Дело № 2-779/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

05 июля 2018 года г. Благовещенск 

Благовещенский городской суд Амурской области в составе:

председательствующего судьи Фандеевой Г.В., 

при секретаре Быконя В.С., 

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, представителя ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Амурской области о взыскании компенсации морального вреда за незаконное уголовное преследование,- 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству финансов РФ с требованиями о взыскании компенсации морального вреда, указав, что 27 сентября 2012 года в отношении истца было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п. а, б ч. 2 ст. 171.2 УК РФ. 

15 апреля 2014 года в отношении истца было возбуждено уголовное дело № 422013 по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 171.2 УК РФ. Уголовные дела были объединены в одно дело с номером 251393.

В рамках указанных дел истец в период с 30 октября 2012 года по 25 июля 2016 года содержался под стражей, под домашним арестом, под залогом, под подпиской о невыезде.

25 июля 2016 года прекращено уголовное дело № 251393 и уголовное преследование в отношении истца по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 33, ч. 1 ст. 171.2 УК РФ; ч. 1 ст. 171.2 УК РФ по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием состава преступления. Определено право ФИО1 на реабилитацию. 

Таким образом, истец подвергался незаконному преследованию за совершение преступлений, предусмотренных ч. 5 ст. 33, ч. 1 ст. 171.2 УК РФ, в течение 4 лет 9 месяцев 28 дней.

Поскольку за истцом признано право на реабилитацию, воспользовавшись своим правом, он обратился с настоящим иском за предусмотренной законом компенсацией морального вреда.

Просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием по двум уголовным делам в размере 50000000 рублей, расходы на оплату услуг представителя 50000 рублей.

В судебном заседании истец и его представитель на заявленных требованиях настаивали в полном объеме, пояснили по обстоятельствам, изложенным в иске, дополнительно указали, что истец является бывшим сотрудником полиции. В его семье родители являются также сотрудниками правоохранительных органов, данная ситуация пагубно повлияла на репутацию всей семьи. В период преследования от него ушла жена с ребенком. Под стражей истец содержался 6 месяцев, там на него оказывалось давление со стороны органов следственного отдела и органов ФСБ. Находясь под стражей, неоднократно болел, поскольку в изоляторе было холодно. После содержания под стражей, его мера пресечения была изменена и истца выпустили под залог в сумме 700000 рублей, денежные средства на который передал ему отец. После этого, истец находился под домашним арестом. На ноге висел браслет. Ввиду наличия данного браслета не представлялось возможным устроиться на работу, поскольку люди, видя его, не принимали истца на работу. Время передвижения было ограничено с 08 часов 00 минут утра до 17 часов 00 минут вечера. В связи с чем, было трудное материальное положение, не было средств для оплаты ипотечного кредита. В период содержания под стражей у него развился панкреатит. Болезнь присутствовала и ранее, однако при задержании он был избит сотрудниками ФСБ, после чего болезнь начала стремительно прогрессировать. Образовалась копчиковая киста. Денежных средств на операции не было. После прекращения уголовного дела истец лечился в больнице, находился в тяжелом состоянии. До возбуждения уголовного дела истец занимался бизнесом, была полноценная семья, друзья, нормальное здоровье, однако, после продолжительного незаконного уголовного преследования, ничего не стало. Имущество баров, принадлежащее истцу, было опечатано, в дальнейшем передано его супруге без каких-либо разрешающих документов. Сейчас у истца ничего нет. В период уголовного преследования, которое длилось примерно 3-4 года, истец испытывал унижение и страдания. Полагали, что в ходе дела ими представлено достаточно доказательств в обоснование заявленных требований. Просили исковые требования удовлетворить. 

Представитель ответчика возражала против заявленных требований, полагала, что заявленная истцом сумма в размере 50000000 рублей не доказана и не обоснована. Доводы истца ничем не подтверждены, только его словами. Считают, что данная сумма не подлежит удовлетворению, компенсация должна быть разумной и справедливой.

Третьи лица ФИО4, ФИО5, ФИО6, представители третьих лиц прокуратуры Амурской области, следственного управления Следственного комитета РФ по Амурской области в судебное заседание не явились, о месте и времени судебного заседания извещены надлежащим образом, каких-либо ходатайств суду не представили. Руководствуясь положениями ст. 167 ГПК РФ определил приступить к рассмотрению дела при данной явке.

Из правовой позиции представителя следственного управления Следственного комитета РФ по Амурской области, изложенной в письменных возражения на исковое заявление, следует, что постановлением старшего следователя отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета РФ по Амурской области от 25 июля 2016 года уголовное дело № 251393 и уголовное преследование в отношении ФИО1 за совершение преступлений прекращены в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. Принимая во внимание прекращение уголовного дела по реабилитирующим основаниям, ФИО1 имеется право на реабилитацию и возмещение ущерба, причиненного уголовным преследованием. Вместе с тем, приведенные истцом обстоятельства не подтверждены соответствующими доказательствами. Большинство доводов являются голословными, наступившие для него в результате незаконного уголовного преследования неблагоприятные последствия не подтверждены доказательствами, позволяющими оценить степень перенесенных им физических и нравственных страданий. Размер компенсации морального вреда, заявленный истцом, не соответствует требованиям разумности и справедливости, является существенно завышенным и не соразмерен степени и характеру нравственных и физических страданий истца. Просят требования удовлетворить, снизив размер компенсации.

Из пояснений третьего лица ФИО4, отраженных в протоколе судебного заседания от 12, 19 апреля 2018 года, следует, что он поддерживает позицию представителя ответчика и считает размер компенсации завышенным. 8-9 октября 2012 года истцу было предъявлено обвинение, и он был привлечен в качестве обвиняемого по уголовному делу. На тот период времени имелось достаточно доказательств для привлечения ФИО1 в качестве обвиняемого. В дальнейшем, уголовное дело было передано в производство другого следователя.

Согласно правовой позиции третьего лица ФИО5, отраженной в протоколе судебного заседания от 12, 19 апреля 2018 года, он поддерживает позицию ответчика, считает необходимым снизить размер компенсации. При этом указал, что им было возбуждено уголовное дело в отношении истца, по решению суда истец был заключен под стражу, что предусмотрено законом. Уголовное дело было возбуждено в соответствии с законодательством РФ. Отметил, что уголовное дело в отношении истца было прекращено в связи с установлением непричастности истца. 

Из позиции третьего лица ФИО6, изложенной в том же судебном заседании и отраженной в протоколе судебного заседания от 12, 19 апреля 2018 года, следует, что у истца имеется право на возмещение компенсации морального вреда, поскольку уголовное дело прекращено и за истцом признано право на реабилитацию. Однако, им не представлено доказательств обоснованности заявленной суммы. Пояснил, что в его производство было передано уголовное дело в отношении ФИО1 Его задержание он (ФИО6) не проводил, а вел дело и продлевал сроки его проведения. На момент возбуждения уголовного дела у ФИО1 была полноценная семья, сведений о том, что семья распалась, не было. Принятые в отношении истца меры пресечения применялись судом обосновано, на момент прекращения уголовного дела к истцу была избрана мера пресечения, поскольку при первоначальных действиях он выехал из России, в связи с чем, был объявлен в розыск, и на тот момент основания для задержания имелись. Залог в сумме 700000 рублей вносил за истца его отец. Данная сумма была установлена судом. Истец с проблемами по состоянию здоровья не обращался, а писал ходатайства. Имущество, принадлежащее истцу и опечатанное сотрудниками, он супруге не передавал. 

Пояснения представителя Прокуратуры Амурской области также отражены в протоколе судебного заседания от 12, 19 апреля 2018 года, согласно которым, поскольку в отношении истца прекращено уголовное дело по реабилитирующим основаниям, он вправе предъявлять настоящий иск. Вместе с тем, истцом не представлено доказательств подтверждающих размер заявленной компенсации, тогда как размер компенсации морального вреда зависит от объема и количества доказательств. Полагала, что требования могут быть удовлетворены в случае представления доказательств.

Выслушав пояснения сторон, свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно статье 53 Конституции РФ, каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Исходя из пункта 2 статьи 17 и статьи 18 Конституции РФ основные права и свободы человека, являющиеся непосредственно действующими неотчуждаемы, принадлежат каждому от рождения и определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причине моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации морального вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Общие основания ответственности за причинение вреда предусмотрены статьёй 1064 ГК РФ, в соответствии с которой вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Для наступления деликтной ответственности необходимо наличие состава правонарушения, включающего: а) наступление вреда; б) противоправность поведения причинителя вреда; в) причинную связь между двумя первыми элементами и г) вину причинителя вреда.

Гражданским кодексом РФ в качестве общего основания ответственности за причинение вреда предусмотрено, что лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064), то есть по общему правилу бремя доказывания отсутствия вины возлагается на причинителя вреда.

Исключение из данного правила составляет положение п. 1 ст. 1070 ГК РФ, в соответствии с которым вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключение под стражу или подписки о невыезде, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъектов Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом. 

Аналогичное положение содержится в статье 1100 ГК РФ, устанавливающей основания компенсации морального вреда независимо от вины причинителя вреда. Так, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключение под стражу или подписку о невыезде.

Из смысла приведенных положений закона следует, что факт незаконного привлечения лица к уголовной ответственности является самостоятельным основанием для взыскания в его пользу компенсации морального вреда и не требует подтверждения дополнительными доказательствами.

При этом на основании ст. 1071 ГК РФ от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с п. 3 ст. 125 ГК РФ эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Поскольку в отношении истца уголовное преследование прекращено по п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то он, безусловно, имеет право на компенсацию причиненного ему морального вреда, независимо от вины суда.

Между тем, по правилам ст. 1064 ГК РФ наступление вреда должно быть доказано потерпевшим.

В силу п. 10 ст. 158 Бюджетного кодекса РФ главный распорядитель средств федерального бюджета выступает в суде от имени казны Российской Федерации по искам о возмещении вреда, причиненными незаконными решениями и действиями. 

В соответствии со ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, возмещается за счет казны Российской Федерации в полном объеме независимо от формы вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. Казна Российской Федерации входит в структуру Министерства финансов РФ. 

Следовательно, надлежащим ответчиком по делу, в материальном плане является именно Министерство финансов РФ. Таким образом, причиненный истцу моральный вред вследствие уголовного преследования подлежит возмещению за счет средств казны Российской Федерации.

Из материалов дела следует, что 27 сентября 2012 года в том числе, в отношении ФИО1 было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п.п. а, б ч. 2 ст. 171.2 УК РФ.

08 октября 2012 года ФИО1 привлечен в качестве обвиняемого. 30 октября 2012 года он был задержан в порядке ст. 91,92 УПК РФ. 02 ноября 2012 года истец был заключен под стражу сроком на два месяца, до 31 декабря 2012 года. 21 ноября 2012 года продлен срок предварительного следствия до 27 декабря 2012 года. 25 декабря 2012 года истцу продлен срок содержания под стражей на 27 дней, до 27 января 2013 года. 22 января 2013 года срок содержания под стражей продлен еще на 2 месяца, до 27 марта 2013 года11 февраля 2013 года уголовное дело было передано в производство другого следователя. 20 марта 2013 года срок предварительного следствия продлен до 8 месяцев, до 27 мая 2013 года. 22 марта 2013 года содержание под стражей продлено на 1 месяц, до 27 апреля 2013 года. 19 апреля 2013 года следователь ходатайствовал о продлении срока содержания истца под стражей на 1 месяц, до 27 мая 2013 года. Однако, 24 апреля 2013 года в рамках разрешения указанного ходатайства, судом мера пресечения была изменена на залог в сумме 700000 рублей. Данный залог был внесен на депозитный счет следственного управления ФИО7 (отцом). 15 апреля 2014 года в отношении ФИО1 было возбуждено уголовное дело № 422013 по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 171.2 УК РФ. Уголовные дела были объединены в одно дело с номером 251393. 21 апреля 2014 года ему предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных п.п. а, б ч. 2 ст. 171.2, ч. 1 ст. 171.2 УК РФ. 25 апреля 2014 года Благовещенским городским судом обвиняемому ФИО1 изменена мера пресечения в виде залога на домашний арест, заключающийся в нахождении в полной изоляции от общества. 27 октября 2014 года прекращено уголовное преследование ФИО1 за совершение преступлений, предусмотренных п.п. а, б ч. 2 ст. 171.2 УК РФ, предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч. 5 ст. 33, ч. 1 ст. 171.2 УК РФ. Изменена мера пресечения в виде домашнего ареста на подписку о невыезде.

Исходя из материалов дела, в дальнейшем, уголовное дело № 251393 неоднократно прекращалось и возобновлялось предварительное следствие по делу с продлением срока.

28 мая 2015 года денежные средства в сумме 700000 рублей, уплаченные ФИО7 в качестве залога за ФИО1, были возвращены.

25 июля 2016 года, старшим следователем отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета по Амурской области прекращено уголовное дело № 251393 и уголовное преследование в отношении ФИО1 по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 5 ст. 33, ч. 1 ст. 171.2, ч. 1 ст. 171.2 УК РФ по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления. Отменена мера пресечения в виде подписки о невыезде.

Как видно из дела, в обоснование требований о компенсации морального вреда истец указывает на ухудшение состояния его здоровья, после содержания под стражей, пагубное влияние на репутацию всей семьи, которые являлись и являются сотрудниками правоохранительных органов, ограничение прав на свободу, трудоустройства и невозможность обеспечения несовершеннолетнего ребенка, общения с родственниками и друзьями, выбытие на длительный срок из владения его семьи денежных средств в сумме 700000 рублей.

В ходе судебного разбирательства судом были допрошены свидетели ФИО8, ФИО8, ФИО8, ФИО7.

Свидетель ФИО8 пояснила, что являлась сотрудником бара «Гнездо», который принадлежал истцу. Он осуществлял предпринимательскую деятельность. В его подчинении находилось еще 5 человек. Деятельность была прекращена в связи с арестом бара и находящегося в нем имущества. Сейчас истец выглядит похудевшим, со слов знает, что он проходил реабилитацию.

Свидетель ФИО8 пояснила, что знакома с отцом ФИО1, который занимал у неё денежные средства в сумме 200000 рублей. В дальнейшем ей стало известно, что эти денежные средства ему нужны были для внесения залога за сына. Долг возвращал уже Д.. Денежные средства давались под 5%, сначала отдавались проценты, а потом долг. На тот момент, когда занимала ФИО7 денежные средства, была знакома с ним год. Ранее также давала ему взаймы денежные средства, о чем имелись соответствующие документы.

Из пояснений свидетеля ФИО8 следует, что истец является её сыном. До момента задержания, истец был жизнерадостным человеком, имел постоянную работу. После его ареста и предъявления к нему обвинения в рамках уголовного дела, он стал подавленным. После его освобождения он стал курить и выпивать. В связи с его неясным и подавленным состоянием, он переехал проживать к ним. В период рассмотрения уголовного дела и после его прекращения сын три раза находился на стационарном лечении в больницах, его оперировали. Один раз был в реанимации в тяжелом состоянии. После указанных событий стал нервным, похудел. Она на тот период времени работала в УМВД начальником статистического отдела. Ситуация по обвинению её сына, возбуждении уголовного дела и принятия в отношении него различных мер пресечения, в какой-то части отразилась на её работе, перестали давать грамоты. Дисциплинарных взысканий не было. По поводу внесения залога пояснить не может, поскольку данным вопросом занимался супруг.

Свидетель ФИО7 указал, что приходится истцу отцом. По существу пояснил, что ранее у его сына не было особых проблем со здоровьем. После случившейся ситуации, в частности, содержания под стражей, а также после прекращения уголовного дела в отношении его сына, ФИО1 находился в реанимации. Он (свидетель) приезжал к нему. О том, что у сына панкреатит, узнал только в период следствия, ранее сильных проблем со здоровьем не было. В следственном изоляторе сын спал в термобелье, так как там было холодно. По внесению залога пояснил, что смогли насобирать 500000 рублей, 200000 рублей занимал у ФИО8 под проценты, о чем составлялся договор. Залог долго не возвращали, но когда вернули, раздал все долги. Ранее сын занимался бизнесом и у него был бар по ул. Театральная, от которого он получал доход и оплачивал ипотеку. После того, как его задержали, было арестовано и его имущество, в том числе, бар, деятельность была прекращена. После возбуждения в отношении сына уголовного дела, применении мер пресечения, а впоследствии прекращении уголовного дела, жизнь сына кардинально изменилась.

Судом показания свидетелей принимаются, оснований не доверять изложенным показаниям у суда не имеется, поскольку они даны по обстоятельствам дела, не противоречат существу спора, даны в рамках поставленных вопросов.

Истцом также представлены медицинские заключения за период с октября 2012 года по ноябрь 2016 года, свидетельствующие о наличии различных заболеваний в данный период. 

Из анализа представленных по делу доказательств, пояснений сторон, показаний свидетелей, суд находит обоснованными доводы истца и о том, что при избрании в отношении него меры пресечения в виде задержания, уплаты залога, домашнего ареста и подписки о невыезде он был ограничен в свободе передвижения на протяжении всего периода, когда длилось следствие, не имел возможности ведения полноценного образа жизни и стабильного заработка, необходимого для жизнеобеспечения как самого себя, так и находящегося на иждивении несовершеннолетнего ребенка.

Однако, судом в качестве достоверных доказательств обоснования заявленного размера компенсации не могут быть приняты представленные медицинские заключения и выписки, поскольку из их содержания не установлено, что заболевания возникли непосредственно в период применения к истцу мер уголовного процессуального принуждения, а их развитие являлось следствием применения избранных судом мер пресечения. 

Вместе с тем, совокупность исследованных судом доказательств позволят сделать вывод о том, что привлечение ФИО1 к уголовной ответственности при последующем прекращении уголовного дела в связи с отсутствием в деянии состава преступления, свидетельствует о том, что оснований для привлечения его к уголовной ответственности не имелось, то есть привлечение к уголовной ответственности было незаконным, истец в связи с проводимым в отношении него расследованием испытывал определенные нравственные страдания, выражающиеся в переживаниях относительно его дальнейшей судьбы.

Право на компенсацию вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, провозглашается также в статье 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, согласно которой каждый, кто стал жертвой ареста или задержания в нарушение положений данной статьи, имеет право на компенсацию.

При определении размера подлежащего компенсации морального вреда суд принимает во внимание характер и степень нравственных и физических страданий истца, фактические обстоятельства дела, при которых ему был причинен моральный вред, а именно, в отношении истца было возбуждено уголовное дело, в период с 30 октября 2012 года по 25 июля 2016 года к нему применялись меры пресечения в виде содержания под стражей, залога, домашнего ареста, подписки о невыезде и надлежащем поведении, что указывает на незаконное длительность применения к нему мер уголовного процессуального принуждения, в связи с чем он был ограничен в свободе передвижения, а также индивидуальные данные о личности истца, он не судим, являлся бывшим сотрудником правоохранительных органов, с учетом представленных стороной истца доказательств характера и объема причиненных нравственных и физических страданий, требований разумности и справедливости, и находит требуемую истцом ко взысканию денежную компенсацию морального вреда в размере 50 000000 рублей завышенной, в связи с чем полагает возможным определить размер денежной компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца с ответчика, равный 250000 рублям. 

Также судом учтено обстоятельство выбытия из семьи истца, в частности его родителей, денежных средств в сумме 700000 рублей, внесенных в качестве залога и находящихся длительный промежуток времени на депозитном счете следственного управления.

В силу положений п. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Согласно п. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истцом заявлено требование о возмещении расходов, связанных с оплатой услуг представителя.

Согласно материалам дела, истцом 12 ноября 2017 года заключен договор на оказание юридической помощи по гражданскому делу с адвокатом Лапаевым П.В. на представление его интересов. За оказанную юридическую помощь ФИО1 обязуется оплатить вознаграждение в сумме 50000 рублей. 

Вместе с тем, документов свидетельствующих о фактическом несении указанных расходов за оказанные юридические услуги (квитанций, расписок и иных), суду не представлено, в связи с чем, оснований для их удовлетворения не имеется. 

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к Министерству финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Амурской области о взыскании компенсации морального вреда за незаконное уголовное преследование - удовлетворить в части.

Взыскать с Министерства финансов РФ за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда за незаконное уголовное преследование в размере 250000 (двести пятьдесят тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурский областной суд через Благовещенский городской суд в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, т.е. 10 июля 2018 года.

Судья: Фандеева Г.В.