Решение

 принято в окончательной форме 02.07.2018

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

27.06.2018 г. Полевской 

Полевской городской суд Свердловской области в составе председательствующего Двоеглазова И.А. при секретаре Обвинцевой О.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-6/2018 по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о возмещении ущерба в размер 1 141 679 рублей, мотивируя требования тем, что 03 июня 2016 года произошел пожар, в результате которого повреждены 

<

. . .>. Истцу в результате пожара причинён ущерб в сумме 1 141 679 рублей, поскольку в результате пожара повреждены принадлежащий ей 

<

. . .> в 

<

. . .>, надворные постройки, баня, автомобиль ВАЗ 21134, государственный регистрационный знак №. Поскольку очаг пожара установлен в 

<

. . .>, истец просит взыскать с собственника дома ФИО2 сумму ущерба.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, была надлежащим образом извещена о времени и месте судебного разбирательства, о причинах неявки суду не сообщила. 

Представитель истца ФИО3 исковые требования и доводы искового заявления поддержал, суду пояснил, что 03.06.2016 произошел пожар, в результате которого повреждены 

<

. . .>. Истцу в результате пожара причинён ущерб в сумме 1 141 679 рублей, поскольку в результате пожара повреждены принадлежащий ей 

<

. . .> в 

<

. . .>, надворные постройки, баня, автомобиль ВАЗ 21134, государственный регистрационный знак № Очаг пожара находился в 

<

. . .>, о чем говорят два технических заключения ФГБУ СЭУ ФПЛ ИПЛ по Свердловской области. Существенного противоречия в этих заключениях нет, так как место очага пожара определено в одном заключении в бане ответчика, во втором – в ограде. Поскольку все эти строения находятся вплотную друг к другу, очаг пожара определен точно и возник он на границе между оградой и баней. По фотографиям и показаниям свидетелей видно, что 

<

. . .> сгорел полностью, что свидетельствует о наиболее сильном и длительном горении. С заключением судебной экспертизы он не согласен, поскольку эксперт установил, что пожар возник в бане 

<

. . .> и под воздействием ветра распространился на строения 

<

. . .> северо-западном направлении. Вместе с тем . . . ветер был северо-западный, то есть он дул в противоположном направлении. Об этом говорили и соседи, в частности свидетель ФИО4, которая находился в юго-восточном направлении от места пожара, и она говорила, что искры летели в её сторону. Эти показания экспертом не были учтены. Повреждения, полученные строениями, также говорят о том, что очаг пожара находился в бане №. Это видно по фотографиям. Не учтены показания З., который пояснил, что они из 

<

. . .> вышли через дверь, но когда они постучались в 

<

. . .>, они уже не смогли выйти через дверь, т.к. произошло обрушение двора. Это говорит о том, что пожар распространялся со стороны 

<

. . .>. Соседи с противоположной стороны улицы не могли точно видеть, что горит, поэтому их показания не должны учитываться. Также вызывают сомнения пояснения очевидцев относительно сильного ветра, поскольку согласно метеосводке ветер был слабый. Свидетель ФИО4 не могла видеть 

<

. . .>, поскольку она находится по диагонали от горящих участков и 

<

. . .> был ближе к ней, поэтому она и увидела, что 

<

. . .> горит. В заключении судебной экспертизы имеется множество противоречий и построено оно на том, что пожар распространялся от 

<

. . .> под воздействием ветра, однако, сведений о наличии ветра и его направлении у эксперта не было. 

Ответчик ФИО2 и её представитель ФИО5 исковые требования не признали, суду пояснили, что доверять техническим заключениям ФГБУ СЭУ ФПЛ ИПЛ по Свердловской области нельзя, так как в протоколе осмотра места происшествия от 03.06.2016 перепутаны стороны света, что специалисты не заметили и это повлекло ошибки при составлении технических заключений. Это говорит о небрежном отношении к составлению документов. Вместе с тем, из протокола ОМП видно, что в бане ФИО2 деревянный пол прогорел, стены прогорели, доски пола прогорели, печи деформирована и есть окалины, пол выложен плиткой, которая сломана. Следы деревянных конструкций остались. Что касается старой бани ФИО1, в протоколе указано, что брус обуглился, крыша прогорела, листы деформированы, окно сгорело, пол бани сгорел. Это свидетельствует о том, что очаг пожара находился в бане ФИО1, горение там было интенсивным. Распространение огня шло с юга на север. Муж ответчика П. ещё до пожара отметил, что печная труба у соседей была не изолирована от конструкций бани, в связи с чем имелась опасность пожара, они поссорились из-за этого. С выводами специалистов о том, что в новой бане ФИО1 было интенсивное горение, что могло объясняться особенностями тушения пожара, согласиться нельзя, поскольку из пояснений пожарных ФИО6 и ФИО7 следует, что они тушили 

<

. . .> №. 

<

. . .> № не тушили. Также о возникновении пожара в 

<

. . .> свидетельствует то, что в этот день топилась баня. Материал, которым обернута печная труба бани ФИО1 не имеет следов пожара, что свидетельствует о том, что этот материал был закреплен после пожара. Сила ветра имеет значение при распространении огня, под воздействием ветра огонь шел с юга на север. Даже специалист ФИО8 признал, что очаг возгорания находился в бане на 

<

. . .>. Заключение эксперта ФИО9 является правильным, соответствует некоторым выводам специалиста ФИО8. 

Заслушав представителя истца, ответчика, её представителя, исследовав материалы дела, суд пришел к следующему.

В силу ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу положений п.п. 1-3 ч. 1 ст. 34 Федерального закона от 21 декабря 1994 года № 69-ФЗ «О пожарной безопасности» граждане имеют право на защиту их жизни, здоровья и имущества в случае пожара, возмещение ущерба, причиненного пожаром, в порядке, установленном действующим законодательством, а также граждане обязаны соблюдать требования пожарной безопасности.

В соответствии с абз. 2 ст. 38 Федерального закона от 21 декабря 1994 года № 69-ФЗ «О пожарной безопасности» ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут собственники имущества. 

Статьёй 210 Гражданского кодекса Российской Федерации на собственника возложена обязанность по содержанию принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Истец ФИО1 является собственником жилого дома и земельного участка, расположенных в 

<

. . .>, что подтверждается копиями свидетельств о государственной регистрации права от . . . (Том 1 л.д. 10, 11), выписками из ЕГРН от . . . №, № (л.д. 90-95).

Ответчик ФИО2 является собственником жилого дома и земельного участка, расположенных в 

<

. . .>, что подтверждается выписками из ЕГРН от . . . №, № (л.д. 96-101).

Как следует из отказного материала № (Том 1 л.д. 107-191), 03.06.2016 в 01:26 произошел пожар по адресу: 

<

. . .> Пожар потушен 03.06.2016 в 04:30. В результате пожара сгорели надворные постройки, дом, имущество, автомобиль Мазда 3, государственный регистрационный знак № участке №; сгорели надворные постройки, баня, автомобиль ВАЗ 21134, государственный регистрационный знак № поврежден дом на участке №; сгорели надворные постройки, поврежден дом на участке №. 

Согласно техническому заключению экспертов ФГБУ «Судебно-экспертного учреждения федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория» по Свердловской области № от . . . (Том 1 л.д. 153-161) очаг пожара располагался в пространстве крытой ограды дома 

<

. . .>. Конкретизировать более точно место очага пожара не представилось возможным. Причины пожара экспертом определены: тепловое проявление электрического тока в процессе аварийного режима работы электрооборудования либо электропроводки в районе предполагаемого очага пожара в ограде 

<

. . .> или автомобиле «Мазда»; воспламенение паровоздушной смеси технических жидкостей автомобиля «Мазда» от нагретых поверхностей элементов двигателя и выпускного тракта. 

Техническим заключением № от . . . (Том 1 л.д. 110-120), вновь подтверждено местоположение очага пожара на территории участка № по 

<

. . .>, однако, конкретное место очага указано «на участке № по 

<

. . .> во внутреннем пространстве бани в северной её части». Наиболее вероятной технической причиной пожара могла послужить одна из следующих: тепловое проявление электрического тока в процессе какого-либо аварийного режима работы электросети (электрооборудования) бани или питающей электросети на сгораемые материалы в районе предполагаемого очага пожара; тепловое воздействие искр, углей, пламени или нагретой поверхности печи (в том числе дымохода) на сгораемые материалы в районе предполагаемого очага пожара. Изначальное возникновение пожара на участке № по 

<

. . .> в 

<

. . .> маловероятно. 

Ответчик не согласилась с данными заключениями и по её ходатайству судом была назначена судебная пожарно-техническая экспертиза. 

По заключению эксперта ООО «Файер контроль» № от . . . (Том 2 л.д. 23-95) очаг пожара расположен внутри новой бани жилого 

<

. . .>. Установить более точное расположение очага пожара не представляется возможным. Пожар начался в новой бане на участке №. Далее огонь распространился в надворные постройки 

<

. . .>. Под воздействием порывов ветра огонь быстро распространялся в северо-западном направлении на надворные постройки и жилые 

<

. . .> №. Кроме того, благодаря лучистой энергии, образованной от пламени горения, происходило распространение огня в чердачных помещениях 

<

. . .> сторону 

<

. . .>. 

Очаг пожара расположен внутри новой бани жилого 

<

. . .>. Ввиду отсутствия в материалах дела объективной информации, эксперт не может уточнить конкретное место расположение очага пожара.

Эксперт считает, что новая баня на участке № по 

<

. . .> является местом первоначального возникновения горения. 

Полное уничтожение деревянных конструкций внутри новой бани, прогиб листов кровельного железа, повреждение ближайших к бане строений, а также расположение новой бани в вершине конуса распространения огня на пожаре, указывает на то, что очаг пожара находился внутри новой бани жилого 

<

. . .>.

Горение началось в новой бане на участке №. Далее огонь распространился в надворные постройки 

<

. . .>. Под воздействием порывов ветра, огонь быстро распространился в северо-западном направлении на надворные постройки и жилые 

<

. . .> №. Кроме того, благодаря лучистой энергии, организованной от пламени горения, происходило распространение огня в чердачных помещениях 

<

. . .> сторону 

<

. . .>.

Исходя из установленных термических повреждений, признаков направленности горения, а также сведений полученных из материалов гражданского дела №, эксперт считает, что причиной пожара в новой бане жилого 

<

. . .> могли послужить:

- тепловое проявление какого-либо аварийного режима работы электропроводов или электрооборудования (перегруз в сети, короткое замыкание и т.д.) в новой бане жилого 

<

. . .>. 

- воспламенение деревянных конструкций бани от печного отопления.

Оценивая обоснованность доводов истца и возражений ответчика, суд исходит из следующего.

Технические заключения ФГБУ «Судебно-экспертное учреждение Федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория» суд не может принять во внимание, поскольку оба заключения имеют противоречия друг другу, в частности в месте очага пожара, производились без осмотра места пожара, исключительно по письменным документам и фотографиям. Специалисты не были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, в заключении № от . . . имеются противоречия как в трактовке показаний очевидцев пожара, так и в оценке вещной обстановки. Не учитывались специалистами и показания допрошенных в судебном заседании свидетелей.

Допрошенный в судебном заседании ФИО8, составивший техническое заключение № от . . ., пояснил, что техническое заключение является его мнением относительно причин и места возникновения пожара. При подготовке заключения он использовал доказательства, которые имелись на тот момент. Вероятностные выводы сделаны потому, что строения, находившиеся в очаге пожара, полностью уничтожены, следов, указывающих на причины пожара не много. Неправильное определение сторон света, по его мнению, существенного значения не имеет. Расположение очага пожара было установлено по повреждениям конструкции, где обнаружены наиболее сильные повреждения. Показания свидетелей им оценивались в зависимости от того, где находился свидетель и что мог видеть, учитывая ракурс обзора, очевидцы могли перепутать строения из-за расстояния наблюдения. Если физическое признаки при пожаре противоречат показаниям свидетелей, учитываются физические признаки. Показания свидетелей говорят о том, что они не могут точно сказать, что горело на участке №, что на участке №, а пожарные говорят о том, что пожар распространялся с участка №. Об этом свидетельствует и то обстоятельства, что из 

<

. . .> эвакуировались через ограду, а из 

<

. . .> уже через окно. Наличие ветра и его направление при подготовке заключения им не учитывалось, т.к. об этом не было представлено информации.

Заключение эксперта ООО «Файер контроль» судом принимается как более достоверное доказательство. Эксперт ООО «Файер контроль» предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, его заключение более подробное и мотивированное, экспертиза проведена им с осмотром места пожара. При проведении судебной экспертизы экспертом, в отличие от специалистов ФГБУ «Судебно-экспертное учреждение Федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория» учтены показания свидетелей, данные в ходе рассмотрения дела, среди которых были свидетели К., С., Ю., которые сообщили, что видели начало пожара. Пожар, по их утверждениям, начался в бане 

<

. . .>, она горела открытым пламенем, когда постройки 

<

. . .> еще не горели, но очень быстро загорелись и они. Доводы ответчика о том, что эти свидетели не могли видеть начала пожара или видели его издалека и могли ошибиться относительно мест пожара, суд считает надуманными. Свидетели как жители соседней улицы, огороды которых примыкают к огородам домов, где произошел пожар, знают местоположение домов и строений соседей, поэтому вероятность ошибки с их стороны минимальна, тем более, что такие показания дают несколько свидетелей, а не один. Наблюдали они пожар с разных точек, поэтому заблуждение трех свидетелей одновременно суд считает маловероятным. Суд не находит оснований не доверять показаниям этих свидетелей, поскольку они не заинтересованные в исходе дела лица, соседи и истца и ответчика. Что касается показаний свидетеля З., суд относится к ним критически, поскольку он является зятем ФИО1, следовательно, заинтересованным в исходе дела лицом. 

Также в ходе рассмотрения дела был допрошен эксперт ФИО9, который подробно объяснил, что он обнаружил при осмотре места пожара, почему пришел к выводу о возникновении пожара в бане 

<

. . .>. При этом, его показания последовательные, логичные, соответствуют выводам, изложенным в заключении. Так, он объяснил различные выводы относительно места расположения пожара тем обстоятельством, что у него имелось больше материалов по факту пожара, чем у специалистов ФГБУ «Судебно-экспертное учреждение Федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория», в том числе и показания свидетелей, данные в ходе судебного заседания, когда они были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Показаниям этих свидетелей он доверял больше, чем пояснениям очевидцев, которые имелись в отказном материале, так как они не были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. При выходе на место пожара, он установил, что в протоколе осмотра места происшествия неправильно указаны стороны света, что существенно влияет на заключение. Также специалистами не учтен ветер, который способствует распространению огня в том направлении, куда он дует. О том, какого направления был ветер в день пожара, он выяснял перед проведением экспертизы, ветер был южного и юго-западного направления. Им были осмотрены строения 

<

. . .>, на территорию 

<

. . .> он зайти не смог, так как дома никого не было, хотя о времени и месте осмотра он извещал и истца и представителя истца, которые обещали предоставить доступ на участок. К выводу о том, что пожар начался в 

<

. . .> он пришел, обнаружив, что металлические конструкции надворных построек 

<

. . .> обрушились внутрь двора дома. Металлическая кровля, металлические стойки на которые она крепилась, обрушились внутрь дома, что свидетельствует о сильном длительном горении. В 

<

. . .> кровельные металлические листы также прогнулись, но деревянные балки не рухнули, следовательно, горение в 

<

. . .> было не настолько интенсивным, как на участке №. Также из анализа повреждений бань следовало, что в бане 

<

. . .> горение было сильнее, поскольку металлические листы кровли бани № обрушились, а в бане № кровля не провалилась. В бане на участке № по фотографии был обнаружен фрагмент пола, на котором видно неповрежденный участок древесины, в бане на участке № все превратилось в золу, что также свидетельствует о более сильном горении. По стенам дома был определен очаговый конус, было обнаружено выгорание копоти, обрушение штукатурного слоя на доме вблизи бани 

<

. . .>. Пожар распространялся по направлению ветра с бани 

<

. . .> по надворным постройкам 

<

. . .>, перекинулся на 

<

. . .>, после чего на 

<

. . .>. 

В силу ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ч. 1, 2, 3 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу о возникновении пожара в бане 

<

. . .> в 

<

. . .>. 

К таким выводам суд пришел на основании того, что как было указано ранее, суд считает относимым, допустимым и достоверным доказательством экспертное заключение ООО «Файер контроль». Данное экспертное заключение дано на основании большего объема доказательств и сведений, чем технические заключения ФГБУ СЭУ ФПЛ ИПЛ по Свердловской области. Выводы эксперта согласуются с показаниями свидетелей, не имеющих заинтересованности в исходе дела. Выводы эксперта, указанные в заключении, логичны, последовательны, основаны на информации, полученной в ходе осмотра места происшествия, на всестороннем исследовании имевшихся материалов, в том числе и отказного материала по факту пожара. Выводы специалистов, данные в технических заключениях сделаны только на основании письменных доказательств, без осмотра места пожара, без учета показаний свидетелей. Представитель ответчика верно отметила, что специалист ФИО8, не осматривая место происшествия, не зная где находились очевидцы, наблюдая пожар, подвергал сомнению их пояснения или отвергал совсем, мотивируя этом ничем не обоснованным суждением о том, что очевидец мог ошибиться относительно обстоятельств пожара. 

Представитель истца подверг сомнению заключение судебной экспертизы, в том числе и по той причине, что согласно сведениям с сайтов WeatherArhive.ru и pogoda.mail.ru направление ветра 02.06.2016 было северо-западное, то есть противоположное установленному экспертом пути распространения огня.

Суд данные доказательства принять не может, как противоречащие более достоверному доказательства – ответу ФГБУ «Уральское УГМС» от . . . № согласно которому в 20:00 02.06.2016 направление ветра было северное, а при наблюдении в 23:00 02.06.2016 и 02:00 03.06.2018 – южное, юго-западное. Данное наблюдение сделано в ближайшей к г. Полевскому метеостанции Сысерть, расположенной в 35 км к Востоку от г. Полевской. Более того, в представленных распечатках с сайтов самые близкие к моменту пожара сведения приведены на вечер 02.06.2018, сведений на ночь 03.06.2016 в представленных документах нет. В справке же метеослужбы эти сведения отражены и в них видно, что с вечера 02.06.2016 ветер северного направления к ночи 03.06.2016 сменился на ветер южного направления. Учитывая изложенное, имеющаяся в деле совокупность доказательств экспертному заключению не противоречит, подтверждает его, а потому суд приходит к выводу, что пожар 03.06.2016 в домах № по 

<

. . .> в 

<

. . .> возник внутри новой бани жилого 

<

. . .> в 

<

. . .>.

Поскольку очаг пожара находился в строении, принадлежащем истцу ФИО1, то и ответственность за ущерб, причиненный в результате пожара, несет сама истец, так как на неё возложена обязанность заботиться о принадлежащем ей имуществе, поддерживать его в надлежащем состоянии, обеспечивать пожарную безопасность, предотвращать возможность возникновения неблагоприятных последствий, связанных с эксплуатацией бани. Тот факт, что в бане произошел пожар, сам по себе свидетельствует о том, что ответчик не приняла необходимых и достаточных мер к исполнению возложенной на нее законом обязанности по надлежащему содержанию принадлежащего ей имущества с целью исключения возникновения возгорания в бане, ставшей причиной пожара и повлекшего возникновение ущерба. 

Вины ответчика ФИО2 в возникновении пожара, причинно-следственной связи между её действиями (бездействием) и возникновением пожара, суд не усматривает, а, следовательно, причиненный истцу ущерб не может быть возмещен за счет ФИО2 В удовлетворении исковых требований ФИО1 следует отказать. 

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, 

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба отказать.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы в Полевской городской суд.

Резолютивная часть решения изготовлена в совещательной комнате с применением технических средств. 

Председательствующий И.А. Двоеглазов