Дело № 12-785/2017

(в районном суде № 5-310/17) Судья Бродский А.А.

Р Е Ш Е Н И Е

Судья Санкт-Петербургского городского суда Исаева А.В., при секретаре Ржанникове С.Ю., рассмотрев 20 июня 2017 года в открытом судебном заседании в помещении суда административное дело по жалобе на постановление судьи Петроградского районного суда Санкт-Петербурга от 10 мая 2017 года в отношении 

ФИО1, 

<

дата> г.р., уроженки Ленинграда, гражданки РФ, зарегистрированной и проживающей по адресу: 

<

адрес> 

УСТАНОВИЛ:

Постановлением судьи Петроградского районного суда Санкт-Петербурга от 10 мая 2017 года, ФИО1 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.5 ст. 20.2 КоАП РФ, подвергнута административному наказанию в виде административного штрафа в размере 11 000 рублей.

Вина ФИО1 установлена в нарушении участником публичного мероприятия установленного порядка проведения шествия, а именно: 

29 апреля 2017 года в 14 часов 24 минуты ФИО1 находилась в районе станции метро Горьковская у д.6 лит.А в Александровском парке Санкт-Петербурга, где добровольно присутствовала в массе граждан не менее 100 человек для публичного выражения своего мнения по поводу актуальных проблем общественно-политического характера, связанных с необходимостью ротации чиновников на руководящих постах Российской Федерации, при этом ФИО1 как и другие участники шествия начала движение в сторону Каменноостровского пр. с целью выражения своей позиции по указанным вопросам, то есть участвовала в проведении публичного мероприятия в форме шествия, которое не было согласовано в установленные законом сроки в данном месте с Комитетом по вопросам законности, правопорядка и безопасности Санкт-Петербурга. 

Поскольку указанное публичное мероприятие проводилось с нарушением требований ч.3 ст. 6 Федерального закона РФ от 19.06.2004 № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, шествиях и пикетированиях», сотрудник полиции старший инспектор ООП УМВД России по Петроградскому району Санкт-Петербурга капитан полиции 

<

...>., осуществляющий в соответствии со ст. 2,12 Федерального закона РФ от 07.02.2011 № 3-ФЗ «О полиции» обязанности по обеспечению правопорядка в общественных местах и предупреждению и пресечению преступлений и административных правонарушений, посредством громко-усилительной аппаратуры публично уведомил об этом всех лиц, участвующих в данном публичном мероприятии, в том числе ФИО1, и потребовал прекратить данное публичное мероприятие в виде шествия, проводимое с нарушением закона. 

Данное законное требование ФИО1 проигнорировала, продолжая нарушать требования ч.3 ст. 6 ФЗ-54 «О собраниях, митингах, шествиях и пикетированиях», добровольно участвуя в несогласованном в установленном порядке публичном мероприятии в форме шествия, совершив тем самым административное правонарушение, предусмотренное ч.5 ст.20.2 КоАП РФ. 

ФИО1 обратилась в Санкт-Петербургский городской суд с жалобой об отмене постановления судьи, прекращении производства по делу.

В обоснование жалобы указала, что протокол об административном правонарушении не содержит необходимых сведений по предъявленному обвинению, судья не провел стадию подготовки, не исследовал обстоятельства дела, доказательства по административному делу, не определил предмет доказывания, принял в качестве доказательств документы, не являющиеся таковыми, немотивированно отказал в удовлетворении заявленных ходатайств. Судом нарушены основополагающие конституционные права и свободы привлекаемого лица, а также Европейской Конценции. К лицу, привлекаемому к административной ответственности, применены чрезмерные меры обеспечения производства по делу в виде административного задержания, вследствие чего судом использованы доказательства, полученные с нарушением закона. Также судом нарушены принципы независимости судебной власти, состязательности и равноправия сторон вследствие отсутствия прокурора. Кроме того, ФИО1 указывает, что в шествии или демонстрации не принимала участия, поскольку была задержана сотрудниками полиции, спустя несколько секунд после того, как спустилась со ступенек основного здания станции метро «Горьковская». Само по себе нахождение в месте общественного пользования, на улице или около станции метро не может считаться каким-либо правонарушением. 

ФИО1 в Санкт-Петербургский городской суд не явилась, о месте и времени рассмотрения жалобы уведомлена надлежащим образом. Поскольку ходатайств об отложении судебного заседания в Санкт-Петербургский городской суд не поступало, а материалов дела достаточно для рассмотрения жалобы, полагаю возможным рассмотреть дело в отсутствие ФИО1 

Исследовав материалы дела, считаю жалобу не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

В ходе рассмотрения данного дела судьей Петроградского районного суда Санкт-Петербурга в соответствии с требованиями статьи 24.1 КоАП РФ были всесторонне, полно, объективно и своевременно выяснены обстоятельства совершенного административного правонарушения. В соответствии с требованиями статьи 26.1 КоАП РФ судом установлено наличие события административного правонарушения, лицо, допустившее, как участник публичного мероприятия, нарушение установленного порядка его проведения, виновность указанного лица в совершении административного правонарушения, иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, а также причины и условия совершения административного правонарушения.

Факт совершения административного правонарушения и виновность ФИО1 подтверждены совокупностью исследованных в соответствии с требованиями ст.26.11 КоАП РФ доказательств, достоверность и допустимость которых сомнений не вызывают, и получили надлежащую правовую оценку судом. 

В соответствии с ч.5 ст.20.2 КоАП РФ административным правонарушением признается нарушение участником публичного мероприятия установленного порядка проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования, за исключением случаев, предусмотренных ч.6 настоящей статьи, предусматривающей административную ответственность за те же действия, повлекшие причинение вреда здоровью человека или имуществу, если они не содержат уголовно наказуемого деяния.

Порядок организации и проведения публичных мероприятий определен Федеральным законом от 19 июня 2004 г. № 54-ФЗ "О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях" (далее - Федеральный закон от 19 июня 2004 г. N 54-ФЗ).

Статьей 31 Конституции Российской Федерации предусмотрено, что граждане Российской Федерации имеют право собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование.

Статья 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, наряду с провозглашением права каждого свободно выражать свое мнение, исходит из того, что осуществление такой свободы налагает обязанности и ответственность и может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены в законе и необходимы в демократическом обществе в целях охраны здоровья и нравственности.

Исходя из провозглашенной в преамбуле Конституции Российской Федерации цели утверждения гражданского мира и согласия и учитывая, что в силу своей природы публичные мероприятия (собрания, митинги, демонстрации, шествия и пикетирование) могут затрагивать права и законные интересы широкого круга лиц - как участников публичных мероприятий, так и лиц, в них непосредственно не участвующих, - государственная защита гарантируется только праву на проведение мирных публичных мероприятий, которое, тем не менее, может быть ограничено федеральным законом в соответствии с критериями, предопределяемыми требованиями ст. 17, 19, 55 Конституции Российской Федерации, на основе принципа юридического равенства и вытекающего из него принципа соразмерности, то есть в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Такой подход согласуется с общепризнанными принципами и нормами международного права, в том числе закрепленными во Всеобщей декларации прав человека, согласно п. 1 ст. 20 которой каждый человек имеет право на свободу мирных собраний, и в Международном пакте о гражданских и политических правах, ст. 21 которого, признавая право на мирные собрания, допускает введение обоснованных ограничений данного права, налагаемых в соответствии с законом и необходимых в демократическом обществе в интересах государственной или общественной безопасности, общественного порядка, охраны здоровья и нравственности населения или защиты прав и свобод других лиц.

Право собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирования, гарантированное Конституцией РФ и международно-правовыми актами как составной частью правовой системы Российской Федерации (ст. 15 Конституции Российской Федерации), не является абсолютным и может быть ограничено федеральным законом в конституционно значимых целях.

Соответственно, такой федеральный закон должен обеспечивать возможность реализации данного права и одновременно соблюдение надлежащего общественного порядка и безопасности без ущерба для здоровья и нравственности граждан на основе баланса интересов организаторов и участников публичных мероприятий, с одной стороны, и третьих лиц - с другой, исходя из необходимости гарантировать государственную защиту прав и свобод всем гражданам (как участвующим, так и не участвующим в публичном мероприятии), в том числе путем введения адекватных мер предупреждения и предотвращения нарушений общественного порядка и безопасности, прав и свобод граждан, а также установления публично-правовой ответственности за действия, их нарушающие или создающие угрозу их нарушения.

В рамках организации публичного мероприятия, каковым Федеральный закон от 19 июня 2004 г. N 54-ФЗ признает открытую, мирную, доступную каждому, проводимую в форме собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования либо в различных сочетаниях этих форм акцию, осуществляемую по инициативе граждан Российской Федерации, политических партий, других общественных объединений и религиозных объединений (п. 1 ст. 2), предусматривается ряд процедур, в том числе и предварительное уведомление органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органа местного самоуправления о проведении публичного мероприятия и процедуру согласования, которые направлены на обеспечение мирного и безопасного характера публичного мероприятия, согласующегося с правами и интересами лиц, не принимающих в нем участия, и позволяют избежать возможных нарушений общественного порядка и безопасности.

Частью 1 ст. 6 Федерального закона от 19 июня 2004 г. N 54-ФЗ установлено, что участниками публичного мероприятия признаются граждане, члены политических партий, члены и участники других общественных объединений и религиозных объединений, добровольно участвующие в нем.

Во время проведения публичного мероприятия его участники обязаны выполнять, в том числе, все законные требования сотрудников органов внутренних дел (ч. 3 ст. 6 Федеральным законом от 19 июня 2004 г. N 54-ФЗ).

Из установленных по делу обстоятельств следует, что ФИО1 в составе группы лиц приняла участие в публичном мероприятии, не согласованном с исполнительным органом государственной власти, о чем она был уведомлена сотрудниками полиции, при этом не прекратила свое участие в публичном мероприятии, тем самым нарушила установленный порядок его проведения и возложенные на него Федеральным законом от 19 июня 2004 г. N 54-ФЗ обязанности участника публичного мероприятия.

Действия ФИО1 по ч.5 ст.20.2 КоАП РФ судом квалифицированы правильно.

Существенных нарушений процессуальных требований КоАП РФ как при составлении протокола об административном правонарушении, так и в ходе рассмотрения дела в суде не установлено.

В соответствии с положениями ч.1.2 ст.29.5 КоАП РФ, дела об административных правонарушениях, предусмотренных статьями 19.3, 20.2 и 20.2.2 настоящего Кодекса, рассматриваются по месту выявления административного правонарушения.

Протокол об административном правонарушении в отношении ФИО1 составлен в соответствии с требованиями ст. 28.2 КоАП РФ, содержит все необходимые сведения для рассмотрения дела, в том числе в нем полно описано событие вмененного административного правонарушения, предусмотренного ч. 5 ст. 20.2 КоАП РФ, в связи с чем, также отвечает признакам допустимости доказательства по делу.

Оснований ставить под сомнение достоверность содержания протокола об административном правонарушении, составленного в отношении ФИО1, представленного наряду с иными письменными документами в материалах дела об административном правонарушении, не имеется.

Каких-либо противоречий или неустранимых сомнений, влияющих на правильность вывода судьи о доказанности вины ФИО1 в совершении описанного выше административного правонарушения, материалы дела не содержат. 

Протоколы применения мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении составлены в соответствии с требованиями закона, все сведения, необходимые для правильного разрешения дела, в них отражены, а потому нет оснований для признания их недопустимыми доказательствами. 

В силу части 1 статьи 27.1 КоАП РФ, закрепляющей, что в целях пресечения административного правонарушения, установления личности нарушителя, составления протокола об административном правонарушении при невозможности его составления на месте выявления административного правонарушения, обеспечения своевременного и правильного рассмотрения дела об административном правонарушении и исполнения принятого по делу постановления уполномоченное лицо вправе в пределах своих полномочий применять меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении, а также приводящей перечень таких мер, в частности административное задержание.

Согласно части 3 статьи 27.5 КоАП РФ лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, влекущем в качестве одной из мер административного наказания административный арест, может быть подвергнуто административному задержанию на срок не более 48 часов.

Поскольку ФИО1 была доставлена в 12 отдел полиции УМВД России по Фрунзенскому району Санкт-Петербурга по подозрению в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 5 ст. 20.2 КоАП РФ, санкция которой предусматривает, в том числе и административный арест, решение о доставлении ФИО1 в отдел полиции является законным и обоснованным.

Административные санкции сопровождались полноценным, независимым и беспристрастным судебным разбирательством, а судебное постановление является мотивированным. 

При этом, довод жалобы о необходимости вызова в судебное заседание представителя прокуратуры не основан на законе.

Оснований для вызова в судебное заседание прокурора не имелось, поскольку в соответствии с ч.2 ст.25.11 КоАП РФ прокурор извещается о рассмотрении дел об административных правонарушениях, совершенных несовершеннолетними, а также дел, возбужденных по инициативе прокурора. 

ФИО1 является совершеннолетней, и настоящее дело возбуждено не по инициативе прокурора, в связи с чем, оснований для уведомления прокурора о рассмотрении дела не имелось.

В отсутствие государственного обвинителя по делам об административных правонарушениях, суд не принимал на себя указанную роль, выражающуюся в сборе доказательств или производстве иных процессуальных действий по собственной инициативе, а рассматривал дело на основании представленных материалов и объяснений ФИО1, которые были исследованы и оценены в полном объеме.

Таким образом, принцип равноправия и состязательности сторон нарушен не был.

Кроме того, согласно п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2005 года № 5, должностные лица, составившие протокол об административном правонарушении, а также органы и должностные лица, вынесшие постановление по делу об административном правонарушении, не являются участниками производства по делам об административных правонарушениях, круг которых перечислен в главе 25 КоАП РФ. Вместе с тем, при рассмотрении дел о привлечении лиц к ответственности за административное правонарушение, а также по жалобам и протестам на постановления по делам об административных правонарушениях в случае необходимости не исключается возможность вызова в суд указанных лиц для выяснения возникших вопросов.

Таким образом, нормами КоАП РФ не предусмотрена необходимость обязательного участия в рассмотрении дела должностного лица, составившего протокол об административном правонарушении. 

Заявленные ФИО1 ходатайства были своевременно рассмотрены в соответствии с требованиями ст.24.4 КоАП РФ, а вынесенные по ним определения мотивированы и являются обоснованными. 

Вопреки доводам жалобы, право ФИО1 на справедливое судебное разбирательство не нарушено.

Доводы жалобы о нарушении привлечением ФИО1 к административной ответственности прав человека и основных свобод, гарантированных Конвенцией от 04.11.1950 года, являются несостоятельными, так как участие в несогласованном митинге нарушало права других лиц, угрожало общественному порядку и являлось основанием для вмешательства сотрудников полиции, отвечающих за его охрану и действующих в соответствии со ст.12 закона от 07.02.2011г. № 3-ФЗ «О полиции». 

По существу доводы жалобы не содержат правовых аргументов, ставящих под сомнение законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, поскольку направлены на переоценку имеющихся в деле доказательств, которые были исследованы судьей районного суда при рассмотрении дела об административном правонарушении.

Иные доводы жалобы основаны на субъективной оценке действий ФИО1 и действий сотрудников полиции в ходе административного задержания и доставления в отдел полиции, в связи с чем, не могут являться основанием для отмены или изменения постановления суда, и расцениваются судом второй инстанции как позиция защиты с целью избежать ответственности за содеянное. 

Соблюдение процессуальных требований о всестороннем, полном, объективном и своевременном выяснении всех обстоятельств дела в их совокупности не означает, что результат судебного разбирательства должен непременно соответствовать целям и интересам лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении.

Постановление суда отвечает требованиям ст. 29.10 КоАП РФ, является мотивированным. Оснований не доверять изложенным в постановлении сведениям об исследовании приобщенной к материалам дела видеозаписи не имеется.

Нарушений Конституции РФ, Конвенции о защите прав человека и основных свобод, при рассмотрении дела в отношении ФИО1, а также норм Кодекса РФ об административных правонарушениях, которые могли бы послужить основанием отмены постановления судьи, по делу не установлено.

Административное наказание ФИО1 назначено с учетом характера и степени общественной опасности совершенного правонарушения, данных о ее личности, в пределах, предусмотренных санкцией закона.

Каких-либо данных, свидетельствующих о малозначительности правонарушения, а также наличии исключительных обстоятельств, связанных с характером совершенного административного правонарушения и его последствиями, личностью и имущественным положением привлекаемого к административной ответственности физического лица, ФИО1 не представлено.

Оснований для применения правовой позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в Постановлении от 14 февраля 2013 года N 4-П, о возможности снижения судом размера административного штрафа ниже низшего предела, предусмотренного санкцией ч.5 ст.20.2 КоАП РФ, в рамках настоящего дела об административном правонарушении не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену или изменение постановления судьи по делу не имеется.

С учетом изложенного, руководствуясь ст. 30.7 КоАП РФ,

Р Е Ш И Л:

Постановление судьи Петроградского районного суда Санкт-Петербурга от 10 мая 2017 года в отношении ФИО1 по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.5 ст. 20.2 КоАП РФ, - оставить без изменения, жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Судья А.В. Исаева