Дело №

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

05 февраля 2019г. Люберецкий горсуд Московской области в составе председательствующего судьи Сорокиной Т.В., при секретаре Рязановой В.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Федерального государственного унитарного предприятия «Федеральный центр двойных технологий «Союз» к ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного работником, 

УСТАНОВИЛ:

Истец в обоснование иска указал, что ответчик был принят на работу к истцу на должность заместителя начальника цеха согласно трудовому договору от ДД.ММ.ГГ № и приказу о приеме на работу от ДД.ММ.ГГ №/к.

Приказом № a/к от ДД.ММ.ГГ ответчик был переведен на должность начальника цеха 310.

В соответствии с планом внутреннего аудита, утвержденным генеральным директором ФГУП «ФЦДТ «Союз» ДД.ММ.ГГ, ДД.ММ.ГГ ответчику было вручено под роспись предписание №/ва от ДД.ММ.ГГ о проверке финансово-хозяйственной деятельности цеха 3ДД.ММ.ГГ год.

По результатам проверки составлен акт №/ва от ДД.ММ.ГГ, в котором установлены многочисленные нарушения в финансово-хозяйственной деятельности цеха 310, в том числе нарушения, связанные с необоснованным расходованием бензина и дизельного топлива (далее - ГСМ).

В связи с выявленными нарушениями было издано распоряжение № от ДД.ММ.ГГ. о проведении служебного расследования факта необоснованного расхода ГСМ в цехе 310.

По результатам расследования были составлены акты служебного расследования № от ДД.ММ.ГГ № от ДД.ММ.ГГ, с которыми ответчик был ознакомлен.

Истец указал, что в результате расследования было установлено, что топливная карта №, выданная ответчику на основании кассового ордера № от ДД.ММ.ГГ, а также выданная взамен нее на основании расходного кассового ордера № от ДД.ММ.ГГ карта № использовались ответчиком в личных целях. 

Документы, подтверждающие использование карты в рабочих целях, ответчиком не предоставлялись.

Истец указал, что по данным бухгалтерской отчетности и кассовых чеков, полученных на АЗС за период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ, по топливной карте № и по выданной взамен нее топливной карте № ответчиком было получено на АЗС 18 595.99 литров бензина № на общую сумму 651 741 (шестьсот пятьдесят одна тысяча семьсот сорок один) рубль 43 коп.

Истец указал, что топливная карта №, а также выданная ответчику взамен нее на основании расходного кассового ордера № от ДД.ММ.ГГ карта № использовались ответчиком в личных целях. Документы, подтверждающие использование карты в рабочих целях ответчиком не предоставлялись.

Указал, что по данным бухгалтерской отчетности и кассовых чеков, полученных на АЗС за период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ, по топливной карте № и по выданной взамен нее топливной карте № ответчиком было получено на № литров дизельного топлива на общую сумму 1062473 (один миллион шестьдесят две тысячи четыреста семьдесят три) рубля 18 коп.

Истец указал, что при этом, цех не эксплуатирует технику, потребляющую дизельное топливо. Дизельная электростанция SDMO 630V инв. №, находящаяся на балансе цеха 310, неисправна, не введена в эксплуатацию и никогда не работала, что подтверждается актом комиссии от ДД.ММ.ГГ, а также данными журнала событий станции управления о запусках. Показания счетчика моточасов электростанции не превышают 1 часа 20 минут, что соответствует времени обкатки и испытания завода изготовителя.

Указал, что общая сумма, ущерба причиненного ответчиком истцу, составляет 1 714 214 (один миллион семьсот четырнадцать тысяч двести четырнадцать) рублей 61 коп., что подтверждается расчетом суммы, подлежащей взысканию с ответчика, а также копиями кассовых чеков, выданных на АЗС, копиями справок о виде и количестве полученного топлива, распечатками операций по топливным картам.

Истец в иске указал, что в связи с выявленными фактами использования ответчиком ГСМ в личных, не связанных с работой целях, у ответчика была затребована объяснительная.

В своей объяснительной от ДД.ММ.ГГ ответчик признал факт заправки собственного автомобиля ГАЗ 27-05 государственный регистрационный знак № бензином АИ-92 за счет истца.

Относительно расхода дизельного топлива ответчик, в своей объяснительной от ДД.ММ.ГГ указал о том, что использовал дизельное топливо для поддержания дизельной электростанции SDMO 630V в рабочем состоянии.

Истец указал, что как видно из расшифровки операций по топливным картам, ответчиком систематически производилась заправка за пределами 

<

адрес>, а также в выходные нерабочие дни, вечерне-ночное время, в дни, когда ответчик находился в отпуске, что также указывает на тот факт, что топливные карты использовалась не в рабочих целях.

Указал, что согласно данным из личной карточки ответчика (форма № Т-2), в периоды с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ, с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ, с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ, ДД.ММ.ГГ, с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ ответчик находился в отпусках. 

Однако, согласно данным отчета расхода по чиповым картам за период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ (приложение к исх. № от ДД.ММ.ГГ), распечаток данных обслуживания по картам №. № и копий чеков с АЗС в указанные периоды ответчиком производились заправки ГСМ в общей сложности более чем на 1000 (тысячу) литров.

Указал, что потребность в использовании личного транспорта ответчика для нужд предприятия отсутствовала, поскольку в ФГУП «ФЦДТ «Союз» функционирует цех 311 (транспортный цех). Указанный цех имеет в своем парке необходимое количество транспортных средств для удовлетворения потребностей предприятия в перевозках.

Пояснил, что за цехом 310 закреплен автомобиль ГАЗ-322173 с установленным на нем оборудованием электролаборатории. Данный факт подтверждается справкой из бухгалтерии ФГУП «ФЦДТ «Союз». Указанный автомобиль при необходимости может перемещать работников цеха 310 (водителя и пять пассажиров согласно паспорту транспортного средства) в аварийных ситуациях в пределах нахождения электросетевого хозяйства ФГУП «ФЦДТ «Союз», т.е. в границах 

<

адрес>.

Указал, что при необходимости перевозки работников цеха 310 и/или грузов такая перевозка может быть осуществлена по заявке начальника цеха, транспортным цехом №.

Поскольку в результате служебного расследования были установлены факты использования ответчиком ГСМ в личных целях, приказом генерального директора № от ДД.ММ.ГГ ответчику был объявлен выговор.

В приказе № от ДД.ММ.ГГ о применении дисциплинарного взыскания указано, что «В результате служебного расследования.. . обнаружены.. . факты умышленною причинения ущерба работодателю, выразившиеся в умышленном использовании имущества работодателя (в том числе дизельного и бензинового топлива) без ведома и пли согласия работодателя в личных и иных, не связанных с выполнением трудовых обязанностей, целях».

С сказанным приказом ответчик ознакомлен под роспись. Копия приказа вручена ответчику.

Данный приказ ответчиком не оспаривался, что свидетельствует о том, что ответчик не оспаривает факты, изложенные в указанном приказе.

Указал, что в соответствии с ч. 1 ст. 232 Трудового кодекса РФ, сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с Трудовым кодексом РФ и иными федеральными законами.

Согласно ч. 3 ст. 232 Трудового кодекса РФ расторжение трудового договора после причинения ущерба не влечет за собой освобождения стороны этого договора от материальной ответственности, предусмотренной Трудовым кодексом или иными федеральными законами.

В ч. 1 ст. 238 Трудового кодекса РФ установлено, что работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо восстановление имущества, либо на возмещение ущерба, при чиненного третьим лицам.

Истец указал, что согласно ч. 1 ст. 242 Трудового кодекса РФ полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере.

В соответствии с и. 3. п. 8 ч. 1 ст. 243 Трудового кодекса РФ материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае умышленного причинения ущерба, а также в случае причинения ущерба не при исполнении работником трудовых обязанностей.

Истец считает, что ответчик, заправляя за счет ФГУП «ФЦДТ «Союз» личный автомобиль и получая в личных целях дизельное топливо, действовал умышленно и неправомерно.

Постоянные заправки ответчиком в нерабочее время, в том числе - в периоды отпусков, не заполнение путевых листов, подтверждающих обоснованность расхода ГСМ, свидетельствуют о том, что ответчиком причинен ущерб истцу не при исполнении им трудовых обязанностей.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ч. 1 ст. 232, ч. 1 ст. 238, ч. 1 ст. 242. п. 3. п. 8 ч. 1 ст. 243 Трудового кодекса РФ, истец просил взыскать с ФИО1 1 730 985 (один миллион семьсот тридцать тысяч девятьсот восемьдесят пять) рублей 68 коп., в том числе: прямой действительный ущерб, причиненный ФГУП «ФЦДТ «Союз» в сумме 1714214 (один миллион семьсот четырнадцать тысяч двести четырнадцать) рублей 61 коп., сумму уплаченной ФГУП «ФЦДТ «Союз» государственной пошлины в размере 16771 (шестнадцать тысяч семьсот семьдесят один) рубль 07 коп.

Представители истца исковые требования поддержали.

Ответчик и его представитель с исковыми требованиями не согласились, представили письменные возражения.

Ответчик полагает, что истцом не соблюден порядок взыскания материального ущерба с работника.

В соответствии со ст. 247 Трудового кодекса РФ до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения.

Указал, что согласно статьи 11 Федерального закона "О бухгалтерском учете" активы и обязательства подлежат инвентаризации. При инвентаризации выявляется фактическое наличие соответствующих объектов, которое сопоставляется с данными регистров бухгалтерского учета. Обязательное проведение инвентаризации устанавливается законодательством Российской Федерации, федеральными отраслевыми стандартами.

В соответствии с пунктом 27 Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации, утвержденного приказом Минфина России от ДД.ММ.ГГ N 34н, проведение инвентаризации обязательно при смене материально ответственных лиц и при выявлении фактов хищения, злоупотребления или порчи имущества.

Ответчик указал, что между тем инвентаризация с целью определения размера ущерба при выявлении факта хищения, как утверждает истец, а также при увольнении ответчика как материально ответственного лица, не проводилась.

Таким образом, в установленном законом порядке проверка для установления размера причиненного ущерба ФИО1 работодателем проведена не была, документы, подтверждающие эти обстоятельства, отсутствуют, что само по себе лишает работодателя возможности возложить на ответчика материальную ответственность за этот ущерб.

Следовательно, нельзя признать установленным факт причинения ущерба ответчиком, а соответственно доказанным и определенным размер причиненного работодателю материального ущерба, тогда как работодателем должны быть представлены бесспорные доказательства о размере причиненного ущерба, который определяется в строгом соответствии с действующими нормативными актами, в частности с Методическими рекомендациями по инвентаризации имущества, утвержденными Приказом Минфина Российской Федерации от ДД.ММ.ГГ N 49.

Ответчик полагает, что истцом не доказана совокупность обстоятельств, при которых наступает материальная ответственность работника.

В соответствии с разъяснениями, данными в пунктах 4, 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГ N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю", к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность отказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся:

- отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника;

- противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда;

- вина работника в причинении ущерба;

- причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом;

- наличие прямого действительного ущерба;

- размер причиненного ущерба;

- соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Считает, что факт причинения ущерба и его размер должны быть подтверждены документом, составленным по результатам проверки в установленном законом порядке.

Так, согласно статье 60 Гражданского процессуального кодекса РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Поскольку в материалах дела отсутствует акт инвентаризации, истцом не доказаны как наличие, так и размер причиненного ему действительного ущерба.

Акт проверки финансово-хозяйственной деятельности от ДД.ММ.ГГ не является подтверждением реального действительного ущерба, и в отсутствие акта инвентаризации не может быть принят во внимание при разрешении вопроса о возложении на ответчика материальной ответственности.

Исходя из положений статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере.

В обоснование возложения на ответчика полной материальной ответственности истец ссылается на умышленное причинение ущерба.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 243 ТК РФ основанием для привлечения работника к полной материальной ответственности является умышленное причинение работодателю прямого действительного ущерба.

Умысел работника в причинении вреда имуществу работодателя состоит в том, что работник сознательно совершил действия, направленные на причинение работодателю прямого действительного ущерба, знал о наступлении таких последствий и желал их наступления либо относился к ним безразлично.

Кроме того, необходимо наличие причинно-следственной связи между умышленными действиями работника и наступившими последствиями работодателя.

Считает, что какими конкретными действиями (бездействием) ответчика истцу был причинен прямой действительный ущерб, и почему данные действия надлежит квалифицировать как противоправные, истцом не уточняется.

Полагает, что довод истца о том, что ответчик, заправляя автомобиль ГАЗ-2705, использовал топливо в личных целях, не подтверждается материалами дела. 

Указанное транспортное средство числится на балансе цеха № и имеет свой инвентарный номер, что подтверждается актом проверки финансово-хозяйственной деятельности от ДД.ММ.ГГ, составленного ведущим бухгалтером бюро внешнего аудита.

Полагает, что пояснения истца относительно цели выдачи ответчику топливных карт № (бензин) и № (дизель), при том, что якобы, у ответчика не было необходимости получения по ним топлива, не логичны и не обоснованны.

Непонятно, с какой целью истцом ответчику выдавались топливные карты, если в ведении последнего не было техники, которую требовалось регулярно заправлять.

При том, как следует из акта служебного расследования от ДД.ММ.ГГ., указанные топливные карты, выданные ответчику ДД.ММ.ГГ привязаны к автомобилю ГАЗ-2705 и дизельной электростанции SDM.

Ответчик считает, что истцом не представлено доказательств, с достоверностью подтверждающих факт причинения ответчиком прямого действительного ущерба в виде недостачи топлива на заявленную сумму за определенный период времени работы и в результате виновного противоправного поведения, не доказана причинно-следственная связь между действиями работника и наступившим ущербом. 

Кроме того, ответчиком в письменном возражении на иск и устном ходатайстве заявлено о применении срока исковой давности.

Истцом не отрицалось, что ответчик регулярно отчитывался за полученное топливо.

Тем самым, о недостаче истцу должно было быть известно каждый раз при сдаче ответчиком подтверждающих документов.

Исковое заявление подано в суд ДД.ММ.ГГ, при этом заявлены требования о взыскании ущерба за период с ДД.ММ.ГГ года по ДД.ММ.ГГ года.

В связи с чем, истцом пропущен годичный срок исковой давности обращения в суд с иском о возмещении причиненного работником ущерба (часть 2 статьи 392 ТК РФ) по требованиям, возникшим до ДД.ММ.ГГ.

Ответчик считает, что требования за период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ года, заявленные истцом на сумму 100 992 руб. (бензин) и 161 939,24 (дизель), полагаем не подлежащими удовлетворению в полном объеме по основаниям, изложенным выше.

Исходя из изложенного, просил в удовлетворении иска ФГУП «ФЦДТ «Союз» отказать в полном объеме.

Выслушав представителей истца, ответчика, его представителя, исследовав материалы дела, суд пришел к выводу, что исковые требования не подлежат удовлетворению.

Главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации "Материальная ответственность работника" определены условия и порядок возложения на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе и пределы такой ответственности.

Согласно части 1 статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (часть 2 статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Согласно части 2 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном настоящим Кодексом (часть 3 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГ N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Из приведенных правовых норм трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что необходимыми условиями для наступления материальной ответственности работника за причиненный работодателю ущерб являются несколько условий одновременно: наличие прямого действительного ущерба, противоправность поведения (действия или бездействия) работника, причинно-следственная связь между действиями или бездействием работника и причиненным ущербом, вина работника в причинении ущерба.

При этом бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

Представляя в качестве доказательств наличия прямого действительного ущерба, причиненного ответчиком, а также размера этого ущерба акты служебного расследования (в соответствии с планом внутреннего аудита), расходные кассовые ордера, кассовые чеки, данные бухгалтерской отчетности по топливным картам, выданным ответчику, истец не представил суду данные инвентаризации по цеху ДД.ММ.ГГ

У суда не имелось возможности проверить соблюден ли истцом порядок проведения инвентаризации в указанные периоды и порядок оприходования материальных ценностей.

Так, согласно части 2 статьи 11 Федерального закона от ДД.ММ.ГГ N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" (далее - Федеральный закон от ДД.ММ.ГГ N 402-ФЗ) при инвентаризации выявляется фактическое наличие соответствующих объектов, которое сопоставляется с данными регистров бухгалтерского учета.

В части 3 статьи 11 Федерального закона от ДД.ММ.ГГ N 402-ФЗ определено, что случаи, сроки и порядок проведения инвентаризации, а также перечень объектов, подлежащих инвентаризации, определяются экономическим субъектом, за исключением обязательного проведения инвентаризации. Обязательное проведение инвентаризации устанавливается законодательством Российской Федерации, федеральными и отраслевыми стандартами.

Выявленные при инвентаризации расхождения между фактическим наличием объектов и данными регистров бухгалтерского учета подлежат регистрации в бухгалтерском учете в том отчетном периоде, к которому относится дата, по состоянию на которую проводилась инвентаризация (часть 4 статьи 11 Федерального закона от ДД.ММ.ГГ N 402-ФЗ).

Приказом Министерства финансов Российской Федерации от ДД.ММ.ГГ N 34н утверждено Положение по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации, пунктом 27 которого установлено, что проведение инвентаризации является обязательным, в том числе при смене материально ответственных лиц, при выявлении фактов хищения, злоупотребления или порчи имущества.

В соответствии с пунктами 26, 28 названного Положения инвентаризация имущества и обязательств проводится для обеспечения достоверности данных бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности, в ходе ее проведения проверяются и документально подтверждаются наличие, состояние и оценка указанного имущества и обязательств. При этом выявленные при инвентаризации расхождения между фактическим наличием имущества и данными бухгалтерского учета отражаются на счетах бухгалтерского учета.

Приказом Министерства финансов Российской Федерации от ДД.ММ.ГГ N 49 утверждены Методические указания по инвентаризации имущества и финансовых обязательств (далее - Методические указания).

Согласно Методическим указаниям в соответствии с Положением о бухгалтерском учете и отчетности в Российской Федерации проведение инвентаризации обязательно при смене материально ответственных лиц (на день приемки-передачи дел) и при установлении фактов хищений или злоупотреблений, а также порчи ценностей (пункт 1.5).

До начала проверки фактического наличия имущества инвентаризационной комиссии надлежит получить последние на момент инвентаризации приходные и расходные документы или отчеты о движении материальных ценностей и денежных средств. Материально ответственные лица дают расписки о том, что к началу инвентаризации все расходные и приходные документы на имущество сданы в бухгалтерию или переданы комиссии и все ценности, поступившие на их ответственность, оприходованы, а выбывшие списаны в расход. Проверка фактического наличия имущества производится при обязательном участии материально ответственных лиц (пункты 2.4, 2.5 Методических указаний).

Описи подписывают все члены инвентаризационной комиссии и материально ответственные лица. В конце описи материально ответственные лица дают расписку, подтверждающую проверку комиссией имущества в их присутствии, об отсутствии к членам комиссии каких-либо претензий и принятии перечисленного в описи имущества на ответственное хранение. При проверке фактического наличия имущества в случае смены материально ответственных лиц принявший имущество расписывается в описи в получении, а сдавший - в сдаче этого имущества (пункт 2.10 Методических указаний) (Определение Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГ N 66-КГ18-6).

Нормы Федерального закона от ДД.ММ.ГГ N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете", Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации, утвержденного приказом Министерства финансов Российской Федерации от ДД.ММ.ГГ N 34н, а также Методические указания, предусматривающие основания и порядок проведения инвентаризации имущества и финансовых обязательств в организации, при проведении служебного расследования, как обстоятельств, имеющих значение для установления наличия реального ущерба и установления размера этого ущерба, предметом проверки у ФГУП «Федеральный центр двойных технологий «Союз» не применялись.

Судом установлено, что ответчик по делу не был ознакомлен с результатами проверки хозяйственной деятельности цеха № (актом служебного расследования № от ДД.ММ.ГГ. - л.д. 35-36 том 1), после его увольнения по собственному желанию ДД.ММ.ГГг. (л.д. 49 том 2), объяснение его по данному акту не было взято работодателем в нарушение положений части 2 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации, что противоречит действующему правовому регулированию, устанавливающему порядок привлечения работника к материальной ответственности.

Кроме того, суд считает, что следует по ходатайству ответчика применить к возникшим правоотношениям срок исковой давности.

Пропуск работодателем без уважительных причин срока обращения в суд, предусмотренного статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации, о применении которого заявлено работником, является основанием для отказа судом работодателю в иске о привлечении работника к материальной ответственности.

В соответствии с частью четвертой статьи 392 ТК РФ при пропуске по уважительным причинам сроков, установленных данной статьей, в том числе частью третьей, они могут быть восстановлены судом.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГ N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю", если работодатель пропустил срок для обращения в суд, судья вправе применить последствия пропуска срока (отказать в иске), если о пропуске срока до вынесения судом решения заявлено ответчиком и истцом не будут представлены доказательства уважительности причин пропуска срока, которые могут служить основанием для его восстановления (часть третья статьи 392 ТК РФ). 

К уважительным причинам пропуска срока могут быть отнесены исключительные обстоятельства, не зависящие от воли работодателя, препятствовавшие подаче искового заявления.

Главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации "Материальная ответственность работника" определены условия и порядок возложения на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе и пределы такой ответственности.

Согласно части первой статьи 238 ТК РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

В силу части первой статьи 247 ТК РФ до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

В соответствии с частью второй статьи 247 ТК РФ истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном данным кодексом (часть третья статьи 247 ТК РФ).

Из приведенных правовых норм трудового законодательства следует, что необходимыми условиями для наступления материальной ответственности работника за причиненный работодателю ущерб являются: наличие прямого действительного ущерба, противоправность поведения (действия или бездействия) работника, причинно-следственная связь между действиями или бездействием работника и причиненным ущербом, вина работника в причинении ущерба.

При этом бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

Дав оценку всем обстоятельствам по делу в их совокупности с представленными доказательствами и объяснениями сторон, суд пришел к выводу, что оснований, изложенных истцом в исковом заявлении, для возложения на ответчика обязанности по возмещению ущерба в размере 1714214,61 руб. за период с ДД.ММ.ГГ (л.д. 16-17 том 1) и расходов по госпошлине в сумме 16771 руб. 07 коп., не имеется и в удовлетворении иска следует отказать.

Руководствуясь ст.ст. 12, 56, 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований Федеральному государственному унитарному предприятию «Федеральный центр двойных технологий «Союз» к ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного работником в сумме 1714214,61 руб. и расходов по госпошлине в сумме 16771 руб. 07 коп., отказать.

Решение может быть обжаловано в Мособлсуд через Люберецкий горсуд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья:

Мотивированное решение ДД.ММ.ГГ