№ 3-215/2020

Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации 

3 ноября 2020 года г.Петрозаводск

Верховный Суд Республики Карелия в составе

председательствующего судьи Галашевой И.Н.

с участием прокурора Миронова С.Ю.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Елисеевой Н.А.,

рассмотрев в закрытом судебном заседании гражданское дело по иску Ч. к Министерству образования Республики Карелия о признании приказов незаконными, восстановлении на службе, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, взыскании компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

Ч. с 31 июля 2018 года работал в должности главного специалиста отдела инвестиционной политики и ресурсного обеспечения Управления инвестиционной политики, правового и финансового обеспечения Министерства образования Республики Карелия.

По роду своей служебной деятельности и должностным обязанностям Ч. был допущен к сведениям, составляющим государственную тайну, имел допуск по второй и третьей форме.

Приказом Министра образования Республики Карелия от 23 июля 2020 года № 74 с 6 августа 2020 года Ч. прекращен допуск к государственной тайне и снята надбавка к должностному окладу за работу со сведениями, составляющими государственную тайну.

Приказом Министра образования Республики Карелия от 24 июля 2020 года № 75 Ч. был уволен с занимаемой должности 6 августа 2020 года в соответствии с пунктом 8 части 1 статьи 37 Федерального закона "О государственной гражданской службе Российской Федерации" в связи с прекращением допуска к сведениям, составляющим государственную тайну.

Ч. обратился в суд с иском к Министерству образования Республики Карелия (далее – Министерство) о признании незаконными приказа о прекращении допуска к сведениям, составляющим государственную тайну, и снятии надбавки, приказа об увольнении, о восстановлении на службе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, взыскании компенсации морального вреда, ссылаясь на то, что оснований для прекращения ему допуска к сведениям, составляющим государственную тайну, не имелось; действий, которые давали бы основание для лишения его допуска к государственной тайне, он не совершал. По мнению истца, нарушен порядок проведения служебного расследования; выводы расследования не обоснованы, с материалами служебного расследования его не ознакомили. Полагал, что никаких нарушений взятых на себя обязательств, предусмотренных служебным контрактом и связанных с защитой государственной тайны, он не совершал. 

Истец также указал, что в его должностные обязанности входило не только ведение секретного производства, но и другие обязанности, не связанные с допуском к государственной тайне. Кроме того, истец указал, что в нарушение статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации он уволен в период нахождения в очередном отпуске.

В судебном заседании истец и его представитель адвокат Т. иск поддержали.

Представители ответчика и третьего лица УФСБ России по Республике Карелия в судебное заседание не явились, просили рассмотреть дело в отсутствие представителей. В отзывах на иск указали, что у работодателя имелись все основания для прекращения истцу допуска к государственной тайне.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, показания свидетеля О., заключение прокурора, полагавшего в удовлетворении иска отказать, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 8 части 1 статьи 37 Федерального закона от 27 июля 2004 года № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации» служебный контракт может быть расторгнут представителем нанимателя, а гражданский служащий освобожден от замещаемой должности гражданской службы и уволен с гражданской службы в случае прекращения допуска гражданского служащего к сведениям, составляющим государственную тайну, если исполнение служебных обязанностей требует допуска к таким сведениям.

В соответствии со статьей 23 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года № 5485-1 «О государственной тайне» допуск должностного лица или гражданина к государственной тайне может быть прекращен по решению руководителя органа государственной власти, предприятия, учреждения или организации в случае однократного нарушения им взятых на себя предусмотренных трудовым договором (контрактом) обязательств, связанных с защитой государственной тайны.

Аналогичное основание прекращения допуска гражданина к государственной тайне по решению должностного лица, принявшего решение о его допуске к государственной тайне, содержится в подпункте «б» пункта 15 Инструкции о порядке допуска должностных лиц и граждан Российской Федерации к государственной тайне, утвержденной постановлением Правительства Российской Федерации от 6 февраля 2010 года № 63 (далее – Инструкция № 63).

Прекращение допуска должностного лица или гражданина к государственной тайне является дополнительным основанием для расторжения с ним трудового договора (контракта), если такие условия предусмотрены в трудовом договоре (контракте).

Судом установлено, что истец на основании приказа от 31 июля 2018 года № 91 был принят на государственную службу Республики Карелия и назначен на должность главного специалиста отдела инвестиционной политики и ресурсного обеспечения Управления инвестиционной политики, правового и финансового обеспечения Министерства образования Республики Карелия; Министерством с истцом заключен служебный контракт от 31 июля 2018 года.

В соответствии с пунктом 2 служебного контракта истец обязался исполнять должностные обязанности по должности главного специалиста отдела инвестиционной политики и ресурсного обеспечения в соответствии с должностным регламентом.

Согласно пункту 1.3 должностного регламента государственного гражданского служащего Республики Карелия, замещающего должность главного специалиста отдела инвестиционной политики и ресурсного обеспечения Министерства образования Республики Карелия, к виду профессиональной служебной деятельности гражданского служащего, в том числе, относится обеспечение защиты государственной тайны.

Подпунктом 14 пункта 3.1 должностного регламента к должностным обязанностям главного специалиста отдела инвестиционной политики и ресурсного обеспечения относится осуществление контроля, регулирования исполнения Закона Российской Федерации «О государственной тайне».

В соответствии с распределением основных должностных обязанностей работников отдела инвестиционной политики и ресурсного обеспечения Управления инвестиционной политики, правового и финансового обеспечения Управления инвестиционной политики, правового и финансового обеспечения Министерства в обязанности истца входило ведение секретного делопроизводства Министерства образования Республики Карелия в установленном законодательством порядке.

Пунктом 19 Инструкции № 63 предусмотрено, что перечень должностей, при назначении на которые гражданам оформляется допуск к государственной тайне, определяется номенклатурой должностей работников, подлежащих оформлению на допуск к государственной тайне.

Как следует из материалов дела (акт проверки УФСБ России по Республике Карелия обеспечения режима секретности в Министерстве образования Республики Карелия от ДД.ММ.ГГГГ), должность государственной гражданской службы, замещаемая Ч., была включена в соответствующую номенклатуру должностей работников Министерства, подлежащих оформлению на допуск к государственной тайне, согласованную с УФСБ России по Республике Карелия ДД.ММ.ГГГГ и утвержденную Министром ДД.ММ.ГГГГ, что не оспаривалось истцом.

Приказом от ДД.ММ.ГГГГ главному специалисту Ч. оформлен допуск к государственной тайне с грифом «секретно» по третьей форме; Министерством с истцом заключен договор об оформлении допуска к государственной тайне (Ф-3) от ДД.ММ.ГГГГ.

Приказом от ДД.ММ.ГГГГ исполнение функций работника режимно-секретного подразделения Министерства образования Республики Карелия возложено на главного специалиста Ч.

Приказом от ДД.ММ.ГГГ главный специалист Ч. допущен к государственной тайне с грифом «совершенно секретно» по второй форме.

Министерством с истцом заключен договор об оформлении допуска к государственной тайне (Ф-2) от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с условиями которого Ч. принял на себя добровольные обязательства, связанные с оформлением допуска к государственной тайне, на условиях, предусмотренных законодательством Российской Федерации по защите государственной тайны.

Истец также был предупрежден о том, что в случае даже однократного нарушения взятых на себя обязательств, связанных с защитой государственной тайны, а равно возникновения обстоятельств, являющихся согласно статье 22 Закона Российской Федерации «О государственной тайне» основанием для отказа в допуске к государственной тайне, его допуск к государственной тайне может быть прекращен по решению Министра и служебный контракт расторгнут (раздел II Договора (Ф-2)).

Как установлено судом, с ДД.ММ. по ДД.ММ.ГГГГ УФСБ России по Республике была проведена проверка обеспечения режима секретности в Министерстве образования Республики Карелия за период ГГГГ. Согласно акту проверки от ДД.ММ.ГГГГ состояние обеспечения защиты государственной тайны в Министерстве не соответствует установленным требованиям Закона Российской Федерации «О государственной тайне»; установлены нарушения требований Инструкции по обеспечению режима секретности в Российской Федерации, утвержденной постановлением Правительства Российской Федерации от 5 января 2004 года № 3-1 (далее – Инструкция № 3-1), Инструкции № 63, в результате которых создаются предпосылки к разглашению (утечке) сведений, составляющих государственную тайну.

В соответствии с приказом Министра от ДД.ММ.ГГГГ по указанным в акте фактам нарушения режима секретности было проведено служебное расследование, в ходе которого установлено нарушение Ч. правил работы с документами, содержащими государственную тайну, предусмотренных разделом 13, подпунктом 1 пункта 24, пунктами 4, 20, 125, 195, 203, 211, 214, 248, 274, 279, 321, 323 Инструкции № 3-1; установлено нарушение Указа Президента Российской Федерации от 17 марта 2008 года №351 «О мерах по обеспечению информационной безопасности Российской Федерации при использовании информационно-телекоммуникационных сетей международного информационного обмена», пункта 4.4.8 Требований по технической защите информации от 20 октября 2016 года № 025. 

По результатам служебного расследования комиссией было составлено заключение, утвержденное ДД.ММ.ГГГГ Министром образования Республики Карелия, которое явилось основанием прекращения Ч. допуска к сведениям, составляющим государственную тайну.

Проверяя обоснованность принятого в отношении Ч. решения о прекращении допуска к государственной тайне, суд приходит к следующему.

Так, в нарушение пункта 20 Инструкции № 3-1, согласно которой (…….), в Министерстве отсутствуют планы мероприятий по обеспечению режима секретности при проведении секретных работ на ГГГГ, что не отрицалось истцом.

План работы режимно-секретного подразделения Министерства на ГГГГ Ч. также не составлялся, что подтверждается письмом Министерства от ДД.ММ.ГГГГ на запрос суда от 23 октября 2020 года.

В соответствии с пунктами 321 и 323 Инструкции № 3-1 (….).

В нарушение указанных требований в Министерстве отсутствуют номенклатуры совершенно секретных и секретных дел на ГГГГ, что подтверждается актом УФСБ России по РК от ДД.ММ.ГГГГ.

Доводы истца о том, что номенклатуры секретных дел не разрабатываются на каждый год, а разрабатываются на несколько лет (номенклатура секретных дел на ГГГГ разработана), противоречат требованиям пункта 323 указанной Инструкции, согласно которому (….). Такая номенклатура секретных дел на ГГГГ истцом не разработана.

Согласно пункту 274 Инструкции № 3-1 (….).

Из …. следует, что в нарушение указанных требований после вскрытия пакета секретные документы своевременно не регистрируются в журнале учета входящих и подготовленных документов.

Так, документ № … поступил в Министерство ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрирован за №…от ДД.ММ.ГГГГ; документ № ….поступил ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрирован позже документов, поступивших ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ; документ № … поступил ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрирован ДД.ММ.ГГГГ. Не поставлены на учет документы № …, поступил ДД.ММ.ГГГГ, № … от ДД.ММ.ГГГГ, № … и № …. от ДД.ММ.ГГГГ, № ….от ДД.ММ.ГГГГ, № …. от ДД.ММ.ГГГГ.

Истец указанные факты не оспаривал, пояснил, что секретные документы им своевременно не регистрировались ввиду большого объема работы.

В нарушение требований пункта 279 Инструкции № 3-1 секретные документы докладываются руководителю организации до их регистрации, что подтверждается актом УФСБ и не оспаривается истцом. Как пояснил истец в судебном заседании, в Министерстве сложилась такая практика.

Также в нарушение требований подпункта 7 статьи 24 вышеуказанной Инструкции при подготовке секретных документов не используются листы бумаги, предварительно учтенные в режимно-секретном подразделении.

Доводы истца о том, что учет листов бумаги для подготовки секретных документов им велся в компьютере, являются несостоятельными, так как отдельные листы бумаги для подготовки секретных дел подлежат учету в специальном журнале.

В нарушение пункта 211 Инструкции № 3-1 в Министерстве не разработана инструкция по обеспечению режима секретности при обработке секретной информации (по обеспечению безопасности информации) с использованием средств вычислительной техники, которая согласовывается с органами безопасности, что также не оспаривалось истцом.

Как следует из материалов дела и установлено судом, для обработки секретной информации в режимно-секретном подразделении Министерства имеется ОИ, срок действия аттестата соответствия которого истек ДД.ММ.ГГГГ, следовательно, обработка информации должна быть своевременно прекращена.

Вместе с тем, истцом посредством ОИ, не имеющего аттестата соответствия требованиям по безопасности информации, были подготовлены секретные документы № …. от ДД.ММ.ГГГГ и №…. от ДД.ММ.ГГГГ, что также не оспаривалось истцом и объяснялось срочностью подготовки секретных документов.

Также установлено, что в ходе проверки автоматизированного рабочего места, не предназначенного для обработки и хранения носителей сведений, составляющих государственную тайну, и имеющего постоянное подключение к международной компьютерной сети Интернет, были обнаружены следы обработки и хранения электронных файлов, имеющих отдельные признаки секретных документов: (….), что является нарушением требований Указа Президента Российской Федерации от 17 марта 2008 года № 351 «О мерах по обеспечению информационно-телекоммуникационных сетей международного информационного обмена», пунктов 195 и 203 Инструкции № 3-1, пункта 4.4.8 Требований по технической защите информации, содержащей сведения, составляющие государственную тайн, утвержденных приказом ФСТЭК России от 20 октября 2016 года № 025.

Вместе с тем, нарушений требований раздела 13, пунктов 4, 125, 248 Инструкции № 3-1, указанных в акте УФСБ и заключении служебной проверки Министерства, именно Ч. не нашло подтверждения в судебном заседании

Таким образом, допущенные Ч. нарушения требований режима секретности является нарушением условия, предусмотренного служебным контрактом, а также нарушением им обязательств контракта об оформлении допуска к государственной тайне, в связи с чем суд приходит к выводу, что у ответчика имелись предусмотренные законом основания для прекращения истцу допуска к сведениям, составляющим государственную тайну.

Пунктом 22 служебного контракта, заключенного с Ч.., предусмотрено, что служебный контракт может быть расторгнут по основаниям, предусмотренным законодательством Российской Федерации о государственной гражданской службе. Пункт 8 части 1 статьи 37 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации» предусматривает возможность расторжения служебного контракта в случае прекращения допуска гражданского служащего к сведениям, составляющим государственную тайну, если исполнение должностных обязанностей требует допуска к таким сведениям.

Поскольку допуск истца к сведениям, составляющим государственную тайну, был прекращен, а исполнение должностных обязанностей истца требует обязательного допуска к государственной тайне, то расторжение с истцом служебного контракта и его увольнение является правомерным.

Доводы истца и его представителя о том, что допущенные истцом нарушения являются не существенными и не могут служить основанием для прекращения допуска к сведениям, составляющим государственную тайну, не могут быть приняты во внимание, поскольку закон не связывает возможность прекращения допуска к государственной тайне с характером нарушения – грубым или малозначительным. Поэтому по усмотрению руководителя организации или органов безопасности решение о прекращении допуска может быть принято и в случае совершения несерьезного нарушения обязательств по сохранению государственной тайны.

Доводы истца и его представителя о том, что нарушен порядок проведения служебного расследования, предусмотренный Инструкцией № 3-1, не могут служить основанием для признания приказов о прекращении допуска к государственной тайне и увольнении незаконными ввиду следующего.

В соответствии с пунктом 5 части 1 стати 57 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации» за совершение дисциплинарного проступка, то есть за неисполнение или ненадлежащее исполнение гражданским служащим по его вине возложенных на него служебных обязанностей, представитель нанимателя имеет право применить дисциплинарное взыскание, в частности в виде увольнения с гражданской службы по основаниям, установленным пунктом 2, подпунктами «а»-«г» пункта 3, пунктами 5 и 6 части 1 статьи 37 данного Федерального закона.

Таким образом, увольнение по пункту 8 части 1 статьи 37 указанного Федерального закона дисциплинарным взысканием не является и поэтому не требует соблюдения установленного порядка применения дисциплинарного взыскания.

Доводы истца о том, что он уволен в период нахождения его в очередном отпуске не нашли своего подтверждения; истец был уволен приказом от 24 июля 2020 года с 6 августа 2020 года, отпуск истца закончился 5 августа 2020 года, что подтверждается приказом № 139 от 22 июня 2020 года о предоставлении Ч. отпуска с 6 июля 2020 года по 5 августа 2020 года. 

При таких обстоятельствах с учетом изложенного суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований.

Руководствуясь статьями 194 - 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

В удовлетворении исковых требований Ч. к Министерству образования Республики Карелия о признании незаконными приказа о прекращении допуска к сведениям, составляющим государственную тайну и снятии надбавки за работу со сведениями, составляющими государственную тайну, приказа об увольнении, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, взыскании компенсации морального вреда отказать.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба и принесено апелляционное представление во Второй апелляционный суд общей юрисдикции в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Верховный Суд Республики Карелия.

Судья: Галашева И.Н.

Мотивированное решение составлено 5 ноября 2020 года