Судья Иванова С.В. УИД 16RS0041-01-2025-001491-84

Дело № 2-1000/2025

Дело № 33-1306/2026

Учет № 219г

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

15 января 2026 года город Казань

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе:

председательствующего Муртазина А.И.

судей Абдуллина И.И. и Мелихова А.В.,

при ведении протокола помощником судьи Нигматзяновой А.Л.,

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Мелихова А.В. гражданское дело по апелляционному представлению Лениногорского городского прокурора на решение Лениногорского городского суда Республики Татарстан от 18 сентября 2025 года, которым постановлено:

в удовлетворении исковых требований Лениногорского городского прокурора Республики Татарстан в интересах ФИО8, паспорт 

<

данные изъяты>, к Акционерному коммерческому банку «АК БАРС» (публичное акционерное общество), ИНН 

<

***>, о признании недействительной сделки по оформлению кредитного договора № ...., заключенного 25 декабря 2024 года между ФИО8 и Акционерным коммерческим банком «АК БАРС» (публичное акционерное общество), о применении последствий недействительности сделки, отказать.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав объяснения представителя истца Лениногорского городского прокурора. – ФИО1, поддержавшего доводы апелляционного представления, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

Лениногорский городской прокурор Республики Татарстан (процессуальный истец), действующий в интересах ФИО8 (материальный истец) обратился в суд с иском к Акционерному коммерческому банку «АК БАРС» (публичное акционерное общество) (далее АКБ «АК БАРС») о признании кредитного договора недействительным, применении последствий недействительности сделки.

В обоснование иска указал, что Лениногорской городской прокуратурой проведена проверка, в результате которой установлен факт нарушения прав и законных интересов ФИО8 при заключении от её имени кредитного договора с АКБ «АК БАРС» в результате преступления.

По мнению процессуального истца, ФИО8 заключила кредитный договор, находясь в таком состоянии, когда она не осознавала свои действия, а также под влиянием заблуждения, обмана.

В обоснование своей правовой позиции процессуальный истеw также сослался на то, что 1 января 2025 года следственным отделом МВД России по Лениногорскому району возбуждено уголовное дело № .... по признакам преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159, частью 2 статьи 272 Уголовного кодекса Российской Федерации. Уголовное дело находится на стадии расследования.

Согласно материалам данного уголовного дела, в период времени с 24 декабря 2024 года около 10 часов 00 минут по 30 декабря 2024 года, неустановленное следствием лицо, находясь в неустановленном месте, действуя из корыстной заинтересованности, позвонило на абонентский номер ФИО8 и, заполучив от последней коды для доступа к ее учетной записи на портале «Госуслуги РФ», осуществило неправомерный доступ к охраняемой Федеральным законом № 149 от 27 июля 2006 года «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» компьютерной информации, что в последствии привело к блокированию учетной записи ФИО8

После чего неустановленное лицо, находясь в неустановленном месте, реализуя свой преступный умысел, направленный на хищение денежных средств, принадлежащих ФИО8., путем обмана последней, сообщило ей заведомо ложную, не соответствующую действительности информацию о том, что неизвестные лица оформили на ее имя кредит, тем самым ввело в заблуждение ФИО8., и похитило денежные средства в сумме 1426000 рублей, принадлежащие последней.

Часть похищенных у материального истца денежных средств, а именно 500000 рублей, ранее получено ею в АКБ «Ак Барс»,

До совершение указанных действий, ФИО8., под влиянием неустановленного лица оформила в АКБ «Ак Барс» кредит на сумму 500000 рублей.

По мнению процессуального истца, несмотря на заключение ФИО8 кредитного договора с АКБ «АК БАРС», волеизъявление на заключение такой сделки у нее отсутствовало, действий, направленных на установление гражданских прав и обязанностей по договору потребительского кредита от 25 декабря 2024 года № .... не совершала. Заключение данного кредитного договора с кредитной организацией явилось следствием преступления, совершенного путём угрозы и обмана.

На основании изложенного, процессуальный истец просил суд признать недействительной сделку по оформлению соглашения об индивидуальных условиях договора потребительского кредита на сумму 500000 рублей, заключенному между ФИО8. и АКБ «АК БАРС»; применить последствия недействительности сделки от 25 декабря 2024 года № ....; признать денежные средства в размере 500000 рублей по кредитному договору не полученными; обязательств по возврату данной суммы и уплате процентов у ФИО8 не возникшими.

Представитель процессуального истца, материальный истец в суде первой инстанции исковые требования поддержал в полном объёме.

Ответчик АКБ «АК БАРС» в судебное заседание представителя не направил, извещен надлежащим образом, представил письменный отзыв на исковое заявление, в котором исковые требования не признал, просил в удовлетворении иска отказать в полном объёме.

Суд исковые требования оставил без удовлетворения и принял решение в вышеприведенной формулировке.

В апелляционном представлении процессуальный истец, выражая несогласие с постановленным по делу решением, просит его отменить и принять по делу новое решение, которым исковые требования удовлетворить в полном объёме. При этом, в представлении приводит те же доводы, что и в обоснование предъявленного иска, ссылается на факт заключения ФИО8 кредитного договора под влиянием обмана, волеизъявления на заключение такой сделки она не имела. Также ссылается заключение экспертизы от 19 февраля 2025 года № 194, полагая, что банку надлежало проявлять особую осмотрительность и внимательность при совершении подобного рода операций и принимать все необходимые меры с целью проверки действительной воли потребителя. Апеллянт считает, что банк, являющийся профессиональным участником кредитных правоотношений, должен был с точки зрения добросовестности, разумности и осмотрительности учесть характер проводимых истцом операций: получение кредитных средств с одновременным их снятием и перечислением в другой банк на счёт карты, принадлежащий другому лицу, предпринять меры предосторожности, чтобы убедиться, что заключением кредитного договора при надлежащем волеизъявлении заёмщика.

Представитель процессуального истца в суде апелляционной инстанции апелляционное представление поддержал, по изложенным в нём доводам.

Иные стороны, будучи надлежащим образом извещёнными о времени и месте рассмотрения дела, в том числе, путём публикации информации о движении дела на официальном сайте Верховного Суда Республики Татарстан vs.tat.sudrf.ru (раздел «Судебное делопроизводство») об отложении рассмотрения дела ходатайств в апелляционную инстанцию не представили, о причинах своей неявки не сообщили.

При указанных обстоятельствах, учитывая положения статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции с учетом доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Статьей 161 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что сделки между юридическими лицами и гражданами должны совершаться в простой письменной форме.

В силу пункта 1 статьи 160 Гражданского кодекса Российской Федерации двусторонние договоры могут совершаться способами, установленными пунктом 2 и пунктом 3 статьи 434 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пункт 2 статьи 434 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, а также путем обмена письмами, телеграммами, телексами, телефаксами и иными документами, в том числе электронными документами, передаваемыми по каналам связи, позволяющими достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору.

Письменная форма договора считается соблюденной, если письменное предложение заключить договор принято в порядке, предусмотренном пунктом 3 статьи 438 настоящего Кодекса, согласно которому совершение лицом, получившим оферту, действий по выполнению указанных в ней условий договора является ее акцептом и соответственно, является надлежащим заключением сторонами договора с соблюдением простой письменной форме.

На основании пункта 1 статьи 819 Гражданского кодекса Российской Федерации по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Статьей 178 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения.

Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств её предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, соответственно применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 167 данного Кодекса.

Кроме того, сторона, по иску которой сделка признана недействительной, вправе требовать от другой стороны возмещения причиненного ей реального ущерба, если докажет, что заблуждение возникло по вине другой стороны. Если это не доказано, сторона, по иску которой сделка признана недействительной, обязана возместить другой стороне по ее требованию причиненный ей реальный ущерб, даже если заблуждение возникло по обстоятельствам, не зависящим от заблуждавшейся стороны.

В соответствии с положениями статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной, а также сделка, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Если сделка признана недействительной по одному из оснований, указанных в пункте 1 настоящей статьи, то потерпевшему возвращается другой стороной все полученное ею по сделке, а при невозможности возвратить полученное в натуре возмещается его стоимость в деньгах. Имущество, полученное по сделке потерпевшим от другой стороны, а также причитавшееся ему в возмещение переданного другой стороне, обращается в доход Российской Федерации. При невозможности передать имущество в доход государства в натуре взыскивается его стоимость в деньгах. Кроме того, потерпевшему возмещается другой стороной причиненный ему реальный ущерб.

Из материалов дела видно, что ФИО8 обратилась в правоохранительные органы с заявлением о совершении в отношении неё мошеннических действий.

1 января 2025 года следственным отделом МВД России по Лениногорскому району возбуждено уголовное дело № .... по части 4 статьи 159, части 1 статьи 272 Уголовного кодекса Российской Федерации, находящееся на стадии расследования.

Согласно материалам уголовного дела, в период с 24 по 30 декабря 2024 года неустановленное лицо обманным путем получило от ФИО8 коды доступа к её учетной записи на портале «Госуслуги РФ», осуществив неправомерный доступ к компьютерной информации. Затем, введя потерпевшую в заблуждение относительно оформления на её имя кредита, злоумышленники похитили принадлежащие ей денежные средства в сумме 1426000 рублей.

Постановлением следователя СО ОМВД России по Лениногорскому району от 2 января 2025 года ФИО8 признана потерпевшей.

Из показаний потерпевшей следует, что она под воздействием обмана самостоятельно оформила кредитные договоры в АКБ «АК БАРС» на сумму 500000 рублей и в ПАО «Совкомбанк» на сумму 300000 рублей, а также перевела со счета своего отца 640000 рублей, после чего перевела все средства на указанные мошенниками счета.

ФИО8 в своих объяснениях подтверждает факт самостоятельного оформления кредитного договора с собственноручной подписью, самостоятельного получения денежных средств в офисе банка.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из отсутствия правовых оснований для удовлетворения иска, приняв во внимание юридически значимые действия материального истца при получении кредита и распоряжении полученными денежными средствами.

Судебная коллегия соглашается с указанным выводами суда первой инстанции.

В определённых случаях возможность оспаривания сделок законодатель связывает с необходимостью оценки поведения другой стороны сделки, допуская признание ее недействительной, только если контрагент знал или должен был знать о порочности (например, пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также позволяет сохранить сделку и даже в исключительных случаях признать ничтожную сделку действительной, если устранение обстоятельств порочности является возможным (пункт 4 статьи 178, пункт 2 статьи 171 и пункт 2 статьи 172 Гражданского кодекса Российской Федерации соответственно).

Судом установлено, что 25 декабря 2024 года между ФИО8 как заемщиком и АКБ «АК БАРС» Банк был заключен кредитный договор № .... на сумму 540 110 рублей, открыт счет № .... в ПАО «АК БАРС» Банк.

Данный кредитный договор заключен в офисе ответчика при личном присутствии истца по адресу: 

<

адрес>, получившим денежные средства наличными деньгами.

Указанные обстоятельства подтверждаются материалами дела и стороной истца не оспариваются.

Таким образом, кредитный договор был заключен на согласованных сторонами условиях (сумма кредитного лимита, размер процентной ставки по кредиту, размер и количество ежемесячных платежей).

Доводы представителя истца о том, что кредитный договор заключен в результате преступных действий неизвестных лиц, не подтвержден приговором суда, ссылка на представленное постановление о возбуждении уголовного дела и признании потерпевшей стороной не имеет преюдициального значения для разрешения настоящего спора, так как в силу положений части 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации только вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом. Возбуждение уголовного дела и признание потерпевшей стороной не свидетельствует о незаконности действий банка при заключении кредитного договор.

Довод стороны истца о том, что истец заключала кредитный договор под влиянием заблуждения судебной коллегией отклоняются как несостоятельный.

В соответствии с пунктом 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел. Таким образом, не всякое заблуждение признается пороком сделки, а лишь существенное, то есть при отсутствии которого сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку вовсе. Раскрывая понятие существенности заблуждения, законодатель в пункте 2 данной статьи приводит неисчерпывающий (открытый) перечень обстоятельств, заблуждение относительно которых полагает существенным, заслуживающим при наличии прочих предпосылок являться основанием для признания сделки оспоримой (недействительной), а в пункте 3 статьи устанавливает, что заблуждение относительно мотивов сделки (обстоятельств, характеризующих ее основной мотив) таким основанием не считает.

Заблуждение относительно правовых последствий сделки, наравне с заблуждением относительно ее мотивов, не является основанием для признания ее недействительной по статье 178 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно выводам заключения судебно-психиатрической экспертизы от 19 февраля 2025 года № 194 выявленные у ФИО8 такие индивидуально-психологические особенности как исполнительность, доверчивость, некритичность, восприятия информации, исходящей от авторитетных лиц, уязвимость в условиях внешнего давления, на фоне сформированного у нее под целенаправленным психологическим воздействием с использованием манипулятивных приемов, состояния эмоционального напряжения, могли оказать существенное влияние на смысловое восприятие и оценку существа сделок в период с 24 декабря 2024 года по 30 декабря 2024 года и привести к формированию неадекватного представления о цели сделок, их характере, результате действий и их последствий. Признаков повышенного фантазирования в исследуемой ситуации не выявляет. С учетом индивидуально-психологических особенностей и состояния умственного развития, подэкспертная в настоящее время может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них показания. Внушаемость, подчиняемость имеют у нее избирательный характер. В исследуемой ситуации подэкспертная не могла понимать характер и значение совершаемых в отношении нее действий, в связи с чем, не могла оказывать сопротивление.

Вместе с тем, заключение экспертизы, проведенной в рамках уголовного дела, поставлено в основу решения быть не может, так как не опровергает доводы остальных доказательств по делу и подлежит оценке наравне с остальными доказательствами. Судебная коллегия отмечает, что в данном заключении не сделан однозначный вывод о том, что ФИО8 в полном объёме была, в момент заключения кредитного договора, лишена способности осознавать значение своих действий и руководить ими.

Материалами дела подтверждено, что денежные средства по кредитному договору, были получены истцом, при этом банк не может контролировать или ограничивать распоряжение клиентом своими денежными средствами.

В нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, истцом не представлено доказательств осведомленности банка об отсутствии воли истца на заключение кредитного договора и получение денежных средств, а также о том, что сотрудник банка, заключавший сделку, был каким-либо образом осведомлен об обмане.

При оформлении кредитного договора у банка отсутствовали основания полагать, что данные действия происходят без согласия истца, либо производятся третьими лицами, поскольку операции по заключению кредитного договора, совершены собственноручной подписью истца при личном посещении банка.

При этом ответственность банка за совершение третьими лицами операций с использованием конфиденциальной информации, сообщенной клиентом банка третьим лицам, не предусмотрена ни договором, ни нормами действующего законодательства, материальный ущерб истцу причинен не по причине ненадлежащего оказания ответчиком банковских услуг.

Действия банка по заключению кредитного договора основаны на волеизъявлении истца, обстоятельств, свидетельствующих о том, что при заключении договора банк нарушил право истца на получение полной и достоверной информации о порядке и об условиях предоставления суммы кредита, об условиях заключаемой сделки, перечне и размере всех платежей, связанных с получением, обслуживанием и возвратом кредита, судом не установлено.

Каких-либо объективных и достоверных доказательств, свидетельствующих о том, что при заключении кредитного договора с банком истец находился в заблуждении относительно того, какой именно договор он заключает, и какие правовые последствия наступят в связи с заключением договора, истцом не представлено и в материалах дела не имеется. Доказательств того, что при заключении оспариваемого кредитного договора истец был введен в заблуждение банком в результате совершения им умышленных действий, материалы дела не содержат. Истец не заявлял при заключении договора, что страдает заболеваниями, связанными с расстройствами психики, либо мышления, признан недееспособным.

Судебная коллегия отмечает, что ФИО8 сама оформляла кредитный договор, подписала его собственноручной подписью, сама обналичивала денежные средства в офисе банка, и в дальнейшем распоряжалась ими по своему усмотрению. Заблуждение в мотиве сделки не может быть основанием для признания кредитного договора недействительным.

Относительно доводов апелляционного представления о том, что что банку надлежало проявлять особую осмотрительность и внимательность при совершении подобного рода операций и принимать все необходимые меры с целью проверки действительной воли потребителя, судебная коллегия отмечает, что доказательств наличия у банка причин, позволяющих усомниться в правомерности поступивших распоряжений и ограничивать клиента в его праве распоряжаться собственными денежными средствами по своему усмотрению, истец и материальный истец суду не представили; как и не представили доказательств принуждения ФИО8 к заключению кредитного договора и предоставления ей недостоверной, вводящей в заблуждение информации, со стороны Банка.

Сотрудникам банка не было известно об обмане ФИО8 неизвестными лицами.

Тот факт, что ФИО8 признана потерпевшей по уголовному делу, безусловным основанием для признания денежных средств по кредитному договору неполученными являться не может, поскольку каких-либо противоправных действий в отношении материального истца со стороны сотрудников банка не установлено.

По мнению судебной коллегии, дееспособный гражданин должен в первую очередь самостоятельно отвечать за последствия своего подведения.

Ссылка прокурора на необходимость проявления банком «особой осмотрительности» не находит правового обоснования в нормативных актах, регулирующих кредитные отношения.

Согласно принципу диспозитивности гражданского права, обязанности сторон не могут толковаться расширительно за пределами законодательного регулирования и договорных обязательств. Нормы федеральных законов «О потребительском кредите (займе)», «О банках и банковской деятельности» не возлагают на банк обязанность выяснять субъективные причины и цели получения кредита, равно как и отслеживать последующее распоряжение заемщиком полученными средствами.

При таких обстоятельствах, доводы апелляционного представления повторяют правовую позицию истца в суде первой инстанции и сводятся к несогласию с выводами суда, что не отнесено статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к числу оснований для отмены решения суда в апелляционном порядке.

Учитывая, что неправильного применения норм материального права или нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов, не установлено, оснований для отмены обжалуемого решения не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 199, 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

решение Лениногорского городского суда Республики Татарстан от 18 сентября 2025 года по данному делу оставить без изменения, апелляционное представление Лениногорского городского прокурора - без удовлетворения.

Апелляционное определение суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий три месяца, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (город Самара) через суд первой инстанции.

Апелляционное определение суда изготовлено в окончательной форме 19 января 2026 года.

Председательствующий

Судьи