Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

30 января 2020 года г. Братск

Братский городской суд Иркутской области в составе:

председательствующего судьи Шаламовой Л.М.,

при секретаре Ефимовой Ю.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-29/2020 по иску ФИО1 к Федеральному казенному учреждению Следственный изолятор № 2 ГУФСИН России по Иркутской области, Федеральной службе исполнения наказаний России, Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ответчикам Федеральному казенному учреждению Следственному изолятору № 2 ГУФСИН России по Иркутской области, Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в размере 200 000 руб. 

В обоснование заявленных требований указал, что он был арестован в рамках уголовного дела и содержался в помещении 

<

адрес> с 22.07.2004 года по 19.02.2008 года. За указанный период времени ему было предоставлено два свидания с родителями ФИО8 и ФИО11 – 29.05.2007 и 22.10.2007. Длительность свиданий в обоих случаях составляет 1 час. при этом указанное время исчислялось с момента фактического входа родственников на территорию учреждения и до момента выхода с территории. Фактическая длительность свидания составляла от 40 до 50 минут. Считает, что ограничивая время свиданий с родственниками, необоснованно сокращая предусмотренное законом время свидания, сотрудники СИЗО 38/2 нарушали его права. Ограничивая длительность свидания заявителю причинялись моральные и нравственные страдания. Истец знал, что эти свидания являются последними его встречами с родственниками. 

В результате необоснованного ограничения времени свидания ему были причинены не только нравственные страдания, но и были нарушены его права, гарантированные ст.ст.4,6,18 Закона №103-ФЗ, а также ст.ст.17,19,49 и ч.3 ст.56 Конституции РФ и ст.ст.3,8 европейской Конвенции. 

Сокращая время свиданий, предусмотренное законом, администрация СИЗО 38/2 не только причиняла ему страдания, но и показали, что попав за решетку он лишился всех прав, гарантированных ему Российским и международным законодательством. До настоящего времени он продолжает страдать от того, что ответчик незаконно ограничил время свиданий, несмотря на то, что прошло время, он больше не виделся со своими родственниками. 

Судом в качестве соответчика по настоящему делу была привлечена Федеральная служба исполнения наказаний России.

Истец ФИО1, опрошенный в судебном заседании путем использования систем видеоконференцсвязи, исковые требования поддержал. Суду дал пояснения по доводам, изложенным в исковом заявлении. 

В судебном заседании представитель ответчиков ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Иркутской области и Федеральной службы исполнения наказаний России ФИО2, действующая на основании доверенностей, с заявленными требованиями не согласилась. С учетом представленных суду возражений, суду пояснила, что ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Иркутской области с 29.07.2004 по 19.02.2008. Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, регламентируются Федеральным законом от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений". Проведение свиданий подозреваемых с родственниками регламентированы ст.18 Федерального закона №103-ФЗ, согласно которой подозреваемым и обвиняемым на основании письменного разрешения лица или органа, в производстве которых находится уголовное дело, может быть предоставлено не более двух свиданий в месяц с родственниками и иными лицами продолжительностью до трех часов каждое. При этом нижний предел времени законом не установлен. Свидания с родственниками и иными лицами осуществляются под контролем сотрудников мест содержания под стражей. Родственники ФИО1 реализовали право на свидание с ним в 2007 году только два раза 24.05.2007 года и 22.10.2007 года. В период с 1996 по 2010 годы ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России Иркутской области при хранении документов, образующихся в деятельности ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Иркутской области, руководствовалось сроками хранения документов, установленными приказом МВД РФ 19.11.1996 №615 «Об утверждении Перечня документов, образу4ющихся в деятельности органов внутренних дел, учреждений, предприятий и организаций системы Министерства внутренних дел РФ, с указанием сроков хранения». Согласно требованиям п.32.7 указанного приказа, срок хранения «Разовых пропусков на объекты и в служебные здания, образующиеся в результате служебной деятельности следственных изоляторов составлял 1 год, в связи с чем указанная документация уничтожена, о чем составлен акт №8 на уничтожение номенклатурных дел от 22.10.2012.

Согласно акта №8 на уничтожение номенклатурных дел от 22.10.2012 по истечении сроков хранения было, в том числе, уничтожено номенклатурное дело с инвентарным номером 421 «Разовые пропуска на объекты и в служебные здания» с крайними датами документов в деле 09.01.2007-05.11.2007. 

Согласно журнала «Учета предложений, заявлений и жалоб граждан № 38/2/1-41 (начат 16.01.2007 окончен 18.01.2010) жалоб, заявлений о незаконном сокращении времени свиданий с родственниками 29.05.2007 и 22.10.2007 как от ФИО1 так и от его родителей не поступало. Также ни от истца ни от его родителей жалоб, заявлений о незаконном сокращении времени свиданий с родственниками ни в ГУФСИН России по Иркутской области, ни в Братскую прокуратуру по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях, ни в Братский городской суд Иркутской области не поступало.

В связи с давностью событий на настоящий момент не может быть установлена достоверность изложенных в заявлении истца доводов и незаконности действий со стороны ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Иркутской области. 

Показания свидетеля ФИО10 не могут быть приняты судом во внимание ввиду того, что ни 29.05.2007, ни 22.10.2007 свиданий не имел, соответственно не был непосредственным участником событий и правдивых показаний дать не может. 

Письменные объяснения родителей ФИО1 являются недопустимым доказательством ввиду того, что их происхождением доподлинно установить невозможно. 

Истец обратился в суд с требованием о компенсации морального вреда спустя 11 лет после истечения последнего периода из указанных им, что вызывает сомнение в причинении ему сильных моральных и нравственных страданий. 

Вместе с тем, доказательств, отвечающих принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности, бесспорно подтверждающих доводы ФИО1 истцом не представлены. 

На правоотношения, возникающие вследствие причинения морального вреда, распространяются общие основания ответственности, установленные ст. 1064 ГК РФ. В силу чего истец должен доказать обстоятельства, подтверждающие факт причинения вреда личным неимущественным правами и другим нематериальным благам, а также представить доказательства незаконности действий (бездействия) органа государственной власти, либо его должностного лица. Ответчик же должен доказать отсутствие своей вины в причинении вреда. В соответствии со статьей 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Вместе с тем, доказательств, отвечающих принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности, бесспорно подтверждающих доводы ФИО1 истцом не представлены. В связи с чем, просит в удовлетворении исковых требований ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда в размере 300 000 рублей отказать в полном объеме.

В судебное заседание представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации в лице представителя по субъекту - Управления Федерального казначейства по Иркутской области не явился, надлежащим образом извещенный о дате, времени и месте судебного заседания. В представленном отзыве на исковое заявление Минфин России указало, что исковые требования истца не признает. В связи с отсутствием достаточных правовых оснований для взыскания с Минфина России компенсации морального вреда, просит в заявленных требованиях ФИО1 к Минфину России отказать в полном объеме. 

Выслушав доводы истца, пояснения представителя ответчиков, изучив доводы, изложенные в возражениях ответчика, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1950 года, ст. ст. 2, 17, 21 Конституции РФ достоинство личности охраняется государством. Признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией. Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию (ст. 21 Конституции РФ).

Статья 53 Конституции РФ гарантирует каждому право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, регламентируются Федеральным законом от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений". 

Согласно ст. 1 Федерального закона "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", настоящий Федеральный закон регулирует порядок и определяет условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом РФ задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с УПК РФ избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

В силу ст. 4 указанного Закона, содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией РФ, принципами и нормами международного права, а также международными договорами РФ и не должны сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

Согласно ст. 1099 ГК РФ, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

На основании ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно п. 2 ст. 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. 

Согласно ст. 158 Бюджетного кодекса РФ, по искам о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями должностного лица государственного органа, от имени казны Российской Федерации выступает главный распорядитель бюджета по ведомственной принадлежности.

В соответствии с п. 1 ст. 125 и ст. 1071 ГК РФ, п. п. 1 п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса РФ, по искам о возмещении вреда, причиненного в результате действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, а также их должностных лиц, за счет казны Российской Федерации от имени Российской Федерации в суде выступает и отвечает по своим денежным обязательствам главный распорядитель бюджетных средств.

Анализируя и оценивая представленные доказательства в их совокупности, судом установлено, что ФИО1, в отношении которого была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, как подозреваемый и обвиняемый в период времени с 29.07.2004 года по 19.02.2008 года содержался в 

<

адрес> России по Иркутской области. Затем в связи с вынесением 09.08.2006 года Иркутским областным судом приговором, по которому ему назначено наказание в виде пожизненного лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима, он 19.02.2008 года убыл в 

<

адрес>, где и находится в настоящее время. 

ФИО1 в обоснование своих требований о компенсации морального вреда указывает на то, что во время содержания в 

<

адрес> России по Иркутской области, ему было предоставлено два свидания с родственниками 24.05.2007 и 22.10.2007, время свиданий было ограничено и длительность каждого составляла менее 1 часа, чем были причинены моральные и нравственные страдания. 

Согласно ст.18 Федерального закона от 15.07.1995 N 103-ФЗ (ред. от 27.12.2019) "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" подозреваемым и обвиняемым на основании письменного разрешения лица или органа, в производстве которых находится уголовное дело, может быть предоставлено не более двух свиданий в месяц с родственниками и иными лицами продолжительностью до трех часов каждое. Свидания с родственниками и иными лицами осуществляются под контролем сотрудников мест содержания под стражей. 

В соответствии с п.139 Приказа Минюста России от 14.10.2005 N 189 (ред. от 31.05.2018) "Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы" подозреваемым и обвиняемым на основании письменного разрешения лица или органа, в производстве которых находится уголовное дело, может быть предоставлено не более двух свиданий в месяц с родственниками и иными лицами продолжительностью до трех часов каждое. Разрешение действительно только на одно свидание.

Пунктом вторым ст. 33 Федерального закона от 15.07.1995 г. N 103-ФЗ установлено, что отдельно от других подозреваемых и обвиняемых содержатся, в том числе, подозреваемые и обвиняемые в совершении преступлений против основ конституционного строя и безопасности государства и преступлений против мира и безопасности человечества; а также подозреваемые и обвиняемые в совершении следующих преступлений, предусмотренных УК РФ: убийство; убийство матерью новорожденного ребенка; умышленное причинение тяжкого вреда здоровью; заражение ВИЧ-инфекцией; похищение человека; изнасилование; насильственные действия сексуального характера; торговля несовершеннолетними; грабеж; разбой; вымогательство, совершенное при отягчающих обстоятельствах; терроризм; захват заложников; организация незаконного вооруженного формирования; бандитизм; организация преступного сообщества (преступной организации); пиратство; посягательство на жизнь лица, осуществляющего правосудие или предварительное расследование; посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа; дезорганизация нормальной деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества.

В соответствии со ст. 1069 ГК РФ, вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Из приведенных норм закона и разъяснений Пленума ВС РФ следует, что сами по себе нарушения личных неимущественных прав потерпевшего или посягательство на нематериальные блага не являются безусловными основаниями для удовлетворения требований о компенсации морального вреда. Обязательным условием удовлетворения названных требований является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий.

Процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

Содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

При таких обстоятельствах само по себе содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях, не порождают у него право на компенсацию морального вреда.

Юридически значимым и подлежащим доказыванию обстоятельством по делу о такой компенсации является факт причинения лицу физических и нравственных страданий.

При установлении наличия или отсутствия физических и нравственных страданий, а также при оценке их характера и степени необходимо учитывать индивидуальные особенности лица и иные заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела.

Следовательно, истец при обращении в суд с иском о взыскании компенсации морального вреда должен доказать наличие в совокупности указанных условий.

Из пояснений представителя ответчика и представленных документов судом установлено, что родственников, прибывших на свидание пропускают по разовому пропуску с предъявлением документа, удостоверяющего личность. Разовые пропуска на объекты и в служебные здания с крайними датами документов в деле 09.01.2007-05.11.2007 по истечении сроков хранения были уничтожены. 

Из представленного Акта № 8 на уничтожение номенклатурных дел, утвержденного 22.10.2012 года, установлено, что номенклатурное дело «Разовые пропуска на объект и в служебные здания» с крайними датами 09.01.2007 – 05.11.2007, уничтожены.

Из пояснений ФИО1 установлено, что в период его нахождения под стражей в СИЗО-2 с жалобами о незаконном сокращении времени свиданий с родственниками он не обращался, действия должностных лиц органов внутренних дел не обжаловал, обратился в суд спустя длительное время после указанных им событий, по истечении сроков хранения первичной документации, и в нарушение правил ст. 56 ГПК РФ, не представил доказательства своих утверждений.

Истцом было заявлено ходатайство о принятии в качестве доказательств письменные объяснения свидетелей, для подтверждения изложенных в иске обстоятельств.

Из объяснений ФИО11, ФИО8 следует, что они приезжали на свидание к своему сыну ФИО1, который содержался в СИЗО – 38/2 г.Братска с 22.07.2004 года по 19.02.2008 года. Приезжали на свидание два раза 29.05.2007, 22.10.2007, свидания по времени составляли менее одного часа, фактически час считался с момента входа на территорию учреждения через пропускной пункт и обратно, само время свидания составляло 45-50 минут. 

В соответствии с частями 1, 2 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса РФ никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. 

Суд не принимает в качестве доказательств указанные объяснения, так как достоверно не установлена принадлежность данных объяснений ФИО11, и ФИО8 

Представителем ответчика было заявлено о пропуске истцом срока исковой давности, в обоснование заявления указала, что ФИО1 знал о нарушении своих прав 29.05.2007, 22.10.2007, право на обжалование реализовал посредством подачи искового заявления в суд только 25.07.2019, то есть спустя 11 лет. ГПК РФ в ч.1 ст.256 на момент возникновения спорных отношений предусматривал трехмесячный срок на обращение в суд с заявлением об оспаривании решения, действия (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих. Аналогичное правило закреплено в ст.2019 КАС РФ. Поскольку истцом заявлены требования о взыскании компенсации морального вреда в связи с незаконными действиями ФКУ СИЗО – 2 ГУФСИН России по Иркутской области по сокращению времени свиданий ФИО1 с родственниками, соответственно на него распространяется трехмесячный срок, установленный ранее действовавшей ч.1 ст.256 ГПК РФ. 

Разрешая ходатайство представителя ответчика о пропуске истцом срока на обращение в суд, суд находит данное ходатайство не обоснованным и не подлежащим удовлетворению, в силу ст. 208 ГК РФ, согласно которой исковая давность не распространяется на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ, кроме случаев, предусмотренных законом и разъяснениям содержащимся в п.7 Постановления Пленума ВС РФ от 20.12.1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», согласно которым, если требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения личных неимущественных прав и других нематериальных благ, то на него в силу статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность не распространяется, кроме случаев, предусмотренных законом.

В силу ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности

Статьей 55 ГПК РФ предусмотрено, что доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. 

С учетом приведенных норм закона, представленных суду доказательств, установленных обстоятельств, а также исходя из бремени доказывания, суд приходит к выводу, что судом не установлено сведений об ограничении продолжительности свидания ФИО1 с родственниками, истцом не представлено каких-либо доказательств своих требований, в силу ст.56 ГПК РФ, исходя из которых можно было бы сделать вывод о причинении ему морального вреда, незаконными действиями ответчика, наличия причинной связи между действиями и моральным вредом, а также вины ответчика.

Ранее с жалобами на незаконное сокращение времени свиданий истец не обращался, действия должностных лиц органов внутренних дел не обжаловал, имея при этом реальную возможность, обратился в суд спустя длительное время после указанных им событий, по истечении сроков хранения первичной документации, и в нарушение правил ст. 56 ГПК РФ, не представил доказательства своих утверждений.

Рассматривая дело, суд принял предусмотренные законом меры для всестороннего и объективного исследования обстоятельств дела, проверил доводы истца, положенные в обоснование заявленных требований, возражения представителя ответчика, и в соответствии с требованиями закона, регулирующего данные правоотношения приходит к выводу о том, что оснований, предусмотренных законом, для удовлетворения требований ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда не имеется.

Кроме того, обращение истца с иском последовало по истечении длительного периода времени, что в свою очередь, явилось причиной по которой стороны были лишены возможности представить доказательства в обоснование своих требований и возражений, в том числе, по причине уничтожения документов в связи с истечением срока давности.

Суд, на основании исследованных доказательств, приходит к выводу, что ФИО1 в удовлетворении исковых требований к Федеральной службе исполнения наказаний России, ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Иркутской области, Министерству Финансов РФ о взыскании компенсации морального вреда необходимо отказать.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Федеральному казенному учреждению Следственный изолятор № 2 ГУФСИН России по Иркутской области, Федеральной службе исполнения наказаний России, Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в сумме 200000 руб. - отказать.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Братский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья: Л.М.Шаламова