Дело № 2-185/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

14 декабря 2017 года с. Яковлевка

Яковлевский районный суд Приморского края в составе: 

председательствующего судьи Акимчук В.А.,

при секретаре Черных О.В.,

с участием истца ФИО1, ее представителя ФИО3, ответчика ФИО2, ее представителя ФИО4

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, указав в обоснование, что она является собственником жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>. На протяжении нескольких лет соседи, проживающие по адресу: 

<

адрес>, собственником которого является ответчик ФИО2, нарушают правила по благоустройству в населенном пункте и санитарные гигиенические нормы. Так, напротив ее дома на расстоянии 13 метров от ее жилого дома расположен сарай, который используется как коровник, в нем содержится крупный рогатый скот, второй коровник расположен рядом на расстоянии 25 метров. Тем самым полагает, что не соблюдено расстояние между коровниками и жилым домом, поскольку в соответствии с пунктом 7.1.11 СанПиН 2.2.1/2.1.1.1200-03 «Санитарно-защитные зоны и санитарная классификация предприятий, сооружений и иных объектов» хозяйствам с содержанием животных (свинарники, коровники, питомники, конюшни, зверофермы) до 50 голов устанавливается санитарно-защитная зона 50 метров. Присутствие в непосредственной близости от ее жилого дома и земельного участка коровников делают невозможным нормальное существование вследствие постоянного неприятного запаха навоза, слышны крики и мычание коров. Кроме того, жидкие продукты жизнедеятельности животных стекают на земельный участок, расположенный рядом с коровником. Также рядом с коровником периодически складывается навоз. На замечания соседи не реагируют. Таким образом, считает, что ответчик создает препятствия в пользовании домовладением и земельным участком. На основании изложенного просила возложить на ответчика обязанность по соблюдению санитарно-эпидемиологических правил и нормативов, запретить использование сараев, расположенных в домовладении по адресу: 

<

адрес>, и рядом с ним, запретить откачку септика без использования специализированной машины; обязать ответчика устранить нарушения права путем сноса за счет ответчика самовольных построек используемых для содержание скота; взыскать с ответчика в пользу истца судебные расходы по оплате государственной пошлины в сумме 300 рублей, за получение 2-х выписок из ЕГРП в сумме 400 рублей, за почтовые услуги 142,20 рублей, за изготовление фотографий 810 рублей, всего 1 652,20 рублей.

В судебном заседании ФИО1 и ее представитель ФИО3 заявленные требования изменили, просили запретить ФИО2 вести деятельность по скотоводству и животноводству, а также содержание скота на расстоянии менее 50 м от жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>; запретить ФИО2 размещение площадки для буртования помета и навоза на расстоянии менее 300 м от жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>. Дополнительно указали, что ответчиком допускаются нарушения санитарно-эпидемиологических норм, устанавливающих расстояние до объектов животноводства, чем нарушаются права на благоприятную окружающую среду. Указанные нарушения создают препятствия в пользовании ФИО1 принадлежащим ей имуществом. 

Ответчик ФИО2 и ее представитель ФИО4 с заявленными требованиями не согласились, указав, что истцом не представлено доказательства того, что сарай находится на расстоянии менее 50 метров. Действующее законодательства не предъявляет требования к ведению личного подсобного хозяйства. Также указали, что действиями ответчика положения Федерального закона № 52-ФЗ не нарушены, доказательств обратного суду не представлено. Ссылка истца на санитарные нормы и правила необоснованная, поскольку указанные санитарные нормы и правила касаются предприятий и учреждений, то есть юридических лиц. Полагали, что истцом не представлено доказательств нарушения прав со стороны ответчика. Просили в иске отказать. 

Допрошенный в качестве свидетеля ФИО8 показал, что он совместно с семьей проживает по адресу: 

<

адрес>. Их соседями является ФИО2, проживающая по адресу: 

<

адрес>. Въезд на их улицу похож на въезд на ферму, сарай, в котором ФИО2 содержит корову, находится на улице, на проезжей части, навоз складируется на улице, постоянно стоит неприятный запах. Когда-то вместе сарая у соседей был гараж, потом они его сделали коровником. Они пытались урегулировать конфликт, соседи обещали убрать коров во двор, но этого до сих пор не сделали. На действия соседей они неоднократно жаловались – в администрацию поселения, в полицию, в административную комиссию, в Роспотребнадзор. Проверка была всего один раз, в ветряную погоду, поэтому результатов не дала. Все материалы оформлялись на супруга ФИО2 – ФИО3, однако впоследствии выяснилось, что он не является собственником домовладения. Также указал, что был свидетелем того, как соседи откачивали септик на улицу. Это было 10 августа 2017 года около 00 часов. Он вел съемку на телефон. Также при этом присутствовал свидетель, его знакомый. Сарай находится на расстоянии 13 метров от дома. 

Допрошенная в качестве свидетеля ФИО7 показала, что ФИО1 приходится ей дочерь, она проживает в селе Варфоломеевка по 

<

адрес>. Она часто приезжает к дочери в гости, 1-2 раза в месяц, в летнее время – чаще. Ранее у соседей был гараж, потом они переделали его под коровник. Этот сарай располагается на дороге. Кроме того, за забором у соседей постоянно навалены навозные кучи. Поэтому приходится в доме у дочери окна держать закрытыми. Когда соседи на улицу септик откачивали, то был очень неприятный запах, летало много мух, а у дочери пропала малина. Это было в августе, в самую жару, пришлось ягоду накрывать.

Допрошенный в качестве свидетеля ФИО6-оглы показал, что является хорошим знакомым семьи ФИО1, часто бывает у них в гостях, поэтому видел, что у соседей на дороге стоит коровник, громко мычат коровы, складируется навоз, который неприятно пахнет, летом невозможно находится во дворе дома. Также указал, что как-то летом, в августе, ему позвонил ФИО8 и попросил приехать, когда он подъехал к дому, то увидел, что у соседей откачивается септик на улицу, стоял очень неприятный запах. 

Выслушав объяснения истца и ответчика, их представителей, допросив свидетелей, проверив материалы дела, исследовав дело об административном правонарушении, суд приходит к следующему.

Согласно статье 36 Конституции Российской Федерации владение, пользование и распоряжение землей и другими природными ресурсами осуществляются их собственниками свободно, если это не наносит ущерба окружающей среде и не нарушает прав и законных интересов иных лиц (часть 2), условия и порядок пользования землей определяются на основе федерального закона (часть 3).

В развитие приведенных конституционных положений Земельный кодекс Российской Федерации в числе основных принципов земельного законодательства закрепляет принцип приоритета охраны земли как важнейшего компонента окружающей среды и средства производства в сельском хозяйстве и лесном хозяйстве перед использованием земли в качестве недвижимого имущества и принцип деления земель по целевому назначению на категории, согласно которому правовой режим земель определяется исходя из их принадлежности к определенной категории и разрешенного использования в соответствии с зонированием территорий и требованиями законодательства (подпункты 2 и 8 пункта 1 статьи 1).

В соответствии с пунктом 1 статьи 263 ГК РФ собственник земельного участка может возводить на нем здания и сооружения, осуществлять их перестройку или снос, разрешать строительство на своем участке другим лицам. Эти права осуществляются при условии соблюдения градостроительных и строительных норм и правил, а также требований о целевом назначении земельного участка (пункт 2 статьи 260 ГК РФ).

В силу статьи 209 ГК РФ, собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц.

Положениями статьи 304 ГК РФ предусмотрено, что собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Из материалов дела следует, что ФИО1 является собственником жилого дома и земельного участка, площадью 2 300 кв м для ведения личного подсобного хозяйства, расположенных по адресу: 

<

адрес>, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГ серия 25-АА № и свидетельством о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГ серия 25-АА №. Кадастровый номер земельного участка №

ФИО2 является собственником жилого дома и земельного участка из земель населенных пунктов для ведения личного подсобного хозяйства общей площадью 2 100 кв м, расположенных по адресу: 

<

адрес>, что подтверждается выписками из Единого государственного реестра недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ. Кадастровый номер земельного участка №

Также установлено, что на основании договора безвозмездного срочного пользования земельным участком от 7 сентября 2017 года ФИО2 передан в безвозмездное срочное пользование земельный участок из земель населенных пунктов общей площадью 3 229 кв м, вид разрешенного использования – отдельно стоящие односемейные дома с земельными участками с возможностью содержания домашнего скота и птицы; сады; огороды; палисадники, с кадастровым номером № имеющий адресные ориентиры: местоположение установлено относительно ориентира, расположенного за пределами участка, ориентир здание, участок находится примерно в 50 м от ориентира по направлению на северо-запад, почтовый адрес ориентира: 

<

адрес>.

Согласно сведениям публичной кадастровой карты земельные участки с кадастровыми номерами №, принадлежащими ФИО2, являются смежными земельными участками, а земельный участок с кадастровым номером №, принадлежащий ФИО1, расположен на противоположной стороне 

<

адрес>. 

При этом, земельные участки с кадастровыми номерами № и № выделены сторонам для ведения личного подсобного хозяйства, что само по себе предусматривает возможность содержания на участке скота для личных нужд в составе хозяйства.

Впоследствии предоставленный ФИО2 земельный участок с кадастровым номером 25:25:180001:1526 также предполагает возможность содержания домашнего скота и птицы.

Также установлено и не оспаривается сторонами, что на земельном участке ответчика ФИО2 расположен сарай для содержания домашних животных, который не поименован в техническом паспорте земельного участка, поскольку был возведен после его оформления.

Согласно данных ситуационного плана, сарай расположен вдоль 

<

адрес> в границах земельного участка с кадастровым номером № на расстоянии около 13 метров от жилого 

<

адрес>.

Обращаясь в суд с настоящим исковым заявлениям, истцом указано на несоблюдение ответчиком требований СанПиН 2.2.1/2.1.1.1200-03 «Санитарно-защитные зоны и санитарная классификация предприятий, сооружений и иных объектов», Свода правил по проектированию и строительству СП 30-102-99 «Планировка и застройка территорий малоэтажного жилищного строительства», Строительных норм и правил СНиП 2.07.01-89 «Градостроительство. Планировка и застройка городских и сельских поселений», в соответствии с которыми расстояние от жилья до свинарника, коровника должно быть не менее 50 м, а площадка для буртования помета и навоза должна располагаться на расстоянии не менее 300 м. 

Положениями статьи 56 ГПК РФ установлено, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Оценив представленные в обоснование требований доказательства, суд исходит из того, что достаточных и допустимых доказательств того, что права истца нарушены в результате виновных действий ответчика, вследствие расположения спорной хозяйственной постройки в границах принадлежащего ответчику земельного участка на расстоянии около 13 м от дома истца, и складировании навоза за пределами земельного участка, в нарушение статьи 56 ГПК РФ суду не представлено.

В частности, суд исходит из того, что положения СанПин 2.2.1/2.1.1.1200-03 «Санитарно- защитные зоны и санитарная классификация предприятий, сооружений и иных объектов» к рассматриваемым правоотношениям не применяются, размещение на земельных участках, выделенных с целевым использованием для ведения личного подсобного хозяйства объектов индивидуального жилищного строительства и входящих в их состав строений и сооружений, не регламентируют.

Положениями пункта 7.1.11 указанных СанПин 2.2.1/2.1.1.1200-03 действительно установлено, что санитарно-защитная зона 300 м устанавливается для площадки для буртования помета и навоза, а санитарно-защитная зона 50 м устанавливается для хозяйств с содержанием животных (свинарники, коровники, питомники, конюшни, зверофермы) до 50 голов.

Между тем, истцом не принято во внимание, что указанные санитарно-защитные правила в части санитарно-защитной зоны 300 м и 50 м регулируют порядок размещения объектов и производств агропромышленного комплекса и малого предпринимательства, и не устанавливают требования к строениям и сооружениям для содержания домашних животных на земельных участках, выделенных гражданам для ведения личного подсобного хозяйства.

В тоже время, в соответствии с примечанием к пункту 2.12* Строительных норм и правил СНиП 2.07.01-89 «Градостроительство. Планировка и застройка городских и сельских поселений» в районах усадебной застройки расстояние от окон жилых помещений (комнат, кухонь и веранд) до стен дома и хозяйственных построек (сарая, гаража, бани), расположенных на соседних земельных участках, по санитарным и бытовым условиям должно быть не менее, как правило, 6 м; расстояние до сарая для скота и птицы – в соответствии с пунктом 2.19* настоящих норм. Хозяйственные постройки следует размещать от границы участка на расстоянии не менее 1 м.

В соответствии с пунктом 2.19 указанных СНиП 2.07.01-89 сараи для скота и птицы следует предусматривать на расстоянии от окон жилых помещений дома: одиночные или двойные – не менее 15 м, до 8 блоков – не менее 25 м, свыше 8 до 30 блоков – не менее 50 м, свыше 30 блоков – не менее 100 м. 

Кроме того, положениями пункта 5.3.4 Свода правил по проектированию и строительству СП 30-102-99 «Планировка и застройка территорий малоэтажного жилищного строительства» до границы соседнего приквартирного участка расстояния по санитарно-бытовым условиям должны быть не менее: от усадебного, одно-двухквартирного и блокированного дома – 3 м с учетом требования пункта 4.1.5 настоящего Свода правил; от постройки для содержания скота и птицы – 4 м; от других построек (бани, гаража и др.) – 1 м; от стволов высокорослых деревьев – 4 м; среднерослых – 2 м; от кустарника – 1 м.

Между тем, как установлено в ходе судебного разбирательства и не отрицается истцом расстояние между одиночным сараем, расположенным в границах земельного участка, принадлежащего ответчику, и ее домом составляет около 13 м, что соответствует требованиям вышеприведенных норм и правил.

Кроме того, заслуживающим внимания в данном случае признается довод ответчика, что истцом документально не подтверждено расстояние от окон жилого 

<

адрес> до сарая, расположенного земельном участке, принадлежащем ФИО2

Также судом учитывается, что земельные участки, принадлежащие истцу и ответчику, не являются смежными, расположены напротив друг друг через дорогу, что очевидно предполагает наличие расстояние между сараем и окнами жилого дома, однако, документов, указывающих на точное расстояние между спорным сараем и окнами жилого дома ФИО1,. что позволяло бы установить наличие/отсутствие нарушений прав истца, не представлено. 

В соответствии с пунктом 11 Ветеринарных правил содержания крупного рогатого скота в целях его воспроизводства, выращивания и реализации, утвержденных Приказом Минсельхоза России от 13 декабря 2016 года № 551, навоз в хозяйствах необходимо убирать и складировать на навозохранилищах и (или) площадках для хранения и биотермического обеззараживания навоза, расположенных на территории Хозяйства вне здания, в котором содержится КРС.

Представленными фотографиями действительно подтверждается, что ответчиком ФИО2 в неопределенное время в течение 2017 года допускалось складирование неустановленных материалов – навоза, сена, соломы, земли. 

Между тем, стороной истца не оспаривался тот факт, что в настоящее время складируемые ответчиком возле забора материалы – ликвидированы, нарушение прав отсутствует. 

Необходимо также учитывать, что по обращению ФИО1, в том числе, по вопросу содержания скота и складирования навоза, Управлением Роспотребнадзора по Приморскому краю в городе Арсеньеве проводилась проверка на предмет выявления нарушений санитарных норм.

В частности, в ходе проверки 19 июня 2017 года были отобраны пробы воздуха закрытых помещений и атмосферного воздуха по адресу: 

<

адрес>. 

В соответствии с экспертным заключением о проведении санитарно-эпидемиологической экспертизы ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Приморском крае» по результатам санитарно-эпидемиологической экспертизы протокола лабораторных испытаний воздух закрытых помещений № 84 от 20 июня 2017 года (веранда) и протокола лабораторных испытаний атмосферного воздуха № 40 от 20 июня 2017 года (территория усадьбы) соответствуют ПДК, установленным НД: 2.1.6.1338-03 «Предельно допустимые концентрации (ПДК) загрязняющих веществ в атмосферном воздухе населенных мест».

При этом, согласно ответу начальника территориального отдела Управления Роспотребнадзора по Приморскому краю в городе Арсеньеве № 791 от 30 июня 2017 года требования к устройству и содержанию личного подсобного хозяйства санитарно-эпидемиологическими правилами и нормативами не предусмотрены. 

При этом, факт привлечения супруга ФИО2 – ФИО3 к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 10.8 КоАП РФ, существенного значения для рассмотрения возникшего спора не имеет.

В данном случае, суд учитывает, что объективная сторона указанного административного правонарушения состоит в нарушении ветеринарно-санитарных правил сбора, утилизации и уничтожения биологических отходов.

Из представленного дела об административном правонарушении следует, что ФИО3 вывез биологические отходы крупного рогатого скота (быка), а именно шкуру КРС и кишечник с содержимым и выкинул отходы в лесном массиве на расстоянии 400-600 м в северо-западном направлении от жилого 

<

адрес> края. 

Таким образом, факт нарушения ФИО3 ветеринарно-санитарных правил сбора, утилизации и уничтожения биологических отходов не влияет на установление наличия или отсутствия нарушений прав истца со стороны ответчика в части размещения сарая и складирования навоза.

Необоснованным признается ссылка истца на нарушение ответчиком Правил благоустройства в населенном пункте.

В соответствии с Правилами благоустройства на территории Варфоломеевского сельского поселения 

<

адрес>, утвержденными решением Муниципального комитета Варфоломеевского сельского поселения 27 октября 2017 года, указанные правила устанавливают единые и обязательные для исполнения нормы и требования в сфере благоустройства территории Варфоломеевского сельского поселения, определяют порядок уборки и содержания территорий земельных участков, зданий, строений и сооружений физическим лицами, индивидуальными предпринимателями, юридическими лицами, должностными лицами, являющимися собственниками, владельцами или пользователями таких земельных участков, зданий, строений и сооружений на территории Варфоломеевского сельского поселения.

В соответствии с пунктом 17.2 указанных Правил, домашний скот и птица содержатся в пределах земельного участка собственника согласно категории земель, находящихся в его собственности или ином законном основании.

Материалами дела подтверждено, что принадлежащий ФИО2 земельный участок предоставлен ей для ведения личного подсобного хозяйства, что предполагает содержание домашнего скота и птицы, в связи с чем нарушений указанной нормы муниципального правового акта не установлено.

Доводы истца о том, что вследствие неправомерных действия ответчика, ее несовершеннолетний ребенок постоянно болеет, в том числе, кишечными инфекциями, поскольку воду, которую они использую в пищевых целях, они берут в колодце, расположенном вниз по улице, куда стекают жидкие отходы и септик, откачиваемый ответчиком на общую улицу, суд находит несостоятельными. 

Не ставя под сомнение факт наличия у несовершеннолетней ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, кишечных заболеваний, суд, тем не менее, исходит из того, что доказательств наличия причинно-следственной связи между имеющимися у ребенка заболеваниями и действиями ответчика – не имеется. Представленные в обоснование довода медицинские документы о наличии аллергии, острого гастроэнтерита, кишечной инфекции лишь подтверждают тот факт, что у ребенка были выявлены симптомы и выставлен диагноз, однако не подтверждают того факта, что указанные диагнозы напрямую связаны с отравлением некачественной водой из колодца, складированием навоза или содержанием скота. 

Указанные доводы также противоречат представленным материалам дела, в соответствии с которыми 1 января 2016 года между ФИО2 и ООО «Водоканал-Сервис» был заключен договор №-ОС на оказание услуг по откачке и вывозу сточных вод (жидких бытовых отходов) из накопительной емкости местного канализования. 

В силу пункта 2.1 договора предметом является оказание услуг по откачке и вывозу сточных вод (жидких бытовых отходов) с территории заказчика, расположенной по адресу: 

<

адрес>. 

Вывоз жидких бытовых отходов осуществляется исполнителем по заявке заказчика не чаще одного раза в месяц, в течение всего срока действия договора (пункт 4.1 договора).

В соответствии с представленными квитанциями к приходно-кассовым ордерам ФИО2 оплачены услуги ООО «Водоканал-сервис» 9 ноября 2016 года, 18 мая 2016 года и 5 апреля 2017 года.

Указанные обстоятельства подтверждены ООО «Водоканал-Сервис» с приложением копий приходно-кассовых ордеров. 

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» применяя статью 304 ГК РФ, в силу которой собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения, судам необходимо учитывать, что в силу статей 304, 305 ГК РФ иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение. Такой иск подлежит удовлетворению и в том случае, когда истец докажет, что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика.

Между тем, как установлено в судебном заседании доказательств того, что действиями ответчика нарушаются права ФИО1, а также имеется угроза нарушения ее права со стороны ответчика – не представлено.

Обстоятельства, на которые сослалась истец, сами по себе не свидетельствуют о нарушении ее прав ответчиком и поэтому не могут служить основанием для удовлетворения заявленных ею исковых требований.

Руководствуясь статьями 198-199 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения – отказать.

Решение может быть обжаловано в Приморский краевой суд через Яковлевский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме 14 декабря 2017 года.

Председательствующий Акимчук В.А.