Дело №2-1425/2019

64RS0044-01-2019-001284-26

Решение

 

Именем Российской Федерации

14 июня 2019 года город Саратов

Заводской районный суд г.Саратова в составе председательствующего судьи Шайгузовой Р.И. при секретаре Башвеевой Т.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании недействительным договора дарения жилого дома и земельного участка,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании недействительным договора дарения жилого дома и земельного участка, в обоснование которого указала, что 29 ноября 2007 года между ней и ответчиками был заключен договор купли-продажи жилого дома и земельного участка по 

<

адрес>. 

С момента заключения договора дарения ответчики не выполняют своих обязанностей по содержанию дома и оплате налогов, коммунальных и иных платежей. Бремя содержания недвижимого имущества вплоть до августа 2018 года несла истец, после чего отказалась содержать своих родственников. 

Истец пожилой человек, военнопленная, в годы Великой отечественной войны была насильственно вывезена немцами в Германию и находилась в лагере военнопленных. 01 апреля 2016 года у нее умер младший сын ФИО с которым она проживала, который ее оберегал и содержал. Потеря сына сильно повлияла на состояние ее здоровья, после похорон более года она не могла придти в себя и практически ничего не помнит. Все ее мысли были об умершем сыне, она не знала, как жить без него и его помощи.

В момент подписания спорного договора дарения она была введена ответчиками в заблуждение. Воспользовавшись ее возрастом, состоянием ее здоровья, плохим зрением, психотравмирующей ситуацией (смерть близкого человека), ответчики убедили ее подписать договор дарения, заверив ее, что она подписывает договор ренты – пожизненного содержания с правом проживать до смерти в своем доме, а не договор дарения. Подтверждением заблуждения истца относительно заключаемого договора являлся тот факт, что ответчикам негде было жить. Ей не было разъяснено, какие последствия могут возникнуть в результате заключения договора дарения. Заключение договора дарения не соответствовало ее действительной воле, поскольку она не имела намерения лишить себя права собственности на единственное недвижимое имущество.

Жилой дом по 

<

адрес>, является ее единственным жильем, в котором она в настоящее время не может проживать, в связи с чем вынуждена обратиться в суд с данным иском.

В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель Верховая М.А. заявленные исковые требования поддержали, дав пояснения, аналогичные изложенным в исковом заявлении.

Ответчики ФИО2 и ФИО5, а также их представитель ФИО6 судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований в полном объеме.

Ответчик ФИО4, будучи надлежащим образом извещенным о времени и месте рассмотрения дела, в суд не явился, согласно заявлению просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Представитель третьего лица Управления Росреестра по Саратовской области извещен о времени и месте рассмотрения дела, в суд не явился, об отложении судебного заседания не ходатайствовал.

В соответствии со ст.167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие неявившихся ответчика и представителя третьего лица.

Выслушав стороны и их представителей, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований по следующим основаниям.

Право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества (п. 2 ст. 218 ГК РФ).

По договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом (п. 1 ст. 572 ГК РФ).

Сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (п. 1 ст. 166, п. п. 1 и 2 ст. 167 ГК РФ).

В силу ст.177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В соответствии с п.1 ст..178 ГК РФ (в редакции на момент возникновения спорных правоотношений) сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения.

Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

По смыслу указанной нормы права, сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны сформировалась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду.

Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные ст. 167 настоящего Кодекса (п. 6 ст. 178 ГК РФ).

По смыслу приведенной нормы, сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.

Юридически значимым обстоятельством, подлежащим доказыванию, является выяснение вопроса о понимании истцом сущности сделки на момент ее заключения. В этой связи суду необходимо выяснить: сформировалась ли выраженная в сделке воля истца вследствие заблуждения, на которое он ссылается, и является ли оно существенным применительно к ч. 1 ст. 178 ГК РФ, в том числе оценке подлежат такие обстоятельства как возраст истца и состояние здоровья.

Как следует из материалов дела ФИО1 принадлежал жилой дом и земельный участок по 

<

адрес>.

29 ноября 2007 года между ФИО1, с одной стороны, и ФИО2, ФИО3, ФИО4 с другой стороны, был заключен договор дарения, согласно которому истец подарила ответчикам указанные жилой дом и земельный участок.

Право собственности ответчиков на спорный объект недвижимости зарегистрировано в установленном законом порядке 11 декабря 2007 года, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество, а также материалами правоустанавливающих документов на указанное недвижимое имущество.

При решении вопроса о существенности заблуждения по поводу обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 178 ГК РФ, необходимо исходить из существенности данного обстоятельства для конкретного лица с учетом особенностей его положения, состояния здоровья, характера деятельности, значения оспариваемой сделки. 

Как установлено в судебном заседании, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в силу возраста и состояния здоровья заблуждалась относительно природы сделки и ее правовых последствий.

Так, в соответствии с заключением эксперта 

<

№> от 03 июня 2019 года на момент совершения сделки – заключения договора дарения от 29 ноября 2007 года, психическое состояние ФИО1 определялось психическим расстройством в виде 

<

данные изъяты>.

Указанное психическое расстройство в интересующий суд период (ноябрь 2007 г.) хотя и не лишало ФИО1 способности понимать значение своих действий и руководить ими, (совершала нотариальные действия - после смерти сына отказалась от причитающейся ей доли наследства в пользу снохи и внуков), но могло оказать существенное влияние на ее деятельность в исследуемой ситуации, на что указывают описанные признаки депрессии.

Учитывая наличие у ФИО1 

<

данные изъяты> на момент совершения сделки (договор дарения от 29 ноября 2007 года), внешние условия, в которых проходил процесс принятия решения (смерть сына, возраст ранней старости с возрастной и личностной потребностью в поддержке, опоре со стороны близких родственников), юридическую неграмотность ФИО1, психологической мотивацией подписания спорного договора дарения для ФИО1 было – оставить память о себе, след, чтобы дом не «остался пустой», чтобы в нем жила семья ФИО1 (внучка Катя). Данная мотивация обусловлена такими личностными особенностями ФИО1, как ощущение себя стержнем семьи, высокой ценностью дома, как олицетворения семьи. 

Данные мотивационные и эмоционально-волевые особенности ФИО1 могли существенно повлиять на ее поведение и принимаемые ею решения.

Судом принимается экспертное заключение, проведенное в ходе рассмотрения дела, выводы, указанные в данном заключении, кладутся в основу решения в связи с тем, что указанное заключение в полном объеме отвечает требованиям статьи 86 ГПК РФ, поскольку содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате них выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы, эксперты указывают на применение методов исследований, основываются на исходных объективных данных, в заключении указаны данные о квалификации экспертов, их образовании, стаже работы, выводы экспертов обоснованы документами, представленными в материалы дела. Кроме того, эксперты в соответствии с требованиями закона были предупреждены об ответственности по ст.307 УК РФ, стороны по делу имели возможность ставить перед экспертами вопросы и присутствовать при проведении экспертизы.

По вышеуказанным основаниям судом признаются несостоятельными ссылки представителя ответчиков о несогласии с заключением эксперта, а также на необходимость проведения по делу повторной экспертизы.

О заблуждении ФИО1 свидетельствуют также сведения, указанные ею в исковом заявлении, предъявленном в Заводской районный суд г.Саратова к ФИО7 о признании отказа от наследства недействительным. Так, в иске ФИО1 указывает, что в момент после смерти сына ФИО8 она не могла понимать значение своих действий и руководить ими, поскольку находилась в сильной степени расстройства, не понимала, что ей зачитывали, сама прочитать текст документа не могла в силу состояния здоровья.

Суд принимает во внимание тот факт, что иного жилого помещения у истца, кроме подаренных ответчикам жилого дома с земельным участком в данный момент не имеется, ФИО1 по условиям договора дарения не сохраняла право пользования этим домом.

После заключения договора дарения истец продолжил жить в спорном доме.

ФИО1 в силу своего возраста, состояния здоровья 

<

данные изъяты>, внешних условий, в который проходил процесс принятия решения (смерть сына, возраст ранней старости с возрастной и личностной потребностью в поддержке, опоре со стороны близких родственников), и юридической неграмотности не осознавала, что в результате сделки она лишается права собственности на дом и земельный участок, которые являются ее постоянным местом жительства. Истец не имела намерений безвозмездно передать принадлежащее ей на праве собственности недвижимое имущество в собственность ответчиков, считала, что оформляет договор ренты либо завещание, полагала, что за ней сохраняется право пользования жилым помещением.

Таким образом, истец заблуждалась относительно природы оспариваемой сделки, при этом, указанное заблуждение было настолько существенным, что истец, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Учитывая изложенное выше, суд полагает, что требования ФИО1 о признании договора дарения жилого дома и земельного участка недействительным являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

В силу п. 2 ст. 178 ГК РФ (в редакции, действовавшей на момент совершения сделки), если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, соответственно применяются правила, предусмотренные п. 2 ст. 167 настоящего Кодекса. Согласно п. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Применяя названные нормы, суд приводит стороны безвозмездной сделки в первоначальное положение путем прекращения права общений долевой собственности ответчиков на спорное жилое помещение и восстановление права на него у истца.

Доводы представителя ответчиков о пропуске истцом срока исковой давности являются несостоятельными по следующим основаниям.

В соответствии с п.2 ст.181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Как установлено судом и следует из материалов дела, об оспариваемой сделке истцу стало известно в августе 2018 года. С данным исковым заявлением ФИО1 обратилась в суд 01 февраля 2019 года, т.е. в пределах установленного законом срока исковой давности.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Признать заключенный между ФИО1 с одной стороны и ФИО2, ФИО3, ФИО4 29 ноября 2007 года договор дарения жилого дома и земельного участка, находящихся по 

<

адрес>, недействительным.

Прекратить право общей долевой собственности ФИО2 (1/2 доля в праве общей долевой собственности), ФИО3 (1/4 доля в праве общей долевой собственности), ФИО4 (1/4 доля в праве общей долевой собственности) на жилой дом и земельный участок и восстановить право собственности ФИО1 на жилой дом и земельный участок, находящиеся по адресу: г.Саратов, 

<

адрес>.

Решение может быть обжаловано в месячный срок в апелляционном порядке в Саратовский областной суд с момента изготовления мотивированного решения суда путем подачи апелляционной жалобы через Заводской районный суд города Саратова.

Мотивированное решение изготовлено 17 июня 2019 года.

Судья Р.И. Шайгузова