Дело № 2-65/2018 «16» июля 2018 года

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Смольнинский районный суд города Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Азизовой О.М.

при секретаре Кравченко Г.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о признании недействительным договора дарения от 04.12.2015 года вследствие совершения сделки недееспособным лицом, применении последствий недействительности сделки, признании недействительным договора купли-продажи от 07.12.2015 года вследствие совершения сделки недееспособным лицом, применении последствий недействительности сделки, признании недействительным договора дарения от 24.02.2016 г вследствие нарушения требования закона, прав и охраняемых законом интересов, применении последствий недействительности сделки, признании недействительным договора купли-продажи от 22.03.2016 года вследствие нарушения требования закона, прав и охраняемых законом интересов, применении последствий недействительности сделки, признании права собственности на доли в общей долевой собственности на квартиру,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО2 обратился в суд с иском к ответчикам с вышеуказанными исковыми требованиями. 

В обосновании исковых требований истец указывает, что являлся собственником 27/138 долей в праве обшей долевой собственности коммунальной квартиры №, расположенной по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 186, 2 кв. м. Право собственности на жилое помещение в виде комнаты размером 27 кв. м в указанной квартире истец приобрел в порядке наследования, на основании свидетельства о праве на наследство по закону, выданного 19.12.2013 г нотариусом ФИО1 09.01.2014 истец получил свидетельство о государственной регистрации права 78-АЗ 227040.

Истец постоянно проживал в квартире, занимая комнату 27 кв. м., и проживает в ней до сих пор.

04.12.2015 г ФИО3, приобрел у истца 1/138 долю в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: 

<

адрес>, путем заключения с ним договора дарения. 07.12.2015 ФИО3 уже по договору купли-продажи приобрел у истца 26/138 доли в праве общей долевой собственности на вышеуказанную квартиру.

Впоследствии ФИО4, приобрел у ФИО3 указанные доли квартиры по двум договорам: договору дарения от 24.02.2016, заключенному им с ФИО3, по которому ФИО4 приобрел 1/138 доли в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: 

<

адрес>; договору купли-продажи от 22.03.2016, заключенному между ФИО3 и ФИО4, по которому последний приобрел 26/ 138 доли в праве общей долевой собственности на вышеуказанную квартиру.

Как указывает истец, он не помнит времени, предшествующего совершению сделок по отчуждению им ФИО3 спорных долей в квартире, также, не помнит и самих моментов совершения сделок, кроме того, он убежден, что не осознавал своих действий, а именно того, что дарит и продает доли в коммунальной квартире в виде принадлежащей ему на праве собственности комнаты в квартире, которая является единственным его жилищем. Он одинокий пенсионер, в собственности иного жилья не имеет, в связи с чем он вынужден заявить о том, что совершил ничтожные сделки, применить последствия их недействительности. 

Истец считает, что сделки по отчуждению долей в указанной квартире по двум договорам, заключенным между ФИО4 И ФИО3, оспариваются в интересах третьего лица - истца, ФИО2 и могут быть признаны недействительными, так как нарушают права или охраняемые законом истца интересы. Указанные две сделки нарушают требования закона, так как основаны на ничтожных сделках по отчуждению долей в указанной квартире по двум договорам, заключенным между ФИО4 и ФИО3, 04.12.2015 и 07.12.2015.

Истец просит суд признать недействительным договор дарения от 04.12.2015, заключенный между ним ФИО3, которым ответчик был одарен 1/138 доли в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: 

<

адрес>, вследствие совершения сделки недееспособным лицом, применить последствия ее недействительности; признать недействительным договор купли-продажи от 07.12.2015, заключенный между истцом и ФИО3, по которому ответчик у него купил 26/138 доли в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: 

<

адрес>, вследствие совершения сделки недееспособным лицом, применить последствия ее недействительности; признать недействительным договор дарения от 24.02.2016, заключенный между ФИО3 и ФИО4, по которому ФИО4 приобрел 1/138 доли в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: 

<

адрес>, вследствие нарушения требования закона, прав и охраняемых законом истца интересов, применить последствия ее недействительности; признать недействительным договор купли-продажи от 22.03.2016, заключенный между ФИО3 и ФИО4, по которому ФИО4 приобрел 26/138 доли в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: 

<

адрес>, вследствие нарушения требования закона, прав и охраняемых законом истца интересов, применить последствия ее недействительности; признать право собственности истца на 27/138 доли в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: 

<

адрес>.

Истец ФИО2 в судебное заседание явился, исковые требования поддержал в полном объеме.

Ответчики ФИО3, ФИО5 в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены, ходатайств об отложении слушания дела не заявляли. 

Представитель 3-го лица, Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Санкт-Петербургу, в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен, ходатайств об отложении слушания дела не заявлял. 

В силу ст. 167 ГПК РФ суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчиков ФИО3, ФИО4, 3-го лица - Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Санкт-Петербургу.

Выслушав явившихся участников судебного разбирательства, исследовав материалы дела, суд полагает исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно части 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

По смыслу приведенных выше норм права, сделка, совершенная собственником по распоряжению принадлежащим ему имуществом в форме и в порядке, установленными законом, предполагается действительной, а действия сторон добросовестными, если не установлено и не доказано иное.

В соответствии с частью 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии с п. 1 ст. 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Согласно части 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу части 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с частью 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

ФИО2 являясь собственником 27/138 долей в праве обшей долевой собственности коммунальной квартиры №, расположенной по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 186,2 кв. м на основании свидетельства о праве на наследство по закону от 19.12.2013 г, распорядился ими следующим образом.

04.12.2015 г между ФИО2, дарителем, и ФИО3, одаряемым, был заключен договор дарения, по условиям которого ФИО2 подарил, а ФИО3 принял в дар 1/138 долю в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: 

<

адрес>.

07.12.2015 между ФИО2, продавцом, и ФИО3, покупателем, был заключен договор купли-продажи, по условиям которого последний приобрел у истца 26/138 доли в праве общей долевой собственности на вышеуказанную квартиру.

Заявляя требования о признании недействительными договора дарения от 04.12.2015 г и договора купли-продажи от 07.12.2015 г, истец указывает, что не помнит времени, предшествующего совершению сделок по отчуждению им ФИО3 спорных долей в квартире, также, не помнит и самих моментов совершения сделок, кроме того, он убежден, что не осознавал своих действий, а именно того, что дарит и продает доли в коммунальной квартире в виде принадлежащей ему на праве собственности комнаты в квартире, которая является единственным его жилищем. 

По ходатайству истца судом была назначена судебная амбулаторная психиатрическая экспертиза, производство которой было поручено экспертам ГПБ № 6.

Согласно заключению комиссии экспертов ГПБ № 6 № 1777.688.2 от 03.04.2018 г ФИО2 психическим расстройством, которое бы лишало бы его способности понимать значение своих действий и руководить ими, не страдал, 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

Оценивая данное заключение судебной экспертизы, суд доверяет указанному экспертному заключению, поскольку заключение соответствует требованиям ч. 2 ст. 86 ГПК РФ и ст. 8 Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, в состав комиссии входили эксперты, обладающие медицинскими познаниями, имеющими большой стаж работы, в связи с чем, отсутствуют основания усомниться в их компетентности, выводы экспертов представляются ясными и понятными, а потому представленное заключение является допустимым по делу доказательством.

Указанное экспертное заключение является понятным, основано на материалах дела и представленных сторонами медицинских документах, обоснованно, выводы комиссии экспертов являются категоричными и вероятностного толкования не допускают. Экспертное заключение допустимыми и достаточными доказательствами по делу не опровергнуто.

Каких-либо оснований не доверять экспертному заключению, а также оснований усомниться в компетенции комиссии судебно-медицинских экспертов у суда не имеется.

Основания, предусмотренные ст. 87 ГПК РФ, для назначения по делу повторной судебной экспертизы, отсутствуют.

Проанализировав и оценив в совокупности собранные по делу доказательства, суд приходит к выводу, что доказательств, бесспорно и объективно свидетельствующих о наличии оснований для признания договора дарения от 04.12.2015 г и договора купли-продажи от 07.12.2015 г недействительным в связи с нахождением ФИО2 в момент совершения сделки в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий и руководить ими, суду не представлено.

Дополнительных доказательств, которые могли бы подтвердить утверждения истца о его неспособности понимать значение своих действий и руководить ими, не представлено.

Принимая во внимание вышеизложенное, суд приходит к выводу о том, что ФИО2 при подписании договора дарения от 04.12.2015 г и договора купли-продажи от 07.12.2015 г понимал значение своих действий и руководил ими, в связи с чем оснований для признания вышеуказанных договоров недействительными не имеется.

Являясь собственником 27/138 долей в праве общей долевой собственности, ФИО3 распорядился ими следующим образом.

24.02.2016 г между ФИО3, дарителем, и ФИО4, одаряемым, был заключен договор дарения, по условиям которого ФИО3 подарил, а ФИО4 принял в дар 1/138 долю в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: 

<

адрес>.

22.03.2016 г. между ФИО3, продавцом, и ФИО4, покупателем, был заключен договор купли-продажи, по условиям которого последний приобрел у истца 26/138 доли в праве общей долевой собственности на вышеуказанную квартиру.

Заявляя требования о признании недействительными договора дарения от 24.02.2016 г и договора купли-продажи от 22.03.2016 г, истец указывает, что указанные сделки нарушают требования закона, так как основаны на ничтожных сделках по отчуждению долей в указанной квартире по двум договорам.

Согласно ст. 2, ч. 1 ст. 3 и ч. 1 ст. 4 ГПК РФ целью обращения заинтересованного лица в суд, рассмотрения и разрешения возбужденного на основании его заявления гражданского дела является защита нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 24.10.2013 года N 1626-О, в силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности только истец определяет, защищать ему или нет свое нарушенное или оспариваемое право (ч. 1 ст. 4 ГПК РФ), к кому предъявлять иск (п. 3 ч. 2 ст. 131 ГПК РФ) и в каком объеме требовать от суда защиты (ч. 3 ст. 196 ГПК РФ). Соответственно, суд обязан разрешить дело по тому иску, который предъявлен истцом.

Предметом спора являются договор дарения от 24.02.2016 г и договор купли-продажи от 22.03.2016 г.

В соответствии со ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. (п. 2 ст. 167 ГК РФ).

Между тем, из спорных правоотношений видно, что ФИО2 стороной спорных сделок от 24.02.2016 г и от 22.03.2016 г не являлся, по требованиям истца, само по себе признание спорных договоров недействительным и применение последствий недействительности сделки, не приведет к защите прав истца.

В свою очередь разрешение спора с учетом разъяснений, содержащихся в абз. 2 п. 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума ВАС Российской Федерации N 22 от 29.04.2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», возможно только по правилам статей 301, 302 ГК РФ об истребовании имущества из чужого незаконного владения и не может осуществляться с использованием правил статьи 167 ГК РФ о последствиях недействительности сделки.

Иными словами, при обращении в суд истцом избран ненадлежащий способ защиты нарушенного права.

При таких обстоятельствах исковые требования ФИО2 удовлетворены быть не могут.

Также не подлежат удовлетворению производные требования о признании права собственности на доли в общей долевой собственности на квартиру, поскольку в удовлетворении основных требований истцу было отказано.

На основании изложенного, и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд,

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении искового заявления ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о признании недействительным договора дарения от 04.12.2015 года вследствие совершения сделки недееспособным лицом, применении последствий недействительности сделки, признании недействительным договора купли-продажи от 07.12.2015 года вследствие совершения сделки недееспособным лицом, применении последствий недействительности сделки, признании недействительным договора дарения от 24.02.2016 г вследствие нарушения требования закона, прав и охраняемых законом интересов, применении последствий недействительности сделки, признании недействительным договора купли-продажи от 22.03.2016 года вследствие нарушения требования закона, прав и охраняемых законом интересов, применении последствий недействительности сделки, признании права собственности на доли в общей долевой собственности на квартиру отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд путем подачи апелляционной жалобы в Смольнинский районный суд города Санкт-Петербурга в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 17 августа 2018 года.

Судья: О. М. Азизова