Судья Шапкина Е.В. дело №33-926/2017

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

27 июля 2017 года г.Нальчик

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики в составе:

Председательствующего Макоева А.А.

Судей Тхагалегова З.Т. и Мисхожева М.Б.

при секретаре Узденовой Ф.Р.

с участием представителя МВД по КБР Шадовой Э.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Мисхожева М.Б. гражданское дело по исковому заявлению Дзагоева А.Т. к Министерству внутренних дел по Кабардино-Балкарской Республике о взыскании денежной компенсации за неиспользованные отпуска, 

по апелляционной жалобе Дзагоева А.Т. на решение Нальчикского городского суда КБР от 1 июня 2017 года,

установила:

Дзагоев А.Т. обратился в суд с иском к Министерству внутренних дел по Кабардино-Балкарской Республике (далее по тексту МВД по КБР), в котором просил о взыскании с ответчика денежной компенсации за неиспользованные отпуска за 1985, 1986, 1988, 1989, 1993, 1996 и 1999 годы в сумме 629200 рублей, компенсации морального вреда в размере 100000 рублей. 

Кроме того, Дзагоев А.Т. просил восстановить пропущенный им срок для обращения в суд с исковым заявлением, указав в качестве уважительной причины пропуска срока ненадлежащее исполнение ответчиком обязанности по разрешению его заявления о выплате компенсации за неиспользованные отпуска, выразившееся в рассмотрении его заявления в срок, превышающий один месяц. 

В обоснование заявленных требований истец указал, что он с 30 ноября 1984 года по 19 октября 2015 года проходил службу в органах внутренних дел на различных должностях, в том числе в должности заместителя начальника межмуниципального отдела МВД России «Баксанский». 

Приказом МВД по КБР от 19 октября 2015 года № л/с Дзагоев А.Т. был уволен со службы в органах внутренних дел по пункту 2 части 1 статьи 82 Федерального закона №342-ФЗ от 30 ноября 2011 года «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», то есть по достижении сотрудником предельного возраста пребывания на службе в органах внутренних дел. 

19 ноября 2015 года Дзагоев А.Т. обратился с заявлением к ответчику о выплате ему компенсации за неиспользованные отпуска за 1985, 1986, 1988, 1989, 1993, 1996 и 1999 годы. 

Письмом от 3 февраля 2016 года ответчик указал, что для положительного решения вопроса Дзагоеву А.Т. необходимо представить рапорты о предоставлении отпусков, приказы о его отзыве из отпусков, отпускные удостоверения, а также выписки из журнала учета отпусков. 

Истец полагал, что отказ ответчика в выплате денежной компенсации за неиспользованные в период прохождения службы отпуска, является незаконным, противоречащим трудовому законодательству. 

В возражении на исковое заявление представитель ответчика, считая, что истцом пропущен трехмесячный срок обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, просил о применении судом последствий пропуска такого срока и отказе в удовлетворении заявленных Дзагоевым А.Т. требований. 

Решением Нальчикского городского суда КБР от 1 июня 2017 года в удовлетворении исковых требований Дзагоева А.Т. отказано. 

Не согласившись с решением суда, считая его незаконным и необоснованным, Дзагоевым А.Т. подана апелляционная жалоба об его отмене и принятии по делу нового решения об удовлетворении иска в полном объеме. 

Истец полагал неуместной ссылку суда на положения Конвенции Международной организации труда «Об оплачиваемых отпусках» (далее Конвенция), регулирующие сроки предоставлении и использования трудовых отпусков в период трудовых отношений сторон. 

Конвенция не устанавливает срок, в течение которого работник вправе обратиться в суд с иском о взыскании компенсации за неиспользованные отпуска. 

Судом также не принято во внимание, что Конвенция ратифицирована Российской Федерацией в 2012 году. 

В рассматриваемом случае подлежали применению положения статьи 127 Трудового кодекса Российской Федерации, устанавливающие обязанность работодателя выплатить работнику при его увольнении компенсацию за все неиспользованные отпуска.

С просьбой осуществления выплаты истец обратился к ответчику 19 ноября 2015 года, то есть до производства окончательного расчета с ним, а ответ на данное обращение получил по истечении трех месяцев.

Истец полагал невозможным его обращение в суд с настоящим иском до получения ответа на обращение к ответчику от 19 ноября 2015 года, поскольку поданный им иск не мог быть принят судом по причине отсутствия доказательств наличия между сторонами спора. 

При таких обстоятельствах, Дзагоев А.Т. считал, что установленный законодателем трехмесячный срок обращения в суд им пропущен не был. 

Кроме того, по мнению истца незаконным является вывод суда о необоснованности заявленных им требований по причине непредставления доказательств неиспользования отпусков за спорный период времени. 

Таковым доказательством, подтверждающим обоснованность заявленных им требований, являлась архивная справка, выданная ему ответчиком. 

Оценивая данное доказательство, суд пришел к выводу о его недопустимости по причине отсутствия в справке сведений об общем количестве дней неиспользованных отпусков, и о приказах руководства о количестве дней неиспользованных отпусков. 

Такое суждение суда Дзагоев А.Т. считал неправомерным, поскольку в указанной архивной справке речь идет о том, что за спорный период времени ему отпуска вообще не предоставлялись. 

В силу действовавшего в спорный период времени законодательства, регулировавшего порядок прохождения службы в органах внутренних дел, на руководство возлагались обязанности предоставления ежегодных отпусков, и ведения учета о предоставлении работнику отпусков за каждый год службы. Однако ответчик уклонился от исполнения своих прямых обязанностей по неуважительным причинам. 

В части касающейся вывода суда об отсутствии приказов руководства о количестве дней неиспользованных Дзагоевым А.Т. отпусков, истец указал, что издание подобных приказов не было предусмотрено действовавшим в тот период законодательством. 

Заслушав доклад судьи Мисхожева М.Б., изучив материалы дела, обсудив апелляционную жалобу, Судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно статье 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Таких нарушений судом первой инстанции при разрешении исковых требований Дзагоева А.Т. допущено не было. 

В силу части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Из материалов дела следует, что Дзагоев А.Т. проходил службу в органах внутренних дел с 30 ноября 1984 года. На момент увольнения Дзагоев А.Т. занимал должность заместителя начальника межмуниципального отдела МВД России «Баксанский».

Приказом МВД по КБР от 19 октября 2015 года № л/с Дзагоев А.Т. был уволен со службы в органах внутренних дел по пункту 2 части 1 статьи 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 года №342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», в связи с достижением предельного возраста пребывания на службе в органах внутренних дел.

19 ноября 2015 года Дзагоев А.Т. обратился на имя Министра внутренних дел по Кабардино-Балкарской Республике с заявлением о предоставлении ему денежной компенсации за неиспользованные отпуска за 1985, 1986, 1988, 1989, 1993, 1996 и 1999 годы, представив справку Информационного центра МВД по КБР от 29 июля 2013 года, согласно которой, сведений о предоставлении ему отпусков в указанные годы в архивном фонде не имеется.

Ответчик письмом от 3 февраля 2016 года Дзагоеву А.Т. сообщил, что для выплаты денежной компенсации за неиспользованные отпуска ему необходимо представить рапорты о предоставлении отпусков, приказы об отзыве из отпусков, отпускные удостоверения, а также выписки из журналов учета отпусков.

Полагая, что данное письмо ответчика, по сути, является отказом в выплате денежной компенсации, истец 5 февраля 2016 года обратился в суд с настоящим иском. 

Отказывая в удовлетворении заявленных Дзагоевым А.Т. требований, суд первой инстанции пришел к выводу о пропуске истцом срока обращения в суд за разрешением индивидуального служебного спора, установленного статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации, о применении последствий которого было заявлено представителем ответчика. 

При этом, указанный срок судом был исчислен в соответствии с положениями статей 9 и 11 Конвенции Международной организации труда «Об оплачиваемых отпусках», принятой на 24 июня 1970 года на 54-й сессии Генеральной конференции МОТ, с момента окончания года, за который истцу не был предоставлен отпуск. По мнению суда первой инстанции, применительно к требованию о выплате компенсации за 1999 год, срок обращения в суд истек 1 октября 2001 года, а применительно к иному периоду времени, за который Дзагоевым А.Т. не использованы трудовые отпуска, еще раньше.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о пропуске Дзагоевым А.Т. установленного законодателем срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора и об отсутствии оснований для его восстановления. 

Вместе с тем, не может коллегия согласиться с установленным судом началом течения данного срока. 

Согласно части 1 статьи 3 Федерального закона от 30 ноября 2011 года №342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее по тексту Федеральный закон) регулирование правоотношений, связанных со службой в органах внутренних дел, осуществляется в соответствии с Конституцией Российской Федерации; настоящим Федеральным законом; Федеральным законом от 7 февраля 2011 года №3-ФЗ «О полиции», Федеральным законом от 19 июля 2011 года №247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и другими федеральными законами, регламентирующими правоотношения, связанные со службой в органах внутренних дел; нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации; нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации; нормативными правовыми актами федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел.

В соответствии с частью 2 названной нормы в случаях, не урегулированных нормативными правовыми актами Российской Федерации, указанными в части 1 настоящей статьи, к правоотношениям, связанным со службой в органах внутренних дел, применяются нормы трудового законодательства.

Аналогичные положения содержатся и в части 2 статьи 34 Федерального закона от 7 февраля 2011 года №3-ФЗ «О полиции», предусматривающей распространение действия трудового законодательства Российской Федерации на сотрудников полиции в части, не урегулированной законодательством Российской Федерации, регламентирующим вопросы прохождения службы в органах внутренних дел, и настоящим Федеральным законом.

Часть 1 статьи 57 Федерального закона предусматривает, что сотруднику органов внутренних дел ежегодно предоставляется основной отпуск продолжительностью 30 календарных дней.

В соответствии с частью 1 статьи 58 Федерального закона сотрудникам органов внутренних дел устанавливаются следующие виды дополнительных отпусков: за стаж службы в органах внутренних дел; за выполнение служебных обязанностей во вредных условиях; за выполнение служебных обязанностей в особых условиях; за ненормированный служебный день.

В силу части 11 статьи 3 Федерального закона от 19 июля 2011 года №247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» при увольнении со службы в органах внутренних дел по выслуге лет, дающей право на получение пенсии, либо по основаниям, указанным в части 10 названной статьи, в том числе в связи с достижением сотрудником предельного возраста пребывания на службе в органах внутренних дел, сотрудникам по их желанию выплачивается денежная компенсация за неиспользованный в год увольнения основной отпуск полностью, а при увольнении по иным основаниям пропорционально периоду службы в год увольнения.

Исходя из приведенных норм права, специальным законодательством урегулированы лишь вопросы выплаты увольняемому со службы в органах внутренних дел сотруднику компенсации за неиспользованный в год увольнения основной отпуск полностью. 

Таким образом, поскольку нормы специального законодательства не содержат положений, регулирующих порядок выплаты компенсации за неиспользованный основной отпуск за годы, предшествовавшие году увольнения сотрудника со службы в органах внутренних дел, то в этой части, как предусмотрено частью 2 статьи 3 Федерального закона №342-ФЗ, суду следовало руководствоваться нормами Трудового кодекса Российской Федерации. 

Согласно части 1 статьи 127 Трудового кодекса Российской Федерации при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

В соответствии с частью 4 статьи 72 Федерального закона от 30 ноября 2011 года №342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» сотрудник органов внутренних дел или гражданин, поступающий на службу в органы внутренних дел либо ранее состоявший на службе в органах внутренних дел, для разрешения служебного спора может обратиться к руководителю федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел или уполномоченному руководителю либо в суд в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

Указанный срок может быть восстановлен судом в случае его пропуска по уважительным причинам (часть 4 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации). 

Как следует из абзаца 5 пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и др.).

Признавая срок обращения Дзагоева А.Т. в суд с настоящим иском пропущенным, Судебная коллегия учитывает пояснения самого истца, а также иные письменные доказательства, согласующиеся в части с его пояснениями. 

Как следует из протокола судебного заседания от 18 марта 2017 года, Дзагоев А.Т. в ходе разбирательства по делу сообщил, что до увольнения он неоднократно обращался в кадровую и финансовую службы МВД по КБР, указывая на то, что им не были использованы отпуска за предыдущие годы несения службы в органах внутренних дел по КБР. Со слов работников финансовой части ему стало известно, что с ним при его увольнении будет произведен расчет за последние пять лет службы. 

Установленный законодателем трехмесячный срок обращения в суд за разрешением трудового спора подлежит исчислению не только со дня, когда работник узнал о нарушении своих прав, но и со дня, когда он должен был узнать о нарушении таких прав. 

При таких обстоятельствах, коллегия считает, что Дзагоеву А.Т. сразу после его увольнения было достоверно известно о том, что при окончательном расчете ему будут выплачены лишь социальные выплаты за последние пять лет службы, и в этот период времени годы, за которые им не были использованы отпуска (1985, 1986, 1988, 1989, 1993, 1996 и 1999 гг.) включены не будут. Оснований ожидать, что при окончательном расчете при увольнении ответчик выплатит спорные суммы, у истца не имелось.

Кроме того, Дзагоев А.Т. сообщал суду, что денежные средства стали поступать на его счет лишь с декабря 2015 года, и после прекращения выплат он позвонил в финансовую службу, где ему сообщили, что компенсация за неиспользованные им отпуска выплачена не будет, и, по его мнению, именно с декабря 2015 года подлежит исчислению процессуальный срок обращения в суд.

Объяснения истца в этой части коллегия также оценивает наряду с другими представленными им письменными доказательствами. 

Несостоятельными коллегия признает пояснения истца о том, что производство выплат ответчиком было начато лишь с декабря 2015 года, поскольку из представленной самим истцом выписки о движении материальных средств по счету, открытому в ОАО «Сбербанк России» на его имя, зачисление денежных средств в размере 19486 рублей ответчиком было начато 23 октября 2015 года. Последующее зачисление ответчиком денежных средств последовало в период, начиная с 1 декабря 2015 года. 

Коллегия также учитывает заявление Дзагоева А.Т., датированное 19 ноября 2015 года, адресованное ответчику, содержащее просьбу о выплате ему спорных денежных сумм. Данное обращение истца свидетельствует о том, что ему до указанной даты было известно о нарушении его права, и опровергает его объяснения о том, что о нарушении права ему стало известно лишь в декабре 2015 года. 

Вместе с тем, факт пропуска процессуального срока не оспаривался самим истцом, ходатайствовавшим перед судом о его восстановлении. 

Однако, причины его пропуска, приведенные Дзагоевым А.Т., уважительными признаны быть не могут.

Нарушение ответчиком сроков для дачи ответа на его обращение о выплате денежной компенсации, не препятствовали своевременному обращению истца в суд, и отсутствие такого ответа не являлось в силу положений статей 131, 132 и 134 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основанием для оставления искового заявления без движения либо для отказа в его принятии к производству суда. 

Таковая позиция истца основана на ошибочном толковании норм процессуального права. 

При таких обстоятельствах, коллегия считает, что доводы жалобы не нашли своего подтверждения в ходе апелляционного рассмотрения дела, а потому являются несостоятельными, поскольку не опровергают правильность выводов суда первой инстанции, а сводятся лишь к иной оценке доказательств.

При рассмотрении дела судом не допущено нарушений, повлекших вынесение незаконного решения, и оснований к отмене обжалуемого судебного акта по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь ст.328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, 

определила:

Решение Нальчикского городского суда КБР от 1 июня 2017 года оставить без изменения, а апелляционную жалобу Дзагоева А.Т. – без удовлетворения.

Председательствующий А.А.Макоев 

Судьи З.Т.Тхагалегов 

М.Б.Мисхожев