетом соблюдения письменной формы договора купли-продажи, а также обращения в регистрирующие органы с заявлениями о регистрации перехода права собственности, о чем имеется отметка в договоре (л.д. 78, 173-174 т.1).

Истец свое заявление о регистрации перехода права на ответчиков в Федеральную службу государственной регистрации, кадастра и картографии от 

<

дата> (л.д. 173-174 т.1) не отзывала, регистрационные действия по своей инициативе не приостанавливала.

При заключении договора купли-продажи, между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора, их воля соответствовала волеизъявлению, выраженному посредством оформления документов, свидетельствующих о совершении одной сделки, в отсутствие доказательств того, что оспариваемый ею договор прикрывает другую сделку, волеизъявление продажи квартиры, подтверждается соответствующей регистрацией права собственности на недвижимое имущество в Управлении Росреестра по Красноярскому краю. При этом причины, по которым ФИО3 приняла решение о продаже, являются её субъективными мотивами и не могут явиться основанием для признания сделки недействительной, в связи с чем у ФИО3 отсутствовало заблуждение относительно предмета и природы сделки при заключении договора купли-продажи квартиры.

Кроме того, согласно представленным в материалы дела письменным объяснениям ФИО3, последняя регулярно участвовала в финансово – хозяйственной деятельности ООО «Родничок» путем передачи крупных денежных сумм (

<

дата> – 4 500 000 руб., 

<

дата> – 4 500 000 руб., 

<

дата> – 6 000 000 руб., 

<

дата> – 1 050 000 руб.), что свидетельствует об осведомленности истца о финансировании предпринимательской деятельности и ведении совместного бизнес - проекта. При этом инвестирование в данную деятельность имело успешный результат для ФИО3, что также подтверждается перечислением на имя ФИО3 сумм от 100 000 до 500 000 руб. и более.

Обосновывая свой довод о притворности спорной сделки, истец в качестве одного из оснований своего иска указывала на то, что спорное имущество фактически покупателям не передавалось.

Действительно, из показаний сторон, свидетелей, опрошенных в судебном заседании первой инстанции следует, что ФИО3 до подачи рассматриваемого иска проживала в спорном жилом помещении.

Между тем, сам по себе факт того, что истец продолжала проживать в спорной квартире, не подтверждает притворность или мнимость сделки купли-продажи, поскольку собственник в силу предоставления ему законом полномочий, вправе предоставить принадлежащее ему жилое помещение для проживания иных лиц. Таким образом, сам по себе тот факт, что истец после заключения договора купли-продажи квартиры осталась проживать в ней и соответственно несла бремя оплаты коммунальных платежей, не указывает на недействительность договора купли-продажи.

Вопреки доводам заявителя ни суду первой инстанции, ни суду апелляционной инстанции, истцом не были представлены относимые и допустимые доказательства мнимого, притворного характера сделки, в то время как именно на истце лежит бремя доказывания указанных обстоятельств.

Материалами дела подтвержден факт заключения именно договора купли-продажи квартиры, факт использования на ее приобретение ответчиками заемных денежных средств, факт получения ФИО3 предусмотренной договором оплаты стоимости жилого помещения, то есть факт исполнения условий договора купли-продажи ответчиками, что указывает на действительность сделки.

При этом указанный договор купли-продажи был составлен в четырех экземплярах, что в достаточной степени позволяло истцу ознакомиться с его положениями детально.

С учетом изложенного, у суда первой инстанции отсутствовали основания для удовлетворения требований ФИО3 о признании договора купли-продажи от 

<

дата> недействительным.

При этом судебная коллегия не может согласиться с выводом суда первой инстанции о пропуске истцом срока исковой давности для обращения в суд.

Как следует из иска, истец просила признать сделку недействительной на основании статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. Мнимые и притворные сделки, предусмотренные статьей 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, являются ничтожными сделками и к ним применим трехлетний срок исковой давности, предусмотренный пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, который начинает течь со дня совершения сделки, а не пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Сделка совершена 

<

дата>, иск предъявлен в суд 

<

дата> (л.д. 35, том 1), то есть в пределах трехлетнего срока исковой давности с даты совершения сделки.

При таких обстоятельствах выводы суда о пропуске срока исковой давности являются преждевременными, сделанными на основании неполного исследования обстоятельств спора, доводов и возражений сторон. Однако указанное обстоятельство основанием для отмены судебного акта являться не может, поскольку правильными являются выводы суда о необходимости отказа в иске по основаниям мнимости и притворности данного договора купли продажи от 

<

дата>.

Доводы истца об обратном, изложенные в апелляционной жалобе, следует отклонить.

В целом, доводы апелляционной жалобы не опровергают правильных выводов суда, являлись предметом тщательного исследования в суде первой инстанции и обоснованно не приняты им во внимание, поскольку основаны на неправильном толковании норм материального права, направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, оснований для которой судебная коллегия не усматривает.

Процессуальных нарушений, влекущих отмену постановленного судом решения, судебной коллегией не выявлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 328 - 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Советского районного суда г. Красноярска от 15 августа 2025 года оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО3 - без удовлетворения.

Председательствующий: С.М. Кучерова

Судьи: Т.В. Парфеня

Е.А. Полынкина

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 26 декабря 2025