Дело № 2-17/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

с. Дульдурга 08 февраля 2019 года

Дульдургинский районный суд Забайкальского края в составе: председательствующего судьи Эрдынеева Д.Б., 

при секретаре Доржиевой О.Б.,

с участием истца ФИО7, 

его представителя Глазкова А.В., адвоката Забайкальской коллегии адвокатов, действующего на основании ордера № 215994 от 25.10.2018 года, представившего удостоверение адвоката № 696, выданное Управлением Министерства юстиции Российской Федерации по Забайкальскому краю 09.09.2016 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-17/2019 по иску ФИО7 к Министерству финансов Российской Федерации, прокуратуре Дульдургинского района о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, об обязании прокурора принести официальные извинения, взыскании расходов по оплате юридических услуг, 

установил:

Истец ФИО7 обратился в суд с вышеуказанным исковым заявлением мотивировав тем, что органами следствия подозревался в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 238 УК РФ в рамках уголовного дела № 11801760052000086. С момента проведения оперативно-розыскного мероприятия - проверочная закупка и возбуждения уголовного дела ФИО7 испытал стресс, страх, опасения, что его возьмут под стражу, несправедливо осудят. С того момента ФИО7 уже не мог спокойно спать, нервничал. Что отражалось на его самочувствии и здоровье. По уголовному делу ФИО7 принимал участие во всех следственных в статусе подозреваемого. Кроме того, ФИО7 доказывал свою позицию и отстаивал свою невиновность в инкриминируемом ему преступлении, хотя он и не был обязан доказывать свою невиновность. 04 июля 2018 года постановлением ст. следователя Агинского СУ СК России по Забайкальскому краю ФИО1 уголовное преследование в отношении ФИО7 по ч. 1 ст.238 УК РФ прекращено в связи с отсутствием в его действиях признаков состава преступления. Таким образом, в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности ФИО7 были причинены физические и нравственные страдания, которые выразились в следующем.

Во-первых, само привлечение к уголовной ответственности автоматически ставило ФИО7 в разряд преступников. ФИО7 сложно находиться в общественных местах среди людей и постоянно видеть на себя осуждающие взгляды лиц, знающих о привлечении его к уголовной ответственности. Скрыть данный факт было невозможно, так как ФИО7 проживает в небольшом селе, где односельчанам все известно друг о друге, родственники и коллеги по работе об этом знали. ФИО7 испытывает чувство стыда перед своими родственниками, знакомыми и односельчанами, поскольку он обвинялся в том, что совершил производство, хранение или перевозку в целях сбыта либо сбыт товаров и продукции, выполнение работ или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей, то есть в том, чего не совершал.

Во-вторых, в результате постоянных переживаний из-за необоснованного и незаконного привлечения к уголовной ответственности у ФИО7 были постоянные головные боли, бессонница, отсутствовал аппетит, болело сердце, была расшатана нервная система, произошла значительная потеря веса, в общем, было основательно подорвано здоровье. Постоянные допросы, проведение иных следственных действий причиняло ФИО7 переживания, в том числе и от осознания того, что он, проживая в правовом государстве, практически лишён каких-либо прав и свобод. Стрессовая ситуация, вызванная незаконным привлечением к уголовной ответственности, длилась более пяти месяцев. Свои физические и нравственные страдания (моральный вред) причтённые ФИО7 в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, то есть незаконного уголовного преследования, ФИО7 оценивает в 1 000 000 (один миллион) рублей, которые необходимо взыскать за счёт казны Российской Федерации.

Данная сумма указана исходя из общероссийской судебной практики по искам указанной категории. Закон не устанавливает ни минимального, ни максимального размера компенсации морального вреда, стоимость человеческих страданий невозможно высчитать, она безгранична.

25 октября 2018 года ФИО7 заключил соглашение с адвокатом Глазковым А.В. об оказании юридической помощи при разрешении вопроса о реабилитации, оплатив гонорар в сумме 20 000 (двадцать тысяч) рублей.

На основании изложенного просит взыскать с Министерства Финансов Российской Федерации за счёт казны Российской Федерации в пользу ФИО7 компенсацию за причинённый моральный вред в связи с незаконным уголовным преследованием в сумме 1000000,0 (один миллион) рублей.

Истребовать из Дульдургинского районного суда уголовное дело по обвинению ФИО7 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст.238УКРФ.

В возмещение морального вреда обязать прокурора принести ФИО7 в судебном заседании официальные извинения от имени государства, а также, направить по месту его работы письменное сообщение, оправдывающее его по уголовному делу, с извинениями за незаконное уголовное преследование.

Взыскать с Министерства Финансов РФ за счет казны РФ в пользу ФИО7 расходы по оказанию юридической помощи при разрешении заявления о реабилитации, в сумме 20 000 (двадцать тысяч) рублей.

В возражениях на исковое заявление, представитель прокуратуры Забайкальского края не признала исковые требования и указала, что в соответствии со ст. 11 Федерального закона от 17.01.1992 года № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» систему прокуратуры Российской Федерации составляют Генеральная прокуратура Российской Федерации, прокуратуры субъектов Российской Федерации, приравненные к ним военные и другие специализированные прокуратуры, научные и образовательные организации, редакции печатных изданий, являющиеся юридическими лицами, а также прокуратуры городов и районов, другие территориальные, военные и иные специализированные прокуратуры. В силу указанного прокуратура Дульдургинского района не обладает правами юридического лица и не может являться самостоятельным участником гражданского процесса.

Согласно Положению о Следственном комитете Российской Федерации, утвержденному указом Президента РФ № 38 от 14.01.2011 года, Следственный комитет является федеральным государственным органом, осуществляющим в соответствии с законодательством Российской Федерации полномочия в сфере уголовного судопроизводства. Следственный комитет составляет единую федеральную централизованную систему следственных органов и учреждений, действует на основе подчинения нижестоящих руководителей вышестоящим и Председателю Следственного комитета Российской Федерации (далее - Председатель Следственного комитета). В соответствии с Федеральным законом от 28.12.2010 года № 403-ФЗ «О Следственном комитете Российской Федерации» Следственный комитет, Главное военное следственное управление, главные следственные управления и следственные управления Следственного комитета по субъектам Российской Федерации (в том числе подразделения указанных управлений по административным округам) и приравненные к ним специализированные (в том числе военные) следственные управления и следственные отделы Следственного комитета и учреждения Следственного комитета являются юридическими лицами (п. 3 ст.5 Закона).

В соответствии с п.5 совместного приказа ГП РФ и Министерства финансов РФ № 12/3н от 20.01.2009 года «О взаимодействии органов прокуратуры и Министерства финансов Российской Федерации при поступлении сведений об обращении в суд гражданина с иском (заявлением) о возмещении вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования» первому заместителю Генерального прокурора Российской Федерации - Председателю Следственного комитета при прокуратуре Российской Федерации приказано разработать и издать соответствующий приказ, определяющий порядок участия в делах о возмещении ущерба, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности, представителей Следственного комитета при прокуратуре Российской Федерации в случаях, когда право на реабилитацию возникло на основании решения, принятого на стадии предварительного расследования.

Работа по защите интересов СК России при рассмотрении мировыми судьями, федеральными судами общей юрисдикции и арбитражными судами дел различных категорий, в том числе по искам о компенсации морального вреда, организована в соответствии с Приказом Следственного комитета РФ от 04.05.2011 № 80 «Об утверждении Инструкции об организации работы по защите интересов Следственного комитета Российской Федерации в судах».

Из копии искового заявления следует, что в отношении истца возбуждалось 29.12.2017 года уголовное дело № 11801760052000086 по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст.238 УК РФ. Постановлением старшего следователя Агинского СУ СК РФ по Забайкальскому краю 04.07.2016 года вынесено постановление о прекращении уголовного преследования в связи с отсутствием в действиях ФИО7 состава преступления.

Истцом требования к прокуратуре Забайкальского края не предъявлены.

Учитывая, что основанием для обращения истца в суд явилось процессуальное решение следственного органа, просит рассмотреть дело без участия представителя прокуратуры края.

Кроме того, истцом заявлено требование об обязании прокуратуры Дульдургинского района принести официальное извинение от имени государства в связи с признанием за истцом права на реабилитацию и направить по месту его работы письменное сообщение об оправдании его по уголовному делу с извинениями за незаконное уголовное преследование.

Иски о компенсации морального вреда в денежном выражении в соответствии со статьей 136 УПК РФ предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

В соответствии с п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» к участию в делах по требованиям реабилитированных о возмещении имущественного вреда в качестве ответчика от имени казны Российской Федерации привлекается Министерство финансов Российской Федерации. Интересы Министерства финансов Российской Федерации в судах представляют по доверенности (с правом передоверия) управления Федерального казначейства по субъектам Российской Федерации. Соответственно, прокуратура Забайкальского края, как и прокуратура Дульдургинского района, являются ненадлежащими ответчиками по гражданскому делу по иску ФИО7

Обязанность прокурора принести официальное извинение реабилитированному исходя из положений ст. ст. 133, 134, 136 УПК РФ в их взаимосвязи возникает с момента признания за лицом права на реабилитацию. Согласно ч. 1 ст. 136 УПК РФ, прокурор от имени государства приносит официальное извинение за причиненный ему вред. При неисполнении прокурором возложенной на него ч. 1 ст. 136 УПК РФ обязанности по принесению извинения его бездействие по смыслу закона может быть обжаловано в суд в порядке ст. 125 УПК РФ. Таким образом, заявленное требование о принесении извинения не подлежит рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства и рассматривается по правилам статьи 125 УПК РФ.

Аналогичная позиция отражена в п. 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 УПК РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», из которой следует, что принесение официального извинения реабилитированному за причиненный ему вред незаконным уголовным преследованием по своей сути является восстановлением права реабилитированного на защиту чести и доброго имени, в связи с чем данные требования в силу ст. 138 УПК РФ подлежат рассмотрению в порядке исполнения приговора по правилам реабилитации, предусмотренным главой 18 УПК РФ, а не в гражданском судопроизводстве.

Учитывая изложенное, просит в иске к прокуратуре Дульдургинского района отказать.

В возражениях на исковое заявление ФИО7 представитель Министерства финансов РФ ФИО8 (по доверенности) требования истца не признал и пояснил следующее. Считает, что заявленная сумма компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей является явно завышенной, и не подтверждена фактическими материалами дела, позволяющими определить степень и полноту причиненных истцу физических и нравственных страданий, в соответствии со статьей 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые ссылается как на основания своих требований и возражений.

К исковому заявлению не приложены доказательства того, что истец действительно претерпел нравственные и физические страдания, и в чем конкретно они выражались в связи с незаконным уголовным преследованием, которые негативно сказывались на его здоровье и психическом состоянии, а также наличия причинно-следственной связи между причиненным моральным вредом и незаконным привлечением к уголовной ответственности.

В соответствии с п.8 постановления Пленума ВС РФ от 20 декабря 1994 года №10, размер компенсации морального вреда зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, иных заслуживающих внимания обстоятельств. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

В исковом заявлении истец указывает о том, что в связи с привлечением к уголовной ответственности, ему было сложно находиться в общественных местах среди людей и постоянно видеть на себе осуждающие взгляды лиц, знающих о привлечении его к уголовной ответственности, ничем не доказано, нет подтверждающих документов о том, что именно коллегам по работе, односельчанами стало известно о привлечении к уголовной ответственности истца.

Что касается утверждения истца о том, что в результате переживаний из-за необоснованного и незаконного привлечения к уголовной ответственности у истца были постоянные головные боли, бессонница, отсутствовал аппетит, болело сердце, была расшатана нервная система, произошла значительная потеря веса, в общем, было основательно подорвано здоровье также ничем не доказываются, необходимо пригласить на судебное заседание врача - специалиста, что бы разъяснить вопрос как протекают заболевания, периоды приступов, связано ли это заболевание с переживаниями и т.д., истец сам обязан представлять доказательства, выписки из медицинской карты, заключение врачей и т.д. а не возлагать свое бремя на судебные органы.

Из постановления о частичном прекращении уголовного преследования от 04.07.2018 года следует, что уголовное дело № 11801760052000086 в отношении ФИО7 было возбуждено 12.03.2018 года, по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 222 УК РФ, а также 17.03.2018 Агинским МСО СУ СК России было возбуждено уголовное дело № 11802760021000017 по признакам преступления предусмотренного ч. 1 ст. 238 УК РФ, 28.03.2018 года уголовные дела соединены в одно производство с присвоением № 11801760052000086, далее старшим следователем прекращено уголовное дело в части преступления предусмотренного ч. 1 ст. 238 УК РФ в отношении ФИО7, здесь не усматривается наличия причинно-следственной связи между причиненным моральным вредом и незаконным привлечением к уголовной ответственности, поскольку в отношении ФИО7 до настоящего времени продолжается производство по уголовному делу по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 222 УК РФ.

В данном случае, не выполнены в полном объеме требования главы 18 УПК РФ, согласно которой орган дознания, следователь, прокурор и суд обязаны разъяснить гражданину порядок восстановления его нарушенных прав. А обратиться к дознавателю, следователю, прокурору или судье за разрешением вопроса определения и выплаты сумм вреда, возможно, только после того, как они же признают за оправданным или лицом, в отношении которого уголовное преследование прекращено, право на реабилитацию с направлением ему извещения, разъясняющего порядок возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием (ст. 134 УПК РФ), в ч. 1 ст. 134 УПК РФ говорится, что суд в приговоре, определении, постановлении, а прокурор, следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию и разъясняют порядок возмещения вреда, а также ч. 1 ст. 306 УПК РФ, согласно которой резолютивная часть оправдательного приговора должна содержать, в частности, в качестве отдельного пункта разъяснение оправданному порядка возмещения причиненного вреда, связанного с уголовным преследованием невиновного.

В постановочной части отсутствует указание на признание за ФИО7 права на реабилитацию, извещение Прокурора для ФИО7 не направлялось. Заявленная истцом сумма устранений последствий морального вреда требует обоснования ее размера и доказывания того, что именно эта сумма является достаточной и соответствует требованиям разумности и справедливости, в связи, с чем истцу необходимо обосновать размер компенсации морального вреда. Кроме того, необходимо установление причинно-следственной связи между незаконностью действий и наличием причиненного вреда.

В материалах дела отсутствуют документальные доказательства претерпевания Истцом морального вреда, не установлен факт причинения истцу нравственных или физических страданий, следовательно, исковые требования не подлежат удовлетворению.

Что касается заявленной суммы возмещения расходов на оплату услуг представителя, в размере 20 000 рублей, за оказание юридической помощи адвокатом не соответствует требованиям разумности и справедливости, а также считаем чрезмерно завышенной. Не соответствуют фактическим обстоятельствам дела по факту объема и сложности выполняемых защитником работ.

Между адвокатом Глазковым А.В. и ФИО7 заключен договор от 25.10.2018 года № б/н на оказание юридической помощи для представления интересов истца в суде. К материалам дела приобщена квитанция об оплате вознаграждения адвоката № 16178 от 25.10.2018 года.

Адвокатом Глазковым А.В. не представлены документы, подтверждающие внесение полученной суммы в кассу или на расчетный счет Центрального филиала Коллегии адвокатов Забайкальского края, уплату налогов с указанных сумм. На основании вышеизложенного просит суд отказать истцу в удовлетворении заявленных исковых требований о компенсации морального вреда с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в полном объеме в связи с их необоснованностью и не подтвержденного доказательствами причинения истцу физических и нравственных страданий в заявленных размерах. 

Также в своем заявлении просит рассмотреть дело в отсутствие представителя Министерства финансов Российской Федерации. 

Представитель третьего лица – Следственного управления следственного комитета Российской Федерации по Забайкальскому краю надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения дела в судебное заседание не явился.

В соответствии со ст.167 ГПК РФ стороны вправе просить суд о рассмотрении дела в их отсутствие и направлении им копий решения суда. 

Суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания. 

Участники процесса не возражают против рассмотрения дела в отсутствие представителей ответчиков и третьего лица.

Судом определено на основании ст.167 ГПК РФ рассмотреть дело в отсутствие представителей ответчиков и третьего лица.

В судебном заседании истец ФИО7 отказался от части исковых требований, а именно от требования об обязании прокурора принести ФИО7 в судебном заседании официальные извинения от имени государства, а также, направить по месту его работы письменное сообщение, оправдывающее его по уголовному делу, с извинениями за незаконное уголовное преследование. Остальные исковые требование поддержал по основаниям указанным в иске, просит суд удовлетворить его требования.

Представитель истца Глазков А.В. поддержал исковое требование ФИО7 по основаниям указанным в иске, просит суд удовлетворить его с учетом отказа от части исковых требований.

Определением от 08.02.2019 года производство по гражданскому делу в части требования истца ФИО7 об обязании прокурора принести в судебном заседании официальные извинения от имени государства, а также, направить по месту его работы письменное сообщение, оправдывающее его по уголовному делу, с извинениями за незаконное уголовное преследование прекращено в связи с отказом истца от искового требования. 

Заслушав истца ФИО7, его представителя, исследовав представленные материалы, а также материалы уголовного дела № 1-77/2018 (№ 11801760052000086) в отношении ФИО7 суд приходит к следующему.

Согласно ст. 52 Конституции РФ права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.

Согласно ст. 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии с п. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Согласно ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы.

Указанные правовые нормы свидетельствуют о том, что вред возмещается за счет той казны, которая является основным источником финансирования должностного лица, совершившего незаконные действия.

В соответствии с ч. 1 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Согласно п. 3 ч. 2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой ст. 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой ст. 27 УПК РФ.

В соответствии с ч. 2 ст. 136 УПК РФ иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

В соответствии со ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 ГК РФ. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно абз. 3 ст. 1100 ГК РФ в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

В судебном заседании установлено, что 12 марта 2018 года дознавателем ГД ОП по Дульдургинскому району ФИО2 было возбуждено уголовное дело № в отношении ФИО7 по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 222 УК РФ.

17 марта 2018 года следователем Агинского МСО СУ СК России было возбуждено уголовное дело № по признакам преступления предусмотренного ч. 1 ст. 238 УК РФ в отношении неустановленного лица.

24 марта 2018 года прокурором Дульдургинского района уголовное дело № в отношении ФИО7 по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 222 УК РФ изъято из производства группы дознания ОП по Дульдургинскому району и передано в Агинский межрайонный следственный отдел СУ СК России по Забайкальскому краю для производства предварительного расследования. 

28 марта 2018 года указанные уголовные дела соединены в одно производство, соединенному уголовному делу присвоен №

В рамках предварительного следствия по ч. 1 ст. 238 УК РФ проведены следующие следственные действия с участием подозреваемого ФИО7:

08 июня 2018 года подозреваемый ФИО7 и его защитник ознакомлены с заключениями эксперта от 06.02.2018 года № 1017/2-5 и от 01.03.2018 года № 1025, а также с допросом специалиста ФИО3 от 13.04.2018 года.

08 июня 2018 года в отношении подозреваемого ФИО7 избрана мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке, в тот же день допрошен в качестве подозреваемого, с участием защитника ФИО6

08 июня 2018 года проведены очные ставки со свидетелями ФИО4

13 июня 2018 года проведена очная ставка со свидетелями ФИО5 

01 июля 2018 года проведен осмотр места происшествия территории домовладения, расположенного по адресу 

<

адрес> по месту жительства подозреваемого ФИО7 

04.07.2018 года подозреваемый ФИО7 с участием защитника ознакомлен с заключением эксперта № 79 от 04.07.2018 года и протоколом допроса специалиста ФИО3 от 04.07.2018 года.

04 июля 2018 года старшим следователем Агинского МСО СУ СК России по Забайкальскому краю прекращено уголовное дело в части преступления предусмотренного ч. 1 ст. 238 УК РФ по основанию, предусмотренному п. 2 ч.1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 238 УК РФ в действиях ФИО7 

Статус ФИО7 в ходе предварительного следствия - подозреваемый, задержание в порядке ст. 91 УПК РФ не производилось.

Согласно ч. 1 ст. 162 УПК РФ предварительное следствие по уголовному делу должно быть закончено в срок, не превышающий 2 месяцев со дня возбуждения уголовного дела.

Согласно ч. 2 ст. 162 УПК РФ в срок предварительного следствия включается время со дня возбуждения уголовного дела и, в частности, до дня вынесения постановления о прекращении производства по уголовному делу.

В этой связи срок предварительного следствия по ч. 1 ст. 238 УК РФ (с 17.03.2018 года до дня вынесения решения о частичном прекращении производства по уголовному делу – 04.07.2018 года) составил 3 месяца 17 дней.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в п.2 Постановления от 20.12.1994 г. № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что ФИО7 был незаконно подвергнут уголовному преследованию по ч. 1 ст. 238 УК РФ, в связи с чем, истец имеет право на возмещение вреда, связанного с данным преследованием, в том числе право на компенсацию морального вреда независимо от вины причинителя.

В результате уголовного преследования по подозрению в совершении указанного выше преступления истцу причинен моральный вред, выразившийся в его нравственных страданиях. Сам факт необоснованного возбуждения уголовного дела, преследование лица по обвинению в совершении преступления, предполагает нравственные страдания данного лица.

Таким образом, довод представителя ответчика о том, что истцом не доказан факт причинения ему морального вреда является не состоятельным, поскольку, в силу Главы 18 УПК РФ лицу, уголовное преследование в отношении которого прекращено по реабилитирующим основаниям, моральный вред подлежит возмещению в любом случае, так как за ним признано право на реабилитацию и последнее в себя включает, в том числе устранение последствий морального вреда.

При этом, суд учитывает, что сам факт незаконного привлечения истца к уголовной ответственности подрывал в этот период деловую репутацию истца, оказывал отрицательное влияние на его авторитет, доброе имя, честь и достоинство; указанные обстоятельства продолжались длительный период времени, все это причиняло истцу нравственные страдания.

При определении размера компенсации морального вреда судом учитывается также и длительность предварительного расследования по уголовному делу, количество проведенных в отношении него следственных действий. Учитывает суд требования разумности и справедливости, поэтому считает, что представитель ответчика правомерно ссылается на то, что размер компенсации, указанный истцом чрезмерно завышен. Определяя размер компенсации морального вреда, суд с учётом требований ст. 59 ГПК РФ принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения данного гражданского дела.

Учитывая изложенное, суд считает требование истца о взыскании с ответчика Министерства Финансов РФ компенсации морального вреда обоснованным и подлежащим удовлетворению частично.

При определении размера подлежащего взысканию морального вреда, в соответствии с нормами ст.1101 ГК РФ, суд учитывает характер физических и нравственных страданий ФИО7, фактические обстоятельства причинения вреда, индивидуальные особенности потерпевшего.

В соответствии со ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Исходя из смысла статей, указанного законодательства, истец, заявивший требования о возмещении морального вреда, должен представить суду не только доказательства причинения ему морального вреда, но и доказательства того, какие конкретно физические и (или) нравственные страдания перенесены им.

При определении размера денежной компенсации морального вреда суд учитывает фактические обстоятельства уголовного преследования ФИО7, по обвинению в совершении преступления, личность истца, его возраст, семейное положение, а также степень нравственных страданий, которые были причинены истцу в связи с незаконным обвинением.

Доводы истца о том, что в результате постоянных переживаний из-за необоснованного и незаконного привлечения к уголовной ответственности у него были постоянные головные боли, бессонница, отсутствовал аппетит, болело сердце, была расшатана нервная система, произошла значительная потеря веса, было основательно подорвано здоровье ничем не подтверждены, истцом не представлено каких либо доказательств в подтверждение указанных доводов.

Как установлено в судебном заседании, по данному уголовному делу, ФИО7 фактически принимал участие в следственных действиях в качестве подозреваемого в общей сложности в течение 4-х дней (08.06.2018, 13.06.2018, 01.07.2018 и 04.07.2018 года).

Учитывая изложенные обстоятельства, принимая во внимание характер и степень страданий истца, его личность, тяжесть наступивших для ФИО7 последствий незаконного уголовного преследования, суд считает, что заявленная сумма компенсации морального вреда – 1 000 000 руб. не соответствует характеру и степени причиненного вреда, и является чрезмерно завышенной.

Учитывая установленные судом обстоятельства в их совокупности, принимая во внимание требования разумности и справедливости, суд считает необходимым определить размер подлежащей взысканию компенсации морального вреда в размере 10 000 рублей.

Кроме того, истцом в судебном заседании было заявлено ходатайство о взыскании судебных расходов, просит взыскать с ответчика расходы на оплату юридических услуг в сумме 20 000 рублей.

Разумность предела судебных издержек на возмещение расходов по оплате услуг представителя, требование о которой прямо закреплено в ст. 100 ГПК РФ является оценочной категорией, поэтому в каждом конкретном случае суд должен исследовать обстоятельства, связанные с участием представителя в споре.

Из представленного ходатайства и приложенных документов следует, что 25 октября 2018 года между Глазковым А.В. и ФИО7 заключен договор на оказание юридических услуг, в соответствии с которым Глазков А.В. обязался оказывать ФИО7 юридические услуги по поводу защиты интересов последнего (составление искового заявления, представительство) в Дульдургинском районном суде по иску о компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование.

Согласно квитанции № 16718 от 25 октября 2018 года Глазков А.В. получил от ФИО7 денежные средства в размере 20 000 рублей по договору на оказание юридических услуг от 25.10.2018 года.

Факт оказания ФИО7 вышеперечисленных юридических услуг нашел свое подтверждение в судебном заседании, факт оплаты заявителем юридических услуг по договору и их размер документально подтвержден.

С учетом сложности дела, проведенной работы по делу по составлению искового заявления, фактических результатов рассмотрения заявленных требований, с учетом требований разумности, суд приходит к выводу, что требование ФИО7 в данной части подлежит удовлетворению в полном объеме. В пользу ФИО7 с Министерства Финансов РФ за счет казны РФ подлежат взысканию расходы на оказание юридических услуг в сумме 20 000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198, ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО7 – удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской федерации в пользу ФИО7 денежную компенсацию морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием в сумме 10 000 (десять тысяч) рублей и расходы по оказанию юридической помощи в сумме 20 000 (двадцать тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО7 – отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Забайкальского краевого суда через Дульдургинский районный суд в течение месяца со дня его вынесения судом в окончательной форме. 

Мотивированное решение изготовлено 12 февраля 2019 года.

Судья Д.Б. Эрдынеев