Дело № 10-21/25 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Курган 21 марта 2025 г.

Курганский городской суд Курганской области в составе председательствующего судьи Малахевич Е.В.,

с участием: государственного обвинителя Шадрина И.Ю.,

потерпевшего Я. Р.Е.,

представителя потерпевшего – адвоката Епифанова С.В.,

осужденного ФИО1,

защитника - адвоката Гулькевича А.А., 

при секретаре Зотевой И.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в апелляционном порядке уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Гулькевича А.А. и апелляционному представлению государственного обвинителя Костенко О.В. на приговор мирового судьи судебного участка № 36 судебного района г. Кургана Курганской области от 18 ноября 2024 г., которым 

ФИО1, 

<

данные изъяты>, несудимый, 

осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ, к 360 часам обязательных работ,

УСТАНОВИЛ:

приговором мирового судьи судебного участка № 36 судебного района г. Кургана Курганской области от 18 ноября 2024 г. ФИО1 признан виновным в угрозе убийством Я., за что ему назначено наказание в виде 360 часов обязательных работ.

ФИО1 в судебном заседании виновным в совершении преступления себя не признал.

В апелляционной жалобе защитник осужденного ФИО1 – адвокат Гулькевич А.А. просит приговор мирового судьи отменить и вынести оправдательный приговор. Указывает, что изложенное в приговоре описание преступного деяния ФИО1 мировым судьей скопировано из обвинительного акта с сохранением соответствующей стилистики и пунктуации, что свидетельствует о том, что судебное следствие проведено формально, без учета всех исследованных в суде доказательств. Аналогичные действия в виде копирования текста применены мировым судьей при изложении показаний потерпевшего и свидетелей, при этом часть показаний, данных ими в ходе судебного следствия, и имеющих существенное значение, в приговоре не приведены, оценка им не дана. В приговоре произвольно изложены показания осужденного ФИО1 и свидетеля Б. в судебном заседании о том, что последний с согласия собственника забрал нож из квартиры. Фактически таких показаний указанные лица не давали. Не в полном объеме мировой судья привел показания ФИО1 в приговоре и о том, что тот согласие на осмотр жилища Б. не давал, а первоначальные признательные показания дал дознавателю только по той причине, что плохо себя чувствовал ввиду неудовлетворительного состояния здоровья. Выводы мирового судьи о том, что ФИО1 замахивался ножом на Я., ничем не подтверждены, таких действий он не совершал, о чем свидетельствует содержание видеозаписи, исследованной в судебном заседании. Считает, что ФИО1, лишь демонстрируя потерпевшему нож на расстоянии 5-6 метров, реальной угрозы для жизни и здоровья последнего не создал, в связи с чем в действиях ФИО1 отсутствует состав преступления, предусмотренный ч. 1 ст. 119 УК РФ. 

В апелляционном представлении государственный обвинитель просит приговор мирового судьи отменить в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона и неправильным применением уголовного закона. Полагает, что приведя в приговоре письменные доказательства, мировой судья их содержание не раскрыл, ограничившись лишь их перечислением с указанием листов дела, тем самым нарушил положения п. 8 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 г. № 55 «О судебном приговоре». Сделав вывод о виновности ФИО1 в угрозе убийством Я., мировой судья ошибочно дал оценку показаниям ФИО1 в качестве подозреваемого, данных им в ходе дознания 26 января 2024 года, несмотря на то, что они в судебном заседании не исследовались. Также судом первой инстанции в приговоре дана оценка показаниям потерпевшего Я., данных им в ходе дознания, в то время как эти показания также сторонами не исследовались. Фактически судом были оглашены лишь показания Я., данные им в ходе проверки показаний на месте. Кроме того, мировым судьей не разрешен вопрос о взыскании с ФИО1 процессуальных издержек, подлежащих выплате адвокату Енину А.Н., который осуществлял защиту последнего до того, как ФИО1 было заключено соглашение с адвокатом Гулькевичем А.А.

Заслушав мнение участников судебного заседания, исследовав материалы уголовного дела в отношении ФИО1, а также изучив доводы апелляционной жалобы и апелляционного представления, суд апелляционной инстанции пришел к следующему выводу.

Вопреки доводам стороны защиты, мировым судьей правильно установлены фактические обстоятельства дела и сделан верный вывод о том, что вина ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления нашла свое подтверждение в судебном заседании и подтверждается доказательствами, собранными по уголовному делу.

В обоснование вины ФИО1 в угрозе убийством Я. мировой судья обоснованно сослался в обжалуемом приговоре на совокупность доказательств в виде признанных достоверными показаний осужденного ФИО1 в ходе дознания по делу, потерпевшего Я. и свидетеля А. в судебном заседании, согласно которым 18 декабря 2023 года в состоянии алкогольного опьянения ФИО1 в общем тамбуре квартир № и № 

<

адрес> высказал в адрес ФИО1 слова угрозы убийством, при этом замахнулся на того ножом, что было воспринято последним как реальная угроза своей жизни.

Мировым судьей приведены доводы, по которым им признаны достоверными признательные показания ФИО1, данные им в ходе дознания по делу, не согласиться с ними суд апелляционной инстанции оснований не находит. Каких-либо объективных данных, указывающих о том, что ФИО1 не мог быть допрошен 19 декабря 2023 года дознавателем ввиду неудовлетворительного состояния здоровья, сторонами не представлено. Мировым судьей верно указано, что ФИО1 не представлено сведений о том, что он обращался 18-19 декабря 2024 года в медицинское учреждение за медицинской помощью, что могло бы подтвердить его доводы, согласно которым он не мог быть допрошен в тот момент дознавателем по существу дела. 

Приведенные в указанных выше протоколах допросов показания участников уголовного дела согласуются с протоколом осмотра видеозаписи произошедшего события, на которой видно, как ФИО1 в тамбуре многоквартирного дома, высказывая угрозу убийством и удерживая в руке нож, направленный в сторону Я., пытается догнать последнего, который от него убегает в сторону лестницы.

Оснований считать, что потерпевший, а также свидетели Я. и Б. оговорили ФИО1, мировой судья не усмотрел, не находит оснований для таких выводов и суд апелляционной инстанции. 

Объективных доказательств обратного стороной защиты не приведено, при этом судом апелляционной инстанции учтено, что свидетель Я. была непосредственным очевидцем произошедшего, поскольку осужденный высказывал угрозу убийством ее супругу рядом с их квартирой, а участковый уполномоченный полиции Б., ранее незнакомый ни с одним из участников уголовного дела, в силу служебной необходимости лишь забирал из квартиры осужденного нож.

Вопреки доводам стороны защиты, мировым судьей дана надлежащая оценка показаниям свидетелей В. и Г., которые очевидцами случившегося не являлись, и о произошедших событиях им было известно только со слов осужденного и потерпевшего. 

Таким образом, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами мирового судьи о том, что указанной выше совокупности доказательств достаточно для вывода о наличии в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ. 

На основе этих доказательств установлено событие преступления – время, место и конкретные преступные действия виновного, которые выразились не только в высказывании слов угрозы убийством, но и в совершении конкретных действий в виде замахивания на потерпевшего ножом, удерживаемого в руке, при этом участники этого события находились в рядом друг с другом в ограниченном пространстве в виде тамбура, что также указывает на реальность восприятия Я. высказанной ему осужденным угрозы убийством. 

Тот факт, что нож, которым осужденный угрожал потерпевшему, был изъят участковым уполномоченным полиции Б. не в ходе выемки по поручению дознавателя, а при посещении квартиры ФИО1 в ходе разбирательства по поступившему ему сообщению о совершенном преступлении, не влияет на выводы о том, что ФИО1, угрожая ножом, совершил преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 119 УК РФ. Как следует из протокола судебного заседания и показаний ФИО1 в ходе дознания, он не отрицал, что угрожал Я. именно тем ножом, который из его квартиры забрал участковый уполномоченный полиции.

Оснований для рассмотрения вопроса о том, что ФИО1 действовал в пределах необходимой обороны, не имеется, поскольку таких обстоятельств не установлено, так как Я. до высказанной ему угрозы убийством каких-либо телесных повреждений ФИО1 не причинял и противоправных действий в отношении последнего не совершал. 

С учетом изложенного, действия ФИО1 мировым судьей верно квалифицированы по ч. 1 ст. 119 УК РФ.

Оснований для отмены приговора по причине того, что мировым судьей в приговоре описание совершенного осужденным преступления изложено максимально схоже с описанием обвинения, изложенным дознавателем в обвинительном акте, не имеется. 

Также не является основанием для отмены приговора и изложение в его описательно-мотивировочной показаний свидетелей, данных ими в ходе дознания по делу, схожих по содержанию с их же показаниями, содержащимися в обвинительном акте и в протоколах их допросов, поскольку, очевидно, они не могут быть разными по своему смыслу.

Показания всех допрошенных в судебном заседании лиц, изложенные в приговоре, соответствуют содержанию их показаний, находящихся в протоколе судебного заседания. Значимых противоречий, которые могли бы повлиять на выводы суда по существу уголовного дела, между ними не имеется, что подтверждается аудиозаписью судебного заседания. 

Изложение мировым судьей в приговоре письменных доказательств со ссылками на конкретные листы уголовного дела не является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, поскольку их содержание и оценка даны мировым судьей в приговоре при обосновании причастности и вины ФИО1 в совершении преступления, установленного в судебном заседании. 

При этом, суд апелляционной инстанции соглашается с доводами государственного обвинителя о необходимости исключения из описательно-мотивировочной части приговора ссылки мирового судьи на показания ФИО1 в качестве подозреваемого от 26 января 2024 года, а также на показания Я., также данных дознавателю, поскольку эти доказательства в судебном заседании не исследовались. Их исключение из приговора не влияет правильность выводов мирового судьи о доказанной виновности ФИО1 в угрозе убийством Я..

Назначение ФИО1 наказания за совершенное преступление в виде обязательных работ соответствует характеру совершенного им деяния и данным о его личности, при этом мировым судьей обоснованно признано обстоятельством, отягчающим наказание ФИО1, его нахождение в момент совершения преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя. Как следует из пояснений ФИО1 в судебном заседании, если бы он не употреблял спиртные напитки в указанный выше день, то нож в руки брать бы не стал и выходить с ним к Я. в тамбур тоже. Данное алкогольное опьянение, очевидно, снизило самоконтроль ФИО1 и повлияло на принятие им решения о совершении противоправных действий в отношении потерпевшего.

Мировой суд не усмотрел оснований для признания ФИО1 обстоятельств, смягчающих ему наказание, при этом, назначив последнему к отбытию обязательные работ на срок 360 часов, не принял во внимание возраст последнего (63 года в момент совершения преступления). 

Суд апелляционной инстанции на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ приходит к выводу о необходимости признания пожилого возраста ФИО1 обстоятельством, смягчающим ему наказание, и, как следствие, смягчении назначенного наказания до 200 часов обязательных работ. Такой размер наказания будет соответствовать обстоятельствам совершенного ФИО1 преступления и данным о его личности, который на профилактических учетах не состоит, ранее к уголовной ответственности не привлекался, в целом, характеризуется положительно. 

Отсутствие в приговоре суждений мирового судьи по вопросу взыскания с ФИО1 процессуальных издержек, подлежащих выплате адвокату Енину А.Н., который осуществлял защиту последнего в ходе дознания, не является основанием для отмены приговора в этой части, поскольку данный вопрос может быть рассмотрен в порядке исполнения приговора. 

Исковые требования потерпевшего мировым судьей разрешены правильно, а взысканная с ФИО1 в пользу Я. денежная сумма в размере 10 000 рублей в счет возмещения причиненного последнему морального вреда, является соразмерной причиненным потерпевшему моральных страданий. Оснований для уменьшения указанной денежной суммы суд апелляционной инстанции не усматривает.

На основании изложенного и руководствуясь п. 9 ч. 1 ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

апелляционное представление государственного обвинителя – удовлетворить частично.

Приговор мирового судьи судебного участка № 36 судебного района г. Кургана Курганской области от 18 ноября 2024 года в отношении ФИО1 – изменить:

- исключить ссылку на показания ФИО1 в качестве подозреваемого от 26 января 2024 года, а также на показания Я. Р.Е., данных дознавателю в качестве потерпевшего;

- на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ признать обстоятельством, смягчающим наказание ФИО1, его пожилой возраст в момент совершения преступления; 

- назначенное ФИО1 наказание смягчить до 200 часов обязательных работ.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Гулькевича А.А. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке по правилам главы 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции с подачей кассационной жалобы или представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного постановления.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Е.В. Малахевич