Дело №2-10/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Баймак 04 февраля 2019 года

Баймакский районный суд Республики Башкортостан в составе: председательствующего судьи Сафаровой Г.М., 

при секретаре Баймуратовой Р.М.,

с участием истца ФИО1, ее представителя ФИО2,

ответчиков ФИО3, ФИО4, их представителя ФИО5, 

третьего лица ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Дронь ФИО15 к Дронь ФИО16 ФИО4 ФИО17 о признании недействительным договора дарения, применении последствий недействительности сделки,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО3, ФИО4 о признании недействительной сделки, применении последствий его недействительности.

Требования мотивированы тем, что 31 декабря 1975 между ФИО7 и ФИО3 заключен брак, в результате чего истцу присвоена фамилия Дронь. В период брака на основании договора купли-продажи №б/н от 25 октября 2013 года приобретен жилой дом общей площадью № кв.м., кадастровый номер № и земельный участок площадью № кв,м., кадастровый номер №, расположенные по адресу: Республика Башкортостан, 

<

адрес>. Право собственности на приобретенное имущество зарегистрировано на ответчика. На данное имущество предоставить документы невозможно, так как с 30 августа 2018 года стороны проживают отдельно, все документы находятся у ответчика ФИО3 

03 сентября 2018 года между ФИО3 и ФИО4 заключен договор дарения указанного дома с земельным участком, который зарегистрирован в Федеральной службе государственной регистрации, кадастра и картографии по РБ, в настоящее время собственником квартиры является ФИО4 О заключенном договоре дарения истец узнала 21 октября 2018 года

Истец считает, что ее права нарушены, поскольку ответчик ФИО3 распорядился общим совместным имуществом без ее согласия, в связи с чем просить признать недействительным договор дарения от 03 сентября 2018 года жилого дома с земельным участком, по адресу: РБ, г. Баймак, ул

<

адрес>, заключенный между ФИО3 и ФИО4 (номер регистрации № от ДД.ММ.ГГГГ) и применить последствия недействительной сделки. 

В судебном заседании ФИО1, ее представитель ФИО2 исковые требования поддержали в полном объеме, просили удовлетворить по основаниям, изложенным в иске.

Ответчики ФИО3, ФИО4, их представитель ФИО5, исковые требования не признали, просили в удовлетворении иска отказать. 

Третье лицо ФИО6 исковые требования поддержала в полном объеме, просила удовлетворить.

Представитель третьего лица Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Башкортостан в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом.

В соответствии с ч.1 ст.167 ГПК РФ суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд находит исковые требования подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с п. 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается.

В соответствии со ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу, либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно ч. 3 ст. 574 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

Пунктом 1 ст. 34 СК РФ предусмотрено, что имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

В силу п. 1 ст. 35 СК РФ владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов.

При совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга.

Сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом супругов, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки (п. 2 ст. 35 СК РФ).

Согласно п. 3 ст. 35 СК РФ для заключения одним из супругов сделки по распоряжению имуществом, права на которое подлежат государственной регистрации, сделки, для которой законом установлена обязательная нотариальная форма, или сделки, подлежащей обязательной государственной регистрации, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга.

Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.

Согласно ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности, сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах – если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с положениями ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Как установлено судом, Дронь 

<

адрес>, ДД.ММ.ГГГГ года рождения и Дронь ФИО18, ДД.ММ.ГГГГ года рождения состоят в браке, который зарегистрирован ДД.ММ.ГГГГ года, что подтверждается свидетельством о заключении брака от ДД.ММ.ГГГГ года серии №.

В период брака с истцом в 2013 году за ФИО3 было зарегистрировано право собственности на жилой дом с земельным участком, расположенных по адресу: РБ, г. 

<

адрес> которая приобретена на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ года (л.д. 104). 

03 сентября 2018 года между ФИО3 и ФИО4 (родная сестра ответчика) заключен договор дарения вышеуказанного дома с земельным участком. В соответствии с условиями договора даритель передал в дар одаряемой жилой дом с земельным участком, расположенных по адресу: РБ, г. 

<

адрес>, а одаряемая приняла в дар указанно имущество (л.д. 111).

06 сентября 2018 года в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Башкортостан произведена государственная регистрация права собственности за номером № (л.д. 112).

В настоящее время спорная квартира зарегистрирована за ФИО4, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости (л.д. 11-12).

По утверждению истца, она не была осведомлена о сделке дарения указанной квартиры. Доказательств обратного сторонами суду не представлено.

Нотариально удостоверенного согласия ФИО1 в нарушение ст. 35 СК РФ на отчуждение спорного имущества ответчиками не получено, что подтверждает заявление о государственной регистрации прав (л.д. 109-110). Доказательств обратного сторонами суду не представлено. 

Согласно заявлению, поданному ФИО3 для регистрации перехода права собственности на указанную квартиру, указано, что в браке не состоит (л.д. 109).

Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что ФИО3 скрыл свое фактическое семейное положение с целью избежать препятствий при отчуждении спорной квартиры.

Относимых, допустимых и достаточных доказательств того, что истцу было известно об отчуждении спорной квартиры, стороной ответчиков при рассмотрении дела не представлено.

Вместе с тем, что в ходе судебного разбирательства представителем ответчиков заявлено, что спорный жилой дом с земельным участком являлась собственностью ФИО4 08 ноября 2011 года между ФИО4 и снохой истца - ФИО6 заключен фиктивный договор купли-продажи спорного имущества, стоимостью 365 698 руб. Денежные средства в размере 365 698 руб. в счет оплаты стоимости спорного домовладения внесена продавцу не была, а была потрачена семьей сына сторон настоящего спора по своему усмотрению. В последующем, право собственности на указанное жилое помещение в силу нотариального обязательства родителей, было разделено на четыре равные доли по ? доли каждому: ФИО8, ФИО6 и их детям ФИО9, ФИО10 В дальнейшем, менее через 2 года, 25 октября 2013 года между ФИО8, ФИО6, ФИО9, ФИО10 и ФИО3 заключен договор купли-продажи спорного имущества, согласно которому продавцы якобы продали за 110 000 руб. Хотя фактически, денежные средства покупателем продавцу также не передавались. Фактически была заключена сделка по дарению спорного имущества. Предыдущие сделки по отчуждению спорного объекта недвижимости от 08 ноября 2011 года и 25 октября 2013 года являются недействительными сделками ввиду их мнимости. 

Суд, оценивая данные доказательства, приходит к выводу, что представленные в материалы дела документы не доказывают того, что спорное имущество является собственностью ответчика.

При этом, в силу ч. 2 ст. 34 СК РФ, общим имуществом супругов является также любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

Судом установлено, что в период брака брачный договор между сторонами не заключался. Иной размер долей в совместно нажитом имуществе, чем тот, который установлен законом, супругами не устанавливался.

Материалы дела не содержат сведений о том, что ФИО1 знала о состоявшейся сделке купли-продажи недвижимости между ее супругом и покупателем, нотариально удостоверенного согласия на совершение сделки в соответствии с пунктом 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации ФИО1 не давала.

Удовлетворяя исковые требования, суд приходит к выводу, что спорный дом с земельным участком приобретенная в период брака ФИО1 и ФИО3, является совместно нажитым имуществом супругов, следовательно, ФИО3 не мог без согласия ФИО1 отчуждать спорное имущество.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о признании договора дарения от 03 сентября 2018 года, заключенного между ФИО3 и ФИО4 в отношении жилого дома с земельным участком, по адресу: РБ, г

<

адрес> недействительной с применением последствий недействительности сделки в виде прекращения зарегистрированного права собственности на жилой дом с земельным участком у ФИО4 и передаче спорного имущества, расположенных по адресу: РБ, 

<

адрес> собственность ФИО3

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Дронь ФИО19 к Дронь ФИО20, ФИО4 ФИО21 о признании недействительным договора дарения, применении последствий недействительности сделки удовлетворить.

Признать недействительной сделку - договор дарения жилого дома с земельным участком от 03 сентября 2018 года, по адресу: РБ, г. Баймак, 

<

адрес>, заключенный между ФИО3 и ФИО4 (номер регистрации №) и применить последствия недействительной сделки.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Башкортостан через Баймакский районный суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Председательствующий Г.М. Сафарова