отметка об исполнении решения дело №2-333/2017

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

13 июля 2017 года ст.Милютинская ул.Луговая д.31/1

Морозовский районный суд Ростовской области

в составе председательствующего судьи Мельникова В.А.,

при секретаре судебного заседания Ивановой Л.А., 

с участием истца ФИО1, 

представителей ответчиков - МБДОУ Детский сад №1 ст.Милютинская ФИО2, 

Отдела образования Администрации Милютинского района ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Муниципальному бюджетному дошкольному образовательному учреждению детский сад №1 ст.Милютинская, Отделу образования Администрации Милютинского района о возмещении морального вреда, причиненного работнику, 

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ответчикам Муниципальному бюджетному дошкольному образовательному учреждению детский сад №1 ст.Милютинская, Отделу образования Администрации Милютинского района о возмещении морального вреда, причиненного работнику в размере 1000000 рублей. 

В обоснование заявленных требований в иске указано, что истец ФИО1 на основании трудового договора от 01.05.2013 года и приказа №3 от 30.04.2013 года работала в должности 

<

данные изъяты> в МБДОУ детский сад №1 ст.Милютинская. За время работы у ответчика нареканий со стороны руководства к ней не было. 06.07.2016 года истец незаконно была уволена работодателем. По протесту прокурора района, ФИО1 была восстановлена на работе в прежней должности, но с 11.11.2016 года она была вновь уволена. Решением Морозовского районного суда от 09.01.2017 года истец была восстановлена на работе. Однако ответчиками, принятое решение о восстановлении на работе было обжаловано в апелляционном порядке в Ростовский областной суд, который 30.03.2017 года решение Морозовского районного суда оставил без изменения, а жалобу без удовлетворения. 

Незаконные действия работодателя, а также предоставление искаженной информации со стороны заведующей детским садом - ФИО4, привели к нарушению прав и свобод истца. 

Волнения, переживания, бессонные ночи в связи с незаконным увольнением и психологическим давлением со стороны работодателя привели к ухудшению её состояния здоровья, и истец была вынуждена обратиться к врачу за медицинской помощью.

Также в связи с незаконным увольнением, истец испытывала нравственные страдания, поскольку на момент увольнения ей исполнилось 54 года, и в таком возрасте с учетом состояния здоровья ей было трудно устроиться на новую работу, что доставляло дополнительные переживания по поводу увольнения.

На этом основании и в соответствии с положениями ст.237 Трудового кодекса Российской Федерации, ФИО1 просила взыскать с ответчика в ее пользу компенсацию морального вреда в размере 1000000 рублей.

В судебном заседании ФИО1 поддержала доводы поданного искового заявления и настаивала на удовлетворении заявленных требований ссылаясь на неправомерные действия работодателя по её незаконному увольнению и как результат на причинение морального вреда, выражающегося в нравственных переживаниях в связи с потерей работы, а также как следствие тому, ухудшения состояния здоровья в результате нравственных страданий. 

Представитель ответчика МБДОУ Детский сад №1 ст.Милютинская - ФИО2 исковые требования ФИО1 не признала. Просила в удовлетворении иска отказать, поскольку не установлена вина ответчика в причинении морального вреда истцу. Суду не представлено доказательств тому, что именно действия работодателя стали причиной ухудшения состояния здоровья истца.

Представитель Отдела образования Администрации Милютинского района ФИО3 также возражал относительно удовлетворения заявленных требований, заявил о пропуске истцом срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, поскольку факт незаконного увольнения имел место 11 ноября 2016 года. 

Выслушав мнение сторон, заслушав показания свидетеля, допрошенного по ходатайству истца, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Как установлено судом и не оспаривается сторонами, истец ФИО1 с 01 мая 2013 года состояла в трудовых отношениях с МБДОУ Детский сад №1 ст.Милютинская, где работала в должности 

<

данные изъяты>. Приказом работодателя №12 от 11 ноября 2016 года ФИО5 уволена с занимаемой должности.

Решением Морозовского районного суда Ростовской области от 09 января 2017 года приказ заведующего МБДОУ детский сад №1 ст.Милютинская от 11 ноября 2016 года об увольнении ФИО1 признан незаконным и истец восстановлен в должности сторожа МБДОУ детский сад №1 ст.Милютинская. Также указанным решением с МБДОУ детский сад №1 ст.Милютинская в пользу ФИО1 взыскан средний заработок за время вынужденного прогула и в доход местного бюджета государственная пошлина. Требование о возмещении морального вреда, причиненного работнику незаконным увольнением в рамках рассмотренного гражданского дела, истцом не заявлялось, и судом не рассматривалось.

В силу ст.61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Таким образом, факт незаконного увольнения ФИО1 11 ноября 2016 года с должности сторожа МБДОУ детский сад №1 ст.Милютинская установлен вступившим в законную силу решением Морозовского районного суда Ростовской области от 09 января 2017 года и не подлежат оспариванию при рассмотрении данного дела. То есть вступившим в законную силу решением суда по ранее рассмотренному делу установлены неправомерные действия работодателя МБДОУ детский сад №1 ст.Милютинская в отношении работника ФИО1

Согласно разъяснениям, изложенным в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N 10 (ред. от 06.02.2007) "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В соответствии со ст.151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с положениями ст.237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

С учетом вышеприведенных положений, требования ФИО1 о возмещении морального вреда, причиненного работнику, заявлены правомерно. При этом в обоснование наличия нравственных переживаний перенесенных ею в связи с незаконным увольнением, указано истцом два основания: нравственные переживания в связи с потерей работы и причинение вреда здоровью в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий. 

Согласно ст.150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье отнесены к нематериальным благам, принадлежащим гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

Вместе с тем, в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N 10 (ред. от 06.02.2007) указано, что если требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения личных неимущественных прав и других нематериальных благ, то на него в силу статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность не распространяется, кроме случаев, предусмотренных законом.

В случае, когда требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения имущественных или иных прав, для защиты которых законом установлена исковая давность или срок обращения в суд (например, установленные статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации сроки обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора), на такое требование распространяются сроки исковой давности или обращения в суд, установленные законом для защиты прав, нарушение которых повлекло причинение морального вреда.

В данном случае, на заявленное требование о компенсации морального вреда заключающегося в нравственных переживаниях в связи с потерей работы на основании незаконного увольнения, распространяются сроки обращения в суд, установленные законом для защиты прав, нарушение которых повлекло причинение морального вреда. 

Согласно части 1 ст.392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки. 

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй и третьей настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом.

Как следует из материалов дела (л.д.67), с приказом об увольнении №12 от 11 ноября 2016 года ФИО1 была ознакомлена в день его вынесения, о чем свидетельствует ее подпись. Таким образом, месячный срок, установленный законом для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, истек 11 декабря 2016 года, а с исковым заявлением о возмещении морального вреда истец обратилась только 12 мая 2017 года. О пропуске срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора заявлено ответчиком.

Ходатайствуя в судебном заседании о восстановлении пропущенного срока ФИО1 ссылалась на свою юридическую неграмотность и отсутствие материальных средств для обращения к квалифицированному юристу за оказанием ей помощи в трудовом споре с работодателем. Также ФИО1 полагала, что до принятия решения апелляционной инстанцией Ростовского областного суда по первоначальному иску, она не имеет права требовать компенсацию морального вреда.

Приведенные истцом доводы, в обоснование уважительности пропуска срока, суд находит не заслуживающими внимания, поскольку в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 (ред. от 24.11.2015) "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено судам, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи). Более того, суд считает необходимым отметить, что с исковым заявлением в суд в интересах ФИО1 о восстановлении на работе обращался прокурор Милютинского района Ростовской области, который действовал в интересах истца и при необходимости мог заявить соответствующее требование о компенсации морального вреда в период рассмотрения первоначального иска. На этом основании суд не находит возможным восстановить истцу пропущенный без уважительных причин срок на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора, что влечет отказ в удовлетворении заявленных требований.

В части требований о компенсации морального вреда, за причинение вреда здоровью в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, а также наличие причинно-следственной связи между таким заболеванием и действиями ответчика, надлежало доказывать, в соответствии со ст.56 ГПК РФ, истцу, поскольку в данной части заявленное требование касается нарушения личных неимущественных прав и других нематериальных благ, на которые исковая давность не распространяется, то и факт его причинения подлежит доказыванию на общих основаниях. 

В качестве доказательства причинения вреда здоровью, ФИО1 представлена суду выписка из медицинской карты от 08.12.2016 года за подписью лечащего врача Ч.. (л.д.7). 

<

данные изъяты> 

Допрошенная в судебном заседании по ходатайству истца врач Ч. сообщила суду, что обращение ФИО1 за получением медицинской помощи в декабре 2016 года было связано с наличием у нее хронического заболевания – 

<

данные изъяты> 

Иных доказательств, свидетельствующих о том, что заболевание, по которому ФИО1 получала лечение у невролога в декабре 2016 года, связано с перенесенными нравственными страданиями, причиненными действиями работодателя, суду не представлено. В связи с чем, требования о компенсации морального вреда за причинение вреда здоровью в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, также удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к Муниципальному бюджетному дошкольному образовательному учреждению детский сад №1 ст.Милютинская, Отделу образования Администрации Милютинского района о возмещении морального вреда, причиненного работнику, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ростовский областной суд через Морозовский районный суд Ростовской области в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Решения в окончательной форме изготовлено 18 июля 2017 года. 

Судья подпись