Дело № 2-1340/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

05 мая 2017 года Советский районный суд г. Воронежа в составе:

председательствующего судьи Милютиной С.И.,

при секретаре Исаковой Т.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО5 к АО «Конструкторское бюро химавтоматики» об отмене приказа о дисциплинарном взыскании, компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО5 обратился в суд с иском к АО «Конструкторское бюро химавтоматики» об отмене приказа о дисциплинарном взыскании, компенсации морального вреда, указывая, что он, 

<

данные изъяты>, состоит с ответчиком в трудовых отношениях с 

<

данные изъяты> года. На протяжении более чем 

<

данные изъяты> его трудовой деятельности в рядах АО КБХА он не получил ни одного замечания при исполнении трудовых функций, ни одного нарекания, ни одного дисциплинарного взыскания. Свою квалификацию он всегда повышал без отрыва от производства. Все трудовые функции им исполнялись с прилежанием и ответственностью, он всегда соблюдал трудовую дисциплину предприятия. Под его руководством и при его личном участии разработаны 

<

данные изъяты>, разработанных в АО КБХА для 

<

данные изъяты>. При его участии в АО КБХА разработаны и применяются более 

<

данные изъяты> лет порядок и методология работ по выбору, разработке, отработке, согласованию применения покупных комплектующих изделий (ПКИ) и материалов, что обеспечивает комплектацию изделий АО КБХА качественными, надёжными материалами и ПКИ. За свой труд он удостоен многочисленных наград, занесен в 

<

данные изъяты>, ему присвоено звание 

<

данные изъяты>, он является 

<

данные изъяты>, ему присуждена 

<

данные изъяты>, он является 

<

данные изъяты>, более 

<

данные изъяты>, он как специалист, профессионал в своей сфере соответствует 

<

данные изъяты>.

15.10.2015 г. на предприятии сменилось руководство. 

10 июня 2016 года приказом № он был уволен в связи с сокращением численности работников. На момент проведения процедуры сокращения со стороны АО КБХА неоднократно допускались грубые нарушения его трудовых прав. Решением Советского районного суда г. Воронежа от 16 сентября 2016 года его увольнение признано незаконным, он восстановлен на работе в должности, которую занимал до увольнения, с ответчика взысканы заработок за время вынужденного прогула, компенсация морального вреда. 

После того как решение суда вступило в законную силу им было подано заявление о возмещении судебных расходов. Данное заявление было разрешено в два судебных заседания, которые состоялись 18 января 2017 года и 31 января 2017 года. Поскольку о проведении судебных заседаний он извещался судебными повестками он, соответственно, писал соответствующие заявления о предоставлении отпуска в эти дни.

08.02.2017г. в конце рабочего дня ему было вручено письмо АО КБХА с просьбой предоставить объяснения по ряду вопросов связанных с его заявлениями о предоставлении отпусков на 18.01.17г. и на 31.01.17г., а так же с его отсутствием на рабочем месте в эти дни. В данном письме ему было сообщено, что по факту его отсутствия на рабочем месте в указанные дни будет проводиться служебное расследование. Указанное служебное расследование было назначено распоряжением от 03.02.2017 года. При этом факт подачи им заявлений о предоставлении отпусков работодателем не оспаривается и подтверждается содержанием письма АО КБХА от 08.02.2017 года, этим же письмом подтверждается факт того, что им были представлены работодателю судебные повестки, подтверждающие его участие в судебных заседаниях.

15.02.2017 года был составлен Акт о результатах проведения служебного расследования. По мнению членов комиссии, подписавших данный акт, он (ФИО5) имел возможность заблаговременно уведомить работодателя о необходимости отсутствия на рабочем месте в связи с участием в суде на время проведения судебных заседаний, и был сделан вывод о том, что в его действиях усматривается нарушение Правил внутреннего трудового распорядка для рабочих и служащих АО КБХА, в виду чего комиссия посчитала возможным привлечение ФИО5 к дисциплинарной ответственности.

Приказом № от 28 февраля 2017 г. к нему незаконно применено дисциплинарное взыскание в виде объявления замечания. Данный приказ истец считает не законным по следующим причинам: участие в качестве стороны по делу в суде следует квалифицировать как уважительную причину отсутствия на работе, поскольку реализация данного права не может быть поставлена в зависимость от усмотрения работодателя. Кроме того, по семейным обстоятельствам и другим уважительным причинам работнику по его письменному заявлению может быть предоставлен отпуск. Так же работодатель обязан на основании письменного заявления работника предоставить ему отпуск, к примеру, как 

<

данные изъяты>. Участвуя в судебном процессе, он реализовывал свое конституционное право на судебную защиту, реализация данного права является уважительной причиной отсутствия на работе. Право на судебную защиту - это право не только на обращение в суд, но и на личное участие в отстаивании своих прав и свобод (п. 1 ст. 48 ГПК РФ).

Таким образом, учитывая общие принципы осуществления правосудия: задачи суда (ст. 2 ГПК РФ), право граждан на обращение в суд (ст. 3,4 ГПК РФ), обязательность судебных постановлений (ст. 13 ГПК РФ) работодатель не вправе отказать работнику в предоставлении возможности участвовать в судебном заседании в качестве истца при наличии судебной повестки либо иным образом оформленного вызова в суд.

Кроме того, истцом обращено внимание на то, что 18 и 31 января 2017 года, когда по мнению ответчика он совершил прогулы, ответчиком не была соблюдена процедура оформления отсутствия работника на рабочем месте, поскольку им не был составлен соответствующий акт. Данный акт составляется в присутствии свидетелей, в нем указываются: место составления, дата, время, ФИО и должность сотрудника, составившего документ, ФИО и должности работников-свидетелей, которые могут подтвердить факт отсутствия сотрудника на рабочем месте, подписи составителя акта и свидетелей. Данный Акт должен быть предъявлен работнику для предоставления ему возможности защищать свои трудовые права. Но ни в приложениях к распоряжению от 03.02.2017 года, ни в приложениях к требованию о предоставлении письменного объяснения от 08.02.2017 года, ни в приложениях к акту от 15.02.2017 г. о результатах проведения служебного расследования, ни в приложениях к приказу от 28.02.2017 года № не значится Акт отсутствия работника на рабочем месте. 

В соответствии со статьей 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Незаконными действиями работодателя ему (истцу) причинен моральный вред, который выразился в стрессе, который привел к госпитализации в медицинское учреждение. В последующем у него возникла депрессия, поскольку приказ о наложении дисциплинарного взыскания дискредитирует его в глазах сотрудников, у которых он на протяжении долгих лет пользуется уважением. Причиненный ему моральный вред оцениваю в 

<

данные изъяты> рублей.

На основании изложенного, истец просит: 

признать дисциплинарное взыскание, наложенное на ФИО5 приказом АО «Конструкторское Бюро Химавтоматики» № от «28» февраля 2017 г. в виде замечания не законным, и отменить его; взыскать с ответчика АО «Конструкторское Бюро Химавтоматики» (ИНН 

<

данные изъяты>), в его пользу в счет компенсации морального вреда 

<

данные изъяты> руб.

В судебном заседании истец и его представитель по доверенности ФИО6 поддержали заявленные требования, дали пояснения, аналогичные изложенным в иске, а также в письменных пояснениях по иску (л.д. 75-76, 89-90, 140-145). ФИО5 не отрицал того обстоятельства, что отсутствовал на рабочем месте 18 и 31 января 2017 г. Однако на эти дни у него были судебные повестки, по закону он не обязан был ставить работодателя в известность о судебных разбирательствах. Кроме того, на эти дни он писал заявления о предоставлении ему дней отпуска. Действующим законодательством не урегулирован вопрос о времени подачи таких заявлений. Истец обратил внимание на то, что его рабочий день сокращен, он начинается с 9-00 час. утра, с 12.00 час. до 12.45 час. на предприятии перерыв. 

Представитель ответчика – АО «Конструкторское Бюро Химавтоматики» по доверенности ФИО7 в судебном заседании иск не признал, пояснил, что в связи с режимной работой, со спецификой их предприятия без пересечения электронной проходной попасть на предприятие невозможно. В связи с этим ведется электронный табель, в котором ведется учет и контроль нахождения работников на рабочем месте. Исходя из данных указанного табеля, ФИО5 отсутствовал на работе 18 и 31 января 2017 г. весь рабочий день, дополнительной фиксации данного факта в акте не требуется. К тому, что истец отсутствовал на работе во время рассмотрения его заявления о взыскании судебных расходов в суде, у ответчика претензий нет. Но он отсутствовал на работе и в остальное время, не представив соответствующие документы. Обратил внимание на то, что время проезда от предприятия до Советского райсуда г. Воронежа составит максимум 30 мин. ФИО5 в рассматриваемом случае нарушил правила внутреннего трудового распорядка и пункт 8.1.2 типового трудового договора. Как таковой трудовой договор со ФИО5 не заключался, так как во времена его трудоустройства это было не предусмотрено законодательством, но дополнительные соглашения к договору с истцом заключались. 

Представитель третьего лица - первичной профсоюзной организации в судебное заседание не явился, извещен о месте и времени слушания дела надлежащим образом. 

Суд, выслушав истца, его представителя, представителя ответчика, свидетеля, изучив материалы дела, приходит к следующему.

Согласно ст. 21 Трудового кодекса РФ (далее - ТК РФ) работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка организации и трудовую дисциплину. В силу ст. 189 ТК РФ дисциплина труда - обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с ТК РФ, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Дисциплинарным проступком является виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей, в том числе нарушение должностных инструкций, положений, приказов работодателя (ст. 192 ТК РФ).

Из материалов дела следует, что ФИО5 был принят на должность 

<

данные изъяты> (в настоящее время «Конструкторское Бюро Химавтоматики») ДД.ММ.ГГГГ., на данном предприятии он работает по настоящее время (л.д. 55-60, 39-49). 

10.06.2016 года приказом № ФИО5 был уволен в связи с сокращением численности работников. Однако, решением Советского районного суда г. Воронежа от 16 сентября 2016 года его увольнение признано незаконным, он восстановлен на работе в должности, которую занимал до увольнения, с ответчика взысканы заработок за время вынужденного прогула, компенсация морального вреда (л.д. 39-49). 

После вступления названного выше решения в законную силу истец обратился в Советский райсуд г. Воронежа с заявлением о взыскании с ответчика судебных расходов. Первое заседание было назначено на 18 января 2017 г., второе – на 31 января (л.д. 37-38). 

Сторонами не оспаривается, что в указанные дни ФИО5 отсутствовал на рабочем месте весь рабочий день.

В соответствии с пп. "а" п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, п.п. «д» п. 39 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" прогул – это отсутствие работника на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, отсутствие на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены), самовольное использование дней отгулов, а также самовольный уход в отпуск (основной, дополнительный). При этом необходимо учитывать, что не является прогулом использование работником дней отдыха в случае, если работодатель в нарушение предусмотренной законом обязанности отказал в их предоставлении и время использования работником таких дней не зависело от усмотрения работодателя (например, отказ работнику, являющемуся донором, в предоставлении в соответствии с частью четвертой статьи 186 Кодекса дня отдыха непосредственно после каждого дня сдачи крови и ее компонентов).

Согласно имеющейся в деле копии приказа от 28.02.2017 г. №, подписанного 

<

данные изъяты> ФИО1, ФИО5 – 

<

данные изъяты>, отсутствовал на работе 18.01.2017 г. и 31.01.2017 г. в течение полного рабочего дня, представив впоследствии заявления на оформление отпуска на даты отсутствия и судебные повестки на участие в судебном заседании Советского районного суда в качестве истца на 18.01.2017г. и 31.01.2017г. ФИО5 нарушил Правила внутреннего трудового распорядка для рабочих и служащих АО КБХА, утв. приказом АО КБХА от 02.07.2015 №, п. 8.1.2 трудового договора от 10.04.1958 г. №. Это отсутствие в соответствии с пп. «а» п. 6 ст. 81 ТК РФ квалифицируется как прогул. На этом основании ФИО5 объявлено замечание (л.д. 50). При этом ссылка на прогул приведена в приказе о применении дисциплинарного взыскания не применительно к основаниям увольнения (пп. "а" п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ), а применительно к обстоятельствам допущенного нарушения согласно положениям ст. ст. 192, 193 ТК РФ о порядке применения дисциплинарных взысканий.

Согласно позиции истца он отсутствовал на рабочем месте в указанные выше дни по уважительной причине - участвовал в судебных заседаниях в Советском районном суде г. Воронежа качестве заявителя. Им не отрицалось, что судебные заседания продолжались не весь рабочий день, но он должен был к ним подготовиться, заранее прибыть в суд. Кроме того, на 18 и 31 января 2017 г. он писал заявления о предоставлении ему дней отпуска. 

Представитель ответчика, возражая против иска, не отрицал, что участие в судебных заседаниях считается уважительной причиной отсутствия работника на рабочем месте, однако, в остальное рабочее время истец должен был находиться на работе, поскольку работодатель не согласовывал с истцом предоставление дней отпуска на 18.01.2017 г. и 31.01.2017 г., соответствующих приказов не выносил. 

Исследовав представленные в ходе судебного разбирательства доказательства, суд считает указанные выше доводы ответчика обоснованными. Суд пришел к такому выводу по следующим основаниям: 

В материалах дела имеется заявление ФИО5 о предоставлении оплачиваемого отпуска на 18.01.2017 г. в связи с участием в заседании Советского райсуда в качестве истца. Данное заявление датировано 18.01.2017 г. (л.д. 74). На этом же листе дела имеются заявления ФИО5 установленного образца о предоставлении ежегодного оплачиваемого отпуска на 18 и 31 января 2017 г.. На первом заявлении от 18.01.2017 г. стоит резолюция «запросить подтверждение (отметку суда) об участии и периоде времени», также проставлен штамп «в приказ», на котором имеется подпись ФИО2 от 19.01.2017 г. На заявлениях установленного образца имеется некая подпись 

<

данные изъяты> без расшифровки. 

В приказе № от 22.10.2012 г. ОАО КБХА «Об упорядочении предоставления ежегодных оплачиваемых отпусков» указано, что предоставление ежегодных оплачиваемых отпусков работникам предприятия определяется графиком отпусков, разделение отпуска на части возможно только по соглашению сторон, руководитель подразделения обязан извещать работника о дате начала отпуска не позднее чем за 2 недели до его начала, работник заполняет заявление установленной формы в 2-х экземплярах, подписывает заявление у начальника подразделения и сдает табельщице, ОК на основании заявления оформляет приказ о предоставлении отпуска работнику (л.д. 102). Согласно Регламенту взаимодействия сектора табельного учета и трудовой дисциплины отдела кадрового администрирования со структурными подразделениями АО КБХА в части ведения табелей учета рабочего времени, утв. приказом № от 07.09.2016 г., предоставление работником заявления о предоставлении отпуска должно быть осуществлено заблаговременно, например, о предоставлении ежегодного оплачиваемого/дополнительного отпуска – за 2 недели до его начала, о предоставлении отпуска без сохранения зарплаты – не позднее 1 рабочего дня, предшествующего ОБС (л.д. 100-101). Согласно тексту заявлений ФИО5 и его пояснениям в суде он, имея 15,5 календарных дней неиспользованного отпуска, просил предоставить ему 18 и 31 января ежегодный оплачиваемый отпуск. Однако, как установлено в судебном заседании, истец предоставил работодателю данные заявления не заблаговременно, как предписано локальными нормативными актами, а на следующие дни после обозначенных событий, то есть 19 января и 01 февраля 2017 г. 

В судебном заседании было установлено, что ни по заявлению, датированному 18.01.2017 г., предоставленному работодателю 19.01.2017 г., ни по заявлениям установленной формы о предоставлении отпусков на 18 и 31 января, представленных 01.02.2017 г., приказы о предоставлении ФИО5 отпуска не выносились. Данное обстоятельство подтверждается копией регистрации приказов по ежегодным отпускам работников АО КБХА (л.д. 104-129). Доказательств обратного стороной истца не представлено. 

Материалами дела подтверждается, что получив 01.02.2017 г. заявления ФИО5 о предоставлении отпуска на 18 и 31 января 2017 г., 

<

данные изъяты> ФИО3 на имя 

<

данные изъяты> была написана служебная записка № от 01.02.2017 г., в которой излагаются указанные выше факты отсутствия истца на рабочем месте 18 и 31 января и предлагается дать указание о проведении служебного расследования с целью выяснения причин, характера и обстоятельств факта отсутствия ФИО5 на рабочем месте (л.д. 81). Такое расследование было назначено распоряжением № от 03.02.2017 г. (л.д. 36). 08.02.2017 г. ФИО5 было вручено требование о предоставлении письменного объяснения по факту его отсутствия на рабочем месте 18 и 31 января 2017 г., в том числе, по поводу его заявлений на предоставление оплачиваемого отпуска (л.д. 35). В докладной и в письменных объяснениях, данным ФИО5 по указанному выше требованию, последним указано, что 18 и 31 января 2017 г. он участвовал в судебных заседаниях, на которых рассматривалось его заявление о возмещении судебных расходов и где присутствовал представитель ответчика; участие в суде следует квалифицировать как уважительную причину отсутствия на работе, поскольку реализация данного права не может быть поставлена в зависимость от усмотрения работодателя; также ФИО5 обратил внимание на то, что, по его мнению, инициация служебного расследования по факту его отсутствия на работе со стороны АО КБХА является открытой дискриминацией простив него (л.д. 53-54). Как видно из текста этих документов, истец ничего не пояснил по вопросу подачи им заявлений о предоставлении отпусков. 

В акте от 15.02.2017 г. о результатах проведения служебного расследования отражено, что на основании данных электронного учета рабочего времени зафиксировано отсутствие ФИО5 на работе полный рабочий день 18 и 31 января 2017 г. Заявление ФИО5 в произвольной форме, датированное 18.01.2017 г. с учетом отсутствия работника на рабочем месте 18.01.2017 г. и исходя из резолюции ФИО4 предъявлено позже 18.01.2017 г. Заявления о предоставлении отпуска на 18 и 31 января 2017 г., написанные по установленной форме, были предъявлены ФИО5 01.02.2017 г. Комиссия пришла к выводу о том, что отсутствие ФИО5 на работе 18 и 31 января полный рабочий день не было согласовано с работодателем, представленные материалы свидетельствуют о том, что ФИО5 просил предоставить ежегодные отпуска на 18 и 31 января 2017 г. более поздней датой, между тем, оформление отпуска после его фактического предоставления является нарушением норм ТК РФ, что влечет для работодателя необоснованные риски и материальные затраты (исправление бухгалтерских данных, налоговой отчетности, исправление табеля). На этом основании комиссия усмотрела в действиях ФИО5 нарушение Правил внутреннего трудового распорядка, выразившееся в совершении им прогулов и посчитала возможным привлечение его к дисциплинарной ответственности (л.д. 51-52). 

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу о том, что ФИО5 в порядке, предусмотренном трудовым законодательством, работодателем дни отпуска не предоставлялись, доказательств согласования с работодателем своего невыхода на работу, истцом суду представлено не было.

Как было указано выше, ответчик, привлекая истца к дисциплинарной ответственности, полагал, что последний отсутствовал без уважительной причины на рабочем месте более 4 часов подряд, даже с учетом нахождения его в суде. 

В силу ст. 91 ТК РФ рабочее время - время, в течение которого работник в соответствии с правилами внутреннего трудового распорядка и условиями трудового договора должен исполнять трудовые обязанности, а также иные периоды времени, которые в соответствии с настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации относятся к рабочему времени. В статье 92 ТК РФ перечислены случаи, когда работниками устанавливается сокращенная продолжительность рабочего времени. Согласно ст. 108 ТК РФ, в течение рабочего дня (смены) работнику должен быть предоставлен перерыв для отдыха и питания продолжительностью не более двух часов и не менее 30 минут, который в рабочее время не включается.

Как установлено в судебном заседании, рабочий день истца начинается в 9-00 час., с 12-00 час. до 12-45 час. перерыв на обед, рабочий день заканчивается с понедельника по четверг в 17-00 час., в пятницу – в 15-45 час. (л.д. 134). 

В оспариваемом приказе не указано, принимал ли во внимание работодатель режим работы истца, время обеда и время следования к зданию суда и обратно. В связи с этим, суд самостоятельно рассчитывает время отсутствия истца на работе: 18 и 31 января были средой и вторником соответственно. Согласно данным сети Интернет от АО КБХА (

<

адрес>) до Советского райсуда г. Воронежа (

<

...>) проезд на общественном транспорте составляет 22-23 минуты. Принимая во внимание возраст и состояние здоровья истца, необходимость пройти путь от остановки до здания, суд считает, что истец на дорогу в суд и, соответственно, обратно мог потратить не более 50 мин. Исходя из системного толкования положений ст. 91 Трудового кодекса РФ и ст. 108 Трудового кодекса РФ, обеденный перерыв не прерывает продолжительности рабочего времени, поскольку Трудовой кодекс РФ не определяет рабочий день как рабочее время в течение дня до обеда и рабочее время после обеда. Согласно отметкам на повестках судебное заседание 18.01.2017 г. длилось 15 мин. с 14-30 час. до 14-45 час., судебное заседание 31.01.2017 г. – 3,5 часа, с 14-30 час. до 18-00 час (л.д. 147).

С учетом изложенного, рабочего графика истца 18.01.2017 г. он отсутствовал на работе без уважительных причин 5 час. 20 мин. (с 9-00 до 12-00, с 12-45 до 13-40, с 15-35 до 17-00). Таким образом, 18.01.2017 г. ФИО5 был совершен прогул. 31.01.2017 г. он отсутствовал без уважительных причин 3 час. 55 мин. (с 9-00 до 12-00, 12-45 до 13-40), что свидетельствует о том, что прогула в этот день он не совершал. Доводы стороны истца о том, что ФИО5 потратил на дорогу больше времени, так как ехал в суд с дачи, расположенной в 

<

адрес>, суд во внимание не принимает, поскольку оснований для невыхода на работу к началу рабочего дня у него не было. Кроме того, свидетель, допрошенный по ходатайству истца, не могла сказать, в какой именно день она возила ФИО5 в суд. 

В силу частей 1 и 3 статьи 192 ТК РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание; выговор; увольнение по соответствующим основаниям.

Согласно п. 53 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 2 от 17 марта 2004 года, работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка, обстоятельства, при которых он был совершен, предшествующее поведение работника, его отношение к труду. С учетом личности истца, его заслуг, стажа его работы, обстоятельств, при которых дисциплинарный проступок был совершен, наказание в виде объявления замечания являлось бы обоснованным, однако, согласно требованиям ст. 193 ТК РФ дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

С учетом того, что ФИО5 совершил прогул 18.01.2017 г., отсутствие его на работе было установлено в тот же день (по данным электронного учета рабочего времени), 19.01.2017 г. 

<

данные изъяты> поручил кадровой службе запросить подтверждение участия ФИО5 в суде и периода времени, в который он там находился, принимая во внимание, что одновременно со ФИО5 в суде в этот день был представитель АО КБХА, который был осведомлен о продолжительности судебного заседания и имел соответствующую отметку суда на выданной ему повестке, проступок истца мог и должен был быть обнаружен не позднее 20.01.2017 г., тогда как в ответственности его привлекли только 28.02.2017 г., то есть за истечением месячного срока, установленного ст. 193 ТК РФ. При этом суд отмечает, что служебное расследование в отношении ФИО5 было начато только после второго случая отсутствия его на работе. Таким образом, порядок привлечения работника к ответственности за проступок, совершенный 18.01.2017 г., был нарушен. 

С учетом изложенного, того обстоятельства, что факт прогула 31.01.2017 г. не установлен, приказ № от 28.02.2017 г. об объявлении ФИО5 замечания не может быть признан законным. Тем самым, имеются основания для удовлетворения требований истца признании незаконным и отмене дисциплинарного взыскания, наложенного на него приказом АО «Конструкторское бюро химавтоматики» № от 28 февраля 2017 г.

Истцом заявлены требования о компенсации морального вреда.

В силу ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Суд, при определении размера денежной компенсации морального вреда, учитывает степень вины работодателя, степень физических и нравственных страданий ФИО5, и считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты> рублей.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию госпошлина, от уплаты которой истец был освобожден при подаче искового заявления, в размере 

<

данные изъяты>.

При таких обстоятельствах, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Признать незаконным и отменить дисциплинарное взыскание в виде замечания, наложенное на ФИО5 приказом АО «Конструкторское бюро химавтоматики» № от 28 февраля 2017 г.

Взыскать с АО «Конструкторское бюро химавтоматики» в пользу ФИО5 компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты>.

Взыскать с АО «Конструкторское бюро химавтоматики» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 

<

данные изъяты>. 

Решение может быть обжаловано в Воронежский областной суд через районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Милютина С.И.

Мотивированное решение изготовлено 26.05.2017 г.