Дело № 2а-1595/2024

29RS0018-01-2024-001632-54

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

22 мая 2024 года город Архангельск

Октябрьский районный суд города Архангельска 

в составе председательствующего судьи Машутинской И.В. 

при секретаре судебного заседания Дементовой О.Г., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Архангельске в помещении суда дело по административному исковому заявлению ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор №» Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Архангельской области, Федеральной службе исполнения наказаний об оспаривании действий, связанных с условиями содержания под стражей, присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей,

установил:

ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением к ФКУ СИЗО - № УФСИН России по Архангельской области (далее следственный изолятор, Учреждение) о признании незаконными действий, связанных с условиями содержания под стражей, присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей в размере 100 000 руб.

В обоснование административного иска указал, что в период с 2013 по 2014 год содержался в ФКУ СИЗО - № УФСИН России по Архангельской области, где условия содержания не соответствовали предъявляемым к ним требованиям. Ссылается на несоблюдение нормы санитарной площади в камерах, в связи с чем, испытывал нравственные страдания, выразившиеся в душевных переживаниях. Считает указанное бездействие административных ответчиков, связанное с условиями содержания под стражей, незаконным, нарушающим его права, влекущим право на присуждение справедливой компенсации в размере 100000 руб. Просил суд восстановить срок для обращения с настоящим административным иском в суд. 

Определением суда к участию в деле в качестве административного ответчика была привлечена ФСИН России; в качестве заинтересованного лица УФСИН России по Архангельской области.

В судебное заседание административный истец не явился, извещен надлежащим образом, о рассмотрении дела с его участием посредством видеоконференц-связи не ходатайствовал, просил о рассмотрении дела без его участия.

Представитель административных ответчиков ФКУ СИЗО – № УФСИН России по Архангельской области, ФСИН России, заинтересованного лица УФСИН России по Архангельской области ФИО2 в судебном заседании с административным иском не согласилась. Пояснила, что условия содержания ФИО1 в указанный им период времени в камерах ФКУ СИЗО-№ УФСИН России по Архангельской области соответствовали требованиям действующего законодательства, не нарушали гарантированные Конституцией Российской Федерации права административного истца. Оснований для взыскания компенсации не имеется. Обращала внимание суда, что журналы количественного состава спецконтингента за 2013 год уничтожены в связи с истечением 10-летнего срока хранения. Просила суд применить срок исковой давности, предусмотренный ст. 219 КАС РФ.

По определению суда дело рассмотрено при данной явке. 

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав и оценив представленные доказательства, приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 4 КАС РФ каждому заинтересованному лицу гарантируется право на обращение в суд за защитой нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов, в том числе в случае, если, по мнению этого лица, созданы препятствия к осуществлению его прав, свобод и реализации законных интересов, либо на него незаконно возложена какая-либо обязанность, а также право на обращение в суд в защиту прав других лиц или в защиту публичных интересов в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и другими федеральными законами.

В силу указания ч. 1, 3-5 ст. 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

При рассмотрении административного искового заявления, подданного в соответствии с частью 1 ст. 227.1 КАС РФ, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия (часть 5 ст. 227.1 КАС РФ). 

При рассмотрении судом требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении интересы Российской Федерации представляет главный распорядитель средств федерального бюджета в соответствии с ведомственной принадлежностью органа (учреждения), обеспечивающего условия содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Судом установлено, что ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ осужден 

<

адрес> районным судом Архангельской области за совершение преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 162, ч. 4 ст. 166, ч. 3 ст. 69, ст. 70 УК РФ к 9 годам 1 месяцу лишения свободы в исправительной колонии строго режима. 

Приговором 

<

адрес> районного суда Архангельской области от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ст. 30 ч. 3, ст. 313 ч. 2 УК РФ, путем частичного присоединения наказания по приговору 

<

адрес> районного суда Архангельской области от ДД.ММ.ГГГГ, окончательно назначено наказание в виде семи лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строго режима. 

Из объяснений представителя административного ответчика, основанных на данных учетной карточки ф.1 следует, что ФИО1 в ФКУ СИЗО-№ УФСИН России по Архангельской области содержался в периоды с 11.02.2012 по 18.11.2013, с 22.11.2013 по 08.12.2013, с 11.12.2013 по 22.12.2013, с 25.12.2013 по 31.12.2013.

Согласно справки о движении по камерам за 2014 год, ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО-№ УФСИН России по Архангельской области с 01.01.2014 по 23.03.2014 (24.03.2014 убыл в ИВС по 

<

адрес>), с 26.03.2014 по 02.04.2014 (03.04.2014 убыл в ФКУ 

<

адрес>), с 15.04.2014 по 18.06.2014 (19.06.2014 убыл в ФКУ ИК-№ УФСИН России по Архангельской области).

При оценке соблюдения административным истцом срока для обращения в суд за защитой нарушенных прав, суд исходит из требований части 7 ст. 219 КАС РФ и правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной пункте 12 Постановления Пленума от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», согласно которой нарушение условий содержания лишенных свободы лиц носит длящийся характер и административное исковое заявление может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определённое действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

Суд учитывает, что правоотношения по содержанию ФИО1 в ФКУ СИЗО-№ УФСИН России по Архангельской области носят длящийся характер. В настоящее время ФИО1 содержится в ФКУ ИК-№ УФСИН России по Архангельской области, что затрудняет доступ к квалифицированной юридической помощи. Срок давности обращения в суд с заявленными требованиями, установленный ч. 1 ст. 219 КАС РФ, административным истцом подлежит восстановлению.

По изложенным основаниям суд не принимает доводы административных ответчиков о пропуске срока давности обращения в суд с заявленными требованиями, установленного ч. 1 ст. 219 КАС РФ. 

Статьей 21 Конституции Российской Федерации предусмотрено, что достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию. 

Частью 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации определено, что права и свободы человека и гражданина, могут быть ограничены федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. 

Федеральный закон от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее также – Федеральный закон № 103-ФЗ) регулирует порядок и определяет условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с УПК РФ задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с УПК РФ избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

Так, в силу указания ст. 4 Федерального закона № 103-ФЗ содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

В соответствии со ст. 15 Федерального закона № 103-ФЗ в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

На основании положений ст. 23 Федерального закона № 103-ФЗ подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности.

Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место.

Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров с учетом требований, предусмотренных частью первой статьи 30 настоящего Федерального закона.

В целях обеспечения режима в местах содержания под стражей федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел, федеральным органом исполнительной власти в области обеспечения безопасности, федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики, нормативно-правовому регулированию в области обороны, по согласованию с Генеральным прокурором Российской Федерации утверждаются Правила внутреннего распорядка в местах содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений (часть 1 ст. 16 Федерального закона № 103-ФЗ).

Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 14 октября 2005 № 189 были утверждены Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, действующие в оспариваемый период времени (далее Правила № 189).

На основании требований п. 42 Правил № 189 камеры СИЗО оборудовались: одноярусными или двухъярусными кроватями; столом и скамейками с числом посадочных мест по количеству лиц, содержащихся в камере; шкафом для продуктов; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; зеркалом, вмонтированным в стену; бачком с питьевой водой; подставкой под бачок для питьевой воды; радиодинамиком для вещания общегосударственной программы; урной для мусора; тазами для гигиенических целей и стирки одежды; светильниками дневного и ночного освещения; телевизором, холодильником (при наличии возможности (камеры для содержания женщин и несовершеннолетних - в обязательном порядке); вентиляционным оборудованием (при наличии возможности); тумбочкой под телевизор или кронштейном для крепления телевизора; напольной чашей (унитазом), умывальником; нагревательными приборами (радиаторами) системы водяного отопления; штепсельными розетками для подключения бытовых приборов; вызывной сигнализацией.

Материалами дела подтверждается, что ФИО1 в оспариваемый период содержался в камерах ФКУ СИЗО - № УФСИН России по Архангельской области.

Утверждая, что условия содержания в следственном изоляторе не соответствовали установленным законодательством Российской Федерации требованиям, ФИО1 обратился с рассматриваемым административным иском. 

Доводы о ненадлежащих условиях содержания в ФКУ СИЗО - № УФСИН России по Архангельской области в 2013 году в части количества лиц содержащихся в камерах Учреждения, суд находит голословными, они не могут быть приняты в качестве допустимых доказательств, поскольку установлено, что срок хранения журнала количественного состава спецконтингента в ФКУ СИЗО - № УФСИН России по Архангельской области составляет 10 лет, вследствие чего административным ответчиком не представилось возможным предоставить суду документы о количестве содержащихся под стражей в камерах Учреждения за 2013 год. 

В каких конкретно камерах содержался ФИО1 в 2013 году, установить не представляется возможным.

Согласно представленной в материалы дела справки, в соответствии с требованиями нормативно-правовых актов, регламентирующих деятельность следственных изоляторов, а именно: Указания ФСИН России от 12.02.2010 №, срок хранения камерных карточек 10 лет. 

В связи с истечением сроков хранения камерных карточек, оформленных на подозреваемых, обвиняемых и осужденных в 2013 году, какой-либо информации о нахождении ФИО1 в СИЗО в оспариваемые периоды в камерах, об условиях его содержания в данных камерах, об оборудовании данных камер, в том числе о количестве спальных мест, о количестве лиц, содержащихся в камерах, не имеется. 

Вместе с тем, отмечается, что каких-либо данных о том, что в отношении ФИО1 в 2013 году были допущены нарушения условий его содержания, не имеется.

Суд учитывает, что в настоящее время установить, в какие именно периоды времени административный истец находился в камерах в СИЗО-№ в 2013 году, в каких условиях он там содержался и с кем именно, не представляется возможным.

Доводы административного истца, что в 2013 году в Учреждении камеры были переполнены, суд находит голословными, относимыми и допустимыми доказательствами не подтверждены.

При этом оснований полагать, что Учреждение уклоняется от предоставления соответствующих доказательств (документов) за 2013 год суд не усматривает, поскольку срок хранения документов истек более одного года назад. 

При отсутствии достоверных доказательств суд не находит оснований предполагать, что ФИО1 в 2013 году содержался в камере, при наполнении которой подследственными административным ответчиком были допущены нарушения норм санитарной площади на одного человека.

Административный истец также выражает несогласие с действиями (бездействием) административного ответчика, выраженное в несоблюдении нормы санитарной площади в камере на одного человека, недостаточности места в камере из-за стеснённых условий содержания, в период с 01.01.2014 по 18.06.2014. 

Верховный Суд Российской Федерации в п. 14 Постановления Пленума от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснил, что судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации (например, ст. 7 Федерального закона от 26.04.2013 № 67-ФЗ «О порядке отбывания административного ареста», статьи 16, 17, 19, 23 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», статья 99 УИК РФ).

В то же время при разрешении административных дел суды могут принимать во внимание обстоятельства, соразмерно восполняющие допущенные нарушения и улучшающие положение лишенных свобод лиц (например, незначительное отклонение от установленной законом площади помещения в расчете на одного человека может быть восполнено созданием условий для полезной деятельности вне помещений, в частности для образования, спорта и досуга, труда, профессиональной деятельности).

Согласно сведений предоставленных административным ответчиком, в оспариваемый период административный истец содержался в камерах № №, №, №.

В период с 01.01.2014 по 20.01.2014 ФИО1 содержался в камере №. 

Камера № общей площадью 40 кв.м., расположена на втором этаже здания первого режимного корпуса, количество спальных мест 16. Камера оборудована двухъярусными кроватями; столом и скамейками с числом посадочных мест по количеству лиц, содержащихся в камере, шкафом для продуктов; вешалкой для одежды; полкой для туалетных принадлежностей; зеркалом, вмонтированным в стену; бачком с питьевой водой; подставкой под бачок для питьевой воды; радиодинамиком для вещания общегосударственной программы; урной для мусора; тазами для гигиенических целей и стирки одежды; светильниками дневного и ночного освещения; полкой под телевизор; нагревательными приборами (радиаторами) системы водяного отопления; штепсельными розетками для подключения бытовых приборов; вызывной сигнализацией; санитарным узлом (туалетом), обеспечивающим полную приватность туалета. В камере имеются три окна размером 1500х1500 мм.

Из представленной в материалы дела справки о соблюдении нормы санитарной площади в камере на одного человека, следует, что с 01.01.2014 по 02.01.2014 содержалось 10 человек (площадь на одного человека - 4,00 кв.м.), с 03.01.2014 по 12.01.2014 содержалось 6 человек (площадь на человека - 6,67 кв.м.), с 13.01.2014 по 14.01.2014 содержалось 12 человек (площадь на человека - 3,33 кв.м.), с 15.01.2014 по 16.01.2014 содержалось 9 человек (площадь на человека - 4,44 кв.м.), с 17.01.2014 по 20.01.2014 содержалось 8 человек (площадь на человека - 5,00 кв.м.).

Таким образом, несоблюдение минимальной допустимой нормы санитарной площади с обеспечением административному истцу личного пространства в камере № не установлено, в период нахождения ФИО1 в камере № содержалось от 6 до 12 человек (в среднем от 3,33 до 6,67 кв.м. на одного человека).

В период с 05.02.2014 по 12.03.2014, с 26.03.2014 по 27.03.2014, с 31.03.2014 по 02.04.2014, с 11.06.2014 по 18.06.2014 ФИО1 содержался в камере №, общей площадью 12,2 кв.м., расположенной на первом этаже здания первого режимного корпуса, рассчитанной на 3 спальных места.

В период с 28.03.2014 по 30.03.2014 ФИО1 содержался в камере №а, общей площадью 12 кв.м., рассчитанной на 2 спальных места. 

Камеры оборудованы в соответствии с п.42 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы утвержденных приказом Минюста РФ № 189 от 14 октября 2005 года, аналогично камере №. 

Из представленной в материалы дела справки о соблюдении нормы санитарной площади в камере на одного человека, следует, что в указанные периоды времени в камере № содержалось от 1 до 3 человек (в среднем от 4,00 до 12,00 кв.м. на человека); в камере №а содержалось 2 человека (площадь на человека составляла 6,00 кв.м.).

Несоблюдение минимальной допустимой нормы санитарной площади с обеспечением административному истцу личного пространства в камерах № и №а не установлено.

15.04.2014 ФИО1 содержался в камере №, общей площадью 24,0 кв.м., рассчитанной на 3 спальных места. В камере содержалось 3 человека (общая площадь на одного человека составила 8 кв.м.).

В период с 16.04.2014 по 21.05.2014, с 29.05.2014 по 10.06.2014 ФИО1 содержался в камере №, общей площадью 10 кв.м., оборудованной на 3 спальных места. В камере № содержалось от 2 до 3 человек (общая площадь на человека составила от 3,33 до 5,00 кв.м.).

Из представленной в материалы дела справки о соблюдении нормы санитарной площади в камерах № на одного человека, следует, что нарушений в несоблюдении нормы санитарной площади на одного человека не установлено. 

Помимо изложенного, административный истец в период с 21.01.2014 по 25.01.2014 и с 22.05.2014 по 28.05.2014 содержался в карцере №, в период с 26.01.2014 по 04.02.2014 содержался в карцере №, в период с 13.03.2014 по 23.03.2014 в карцере №. 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 убыл в ФКУ ИК-№ УФСИН России по Архангельской области. 

Установив вышеуказанные обстоятельства, суд приходит к выводу, что в 2014 году санитарная площадь в камере на одного человека соответствовала установленным нормам, каждому из содержавшихся в этих помещениях лиц было обеспечено личное пространство не менее 3 кв.м. (более 4 кв.м). 

При этом суд исходит из того, что строгая презумпция нарушения принципов содержания под стражей возникает тогда, когда личное пространство, имеющееся в распоряжении подозреваемого, обвиняемого, подсудимого, составляет менее 3 кв.м в учреждениях группового размещения. 

Применительно к разъяснениям, приведённым в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», суд приходит к выводу, что существенного нарушения права административного истца на неприкосновенность личного пространства не установлено, влекущего право на присуждение испрашиваемой компенсации. 

Само по себе наличие тех или иных неудобств, ограничений, неизбежно связанных с содержанием в местах лишения свободы, не влечет присуждение компенсации. 

Доводы административного истца о несоблюдении нормы санитарной площади в камере на одного человека, в данном конкретном деле при установленных по делу обстоятельствах не могут служить основанием для взыскания в пользу административного истца компенсации за нарушение условий содержания. В период содержания административного истца под стражей нарушение нормы санитарной площади не достигало недопустимых значений, свидетельствующих о существенном нарушении его права на неприкосновенность личного пространства. 

Административный истец был обеспечен отдельным спальным местом; предметы мебели и бытового обихода в камерах располагались на расстоянии, обеспечивающем свободный проход между ними. Фактическая площадь камеры с учетом количества содержащихся в ней лиц позволяла административному истцу беспрепятственно перемещаться между предметами мебели, совершать гигиенические процедуры и принимать пищу в течение установленного распорядком для времени.

Причин усомниться в убедительности доводов учреждения у суда не имеется, поскольку в подтверждение своей позиции им были представлены все необходимые доказательства, которые отвечают требованиям относимости и допустимости. 

Обстоятельства, на которых Истец основывает свои требования, не нашли своего подтверждения, нарушение прав, свобод и законных интересов административного истца не установлено. 

Условия содержания ФИО1 в ФКУ СИЗО-№ УФСИН по Архангельской области в оспариваемый период (до 18.06.2014), соответствовали установленным требованиям с учетом режима указанного учреждения. 

На конкретные нарушения прав, возникновение каких-либо последствий для здоровья, доказательств обращения за медицинской помощью, жалобы на недостаточности места в камерах, неоднократные обращения по данному вопросу к администрации учреждения, административный истец не ссылается, что с учетом вышеприведенных положений ст. 227.1 КАС РФ об одновременном рассмотрении требований о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей с требованием об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих по правилам, установленным гл. 22 КАС РФ, не свидетельствует о безусловном возникновении у административного истца права на получение соответствующей компенсации.

Административным истцом доказательств (бесчеловечных условий содержания в камерах следственного изолятора) опровергающих вышеуказанные обстоятельства не предоставлено. 

Указанные административным истцом недостатки при соблюдении в целом условий содержания административного истца в следственном изоляторе, периода его содержания в следственном изоляторе, возможности обеспечить базовые потребности, суд находит несущественными. 

При этом суд учитывает, что содержание административного истца под стражей было обоснованным, а необратимые последствия нарушения прав административного истца отсутствуют.

Все иные доводы лиц, участвующих в деле, правового значения не имеют и судом не принимаются.

Обстоятельства, на которых ФИО1 основывает свои требования за период 2013-2014 г.г., не нашли своего подтверждения, нарушение прав, свобод и законных интересов административного истца не установлено. 

В соответствии с п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», в силу частей 2 и 3 ст. 62 КАС РФ обязанность доказывания соблюдения надлежащих условий содержания лишенных свободы лиц возлагается на административного ответчика – соответствующие орган или учреждение, должностное лицо, которым следует подтверждать факты, обосновывающие их возражения.

Разрешая заявленные требования и отказывая в их удовлетворении, суд исходит из того что административным ответчиком исполнена процессуальная обязанность по доказыванию, предусмотренная ч. 11 ст. 226 КАС РФ, в то время как доказательств ненадлежащих условий содержания в Учреждении, на основании которых суд мог достоверно установить факт нарушения прав и свобод ФИО1 стороной административного истца, в соответствии с требованиями ч. 11 ст. 226 КАС РФ, не представлено. 

Вместе с тем, при рассмотрении данного административного дела, суд, несмотря на предпринятые меры, объективно лишен возможности проверить доводы административного иска о нарушении в отношении ФИО1 требований закона, регламентирующих условия содержания под стражей, так как сведения о факте содержания, как самого административного истца, так и иных лиц в следственном изоляторе в указанный в административном иске период, а также документы, отражающие действительные условия содержания лиц, помещенных в следственный изолятор в 2013 году, не сохранились в связи с их уничтожением по истечении срока хранения, который определен указанием Федеральной службы исполнения наказаний от 12 февраля 2010 года №т, составляет 10 лет, является разумным и достаточным для предъявления каких-либо претензий, в том числе, в судебном порядке.

При этом, сам административный истец, не обращаясь за судебной защитой, предполагаемого нарушенного права в течение столь длительного срока (более 10 лет), способствовал созданию ситуации невозможности представления приведенных выше документов в качестве доказательств по делу. Ни в административном иске, ни в иных, адресованных суду обращениях, ФИО1 не указывает на доказательства, которые могли бы подтвердить его утверждение о нарушении прав и законных интересов в период содержания под стражей.

Таким образом, суд полагает, что обращение в суд с иском по истечении значительного промежутка времени после событий, которые, по мнению ФИО1 имели место, свидетельствует о злоупотреблении административным истцом своими процессуальными правами, поскольку административные ответчики лишены возможности представить суду доказательства в обоснование своих возражений.

При таких обстоятельствах, требования административного истца удовлетворению не подлежат. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 175-180, 227, 228 КАС Российской Федерации, суд

решил:

административные исковые требования ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор №» Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Архангельской области, Федеральной службе исполнения наказаний об оспаривании действий, связанных с условиями содержания под стражей, присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей – оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в Архангельский областной суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Архангельска. 

Мотивированное решение изготовлено 27 мая 2024 года.

Председательствующий И.В. Машутинская