№ 1-97/2021

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Кизляр, Республика Дагестан 21 июля 2021 года 

Кизлярский городской суд Республики Дагестан в составе: председательствующего судьи Морозова В.Н., при секретарях судебного заседания ФИО2 и ФИО3, с участием государственного обвинителя – помощника прокурора 

<

адрес> ФИО9, потерпевшего ФИО13 №1 и его представителя - адвоката ФИО11, представившего удостоверение № и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ, подсудимого ФИО1 и его защитника – адвоката ФИО8, представившего удостоверение № и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ, рассмотрев в открытом судебном заседании судьей единолично материалы уголовного дела в отношении: 

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., уроженца 

<

адрес> Республики Дагестан, зарегистрированного по месту жительства и проживающего по адресу: 

<

адрес>, гражданина Российской Федерации, с высшим образованием, женатого, имеющего 2 малолетних детей, не работающего (пенсионер), военнообязанного, ранее не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ, 

УСТАНОВИЛ:

Как следует из обвинительного заключения по уголовному делу, ФИО1, занимая до ДД.ММ.ГГГГ должность следователя следственного отдела ОМВД России по городу Кизляру в соответствии с приказом министра внутренних дел по 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № л/с, являясь должностным лицом, совершил мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, с использованием своего служебного положения и с причинением значительного ущерба гражданину, при следующих обстоятельствах.

Согласно статьи 1 Закона Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № 3-ФЗ "О полиции", полиция в Российской Федерации предназначена для защиты жизни, здоровья, прав и свобод граждан Российской Федерации, иностранных граждан, лиц без гражданства, для противодействия преступности, охраны общественного порядка, собственности и для обеспечения общественной безопасности.

В соответствии с требованиями п.п. 4, 12, 13, 14 ч. 1 ст. 12 и п.п. 2, 3 ч. 1 ст. 13 Федерального Закона № 342-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" сотрудник органов внутренних дел обязан: соблюдать при выполнении служебных обязанностей права и законные интересы граждан, общественных объединений и организаций; не допускать злоупотреблений служебными полномочиями, соблюдать установленные федеральными законами ограничения и запреты, связанные со службой в органах внутренних дел, а также соблюдать требования к служебному поведению сотрудника; сообщать непосредственному руководителю (начальнику) о возникновении личной заинтересованности, которая может привести к возникновению конфликта интересов при выполнении служебных обязанностей, и принимать меры по предотвращению такого конфликта; уведомлять в порядке, установленном законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции, о каждом случае обращения к нему каких-либо лиц в целях склонения к совершению коррупционного правонарушения; заботиться о сохранении своих чести и достоинства, не допускать принятия решений из соображений личной заинтересованности, не совершать при выполнении служебных обязанностей поступки, вызывающие сомнение в объективности, справедливости и беспристрастности сотрудника, наносящие ущерб его репутации, авторитету федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, а также государственной власти; проявлять уважение, вежливость, тактичность по отношению к гражданам, в пределах служебных полномочий оказывать им содействие в реализации их прав и свобод.

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в производстве ФИО1 находилось уголовное дело № по обвинению ФИО4 в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 159, ч. 3 ст. 159, ч. 2 ст. 159 УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 уголовное дело с обвинительным заключением в соответствии с ч. 6 ст. 220 УПК РФ с согласия руководителя следственного органа представлено прокурору, которым оно утверждено ДД.ММ.ГГГГ и направлено в Кизлярский городской суд для рассмотрения по существу.

После направления прокурором уголовного дела № в отношении ФИО4 в суд, заведомо зная, что никак не сможет повлиять на принимаемое судьей решение в отношении ФИО4, у ФИО1 возник умысел на хищение путем обмана принадлежащего супругу ФИО4 - ФИО13 №1 имущества, а именно денег с использованием своего служебного положения.

С целью реализации своего преступного умысла, ДД.ММ.ГГГГ, более точное время органом предварительного расследования не установлено, ФИО1 прибыл по месту проживания ФИО13 №1 и ФИО4 по адресу: 

<

адрес>, где во дворе указанного дома, осознавая общественную опасность и преступный характер своих действий, направленных против собственности, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий в виде присвоения чужого имущества - денег, желая наступления таких последствий, имея умысел на хищение чужого имущества в виде денег путем обмана, из корыстных побуждений, действуя с использованием своего служебного положения, потребовал от супруга ФИО4 - ФИО13 №1 денежные средства в размере 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей, якобы предназначенные для судьи и прокурора за вынесение решения в суде, предусматривающего освобождение ФИО4 от реального срока отбывания наказания по уголовному делу, заявив, что в противном случае ФИО4 будет осуждена к реальному сроку отбывания наказания.

Тем самым ФИО1, используя занимаемое им служебное положение, создал условия, при которых ФИО13 №1, находясь под влиянием обмана и введенный в заблуждение, был вынужден согласиться передать ФИО1 требуемые денежные средства, с целью предотвращения наступления негативных последствий для своей супруги ФИО4

При этом ФИО1, осознавая отсутствие у него возможности влиять на выносимый судьей приговор и решения прокурора об обжаловании данного приговора в пределах полномочий, предоставленных им уголовно-процессуальным законом, а также, не имея с ними предварительной договорённости, заведомо не намеревался передавать указанным должностным лицам полученные от ФИО13 №1 деньги.

ДД.ММ.ГГГГ, более точное время органом предварительного расследования не установлено, ФИО13 №1 встретился с ФИО1 около 

<

адрес> и, находясь в салоне автомобиля марки "Тойота" с государственными регистрационными знаками "М 333 ВУ/05 RUS" под управлением ФИО1, ФИО13 №1 передал ФИО1 денежные средства в сумме 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей, договорившись передать оставшуюся часть денег в сумме 100 000 (сто тысяч) рублей в последующие дни.

ФИО13 №1, усомнившись в правомерности требований ФИО1 о передаче ему денег в сумме 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей, ДД.ММ.ГГГГ обратился в УФСБ России по 

<

адрес> с заявлением о требовании у него денежных средств ФИО1

По результатам рассмотрения заявления ФИО13 №1 в соответствии с Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 144-ФЗ "Об оперативно-розыскной деятельности" УФСБ России по 

<

адрес>, являющимся органом, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, было принято решение о проведении оперативно-розыскных мероприятий "Оперативный эксперимент" и "Наблюдение" в целях изобличения и фиксации противозаконных действий ФИО1, в том числе путем применения технических средств для негласной аудио и видео фиксации хода оперативно-розыскных мероприятий.

ДД.ММ.ГГГГ в рамках проводимых оперативно-розыскных мероприятий "Оперативный эксперимент" и "Наблюдение" сотрудниками УФСБ России по 

<

адрес> ФИО13 №1 переданы предварительно ксерокопированные и обработанные специальным люминесцирующим порошком денежные средства в сумме 70000 (семьдесят тысяч) рублей для их передачи ФИО1

В тот же день, то есть ДД.ММ.ГГГГ, ФИО13 №1 созвонился с ФИО1 и договорился с ним о встрече в адвокатском кабинете "Фемида" по адресу: 

<

адрес>. Прибыв в обговоренное место примерно в 12 часов, ФИО13 №1 встретил адвоката ФИО6, куда также подошел ФИО1, после чего все указанные лица зашли в помещение адвокатского кабинета, где адвокат ФИО7 отказался защищать интересы ФИО4 и возвратил ФИО13 №1 денежные средства в сумме 20 000 (двадцать тысяч) рублей, ранее переданные последним для защиты интересов супруги.

После возврата денег адвокатом ФИО6, ФИО13 №1 и ФИО1 вышли из адвокатского кабинета и сели в автомобиль марки "Тойота" с государственными регистрационными знаками "М 333 ВУ/05 RUS" под управлением ФИО1, после чего последний стал ездить по различным улицам 

<

адрес>. По ходу следования автомобиля по одной из улиц 

<

адрес>, а именно на пересечении улиц Северная и Восточная 

<

адрес>, ДД.ММ.ГГГГ в период с 12 до 14 часов, более точное время органом предварительного расследования не установлено, находясь в салоне указанного автомобиля на переднем пассажирском сиденье, ФИО13 №1 передал ФИО1 часть требуемых последним денежных средств, а именно предварительно ксерокопированные и обработанные специальным люминесцирующим порошком денежные средства в сумме 70000 (семьдесят (тысяч) рублей и переданные ему адвокатом ФИО6 денежные средства в сумме 20 000 (двадцать тысяч) рублей, всего 90 000 (девяносто тысяч) рублей, договорившись передать оставшуюся часть денег в сумме 10 000 (десять тысяч) рублей в последующие дни. После передачи денег и остановки, ФИО13 №1 вышел из автомобиля и сообщил сотрудникам УФСБ России по 

<

адрес> о передаче денег. После получения сигнала о передаче денег, сотрудниками УФСБ России по 

<

адрес> принята попытка блокирования автомобиля марки "Тойота" с государственными регистрационными знаками "М 333 ВУ/05 RUS" под управлением ФИО1 на 

<

адрес> и задержания с поличным ФИО1 Однако, ФИО1 удалось скрыться от сотрудников УФСБ России по 

<

адрес>, проводивших в отношении него оперативно-розыскные мероприятия "Оперативный эксперимент" и "Наблюдение", вместе с полученными от ФИО13 №1 денежными средствами в сумме 90 000 (девяносто тысяч) рублей.

Полученными от ФИО13 №1 денежными средствами в общей сумме 140 000 (сто сорок тысяч) рублей ФИО1 распорядился по своему усмотрению, то есть похитил, в результате чего ФИО13 №1 причинен имущественный вред в виде значительного ущерба.

Таким образом, ФИО1, своими умышленными действиями, выразившимися в мошенничестве, то есть хищении чужого имущества путем обмана, совершенном с использованием своего служебного положения и с причинением значительного ущерба гражданину, совершил преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 159 УК РФ.

Подсудимый ФИО1 вину по предъявленному обвинению в судебном заседании не признал.

В связи с допущенными органом предварительного следствия при производстве предварительного следствия по уголовному делу и составлении по нему обвинительного заключения нарушениями требований УПК РФ, которые по мнению защитника подсудимого ФИО1 - адвоката ФИО8 нарушают права подсудимого на защиту, чем препятствуют рассмотрению уголовного дела по существу, адвокатом ФИО8 председательствующему заявлено ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Так, согласно доводам адвоката, в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении следователь обязан указать существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела.

Как следует из постановления о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого (т. 4 л.д. 12-18) и составленного по уголовному делу на его основе обвинительного заключения (т. 4 л.д. 142-171) ФИО1 своими умышленными действиями, выразившимися в мошенничестве, совершенном путем обмана и с использованием своего служебного положения, похитил у потерпевшего ФИО13 №1 денежные средства в общей сумме 140 000 (сто сорок тысяч) рублей и распорядился указанными денежными средствами по своему усмотрению.

Вместе с этим и согласно тем же постановлению о привлечении в качестве обвиняемого и обвинительному заключению, ДД.ММ.ГГГГ, более точное время органом предварительного расследования не установлено, ФИО13 №1 встретился с ФИО1 около 

<

адрес>, где находясь в салоне автомобиля марки "Тойота" с государственными регистрационными знаками "М 333 ВУ/05 RUS" под управлением ФИО1, ФИО13 №1 передал ФИО1 денежные средства в сумме 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей, по убеждениям ФИО1 предназначенные для судьи и прокурора за вынесение решения в суде предусматривающего освобождение ФИО4 от реального срока отбывания наказания по уголовному делу, при этом договорившись с ФИО1 о передаче оставшейся части денег в сумме 100 000 (сто тысяч) рублей в последующие дни, в которые, а именно ДД.ММ.ГГГГ ФИО13 №1 усомнившись в правомерности требований ФИО1 о передаче ему денег в сумме 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей обратился в УФСБ России по 

<

адрес> с заявлением о требовании у него денежных средств ФИО1, которому ДД.ММ.ГГГГ ФИО13 №1 под контролем УФСБ России по 

<

адрес> передал часть из оставшейся вышеуказанной суммы, в размере 90 000 (девяносто тысяч) рублей.

Также, согласно обвинительному заключению (т. 4 л.д. 171) ФИО13 №1 признан по уголовному делу потерпевшим и ему преступлением причинен имущественный вред в размере 140 000 (сто сорок тысяч) рублей.

Адвокат ФИО8 считает, что вывод и решение органа предварительного следствия о признании ФИО13 №1 потерпевшим в части передачи ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 денежных средств в сумме 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей и причинении ФИО13 №1 имущественного вреда в целом, т.е. в размере 140 000 (сто сорок тысяч) рублей не соответствует фактическим обстоятельствам уголовного дела, изложенным следователем в постановлении о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого и составленном на его основе обвинительном заключении.

Так, в соответствии с абз. 2 п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № (ред. ДД.ММ.ГГГГ) "О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях" если должностное лицо путем обмана или злоупотребления доверием получило ценности за совершение в интересах дающего или иных лиц действий (бездействие) либо за способствование таким действиям, которые оно не может осуществить ввиду отсутствия соответствующих служебных полномочий или должностного положения, содеянное следует квалифицировать как мошенничество, совершенное лицом с использованием своего служебного положения. Владелец переданных ценностей в указанных случаях несет ответственность за покушение на дачу взятки или коммерческий подкуп. При этом такое лицо не может признаваться потерпевшим и не вправе претендовать на возвращение этих ценностей, а также на возмещение вреда в случае их утраты.

Также, в соответствии с абз. 1 п. 30 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации освобождение от уголовной ответственности взяткодателя либо лица, совершившего коммерческий подкуп, которые активно способствовали раскрытию и (или) расследованию преступления и в отношении которых имело место вымогательство взятки или предмета коммерческого подкупа, не означает отсутствия в их действиях состава преступления. Поэтому такие лица не могут признаваться потерпевшими и не вправе претендовать на возвращение им ценностей, переданных в виде взятки или предмета коммерческого подкупа.

Таким образом, исходя из вышеприведенных разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № и согласно изложенным в постановлении о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого обстоятельствам уголовного дела и составленного на его основе обвинительного заключения ФИО13 №1 подлежит привлечению к предусмотренной уголовным законом ответственности за покушение ДД.ММ.ГГГГ на дачу предназначенной для судьи и прокурора взятки в виде денежных средств в сумме 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей, вследствие чего он незаконно признан потерпевшим по указанному факту и в целом о причинении ему имущественного вреда в размере 140 000 (сто сорок тысяч) рублей.

При указанных обстоятельствах адвокат ФИО8 считает, что обвинительное заключение составлено в нарушение п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ, т.к. изложенные в нем обстоятельства уголовного дела в части причиненного потерпевшему преступлением имущественного ущерба и таким образом его последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела, не соответствуют его фактическим обстоятельствам, что ухудшает положение подсудимого и нарушает его право на защиту.

Вместе с этим адвокатом ФИО8 в ходатайстве указано, что согласно приобщенному к материалам уголовного дела ордеру от ДД.ММ.ГГГГ № (т. 3 л.д. 61), с указанной в ордере даты защита прав и интересов ФИО1 по уголовному делу в СК РФ по РД поручена адвокату ФИО10, с участием которого по уголовному делу проведен ряд следственных, процессуальных действий, а именно: - задержание подозреваемого ФИО1 (т. 3 л.д. 62-65); - допрос подозреваемого (т. 3 л.д. 68-72); - привлечение ФИО1 в качестве обвиняемого (т. 3 л.д. 90-96); - допрос обвиняемого ФИО1 (т. 3 л.д. 97-102); - ознакомление обвиняемого ФИО1 с двумя назначенными по уголовному делу судебными экспертизами (т. 3 л.д. 103-106); - ознакомление обвиняемого ФИО1 с заключением эксперта (т. 3 л.д. 107-108), а также адвокатом ФИО10 принято участие в судебном заседании по рассмотрению ходатайства следователя об избрании подозреваемому ФИО1 меры пресечения, по результатам которого вынесено судебное решение (т. 3 л.д. 80-81).

С ДД.ММ.ГГГГ защита прав и интересов ФИО1 по находящемуся в производстве СУ СК РФ по РД уголовному делу на основании ордера № осуществлялась адвокатом ФИО12, без участия ранее назначенного адвоката ФИО10 

Вместе с тем, согласно материалам уголовного дела ФИО1 от осуществления его защиты адвокатом ФИО10 на стадии предварительного следствия по уголовному делу в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 52 УПК РФ в письменном виде не отказался, при этом уведомления адвоката ФИО10 следователем о необходимости его участия в последующих следственных и процессуальных действиях в материалах уголовного дела отсутствуют, основания неучастия в них адвоката ФИО10 следователем ФИО1 не объяснены.

В соответствии с требованиями п. 8 ч. 2 ст. 47 УПК РФ обвиняемый вправе пользоваться помощью защитника, в том числе бесплатно в случаях, предусмотренных УПК РФ (ч. 5 ст. 50 УПК РФ).

В силу п. 1 ч. 1 ст. 51 УПК РФ участие защитника в уголовном судопроизводстве обязательно, если обвиняемый не отказался от защитника в порядке, установленном ст. 52 УПК РФ.

В соответствии с ч. 1 ст. 52 УПК РФ обвиняемый вправе в любой момент производства по уголовному делу отказаться от помощи защитника. Такой отказ допускается только по инициативе подозреваемого или обвиняемого. Отказ от защитника заявляется в письменном виде.

Согласно ч. 1 ст. 53 УПК РФ с момента вступления в уголовное дело защитник вправе: 1) иметь с подозреваемым, обвиняемым свидания в соответствии с п. 3 ч. 4 ст. 46 и п. 9 ч. 4 ст. 47 настоящего Кодекса; 2) собирать и представлять доказательства, необходимые для оказания юридической помощи, в порядке, установленном ч. 3 ст. 86 настоящего Кодекса; 3) привлекать специалиста в соответствии со ст. 58 настоящего Кодекса; 4) присутствовать при предъявлении обвинения; 5) участвовать в допросе подозреваемого, обвиняемого, а также в иных следственных действиях, производимых с участием подозреваемого, обвиняемого либо по его ходатайству или ходатайству самого защитника в порядке, установленном настоящим Кодексом; 6) знакомиться с протоколом задержания, постановлением о применении меры пресечения, протоколами следственных действий, произведенных с участием подозреваемого, обвиняемого, иными документами, которые предъявлялись либо должны были предъявляться подозреваемому, обвиняемому; 7) знакомиться по окончании предварительного расследования со всеми материалами уголовного дела, выписывать из уголовного дела любые сведения в любом объеме, снимать за свой счет копии с материалов уголовного дела, в том числе с помощью технических средств; 8) заявлять ходатайства и отводы.

Вышеуказанные требования УПК РФ следователем в ходе производства предварительного следствия по уголовному делу не выполнены, с даты вступления в уголовное дело адвоката ФИО12 все следственные и процессуальные действия, в том числе и ознакомление с материалами уголовного дела по окончанию по нему предварительного следствия в порядке ст. 217 УПК РФ (т. 4 л.д. 139-141), проведены без участия адвоката ФИО10, вследствие чего сторона защиты считает, что органом предварительного следствия при производстве предварительного следствия по уголовному делу грубо нарушены права обвиняемого ФИО1 на защиту.

Обеспечение права на защиту является обязанностью государства и необходимым условием справедливого правосудия.

По смыслу статьи 16 УПК РФ обеспечение права на защиту является одним из принципов уголовного судопроизводства, действующих во всех его стадиях. В силу этого правом на защиту обладают подозреваемый и обвиняемый, а также любое иное лицо, права и свободы которого существенно затрагиваются или могут быть существенно затронуты действиями и мерами, свидетельствующими о направленной против него обвинительной деятельности, независимо от формального процессуального статуса такого лица (обвиняемый). 

При указанных обстоятельствах сторона защиты также считает, что обвинительное заключение по уголовному делу составлено с нарушением требований УПК РФ, т.е. с нарушением права обвиняемого ФИО1, на защиту, предусмотренного статьями 47, 51, 52 и 53 УПК РФ. 

Подсудимый ФИО1 согласился с изложенными в ходатайстве его адвоката доводами, поддержал данное ходатайство и просил суд его удовлетворить, при этом пояснил, что обращался к следователю для выяснения причины неучастия в следственных действиях и в ознакомлении с материалами уголовного дела адвоката ФИО10 на что вразумительного ответа от следователя не получил, от защиты адвоката ФИО10 он не отказывался, в том числе и в письменном виде. 

Государственный обвинитель ФИО9 просила суд в удовлетворении ходатайства адвоката ФИО8 отказать, считая заявленное ходатайство не обоснованным. При этом пояснила, что ФИО1 предъявлено обвинение в том, что имея умысел на хищение чужого имущества в виде денег, путем обмана из корыстных побуждений, действуя с использованием своего служебного положения он потребовал от потерпевшего денежные средства в размере 150 тысяч рублей, якобы предназначенные для судьи и прокурора за вынесение решения в суде, предусматривающего освобождение его супруги ФИО5 от реального срока отбывания наказания.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО13 №1 передал ФИО1 денежные средства в размере 50 тысяч рублей, договорившись передать оставшуюся часть денег в сумме 100 тысяч рублей в последующие дни.

Далее, ФИО13 №1, усомнившись в правомерности требований ФИО1 о передаче ему денег в сумме 150 тысяч рублей ДД.ММ.ГГГГ, обратился с заявлением в УФСБ России по РД.

ДД.ММ.ГГГГ после передачи ему денежных средств в сумме 90 тысяч рублей ФИО1 избежал задержания сотрудниками ФСБ и скрылся с полученными деньгами.

То есть имеет место продолжаемая, в несколько приемов, передача денег, вследствие чего следует отличать единое продолжаемое преступление от совокупности преступлений.

ФИО13 №1 до полной передачи ценностей ФИО1 добровольно заявил об этом органу, имеющему право осуществлять оперативно-розыскную деятельность.

В подобном случае действия лица не образуют состав преступления, предусмотренного статьей 291 УК РФ. Кроме того, когда передача имущества, предоставление имущественных прав, оказание услуг имущественного характера производились под контролем с целью задержания с поличным лица, заявившего такие требования, деньги и другие ценности, переданные в качестве взятки или предмета коммерческого подкупа, подлежат возвращению их законному владельцу.

Данную позицию высказал Верховный Суд Российской Федерации в п. 21 и в третьем абзаце п. 30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № от ДД.ММ.ГГГГ "О судебной практике по делам о взяточничестве и иных коррупционных преступлениях". То есть у следствия не имелось оснований для принятия в отношении ФИО13 №1 процессуального решения в порядке ст. 144-145 УПК РФ, иначе бы у стороны защиты появился дополнительный повод для жалоб о излишне вменённом преступлении, поскольку как раз это бы и ухудшало бы положение подсудимого.

Согласно п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "О практике применения судами законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве" заявление обвиняемого об отказе от защитника ввиду отсутствия средств на оплату услуг адвоката либо неявки в судебное заседание приглашенного им или назначенного ему адвоката, а также об отказе от услуг конкретного адвоката не может расцениваться как отказ от помощи защитника, предусмотренный статьей 52 УПК РФ.

Данная статья посвящена отказу от любой помощи и от любого и каждого защитника. Не являются отказом от помощи защитника в том смысле этого словосочетания, который заложен в него ч. 1 ст. 52 УПК РФ, заявления подозреваемого (обвиняемого и др.) об отказе от участия в уголовном процессе конкретного лица, выступающего в качестве защитника. В данном случае реализуется право обвиняемого лично осуществлять свою защиту способами и средствами, не запрещенными федеральным законом.

Адвокат ФИО10 был предоставлен ФИО1 по назначению следователя в порядке ч. 1 ст. 51 УПК РФ. С его участием проведен ряд процессуальных действий. С ДД.ММ.ГГГГ защита осуществлялась адвокатам ФИО12

ФИО1 не отказался от помощи защитника вообще, ни от помощи конкретных лиц. Защита была реально обеспечена, то есть нарушений права на защиту не имеется.

Согласно ч. 3 ст. 52 УПК РФ допуск нового защитника к участию в деле по общему правилу не влечет повторения уже проведенных процессуальных действий. Однако по ходатайству защитника суд может повторить допросы свидетелей, потерпевших, экспертов и иные процессуальные действия. Такие ходатайства следователю не поступали.

Ввиду изложенного государственный обвинитель считает, что при составлении обвинительного заключения нарушений требований уголовно-процессуального законодательства, которые не позволят суду вынести на его основе итоговое судебное решение, не допущено.

ФИО13 ФИО13 №1 и его представитель ФИО11 поддержали мнение государственного обвинителя и просили суд в удовлетворении ходатайства адвоката ФИО8 отказать по следующим основаниям, первое из которых схоже с позицией государственного обвинителя, т.к. ч. 3 ст. 30 УК РФ предусматривает, что покушение на преступление это умышленные действия лица, непосредственно направленные на совершение преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам.

В силу абз. 2 п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях" если должностное лицо путем обмана или злоупотребления доверием получило ценности за совершение в интересах дающего или иных лиц действий (бездействие) либо за способствование таким действиям, которые оно не может осуществить ввиду отсутствия соответствующих служебных полномочий или должностного положения, содеянное следует квалифицировать как мошенничество, совершенное лицом с использованием своего служебного положения. Владелец переданных ценностей в указанных случаях несет ответственность за покушение на дачу взятки или коммерческий подкуп. При этом такое лицо не может признаваться потерпевшим и не вправе претендовать на возвращение этих ценностей, а также на возмещение вреда в случае их утраты. Т.е. в этом абзаце речь идет о покушении на дачу взятки за что предусмотрена уголовная ответственность. Как они понимают вышеуказанную норму закона, по независящим от ФИО13 №1 обстоятельствам это преступление не было доведено до конца. Если бы он передал всю денежную сумму, которую необходимо было бы передать, дождался бы результата, который был бы отрицательным и после этого он обратился бы в органы, тогда он подлежал бы привлечению к ответственности за дачу взятки и в случаях установленных законом в примечаниях к ст. 291 УК РФ, подлежал бы освобождению от уголовной ответственности. В данном случае ФИО13 №1 не передал всю сумму и не дождался результата. Поэтому они считают, что в действиях ФИО13 №1 отсутствует состав преступления и в его случае к нему не применимы положения Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №. Вторую часть взятки ФИО13 №1 передал под контролем правоохранительных органов и из указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, также следует, что действия лица не образуют состав преступления в части передачи предмета взятки в том случае если в отношении такого лица заявлено требование о передаче взятки и оно до передачи ценностей заявило об этом органу, т.е. если бы даже ФИО13 №1 довел бы до конца свое преступление, но здесь это не возможно, т.к. вторую часть он передавал под контролем.

По доводу нарушения права обвиняемого ФИО1 на защиту пояснил, что согласно материалам дела первый адвокат ФИО10 был назначен ему следователем за счет государства, затем этот адвокат был заменен на другого также назначенного адвоката ФИО12, вследствие чего и поскольку приглашенных адвокатов у обвиняемого на тот момент не было, а два защитника за государственный счет ему не положено в связи с действующим законодательством, при этом против назначенного следователем другого защитника обвиняемый не возражал и в материалах дела его возражения не зафиксированы, а то что озвучил подсудимый и его защитник о том, что ФИО1 будучи обвиняемым обращался к следователю по поводу отсутствия адвоката ФИО10, что не возможно сейчас проверить, то мнение ФИО1 и его защитника о праве на двух защитников не основано на законе. Считает, что право обвиняемого на защиту нарушено не было. Полагает, что доводы адвоката ФИО8 и подсудимого ФИО1 имели бы значение если бы один из двух защитников был бы приглашен обвиняемым и один из них присутствовал бы при производстве следственных действий, а другой нет, при том, что обвиняемый не отказался бы от него. А в случае если бы один защитник был бы по назначению, а второй защитник был бы по соглашению, то обвиняемый сразу теряет право на защитника по назначению. В УПК РФ указано. что защитник по назначению полагается в том случае лицу если оно не пригласило защитника. С того момента как лицо пригласило защитника ему защитник по назначению не полагается, т.к. оно имеет право на нескольких защитников только за свой счет. При таких обстоятельствах считают доводы адвоката ФИО8 необоснованными, незаконными и просят ходатайство отклонить полностью. 

Выслушав мнение и доводы сторон суд приходит к следующему решению.

В соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 73 УПК РФ при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию характер и размер вреда, причиненного преступлением.

Согласно п. 4 ч. 2 ст. 171 УПК РФ в постановлении о привлечении лица в качестве обвиняемого следователь указывает описание преступления с указанием времени, места его совершения, а также иных обстоятельств, подлежащих доказыванию в соответствии с пунктами 1 - 4 ч. 1 ст. 73 УПК РФ.

В силу п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении следователь указывает существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела.

Как следует из постановления о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого и составленного по уголовному делу на его основе обвинительного заключения, ФИО1, состоя в должности следователя следственного отдела ОМВД России по городу Кизляру, в результате мошенничества, совершенного путем обмана и с использованием своего служебного положения, похитил у потерпевшего ФИО13 №1 денежные средства в общей сумме 140 000 (сто сорок тысяч) рублей, которыми ФИО1 распорядился по своему усмотрению.

Так, ДД.ММ.ГГГГ, более точное время органом предварительного расследования не установлено, ФИО1, около 

<

адрес>, получил от ФИО13 №1 часть из требуемых от последнего денежных средств в размере 150 000 (сто пятьдесят) рублей в сумме 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей, предназначенные для судьи и прокурора за вынесение в суде решения без назначения супруге ФИО13 №1 - ФИО4 наказания в виде реального срока лишения свободы по уголовному делу. При этом ФИО13 №1 договорился с ФИО1 о передаче оставшейся части денег в сумме 100 000 (сто тысяч) рублей в последующие дни, в которые, а именно ДД.ММ.ГГГГ ФИО13 №1 усомнившись в правомерности требований ФИО1 обратился в УФСБ России по 

<

адрес> с заявлением о требовании у него денежных средств ФИО1 Последующая передача части денежных средств из оставшихся 100 000 (сто тысяч) рублей в сумме 90 000 (девяносто) рублей проведена ДД.ММ.ГГГГ под контролем УФСБ России по 

<

адрес> в рамках исполнения Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 144-ФЗ "Об оперативно-розыскной деятельности".

Согласно обвинительному заключению (т. 4 л.д. 171) ФИО13 №1, вследствие того, что ему преступлением причинен имущественный вред в размере 140 000 (сто сорок тысяч) рублей признан по уголовному делу потерпевшим.

Вместе с тем, из вышеизложенных в постановлении о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого и составленного на его основе обвинительного заключения обстоятельств уголовного дела также следует, что ФИО13 №1 передал ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 часть из требуемых последним денежных средств в размере 150 000 (сто пятьдесят) рублей в сумме 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей, предназначенные для судьи и прокурора за вынесение в суде по уголовному делу в отношении супруги ФИО13 №1 - ФИО4 угодного последним наказания.

Согласно данным Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № (ред. ДД.ММ.ГГГГ) "О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях" в пункте 10 разъяснениям, получение и дача взятки считаются оконченными с момент принятия должностным лицом хотя бы части передаваемых ему ценностей. При этом не имеет значения, получили ли указанные лица реальную возможность пользоваться или распоряжаться переданными им ценностями по своему усмотрению.

Таким образом, исходя из вышеизложенных разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации и изложенных в постановлении о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого и составленного на его основе обвинительного заключения обстоятельств ФИО13 №1 дал ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 предназначенную для судьи и прокурора взятку в сумме 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей. 

В соответствии с абз. 2 п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, если должностное лицо путем обмана или злоупотребления доверием получило ценности за совершение в интересах дающего или иных лиц действий (бездействие) либо за способствование таким действиям, которые оно не может осуществить ввиду отсутствия соответствующих служебных полномочий или должностного положения, содеянное следует квалифицировать как мошенничество, совершенное лицом с использованием своего служебного положения. Владелец переданных ценностей в указанных случаях несет ответственность за покушение на дачу взятки или коммерческий подкуп. При этом такое лицо не может признаваться потерпевшим и не вправе претендовать на возвращение этих ценностей, а также на возмещение вреда в случае их утраты.

Также, в соответствии с абз. 1 п. 30 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации освобождение от уголовной ответственности взяткодателя либо лица, совершившего коммерческий подкуп, которые активно способствовали раскрытию и (или) расследованию преступления и в отношении которых имело место вымогательство взятки или предмета коммерческого подкупа, не означает отсутствия в их действиях состава преступления. Поэтому такие лица не могут признаваться потерпевшими и не вправе претендовать на возвращение им ценностей, переданных в виде взятки или предмета коммерческого подкупа.

Таким образом, исходя из вышеприведенных в пунктах 24 и 30 разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № и согласно изложенным в постановлении о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого обстоятельствам уголовного дела и составленного на его основе обвинительного заключения ФИО13 №1 подлежит привлечению к предусмотренной уголовным законом ответственности за покушение ДД.ММ.ГГГГ на дачу предназначенной для судьи и прокурора взятки в виде денежных средств в сумме 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей, вследствие чего он незаконно признан потерпевшим по указанному факту.

При указанных обстоятельствах суд считает, что вывод и решение органа предварительного следствия о признании ФИО13 №1 потерпевшим в части передачи ФИО1 денежных средств в сумме 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей и как следствие о причинении ФИО13 №1 имущественного вреда в целом, т.е. в размере 140 000 (сто сорок тысяч) рублей не соответствует фактическим обстоятельствам уголовного дела, изложенным следователем в постановлении о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого и составленном на его основе обвинительном заключении.

В силу требований ч.ч. 1 и 2 ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению, а изменение предъявленного обвинения в ходе судебного разбирательства допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

Требуемые в рассматриваемом случае действия суда, заключающиеся в установлении обстоятельств предусмотренных п. 4 ч. 1 ст. 73 УПК РФ, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а именно связанные с установлением характера и размера вреда, причиненного преступлением, таким образом его последствий подлежащих в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ указанию в обвинительном заключении, состоящие в прямой связи с необходимостью принятия органом предварительного следствия в отношении потерпевшего ФИО13 №1 процессуальных решений о его ответственности за покушение на дачу взятки, либо освобождения от указанной ответственности, несвойственны суду и осуществляются по закону органом предварительного следствия.

Вместе с этим суд признает обоснованными и изложенные в ходатайстве адвоката ФИО8 доводы о нарушении органом предварительного следствия в ходе производства предварительного следствия по уголовному делу права обвиняемого ФИО1 на защиту.

Так, в соответствии с разъяснениями данными судам в Постановлении Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № "О практике применения судами законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве" обеспечение права на защиту является обязанностью государства и необходимым условием справедливого правосудия. По смыслу статьи 16 УПК РФ обеспечение права на защиту является одним из принципов уголовного судопроизводства, действующих во всех его стадиях. В силу этого правом на защиту обладают подозреваемый и обвиняемый, а также любое иное лицо, права и свободы которого существенно затрагиваются или могут быть существенно затронуты действиями и мерами, свидетельствующими о направленной против него обвинительной деятельности, независимо от формального процессуального статуса такого лица (обвиняемый).

Вместе с тем, как установлено в судебном заседании, согласно приобщенному к материалам уголовного дела ордеру от ДД.ММ.ГГГГ № (т. 3 л.д. 61), с указанной в ордере даты защита прав и интересов ФИО1 по уголовному делу в СК РФ по РД была поручена и осуществлялась адвокатом ФИО10, с участием которого по уголовному делу проведено: - задержание подозреваемого ФИО1 (т. 3 л.д. 62-65); - допрос подозреваемого ФИО1 (т. 3 л.д. 68-72); - привлечение ФИО1 в качестве обвиняемого (т. 3 л.д. 90-96); - допрос обвиняемого ФИО1 (т. 3 л.д. 97-102); - ознакомление обвиняемого ФИО1 с назначенными по уголовному делу судебными экспертизами и его ознакомление с заключением эксперта (т. 3 л.д. 103-108). Вместе с этим, адвокатом ФИО10 принято участие в судебном заседании по рассмотрению ходатайства следователя об избрании подозреваемому ФИО1 меры пресечения, по результатам которого вынесено судебное решение (т. 3 л.д. 80-81).

С ДД.ММ.ГГГГ защита прав и интересов ФИО1 при производстве следователем СУ СК РФ по РД предварительного следствия по уголовному делу осуществлялась на основании ордера № адвокатом ФИО12, сведения об участии в последующих проведенных по уголовному делу следственных и процессуальных действиях ранее назначенного адвоката ФИО10 в материалах уголовного дела отсутствуют, также как отсутствуют и уведомления адвоката ФИО10 следователем о необходимости его участия в последующих следственных и процессуальных действиях. При этом, согласно материалам уголовного дела ФИО1 от осуществления его защиты адвокатом ФИО10 на стадии предварительного следствия по уголовному делу, в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 52 УПК РФ в письменном виде не отказался, основания неучастия адвоката ФИО10 в проводимых по уголовному делу следственных действиях следователем ФИО1 не объяснены.

В соответствии с требованиями п. 8 ч. 2 ст. 47 УПК РФ обвиняемый вправе пользоваться помощью защитника, в том числе бесплатно в случаях, предусмотренных УПК РФ (ч. 5 ст. 50 УПК РФ).

В силу п. 1 ч. 1 ст. 51 УПК РФ участие защитника в уголовном судопроизводстве обязательно, если обвиняемый не отказался от защитника в порядке, установленном ст. 52 УПК РФ.

В соответствии с ч. 1 ст. 52 УПК РФ обвиняемый вправе в любой момент производства по уголовному делу отказаться от помощи защитника. Такой отказ допускается только по инициативе подозреваемого или обвиняемого. Отказ от защитника заявляется в письменном виде.

Согласно пунктам 1-8 ч. 1 ст. 53 УПК РФ с момента вступления в уголовное дело защитник вправе: - иметь с подозреваемым, обвиняемым свидания в соответствии с п. 3 ч. 4 ст. 46 и п. 9 ч. 4 ст. 47 УПК РФ; - собирать и представлять доказательства, необходимые для оказания юридической помощи, в порядке, установленном ч. 3 ст. 86 УПК РФ; - привлекать специалиста в соответствии со ст. 58 УПК РФ; - присутствовать при предъявлении обвинения; - участвовать в допросе обвиняемого, а также в иных следственных действиях, производимых с участием обвиняемого либо по его ходатайству или ходатайству самого защитника в порядке, установленном УПК РФ; - знакомиться с протоколом задержания, постановлением о применении меры пресечения, протоколами следственных действий, произведенных с участием обвиняемого, иными документами, которые предъявлялись либо должны были предъявляться обвиняемому; - знакомиться по окончании предварительного расследования со всеми материалами уголовного дела, выписывать из уголовного дела любые сведения в любом объеме, снимать за свой счет копии с материалов уголовного дела, в том числе с помощью технических средств; - заявлять ходатайства и отводы.

Как установлено судом вышеуказанные требования УПК РФ следователем в ходе производства предварительного следствия по уголовному делу не выполнены, с даты вступления в уголовное дело адвоката ФИО12 все следственные и процессуальные действия, в том числе и ознакомление с материалами уголовного дела по окончанию по нему предварительного следствия в порядке ст. 217 УПК РФ (т. 4 л.д. 139-141), проведены без участия адвоката ФИО10, вследствие чего суд считает, что органом предварительного следствия при производстве предварительного следствия по уголовному делу нарушены права обвиняемого ФИО1 на защиту. 

При указанных обстоятельствах суд считает, что обвинительное заключение по уголовному делу составлено с нарушением требований УПК РФ, т.е. с нарушением права обвиняемого ФИО1, на защиту, предусмотренного статьями 47, 51, 52 и 53 УПК РФ.

В соответствии с п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № "О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации", под допущенными при составлении обвинительного заключения нарушениями требований уголовно-процессуального закона следует понимать такие нарушения изложенных в статье 220 УПК РФ положений, которые исключают возможность принятия судом решения по существу дела на основании данного заключения. 

В тех случаях, когда существенное нарушение закона, допущенное в досудебной стадии и являющееся препятствием к рассмотрению уголовного дела, выявлено при судебном разбирательстве, суд, если он не может устранить такое нарушение самостоятельно, по ходатайству сторон или по своей инициативе возвращает дело прокурору для устранения указанного нарушения при условии, что оно не будет связано с восполнением неполноты произведенного дознания или предварительного следствия.

В рассматриваемом деле, допущенные в ходе предварительного следствия нарушения являются существенными, поскольку они не могут быть устранены судом при рассмотрении дела по существу в судебном заседании с соблюдением требований ч.ч. 1, 3 и 4 ст. 15 УПК РФ, об осуществлении судопроизводства на основе состязательности сторон, непосредственности суда и равноправия сторон перед судом, что исходя из требований уголовно-процессуального законодательства является недопустимым и препятствует вынесению судом законного, обоснованного и справедливого приговора согласно положениям ст. 297 УПК РФ.

Вместе с этим, указанные выше нарушения требований уголовно-процессуального закона, допущенные при составлении обвинительного заключения, помимо прочего, порождают наличие существенных противоречий, что является недопустимым, исходя из требований действующего законодательства, поскольку обвинительное заключение является итоговым документом, завершающим стадию досудебного производства по делу, на основе которого судом принимается итоговое решение.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что обвинительное заключение по уголовному делу в отношении ФИО1 составлено с нарушением требований ст. 220 УПК РФ, что исключает возможность постановления судом на его основе приговора, в связи с чем, уголовное дело в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ подлежит возвращению прокурору Республики Дагестан для устранения препятствий его рассмотрения судом не требующих восполнения неполноты произведенного предварительного следствия.

Принимая решение о возвращении уголовного дела прокурору суд исходит из того, что нарушение в досудебной стадии гарантированных Конституцией Российской Федерации права обвиняемого на судебную защиту и права потерпевшего на доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба исключает возможность постановления законного и обоснованного приговора.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 237 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Удовлетворить ходатайство адвоката ФИО8 о возвращении уголовного дела по обвинению ФИО1 совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ, прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ. 

Уголовное дело по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ возвратить прокурору Республики Дагестан для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Постановление может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Республики Дагестан в течение 10 суток со дня его вынесения.

Судья В.Н. Морозов