Судья Ярошенко А.В. 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

угол.

дело № 22-2142/2020

г. Астрахань

10 сентября 2020 г.

Суд апелляционной инстанции Астраханского областного суда в составе:

председательствующего Торчинской С.М.,

при ведении протокола секретарём Хверось Т.Ю.,

с участием:

государственного обвинителя Саматовой О.В.,

осуждённого ФИО1, 

защитника - адвоката Бельского А.Н.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Бельского А.Ю. в интересах осужденного ФИО1 на приговор Кировского районного суда г. Астрахани от 20 июля 2020 г., которым 

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, не судимый,

осуждён по ч. 1 ст. 228 УК Российской Федерации к 1 году лишения свободы, с применением ст. 73 УК Российской Федерации условно, с испытательным сроком 1 год.

Заслушав доклад судьи Торчинской С.М. по обстоятельствам дела, содержанию приговора и доводам апелляционной жалобы и возражений на неё, выслушав осуждённого ФИО1 и адвоката Бельского А.Н., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение государственного обвинителя Саматовой О.В., полагавшей необходимым судебное решение составить без изменения, суд апелляционной инстанции, 

УСТАНОВИЛ:

Приговором суда ФИО1 признан виновным в незаконном приобретении без цели сбыта наркотического средства в значительном размере – 1-фенил-2-(пирролидин-1-ил)пентан-1-он, являющегося производным наркотического средства N-метилэфедрона, массой 0,24г.

Преступление совершено 30 июля 2019 г. в Кировском районе г. Астрахани при обстоятельствах, изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.

В судебном заседании ФИО1 вину не признал.

В апелляционной жалобе защитник Бельский А.Н. ставит вопрос об отмене приговора, ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела. 

В обоснование своих доводов, отмечает отсутствие доказательств, свидетельствующих о наличии у ФИО1 умысла на приобретение наркотического средства. Исследование содержимого памяти телефонов ФИО1 и А. не проводилось; в телефоне ФИО1 доступ к сети «Интернет» отсутствует.

Доказательства осведомленности ФИО1 о содержимом свертка отсутствуют.

Показания понятых Р.Е.Ю. и Р.С.Ю. не могут являться доказательствами вины ФИО1, поскольку они не являлись очевидцами задержания ФИО1 и А.. Кроме того, Р.Е.Ю. являлся лицом, зависимым от сотрудников полиции.

Анализируя показания сотрудников полиции, заявляет о наличии в них противоречий. Отмечает, что не проверено наличие биологических следов, принадлежащих ФИО1 на изъятом сотрудниками полиции свертке.

Излагая позицию своего подзащитного, отмечает, что суду не представлено достоверных доказательств принадлежности изъятого свертка ФИО1

Обращает внимание на недопустимость положенных в основу приговора доказательств, а именно: протокола очной ставки между К. и ФИО1ым, проведенной 31 июля 2019 г., в ходе которой последний предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний и за отказ от дачи показаний; протокола очной ставки между А. и ФИО1ым, при отсутствии согласия стороны защиты и при наличии у суда возможности выяснить местонахождение свидетеля.

Полагает, что его подзащитного следует оправдать.

Государственным обвинителем Резниковой О.А. на апелляционную жалобу принесены возражения, в которых она просит оставить приговор суда без изменения.

Изучив материалы уголовного дела, выслушав участников процесса, проверив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, вопреки утверждению стороны защиты, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного разбирательства, подтверждаются совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре, а именно показаниями ФИО1, не отрицавшего, что он был задержан сотрудниками полиции, показаниями свидетелей К.Д.Ж., С.А.А. (сотрудников полиции), свидетелей Р.Е.Ю., Р.С.Ю. (понятых) об обстоятельствах изъятия свертка, протоколами следственных действий, вещественными доказательствами, и другими доказательствами, исследованными судом и положенными в основу приговора.

Сведений о заинтересованности допрошенных по делу свидетелей обвинения при даче показаний в отношении ФИО1, оснований для его оговора, существенных противоречий по обстоятельствам дела, ставящих их под сомнение, которые повлияли или могли повлиять на выводы и решение суда о виновности ФИО1, на правильность применения уголовного закона, равно как и данных, свидетельствующих об искусственном создании доказательств обвинения, не установлено.

Не служит основанием для иного вывода и то обстоятельство, что ряд допрошенных в ходе предварительного расследования и в суде свидетелей являлись сотрудниками полиции, поскольку ч. 3 ст. 56 УПК Российской Федерации, определяющая круг лиц, которые не могут быть допрошены в качестве свидетелей, не исключает возможности допроса в качестве таковых сотрудников правоохранительных органов.

Материалы дела не содержат сведений и о заинтересованности понятых в исходе дела и наличии иных предусмотренных законом препятствий для их участия в производстве по делу.

При изучении доводов жалобы усматривается их тождественность доводам, заявленным в суде первой инстанции, которым в обжалуемом приговоре дана надлежащая правовая оценка с изложением соответствующих мотивов отказа. В том числе, тщательным образом суд первой инстанции проверил версию осужденного ФИО1 о неправомерных действиях сотрудников полиции, якобы выразившихся в подкладывании наркотического средства и давших основание для возбуждения в отношении него уголовного дела, указав, что данная версия не нашла своего подтверждения в ходе судебного следствия при допросе свидетелей и изучении письменных материалов дела. 

Иные доводы осужденного ФИО1 о намеренном искажении сведений сотрудниками правоохранительных органов и превышении ими своих должностных полномочий согласуются с его позицией отрицания вины в содеянном, голословны и какими-либо доказательствами не подтверждены.

Согласно требованиям п. 2 ст. 307 УПК РФ в приговоре указаны убедительные мотивы, по которым суд отверг доводы осужденного ФИО1 о его невиновности в совершении инкриминируемого ему преступления, и суд апелляционной инстанции с ними соглашается.

Осмотр места происшествия произведен в полном соответствии с требованиями ст. ст. 164, 176, 177 УПК Российской Федерации в присутствии понятых, которые удостоверили правильность содержащихся в протоколе осмотра фактических данных, а также с участием самого ФИО1, от которого каких-либо замечаний не поступило.

ФИО1 остановили участковые К.Д.Ж., С.А.А., в связи с его странным поведением, поскольку тот, наклонившись к земле, осуществлял поисковые действия около забора дома, после чего что-то поднял с земли. Было принято решение о его задержании и вызове следственной оперативной группы. Во время задержания ФИО1 выбросил имеющийся у него сверток на землю, откуда он и был изъят в ходе осмотра места происшествия.

Изъятый сверток с веществом представлен эксперту. Из сопоставления протокола осмотра места происшествия, заключения эксперта, в которых подробно описаны изъятый и поступивший на исследование сверток и находившееся в нем вещество, способ упаковки, следует, что подмены исследуемого материала ни на какой стадии не допущено.

Согласно заключению химической экспертизы, проведенное в течение суток после осмотра места происшествия, представленное на исследование вещество массой 0,24г содержит 1-фенил-2-(пирролидин-1-ил)пентан-1-он, являющегося производным наркотического средства N-метилэфедрон.

В соответствии со ст. 192 УПК РФ если в показаниях ранее допрошенных лиц имеются существенные противоречия, то следователь вправе провести очную ставку. Поскольку в показаниях осужденного и свидетеля К. имелись такие противоречия, то проведение очной ставки между ними обоснованно. Нарушений уголовно-процессуального закона при проведении этого следственного действия не допущено. Вопреки утверждению адвоката, данный протокол не содержит в себе сведений о предупреждении ФИО1 об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний и за отказ от дачи показаний. В графе лиц, которые были предупреждены о такой ответственности указан только свидетель К..

Вина ФИО1 в содеянном подтверждена совокупностью доказательств, признанных судом достаточными для постановления обвинительного приговора, доводы его жалобы о том, что у него на руках не обнаружены следы наркотических средств, не ставят под сомнение законность постановленного в отношении его приговора. Никто из свидетелей не говорил о том, что он доставал вещество из свертка. Он, как следует из показаний свидетелей, лишь держал сверток. 

То, что с упаковки наркотического средства не снимались отпечатки пальцев и не проводилась дактилоскопическая экспертиза, на что ссылается в жалобе адвокат, не свидетельствует о неполноте проведенного следствия и не может служить основанием для вывода о невиновности ФИО1 в инкриминируемом преступлении, поскольку собранные доказательства в совокупности достаточны для правильного разрешения уголовного дела и вынесения обвинительного приговора.

Таким образом, всем доказательствам суд дал надлежащую оценку, в том числе с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а всю совокупность доказательств, правильно признал достаточной для рассмотрения дела по существу. При этом суд в приговоре привел мотивы, по которым одни доказательства признаны достоверными, а другие им отвергнуты.

Каких-либо противоречий в исследованных доказательствах, которые могут быть истолкованы в пользу осужденного, не установлено.

По ходатайству стороны обвинения свидетель А.Д.В. был допрошен в заседании суда апелляционной инстанции. Как показал данный свидетель, он и ФИО1 были задержаны 30 июля 2019г. сотрудниками полиции в районе нового моста. В присутствии понятых около них изъяли сверток, предположительно с наркотическим средством. Кому он принадлежит и как он там оказался ему неизвестно. Однако суд апелляционной инстанции ставит под сомнение достоверность показаний А.Д.В. о его неосведомлённости о принадлежности данного свертка и его содержимом, полагая, что изменение показаний вызвано желанием опорочить доказательства обвинения, учитывая его дружеские отношения с ФИО1ым.

Как следует, из показаний данного свидетеля в ходе предварительного расследования, он по просьбе ФИО1 приехал с ним на ул. Московская г. Астрахани для того, чтобы последний забрал из тайника ранее заказанное посредством сети «Интернет» наркотическое средство. ФИО1 забрал сверток из тайника, и они направились в сторону пер. Березовский, когда к ним подошли сотрудники полиции. В это время ФИО1 выбросил сверток, который затем был изъят сотрудниками полиции в присутствии понятых.

Аналогичные показания свидетель давал и в ходе, проведенной между ним и ФИО1ым, очной ставки.

Оценивая показания данного свидетеля, суд признает более достоверными его показания на предварительном следствии, в которых он изобличал ФИО1 в совершении преступления. Вопреки доводам защиты, они согласуются друг с другом, с материалами дела, при этом являются более полными и точными, поскольку, будучи допрошенным на следующий день после задержания ФИО1, он лучше помнил произошедшие события. 

Оснований считать показания свидетеля оговором подсудимого не имеется. Свидетель убедительных доводов об оговоре не приводит, на какие-либо противоправные действия со стороны следственных органов не ссылается. 

В суде свидетель подтвердил, что допрашивался в ходе предварительного расследования. Допросы данного свидетеля произведены следователем с соблюдением требований ст. ст. 189, 190 УПК Российской Федерации, с разъяснением ему положений ст. 51 Конституции Российской Федерации и предупреждением о том, что при согласии дать показания, эти показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и в случае последующего отказа от них. 

Оснований для исключения протокола очной ставки между свидетелем А.Д.В. и ФИО1 из числа доказательств не имеется.

Тщательный анализ и основанная на законе оценка доказательств позволили суду обоснованно прийти к выводу о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 228 УК Российской Федерации. Его действия квалифицированы верно.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих за собой отмену приговора, как в ходе предварительного расследования, так и судебном заседании, не допущено.

Наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями уголовного закона.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, судом учтены состояние здоровья и нахождение на иждивении матери.

Отягчающих наказание обстоятельств судом обоснованно не установлено.

Суд первой инстанции пришёл к правильному выводу о том, что достижение цели исправления осуждённого возможно без изоляции его от общества и обоснованно назначил наказание с применением положений ст. 73 УК Российской Федерации, что в полной мере соответствует положениям ст. 6, 43, 60 УК Российской Федерации. Данное решение было принято судом с учётом общественной опасности содеянного, всех обстоятельств дела и данных, характеризующих его личность.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции находит назначенное ФИО1 наказание справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершённого им преступления и личности виновного, закреплённым в уголовном законодательстве Российской Федерации принципам гуманизма и справедливости и полностью отвечающим задачам исправления осуждённого и предупреждения совершения им новых преступлений, а потому оснований для смягчения наказания, не усматривается.

Таким образом, оснований для отмены или изменения данного приговора, в том числе по доводам апелляционной жалобы, не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 38920, 38928, 38933 УПК Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Кировского районного суда г. Астрахани от 20 июля 2020 г. в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника – без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его оглашения и может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке, установленном главой 471 УПК Российской Федерации.

Председательствующий С.М. Торчинская