Гражданское дело №2-29/2025

УИД 18RS0026-01-2024-000753-20

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

17 января 2025 года с. Сюмси Удмуртская Республика

Сюмсинский районный суд Удмуртской Республики в составе: 

председательствующего судьи Чаузовой Е.В.,

при секретаре судебного заседания Морозовой Е.А.,

с участием помощника прокурора Сюмсинского района УР Талалаевой А.С., истца ФИО1, ее представителя – адвоката Осиповой А.В., действующей на основании удостоверения № и ордера № от 11.11.2024 года, ответчика ФИО2, представителя третьего лица ФИО3, действующей на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась с иском к ФИО2 о компенсации морального вреда в размере 100000 руб., мотивируя свои требования следующим.

12.06.2024 года на реке Кильмезь Сюмсинского района Удмуртской Республики утонул сын истца – ФИО16 13.06.2024 года труп ФИО16 был обнаружен водолазами на дне реки Кильмезь, после чего был перемещен на берег реки. После обнаружения трупа сотрудник ОП «Сюмсинское» МО МВД России «Увинский» ФИО8 на свой мобильный телефон произвела фотосъемку в рамках материала проверки. Фотография с изображением истца и изображением трупа ФИО16 направлена ФИО8 по запросу направлена помощнику главы муниципального образования «Муниципальный округ Сюмсинский район Удмуртской Республики» по гражданской обороне и чрезвычайным ситуациям ФИО2 Впоследствии от местных жителей истцу ФИО1 стало известно, что фотография, на которой изображен труп ФИО16 размещена ФИО2 в социальной сети «ВКонтакте» в сообществе «ЕДДС Сюмсинского района» и стала доступна неограниченному кругу лиц в отсутствие согласия истца на публикацию. В связи с тем, что опубликование фотографии в социальной сети осуществлено в отсутствие согласие истца, через непродолжительное время после гибели сына истца, ФИО1 вынуждена была вспомнить события дня, изображенного на фотографии, испытала переживания от того, что сведения личного характера стали доступны неопределенному кругу лиц. Ответчиком извинения в адрес истца принесены спустя продолжительное время после публикации лишь 03.09.2024 после направления жалобы на его действия в адрес главы муниципального образования «Муниципальный округ Сюмсинский район Удмуртской Республики». 

Истец, учитывая, что своевременные меры к заглаживанию вреда ответчиком не принимались, фотография размещена через непродолжительное время после гибели сына истца и обнаружения его трупа, фотография размещена в отсутствие согласия истца на публикацию, на фотографии изображен труп сына истца, фотография размещена в социальной сети и стала доступной неопределенному кругу лиц, оценивает причиненный е моральный вред в размере 100000 руб., считает, что данная денежная компенсация будет способствовать восстановлению баланса между последствиями нарушения прав истца и степенью ответственности ФИО2

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала, указала, что просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в связи с опубликованием фотографии с изображением ее сына, пояснила, что 16.06.2024 года со слов неизвестных ей девушек в магазине ей стало известно, что в социальной сети «ВКонтакте» размещены фотографии ее утонувшего сына. Кроме того, от ФИО4 Яны ФИО1 стало известно, что фотография с изображением сына была размещена в сообществе «ЕДДС Сюмсинского района». ФИО20 отправила ФИО1 фотографию с ее изображением и изображением трупа ее сына, пояснив, что данная фотография скопирована из поста указанного сообщества. ФИО1 не давала согласие на публикацию данной фотографии. ФИО1 очень переживала по поводу того, что фотография с изображением сына стала доступной посторонним лицам. От ФИО2 в ее адрес поступили извинения, как посредством направления сообщения, так и при личной встрече. 

Представитель истца Осипова А.В. в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, указала, что факт размещения в социальной сети ответчиком фотографии с изображением умершего сына истца ФИО1 подтверждается материалами дела, в том числе материалами проверки, проведенной следователем Увинского МСО СУ СК России, указанная фотография стала доступной неограниченному кругу лиц в отсутствие согласия истца на ее опубликование, в связи с чем истец ФИО1 претерпела нравственные страдания.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании иск не признал, пояснил, что у него не было умысла на распространение сведений, касающихся личной и семейной тайны истца и ее сына, опубликование фотографий осуществлялось ответчиком в связи с исполнением должностных обязанностей и поручений вышестоящих органов власти по проведению информационно-разъяснительной работы в общественных интересах, а именно по пропаганде безопасности людей на воде, путем размещения информации в социальных сетях. Фотографии были получены ФИО2 от сотрудников полиции, они были им импортированы незамедлительно в сообщество ЕДДС социальной сети «ВКонтакте» без предварительного их просмотра, но официальной публикации не было, поскольку при формировании информационного поста (сообщения) о проведении водолазных работ в связи с поиском утонувшего человека и о правилах поведения на воде эти фотографии были удалены в короткий промежуток времени, поскольку ФИО2 не убедился в содержании данных фотографий. ФИО2 не уверен, что именно спорная фотография была загружена им в информационном посте. Данный информационный пост был удален из сообщества коллегой ФИО2, у которой имелся доступ к правам администратора сообщества. ФИО2, не исключая тот факт, что спорная фотография могла быть опубликована в социальной сети, принес ФИО1 извинения.

В письменных возражениях ответчик указал на отсутствие доказательств размещения им фотографии, на которую указывает истец, а также доказательств, свидетельствующих о причинении истцу действиями ответчика нравственных страданий, позволяющих определить степень нравственных страданий.

Представитель третьего лица в судебном заседании указала, что ФИО2 при опубликовании информационного поста в социальной сети действовал в рамках своих должностных полномочий по проведению профилактических мероприятий, связанных с поведением на воде, но по неосторожности не убедился в содержании приложенных им фотографий. В письменных возражениях на иск представитель третьего лица указал, что факт наступления нравственных страданий истца, противоправность действий ответчика, а также причинно-следственная связь между противоправностью ответчика и наступившими последствиями материалами дела не подтверждается. 

Свидетель ФИО10 в судебном заседании суду показала, что ФИО1 является ее знакомой, в один из дней июня 2024 года ФИО1 рассказала ФИО10 о том, что в социальной сети без ее разрешения опубликовали фотографию, на которой был изображен труп ее сына. ФИО1 была очень расстроена, плакала, была неспокойной. О факте публикации фотографии с изображением трупа ФИО16 ФИО10 также стало известно от сотрудниц магазина «Хозяйка», они рассказывали, что видели данную фотографию в социальной сети.

Выслушав объяснения сторон, показания свидетеля, заключение прокурора, который указал на обоснованность требований истца, исследовав материалы дела, оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

Согласно пункту 1 статьи 23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни.

В силу пункта 1 статьи 24 Конституции Российской Федерации сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются.

В соответствии с пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Пунктом 2 статьи 150 ГК РФ определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с данным кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В силу абзаца первого статьи 152 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со ст. 152.1 ГК РФ обнародование и дальнейшее использование изображения гражданина (в том числе его фотографии, а также видеозаписи или произведения изобразительного искусства, в которых он изображен) допускаются только с согласия этого гражданина. После смерти гражданина его изображение может использоваться только с согласия детей и пережившего супруга, а при их отсутствии - с согласия родителей.

Такое согласие не требуется в случаях, когда: 1) использование изображения осуществляется в государственных, общественных или иных публичных интересах; 2) изображение гражданина получено при съемке, которая проводится в местах, открытых для свободного посещения, или на публичных мероприятиях (собраниях, съездах, конференциях, концертах, представлениях, спортивных соревнованиях и подобных мероприятиях), за исключением случаев, когда такое изображение является основным объектом использования; 3) гражданин позировал за плату.

Если изображение гражданина, полученное или используемое с нарушением пункта 1 указанной статьи, распространено в сети «Интернет», гражданин вправе требовать удаления этого изображения, а также пресечения или запрещения дальнейшего его распространения.

Как разъяснено в п. п. 43 - 49 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» под обнародованием изображения гражданина по аналогии с положениями статьи 1268 ГК РФ необходимо понимать осуществление действия, которое впервые делает данное изображение доступным для всеобщего сведения путем его опубликования, публичного показа либо любым другим способом, включая размещение его в сети «Интернет».

Без согласия гражданина обнародование и использование его изображения допустимо в силу подпункта 1 пункта 1 статьи 152.1 ГК РФ, то есть когда имеет место публичный интерес, в частности, если такой гражданин является публичной фигурой (занимает государственную или муниципальную должность, играет существенную роль в общественной жизни в сфере политики, экономики, искусства, спорта или любой иной области), а обнародование и использование изображения осуществляется в связи с политической или общественной дискуссией или интерес к данному лицу является общественно значимым.

Не требуется согласия на обнародование и использование изображения гражданина, если оно необходимо в целях защиты правопорядка и государственной безопасности (например, в связи с розыском граждан, в том числе пропавших без вести либо являющихся участниками или очевидцами правонарушения).

Согласно подпункту 2 пункта 1 статьи 152.1 ГК РФ не требуется согласия гражданина для обнародования и дальнейшего использования изображения, полученного при съемке, которая проводится в местах, открытых для свободного посещения, в том числе открытых судебных заседаниях, или на публичных мероприятиях (собраниях, съездах, конференциях, концертах, представлениях, спортивных соревнованиях и подобных мероприятиях), за исключением случаев, когда такое изображение является основным объектом использования (пункт 45 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации №25).

В частности, изображение гражданина на фотографии, сделанной в публичном месте, не будет являться основным объектом использования, если в целом фотоснимок отображает информацию о проведенном публичном мероприятии, на котором он был сделан.

По общему правилу, если изображенные на коллективном фотоснимке граждане очевидно выразили свое согласие на фотосъемку и при этом не запретили обнародование и использование фотоснимка, то один из этих граждан вправе обнародовать и использовать такое изображение без получения дополнительного согласия на это от иных изображенных на фотоснимке лиц, за исключением случаев, если такое изображение содержит информацию о частной жизни указанных лиц (пункт 1 статьи 152.2 ГК РФ).

Согласие на обнародование и использование изображения гражданина представляет собой сделку (статья 153 ГК РФ).

Форма согласия определяется общими правилами ГК РФ о форме сделки, которая может быть совершена в письменной или устной форме, а также путем совершения конклюдентных действий (статья 158 ГК РФ).

Предусмотренное статьей 152.1 ГК РФ согласие гражданина может содержать ряд условий, определяющих порядок и пределы обнародования и использования его изображения, например, о сроке, на который оно дается, а также способе использования данного изображения.

Если согласие на обнародование и использование изображения было дано в устной форме либо путем совершения конклюдентных действий, таким согласием охватывается использование изображения в том объеме и в тех целях, которые явствуют из обстановки, в которой оно совершалось.

С учетом положений статьи 56 ГПК РФ факт обнародования и использования изображения определенным лицом подлежит доказыванию лицом, запечатленным на таком изображении.

Обязанность доказывания правомерности обнародования и использования изображения гражданина возлагается на лицо, его осуществившее (пункт 48 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации №25).

Ранее данное согласие гражданина на использование его изображения может быть отозвано в любое время. При этом лицо, которое обладало правом на использование данного изображения, может потребовать возмещения причиненных ему таким отзывом убытков (статья 15 ГК РФ).

В случае смерти гражданина, смерти или отсутствия всех перечисленных в пункте 1 статьи 152.1 ГК РФ лиц (переживший супруг, дети, родители) какого-либо согласия для обнародования и использования изображения данного гражданина не требуется.

Следовательно, для применения ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины. 

При рассмотрении дела судом установлено, что инспектором ПДН ОП «Сюмсинское» МО МВД Россиии «Увинский» ФИО8 была организована доследственная проверка по факту обнаружения трупа мужчины на пляже реки Кильмезь Сюмсинского района.

В ходе проведения проверки ФИО8 установлено, что обнаружен труп ФИО16 был осуществлен осмотр места происшествия, в ходе которого проводилась фотографирование участка местности и трупа, что усматривается из протокола осмотра места происшествия от 13.06.2024.

В ходе судебного разбирательства из объяснений ответчика и материалов проверки также установлено, и не оспаривалось сторонами, что сделанная в ходе совершения следственных действий фотография ФИО16 была передана инспектором ПДН ФИО8 посредством приложения «WhatsApp» ФИО2

Как следует из материалов гражданского дела, ФИО2 в указанный период времени являлся помощником главы муниципального образования «Муниципальный округ Сюмсинский район Удмуртской Республики» по гражданской обороне и чрезвычайным ситуациям.

Из объяснений ответчика следует, что он является администратором и пользователем группы «ЕДДС Сюмсинского района» (https://vk.com/club222524096), данное сообщество является открытым и доступным для просмотра всеми пользователями, что подтверждается сведениями, представленными из ООО «ВКонтакте».

Так, судом достоверно установлено, что 13.06.2024 года ФИО2 опубликовал фотографию с изображением трупа ФИО16 в сообществе «ЕДДС Сюмсинского района» социальной сети «ВКонтакте». Лицо умершего ФИО16 на фотографии не заретушировано, что позволяет идентифицировать личность изображенного.

Данное обстоятельство подтверждается материалами проверки №407пр-2024, проведенной Увинским МСО СУ СК России по Удмуртской Республики, а именно письменными объяснениями ФИО2 от 24.06.2024 года и установленными следователем Увинского МСО СУ СК России по Удмуртской Республике, изложенными в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от 11.07.2024 года. Постановлением следователя Увинского МСО СУ СК России по Удмуртской Республике от 11.07.2024 года было отказано в возбуждении дела по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 137 УК РФ по п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ - за отсутствием в действиях ФИО2 состава преступления. Кроме того, из письма главы Сюмсинского района №2690/01-51 от 09.09.2024 года следует, что Администрация муниципального образования «Муниципальный округ Сюмсинский район Удмуртской Республики» провела проверку по факту опубликования помощником главы района по гражданской обороне и чрезвычайным ситуациям ФИО2 фотоснимков в сети «Интернет» без согласия ФИО1, ФИО2 привлечен к дисциплинарной ответственности в виде замечания. В этой связи утверждения ответчика о недоказанности факта опубликования им изображения сына истца, подлежат отклонению, как несостоятельные.

Как следует из материалов дела, ФИО1 является матерью ФИО16 что подтверждается свидетельством о рождении ФИО16 серии I-НИ №, выданным 26.12.2002. Факт смерти ФИО16 подтверждается представленным свидетельством о смерти серии II-НИ №, выданным 14.06.2024 года.

Как установлено в ходе судебного разбирательства, согласия на опубликование указанной фотографии ФИО1 ответчику не предоставляла. Доказательств обратного суду не представлено.

Согласно пункту 5 статьи 3 Федерального закона от 27.07.2006 №152-ФЗ «О персональных данных» (далее - ФЗ «О персональных данных») под распространением персональных данных понимаются действия, направленные на раскрытие персональных данных неопределенному кругу лиц, под персональными данными понимается любая информация, относящаяся к прямо или косвенно определенному или определяемому физическому лицу (субъекту персональных данных).

В силу положений ст. 11 ФЗ «О персональных данных» сведения, которые характеризуют физиологические и биологические особенности человека, на основании которых можно установить его личность (биометрические персональные данные) и которые используются оператором для установления личности субъекта персональных данных, могут обрабатываться только при наличии согласия в письменной форме субъекта персональных данных, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 указанной статьи.

В соответствии со ст. 6 ФЗ «О персональных данных» обработка персональных данных может осуществляться оператором с согласия субъектов персональных данных.

Так, в соответствии со ст.7 ФЗ «О персональных данных» операторы и иные лица, получившие доступ к персональным данным, обязаны не раскрывать третьим лицам и не распространять персональные данные без согласия субъекта персональных данных, если иное не предусмотрено федеральным законом.

При этом в силу пункта 2 статьи 3 ФЗ «О персональных данных» оператором является, в том числе физическое лицо, осуществившее обработку персональных данных и определившее действия, совершаемые с персональными данными.

Согласно части 2 статьи 24 ФЗ «О персональных данных» моральный вред, причиненный субъекту персональных данных вследствие нарушения его прав, нарушения правил обработки персональных данных, установленных данным Федеральным законом, а также требований к защите персональных данных, установленных в соответствии с указанным Федеральным законом, подлежит возмещению в соответствии с законодательством Российской Федерации. Возмещение морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных субъектом персональных данных убытков.

Также часть 2 статья 17 ФЗ «О персональных данных» предоставляет субъекту персональных данных право на защиту своих прав и законных интересов, в том числе на возмещение убытков и (или) компенсацию морального вреда в судебном порядке.

Согласно ч. 7 ст. 9 ФЗ «О персональных данных» в случае смерти субъекта персональных данных согласие на обработку его персональных данных дают наследники субъекта персональных данных, если такое согласие не было дано субъектом персональных данных при его жизни.

С учетом приведенных выше норм материального права, при установленных судом обстоятельствах, а именно распространения ответчиком изображения сына истца является незаконным вмешательством в личную жизнь, раскрытием перед третьими лицами его биометрических персональных данных, на что истец не давал своего согласия.

Довод стороны ответчика о том, что данная фотография была размещена в публичных или общественных интересах, а именно с целью освещения работы спасателей, является несостоятельным и основан на неправильном толковании норм материального права. 

В силу разъяснений, данных в п. 25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.06.2010 года №16 «О практике применения судами Закона Российской Федерации «О средствах массовой информации» к общественным интересам следует относить не любой интерес, проявляемый аудиторией, а, например, потребность общества в обнаружении и раскрытии угрозы демократическому правовому государству и гражданскому обществу, общественной безопасности, окружающей среде. Необходимо проводить разграничение между сообщением о фактах (даже весьма спорных), способным оказать положительное влияние на обсуждение в обществе вопросов, касающихся, например, исполнения своих функций должностными лицами и общественными деятелями, и сообщением подробностей частной жизни лица, не занимающегося какой-либо публичной деятельностью. В то время как в первом случае средства информации выполняют общественный долг в деле информирования граждан по вопросам, представляющим общественный интерес, во втором случае такой роли они не играют.

ФИО16 не является публичной фигурой (не занимал государственную или муниципальную должность, не играл существенную роль в общественной жизни в сфере политики, экономики, искусства, спорта или любой иной области).

Обнародование и использование его изображения не связано с защитой правопорядка и государственной безопасности (например, в связи с розыском граждан, в том числе пропавших без вести либо являющихся участниками или очевидцами правонарушения).

Для достижения заявленной ответчиком цели публикация фотографии трупа не требуется.

Размещение текста публикации к фотографии, об информативности которого заявляет ответчик, также не дает оснований полагать, что целью размещения оспариваемого изображения являлось выполнение ФИО2 общественного долга в деле информирования граждан по вопросам, представляющим общественный интерес, и сообщение о фактах, способных оказать положительное влияние на обсуждение в обществе вопросов, касающихся исполнения своих функций должностным лицом.

Кроме того, в связи с отсутствием в материалах дела сведений об информации, содержащейся в тексте размещенного ФИО2 поста, суд не может прийти к однозначному выводу о том, что в рассматриваемом случае действия ФИО2 по опубликованию фотографии с изображением ФИО16 в социальной сети «Вконтакте» были связаны именно с осуществлением им своих обязанностей и полномочий как должностного лица.

При таких обстоятельствах, перед опубликованием указанной фотографии ФИО2 должен был получить согласие матери ФИО16 чего сделано не было.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (статья 1101 ГК РФ).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Разрешая спор, оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 67 ГПК РФ, установив факт размещения ответчиком фотографии сына истца, отсутствия соглашения истца на публикацию фотографии ее умершего сына, суд признает опубликование и распространение без согласия ФИО1 фотографии ФИО16 нарушением личных неимущественных прав истца, а именно права на охрану изображения, что является основанием для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда.

Доводы ответчика об удалении из сообщества социальной сети «В Контакте» информационного поста, включая изображение сына истца, не могут быть приняты во внимание, поскольку данные действия были совершены уже после того, как они стали доступны неограниченному кругу лиц.

Доводы ответчика, изложенные в письменных возражениях, об отсутствии доказательств, свидетельствующих о причинении истцу действиями ответчика нравственных страданий, позволяющих определить степень нравственных страданий, подлежат отклонению в связи со следующим.

Учитывая, что действия ФИО2 посягают на принадлежащие истцу нематериальные блага, суд приходит к выводу, что данные действия порождают право ФИО1 на предъявление к нему требований о взыскании компенсации морального вреда на основании статьи 151 ГК РФ. Степень моральных страданий истца подтверждена пояснениями ФИО1, приведенными в исковом заявлении и в судебном заседании, а также показаниями свидетеля.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика, суд учитывает степень вины ответчика, который действовал неумышленно, совершил нарушение по неосторожности, характер нравственных страданий, вызванных тем, что фотография трупа сына истца стала доступна неопределенному кругу лиц, степень причиненных истцу нравственных страданий, установленные фактические обстоятельства дела, в том числе тематика фотографии, небольшой временной промежуток публикации, тот факт, что ответчик предпринял меры к устранению нарушения права на охрану изображения гражданина, изображение использовал в целях, которые не наносят ущерба чести, достоинству и деловой репутации истца, по делу не имеется доказательств наличия каких-либо существенных негативных последствий для истца, учитывая и тот факт, что ответчик предпринял попытки к заглаживанию вреда, а именно принес извинения истцу, исходя из принципа соразмерности, справедливости и разумности, считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 10000 руб.

При этом, доводы истца о том, что действия ответчика привели к ухудшению его состояния здоровья, подлежат отклонению ввиду отсутствия доказательств наличия причинно-следственной связи между имеющимися у истца заболеваниями и действиями ответчика.

При таких обстоятельствах суд находит требования истца ФИО1 обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 192 – 198, 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 

<

данные изъяты> в пользу ФИО1 

<

данные изъяты> компенсацию морального вреда в размере 10000 руб. 

В удовлетворении иска ФИО1 о взыскании с ФИО2 компенсации морального вреда в большем размере отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Удмуртской Республики через Сюмсинский районный суд Удмуртской Республики в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Дата изготовления решения в окончательной форме 30.01.2025 года.

Председательствующий судья Е.В. Чаузова

Копия верна:

Судья Е.В. Чаузова

Секретарь судебного заседания А.Ю. Ефремова