УИД 24RS 0038-02-2021-000100-28

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

18 марта 2021 года поселок Нижняя Пойма

Нижнеингашский районный суд Красноярского края в составе председательствующего судьи Савченко Л.В., при секретаре Полуховой Т.Н., с участием государственного обвинителя заместителя прокурора Нижнеингашского района Красноярского края Козыря О.В., подсудимого ФИО1, защитника – адвоката НП Красноярская краевая коллегия адвокатов Смольского А.В., предъявившего удостоверение № 1880 и ордер № 21, рассматривая в предварительном слушании в закрытом судебном заседании материалы уголовного дела № 1-36/2021 в отношении: 

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, гражданина РФ, имеющего среднее специальное образование, вдовца, имеющего несовершеннолетнего ребенка ДД.ММ.ГГГГ рождения, работающего монтером пути в 

<

данные изъяты>, военнообязанного, зарегистрированного и фактически проживающего по адресу: 

<

адрес>, не судимого,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 228, ч. 1 ст. 228.1 УК РФ,

установил:

органами предварительного расследования ФИО1 обвиняется в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 228 УК РФ, - незаконное приобретение и хранение без цели сбыта наркотического вещества в крупном размере; ч. 1 ст. 228.1 УК РФ, - незаконный сбыт наркотических средств. Обвинительное заключение имеет нечитаемые листы текста. 

В силу п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если обвинительное заключение, обвинительный акт или обвинительное постановление составлены с нарушением требований настоящего Кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, акта или постановления.

В предварительном слушании на обсуждение сторон вынесен вопрос о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, поскольку обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ: обвинительное заключение имеет нечитаемые листы текста, отпечатанного при помощи технического оборудования; в обвинительном заключении органом предварительного расследования допущена формулировка обвинения, не соответствующая ч. 2 ст. 228 УК РФ. 

В судебном заседании заместитель прокурора Нижнеингашского района Козырь О.В. полагает, что не имеется оснований для возвращения уголовного дела прокурору, поскольку в надзорном производстве имеется «нормальное» обвинительное заключение, которое возможно приобщить к уголовному делу взамен имеющегося в нем. При поступлении уголовного дела в прокуратуру, текст обвинительного заключения технических недоработок не имел. Прокурор, утвердивший обвинительное заключение, не несет ответственности за действия, которые совершены с данным процессуальным документом в суде. Поскольку обвиняемый ФИО1 не понимает разницы между понятиями «наркотическое вещество» и «наркотическое средство» по вменяемому ему обвинению по ч. 2 ст. 228 УК РФ, то изложение обвинения по ч. 2 ст. 228 УК РФ, как незаконное приобретение и хранение без цели сбыта наркотического вещества в крупном размере, по сути является технической ошибкой.

Обвиняемый ФИО1 и его защитник – адвокат Смольский А.В. считают, что обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, имеются основания для возвращения дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

Выслушав мнения участников процесса, суд приходит к следующему:

Согласно ч. 1 ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении, в частности, указываются:

существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела; формулировка предъявленного обвинения с указанием пункта, части, статьи Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающих ответственность за данное преступление; перечень доказательств, подтверждающих обвинение, и краткое изложение их содержания.

Согласно ч. 2 ст. 228 УК РФ уголовно наказуемы незаконные приобретение, хранение, перевозка, изготовление, переработка без цели сбыта наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов, а также незаконные приобретение, хранение, перевозка без цели сбыта растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, совершенные в крупном размере,

По данному уголовному делу в обвинительном заключении органом предварительного расследования допущена формулировка обвинения, не соответствующая ч. 2 ст. 228 УК РФ, так как ФИО1 обвиняется в незаконном приобретении и хранении без цели сбыта наркотического вещества в крупном размере.

Составленный таким образом обвинительный акт порождает для суда неопределенность в вопросе о том, в каком именно преступлении обвиняется подсудимый.

По смыслу закона, определение существа обвинения и указание в нем всех фактических данных, подлежащих обязательному доказыванию на стадии досудебного производства, относится к исключительной компетенции органа предварительного расследования. Суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне защиты или обвинения, в связи с чем, он не наделен полномочиями по формулировке обвинения (ст. 15 УПК РФ).

Кроме того, в обвинительном заключении в томе № 2 на л.д. 16-33 имеются нечитаемые листы текста, что вызывает у суда сомнения в надлежащей проверке уголовного дела руководителем следственного органа и прокурором.

При этом обвинительное заключение является основным итоговым процессуальным документом по делу, на основе которого уголовное дело рассматривается судом по существу. Оно должно быть безупречным с точки зрения соблюдения уголовно-процессуального закона при его составлении. 

Процессуальные документы, в том числе изготовленные с помощью технических средств, составляются и подписываются следователем, который своей подписью удостоверяет правильность его содержания, в данном случае правильность содержания обвинительного заключения. Суд не должен предполагать, что имел в виду следователь при составлении обвинительного заключения. 

Таким образом, обвинительное заключение составлено с нарушением требований ч. 1 ст. 220 УПК РФ, поскольку в нем имеются нечитаемые листы, на которых содержится: существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела, формулировка предъявленного обвинения, перечень и содержание вещественных доказательств (документов), - что обусловлено неполадками в печатном оборудовании при распечатке обвинительного заключения; в обвинительном заключении органом предварительного расследования допущена формулировка обвинения, не соответствующая ч. 2 ст. 228 УК РФ.

Вышеуказанные нарушения требований ч. 1 ст. 220 УПК РФ исключают возможность на основе имеющегося обвинительного заключения постановления судом приговора или вынесения иного решения, отвечающего принципу справедливости и, не могут быть устранены в судебном заседании, - то дело подлежит возвращению прокурору для устранения препятствий его рассмотрения в порядке п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ. 

В соответствии с ч. 3 ст. 237 УПК РФ при возвращении уголовного дела прокурору судья решает вопрос о мере пресечения в отношении обвиняемого. При необходимости судья продлевает срок содержания обвиняемого под стражей для производства следственных и иных процессуальных действий с учетом сроков, предусмотренных статьей 109 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст. 110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются предусмотренные ст. 97 и 99 УПК РФ основания для ее избрания.

В качестве оснований для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу могут быть признаны такие фактические обстоятельства, которые свидетельствуют о реальной возможности совершения обвиняемым действий, указанных в ст. 97 УПК РФ, и невозможности беспрепятственного осуществления уголовного судопроизводства посредством применения в отношении лица иной меры пресечения.

Сторона защиты просит изменить меру пресечения на более мягкую, указывая, что обстоятельства, на основании которых ФИО1 был заключен под стражу не достаточны для продления ему срока содержания под стражей.

Сторона государственного обвинения настаивает на сохранении и продлении ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу, ссылаясь на тяжесть инкриминируемых ему деяний, то, что он может продолжить заниматься преступной деятельностью, угрожать свидетелям. 

Судом установлено, и следует из материалов дела, что:

ФИО1 задержан в порядке ст.ст. 91,92 УПК РФ 30 ноября 2020 года.

Постановлением Нижнеингашского районного суда Красноярского края от 02 декабря 2020 года ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 02 месяца, то есть до 30 января 2021 года.

Постановлением Нижнеингашского районного суда от 27 января 2021 года срок содержания под стражей продлен до 28 февраля 2021 года.

Апелляционным постановлением Красноярского краевого суда от 02 марта 2021 года постановление Нижнеингашского районного суда от 27 января 2021 года отменено, производство по ходатайству следователя о продлении ФИО1 срока содержания под стражей на 01 месяц, а всего до 03 месяцев, то есть по 29 февраля 2021 года, - прекращено.

Постановлением Нижнеингашского районного суда от 25 февраля 2021 года срок содержания ФИО1 под стражей продлен до 24 марта 2021 года. На указанное постановление принесена апелляционная жалоба адвокатом Смольским А.В., дело направлено для рассмотрения в судебную коллегию по уголовным делам Красноярского краевого суда.

Разрешая вопрос о мере пресечения в отношении обвиняемого, суд учитывает мнения сторон, а также требования статей 97, 99, 109, 110 УПК РФ, п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ N 41 от 19.12.2013 г. "О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога" согласно которому при продлении срока содержания под стражей на любой стадии производства по уголовному делу судам необходимо проверять наличие на момент рассмотрения данного вопроса предусмотренных статьей 97 УПК РФ оснований, которые должны подтверждаться достоверными сведениями и доказательствами. Кроме того, суду надлежит учитывать обстоятельства, указанные в статье 99 УПК РФ, и другие обстоятельства, обосновывающие продление срока применения меры пресечения в виде заключения под стражу. При этом обстоятельства, на основании которых лицо было заключено под стражу, не всегда являются достаточными для продления срока содержания его под стражей.

ФИО1 является гражданином РФ, имеет постоянное место жительство и регистрацию на территории 

<

адрес>, вдовец, имеет тяжелые хронические заболевания, один воспитывает сына ФИО16 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, юридически не судим, имеет благодарности, трудоустроен, положительно характеризуется по месту работы и месту жительства, - что, по мнению суда, является социально сдерживающими факторами.

Основные процессуальные действия, направленные на сбор доказательств, выполнены. Допрошены свидетели по делу, изобличающие обвиняемого в совершенных преступлениях, проведены иные следственные действия. 

Каких – либо фактических данных свидетельствующих о возможности оказания ФИО1 воздействия на свидетелей, иных участников уголовного судопроизводства,- суду не представлено, как и не обосновано, какое именно "поведение" ФИО1 дает основание полагать, что находясь на свободе, он сможет оказать давление на свидетелей или иным путем воспрепятствовать производству по делу. 

Вместе с тем, суд учитывает, что ФИО1 обвиняется органами предварительного следствия в совершении умышленных тяжких преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств, в том числе преступления из корыстных побуждений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание свыше 3 лет лишения свободы, склонен к употреблению наркотических средств в немедицинских целях, - следовательно, имеются основания полагать, что в случае отсутствия у обвиняемого ограничений, связанных со свободой перемещения и отсутствием запрета на общение со всеми иными лицами, кроме защитников и родственников, отправление и получение корреспонденции, ведение переговоров с использованием средств связи, находясь на свободе ФИО1 может продолжить заниматься преступной деятельностью, связанной с незаконным оборотом наркотических средств. 

Принимая во внимание вышеуказанные обстоятельства и сведения о личности обвиняемого ФИО1, суд приходит к выводу о возможности изменения ему меры пресечения на более мягкую – домашний арест, поскольку конкретных обстоятельств, свидетельствующих о необходимости дальнейшего содержания ФИО1 под стражей, в настоящее время не установлено.

Медицинских противопоказаний для домашнего ареста и иных данных о невозможности избрания в отношении ФИО1 указанной меры пресечения в судебном заседании не установлено.

В этой связи представляется возможным меру пресечения, избранную по делу в отношении ФИО1 в виде заключения под стражу, изменить на домашний арест по месту его постоянной регистрации и жительства в качестве собственника (1/2 доля в праве) по адресу: 

<

адрес>, освободив его из-под стражи.

В соответствии с ч. 2.1 ст. 107 УПК РФ в срок домашнего ареста засчитывается время содержания под стражей. Пункт 2 ч. 10 ст. 109 УПК РФ предусматривает, что в срок содержания под стражей также засчитывается время домашнего ареста.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 237, 107-109 УПК РФ, суд

постановил:

возвратить прокурору Нижнеингашского района Красноярского края уголовное дело № 1-36/2021 в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 228, ч. 1 ст. 228.1 УК РФ, - для устранения допущенных нарушений.

Меру пресечения ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженцу 

<

адрес>, в виде заключения под стражу - изменить на домашний арест по адресу: 

<

адрес>, сроком на 2 месяца, то есть до 18 мая 2021 года.

Мера пресечения в виде домашнего ареста подлежит исчислению с 18 марта 2021 года.

В соответствии со ст. 107 УПК РФ на период нахождения ФИО1 под домашним арестом применить в отношении обвиняемого следующие ограничения в виде:

- запрета покидать место жительства по адресу: 

<

адрес> за исключением случаев посещения по медицинским показаниям лечебных учреждений на территории муниципального образования 

<

адрес>, при необходимости по медицинским показаниям - на территории 

<

адрес>, а также за исключением посещения следственных органов для проведения следственных и процессуальных действий в рамках уголовного дела, куда он должен доставляться транспортным средством контролирующего органа;

- установить запрет на общение со всеми иными лицами, кроме: следователя, защитника - адвоката и близких родственников (круг которых определен законом), а также лиц, оказывающих медицинскую помощь, сотрудников правоохранительных органов и аварийно-спасательных служб, встречи с которыми должны проходить по месту домашнего ареста;

- запретить получать и отправлять посылки, бандероли, письма, телеграммы, за исключением связанных с реализацией прав ФИО1 на защиту по настоящему уголовному делу;

- запретить вести переговоры с использованием: мобильных средств связи, включая стационарные и мобильные телефоны, электронной почты, сети Интернет, за исключением использования телефонной связи для вызова скорой медицинской помощи, сотрудников правоохранительных органов, аварийно-спасательных служб в случае возникновения чрезвычайной ситуации, а также для общения с защитником- адвокатом, осуществляющим защиту его прав и интересов, контролирующим органом, следователем. О каждом таком звонке ФИО1 должен информировать контролирующий орган.

Возложить осуществление контроля за нахождением ФИО1 в месте исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста и за соблюдением наложенных на него запретов и ограничений, а также доставлением обвиняемого ФИО1 в правоохранительные органы на федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий правоприменительные функции по контролю и надзору в сфере исполнения уголовных наказаний в отношении осужденных, в лице ФИО2 ФКУ УИИ ГУФСИН России по Красноярскому краю.

Освободить ФИО1 из-под стражи в зале суда, немедленно.

Разъяснить ФИО1 положения ч. 13 ст. 105.1 УПК РФ, что в случае нарушения подозреваемым или обвиняемым возложенных на него запретов, отказа от применения к нему аудиовизуальных, электронных и иных технических средств контроля или умышленного повреждения, уничтожения, нарушения целостности указанных средств либо совершения им иных действий, направленных на нарушение функционирования применяемых к нему аудиовизуальных, электронных и иных технических средств контроля, суд по ходатайству следователя или дознавателя, а в период судебного разбирательства по представлению контролирующего органа может изменить эту меру пресечения на более строгую.

Настоящее постановление может быть обжаловано в Красноярский краевой суд в части меры пресечения в течение 3 суток со дня его вынесения, в остальной части в течении 10 дней со дня вынесения, через Нижнеингашский районный суд.

Председательствующий