Дело №

Р Е Ш Е Н И Е

ИФИО1

03 февраля 2020 года 

<

адрес>

Анивский районный суд 

<

адрес> в составе:

председательствующего судьи Корчагиной А.В.

при секретаре ФИО4

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3 об истребовании имущества из чужого незаконного владения, взыскании судебных расходов,

и встречному иску ФИО3 к ФИО2 о признании недействительными (ничтожными) договоры купли-продажи транспортных средств, 

у с т а н о в и л:

25 октября 2019 года истец ФИО5 обратилась в суд с исковым заявлением указав в нем, что в июле 2018 года она заключила договоры купли-продажи автомобилей с ФИО6 на общую сумму 9 000 000 рублей. Пять из шести автомобилей принадлежали лично ФИО6 и один автомобиль принадлежал ООО «Сахалинская промышленная компания», директором которой он является. Она передала ФИО6 денежные средства в полном объеме, ФИО6 передал ей документы на автомобили, но просил подождать с передачей транспортных средств, так как ООО «Сахалинская промышленная компания» использует указанные автомобили при выполнении государственных контрактов и обществу нужно работу завершить в срок. Из полученных денег ответчик обещал рассчитаться с ней по договорам займа, заключенными ранее. Опасаясь, что ФИО6 не рассчитается с ней по договорам займа она согласилась немного подождать с передачей ей купленных автомобилей. Затем она неоднократно обращалась к ФИО6 с требованием о передаче транспортных средств, однако до настоящего времени ФИО6 не рассчитался по договорам займа и не передал ей транспортные средства. От передачи транспортных средств ответчик уклоняется, мотивируя, что техника задействована в работе и нужна ему для завершения работ на строительных объектах, в ином случае он не сможет рассчитаться с ней по договорам займа. С мая 2019 года ФИО6 полностью прекратил общение с ней, на ее телефонные звонки не отвечает. При этом он продолжает эксплуатировать её имущество на строительных объектах. Таким образом, оплаченная ею автомобильная техника находится в незаконном владении ответчика. В части долга по договорам займа 14 октября 2019 года Советский районный суд г. Владивостока вынес решение об удовлетворении ее исковых требований к ФИО6 о взыскании задолженности по договорам займа в размере 17 млн. рублей.

Изложив в исковом заявлении указанные обстоятельства, истец ФИО5 просит истребовать из чужого незаконного владения ответчика ФИО6 принадлежащее ей имущество: 

-TOYOTA HIACE, год изготовления 1993, модель двигателя №, шасси (рама) №, кузов отсутствует; 

-TOYOTA REGIUS ACE, год изготовления 2001, модель двигателя №, шасси (рама) отсутствует, кузов №

-TOYOTA HIACE, год изготовления 1996, модель двигателя №, шасси (рама) №, кузов отсутствует;

-LEXUS LХ570, год изготовления 2007, шасси (рама) №, модель двигателя №, кузов отсутствует;

-Экскаватор KOMATSU № год выпуска 2002, двигатель №, заводской номер машины №

19 ноября 2019 года ФИО5 от исковых требований в части истребования из незаконного владения ФИО6 экскаватора KOMATSU PC75UU-2 отказалась и определением суда от 03 декабря 2019 года производство по настоящему делу прекращено в части истребования из чужого незаконного владения - Экскаватора KOMATSU PC75UU-2, год выпуска 2002, двигатель №, заводской номер машины №.

03 декабря 2019 года судом принято от ответчика ФИО6 встречное исковое заявление, из которого следует, что 06 июля 2018 года ФИО5 потребовала от ФИО6 для обеспечения возврата займа подписать договоры купли-продажи транспортных средств. При этом, ФИО5 пояснила, что эти договоры купли-продажи транспортных средств подписываются займодавцем и заемщиком исключительно для «подстраховки» возврата заемных средств из-за допущенной ФИО6 просрочки. Кроме того, ФИО5 потребовала передать ей в залог паспорта транспортных средств до момента возврата займов. Подписывая договоры купли-продажи транспортных средств он не имел воли и намерения на отчуждение ФИО5 транспортных средств, полагал, что действует исключительно с целью обеспечения возврата займов. Весь указанный в договорах транспорт плотно задействован в деятельности организации, с контрагентами заключены договоры, которые исполняются в том числе с помощью данной промышленной техники. Денежных средств по договорам купли-продажи он от ФИО5 не получал и не полагал, что денежные средства по данным договорам подлежат уплате. Вопрос стоимости транспортных средств не обсуждался. Таким образом, договоры купли-продажи транспортных средств содержат все признаки ничтожных сделок и являются ничтожными с момента их совершения. 

Изложив указанные во встречном исковом заявлении обстоятельства, ФИО6 просит признать недействительными договоры купли-продажи спорных транспортных средств от 06 июля 2018 года: 

-TOYOTA HIACE, год изготовления 1993, модель двигателя №, шасси (рама) №, кузов отсутствует; 

-TOYOTA REGIUS ACE, год изготовления 2001, модель двигателя №, шасси (рама) отсутствует, кузов № ;

-TOYOTA HIACE, год изготовления 1996, модель двигателя №, шасси (рама№, кузов отсутствует;

-LEXUS LХ570, год изготовления 2007, шасси (рама) №, модель двигателя №, кузов отсутствует.

В судебное заседание истец ФИО5 не явилась, извещена надлежащим образом, представила заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Из представленных возражений ФИО5 следует, что между ней и ФИО6 было заключено два договора займа от 01 мая 2018 года на 14 млн. рублей со сроком возврата до 31 декабря 2018 года и от 30 мая 2018 года на 3 млн. рублей сроком возврата до 01 сентября 2018 года. Согласно указанных договоров ФИО6 обязался ежемесячно уплачивать 7 % от суммы займа за пользование денежными средствами и вернуть к обозначенному сроку денежные средства. Однако ФИО6 денежные средства не вернул. Этот факт установлен вступившим в законную силу решением Советского районного суда г.Владивостока от 14 октября 2019 года. В договорах займа не содержится сведений о том, что в обеспечение займа передается автомобильная техника либо иное имущество. Кроме того, стоимость автомобилей, указанная в договорах купли-продажи и сумма, указанная в договорах займа различны. Это указывает на беспочвенность доводов ФИО6, который пытается представить сделки купли-продажи автомобилей, как обеспечение договоров займа. Изложив указные в возражениях обстоятельства, ФИО5 просит в удовлетворении встречных исковых требований ФИО6 отказать. 

Ответчик ФИО6 в судебном заседании с исковыми требованиями ФИО5 не согласился, просил в удовлетворении иска отказать, встречные исковые требования поддержал. Пояснил, что договоры займа, как указано в иске ФИО5, в мае 2018 года стороны не заключали, о решении суда г.Владивостока он не знал и в настоящее время подал ходатайство о восстановлении срока на его обжалование. 01 марта 2018 года он и ФИО5 заключили договор займа, на сумму 7 млн. рублей, со сроком возврата ФИО6 денежных средств до декабря 2019 года. В тот же день он заключил с ней договор займа на 10 млн. рублей, которые он должен ей возвратить в качестве процентов за пользование денежными средствами по договору займа, заключенного на сумму 7 млн. рублей. Кроме того, в счет обеспечения договора займа на 7 млн. рублей, через непродолжительное время, они заключили договор купли-продажи транспортных средств, предполагая что это договоры залога. ФИО5 заставила его заключить данные сделки на отчуждение движимого имущества, а он указанные договоры не читал и не понимал их сущность, природу и правовые последствия. В тот же день он передал ФИО5 паспорта проданных транспортных средств с целью обеспечения договора займа. 

В обоснование своих требований и возражений представил суду договор займа на 7 млн. рублей, подписанный только ФИО6 и договор займа, заключенный сторонами на сумму 10 млн.рублей, где ФИО6 является заемщиком. 

Представитель ФИО6 ФИО7 в судебном заседании позицию ФИО6 поддержал, просил в удовлетворении исковых требований ФИО5 отказать, встречный иск ФИО6 удовлетворить.

Представитель ФИО6 ФИО8 просил в удовлетворении исковых требований ФИО5 отказать, встречный иск ФИО6 удовлетворить, пояснив, что расписки в передаче денежных средств по договорам купли-продажи, а также акт приема-передачи транспортных средств в материалах дела не имеется и истцом суду не представлены. ФИО5 с момента подписания договоров не предприняла действий по признанию права собственности на спорные автомобили, не внесла изменения в паспорта транспортных средств и страховой полис, не обращалась в правоохранительные органы. В договорах купли продажи транспортных средств расписался только ФИО6, ФИО5 свою подпись не ставила, дату в договорах не указывали, что подтверждается наличие подписей разными чернилами. Сделки совершены без согласия супруги ФИО6 и ФИО6 денежные средства за указанные автомобили от Касиловой не получал, уплачивает налоги за транспортные средства. 

Вышеуказанные обстоятельства, а также ввиду того, что стороны не приступили к фактическому исполнению принятых на себя обязательств, свидетельствует по отсутствию действительной воли сторон намерений исполнить оспариваемые сделки, что говорит об их ничтожности.

Из показаний свидетеля ФИО9 следует, что в его присутствии между сторонами был заключен договор займа на сумму 7 млн. рублей и указанная сумма передана ФИО6. Через месяц в его присутствии стороны заключили договоры купли-продажи транспортных средств в целях обеспечения вышеуказанного договора займа, денежные средства не передавались. 

Выслушав ответчика ФИО6 и его представителей, исследовав материалы дела, по существу заявленных сторонами исковых требований суд приходит к следующему.

В силу положений статьи 301 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Согласно пункту 32, 36 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» применяя статью 301 ГК РФ, судам следует иметь в виду, что собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого оно фактически находится в незаконном владении.

В соответствии со статьей 301 ГК РФ лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика.

Право собственности на движимое имущество доказывается с помощью любых предусмотренных процессуальным законодательством доказательств, подтверждающих возникновение этого права у истца.

В силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии с пунктом 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Из содержания статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что только собственнику принадлежит право права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Согласно статьи 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу статьи 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей. К обязательствам, возникшим из договора, применяются общие положения об обязательствах (статьи 307 - 419), если иное не предусмотрено правилами настоящей главы и правилами об отдельных видах договоров, содержащимися в настоящем Кодексе.

В соответствии со статьей 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Согласно пункту 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Пунктом 2 статьи 456 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что если иное не предусмотрено договором купли-продажи, продавец обязан одновременно с передачей вещи передать покупателю ее принадлежности, а также относящиеся к ней документы (технический паспорт, сертификат качества, инструкцию по эксплуатации и т.п.), предусмотренные законом, иными правовыми актами или договором.

Согласно пункту 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Исходя из смысла пункта 3 статьи 154 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательным условием совершения двусторонней (многосторонней) сделки, влекущей правовые последствия для ее сторон, является наличие согласованной воли таких сторон.

Таким образом, действия стороны гражданско-правовых отношений могут быть признаны совершенными по ее воле только в случае, если такая воля была детерминирована собственными интересами и личным усмотрением указанной стороны.

В соответствии со статьей 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Согласно статье 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

На основании статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно разъяснений, содержащихся в пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Как установлено судом и следует из материалов дела, между ФИО5 и ФИО6 заключен договор купли-продажи транспортного средства от 06 июля 2018 года, согласно которому продавец передает в собственность покупателя, а покупатель принимает и оплачивает транспортное средство:

TOYOTA HIACE, год изготовления 1993, модель двигателя №, тип ТС: грузовой-бортовой, № шасси (рамы) №, цвет кузова: белый. 

Пунктом 4 договора установлено, что стоимость указанного транспортного средства согласована покупателем и продавцом и составляет 1 000 000 рублей. 

В пункте 7 договора указано, что право собственности на транспортное средство переходит к покупателю с момента подписания настоящего договора.

06 июля 2018 года между ФИО5 и ФИО6 заключен договор купли-продажи транспортного средства, из которого следует, что продавец передает в собственность покупателя, а покупатель принимает и оплачивает транспортное средство:

TOYOTA REGIUS ACE, государственный регистрационный знак М № РТ 65 год выпуска 2001, модель двигателя №, кузов: №, цвет кузова: белый.

Пунктом 4 договора установлено, что стоимость указанного транспортного средства согласована покупателем и продавцом и составляет 1 000 000 рублей. 

В п.7 договора указано, что право собственности на транспортное средство переходит к покупателю с момента подписания настоящего договора.

06 июля 2018 года между ФИО5 и ФИО6 заключен договор купли-продажи транспортного средства согласно которому продавец передает в собственность покупателя, а покупатель принимает и оплачивает транспортное средство:

TOYOTA HIACE, государственный регистрационный знак А № УС 27, год выпуска 1996, модель двигателя №, № шасси (рамы) №, цвет кузова: белый.

Пунктом 4 договора установлено, что стоимость указанного транспортного средства согласована покупателем и продавцом и составляет 1 000 000 рублей. 

В п.7 договора указано, что право собственности на транспортное средство переходит к покупателю с момента подписания настоящего договора.

06 июля 2018 года между ФИО5 и ФИО6 заключен договор купли-продажи транспортного средства, согласно которому продавец передает в собственность покупателя, а покупатель принимает и оплачивает транспортное средство:

LEXUS LХ570, VIN №, год изготовления 2007, модель двигателя №, шасси (рама) №, цвет кузова: серебристый.

Пунктом 4 договора установлено, что стоимость указанного транспортного средства согласована покупателем и продавцом и составляет 2 000 000 рублей. 

В п.6 договора указано, что право собственности на транспортное средство переходит к покупателю с момента подписания настоящего договора.

В судебном заседании ответчик ФИО6 факт заключения данных договоров не отрицал, оспаривая их сущность и поясняя, что они являются договорами залога с целью обеспечения договора займа от 01 марта 2018 года на 7 млн. рублей, заключенными под видом договоров купли-продажи. 

Судом установлено, что все представленные суду договоры купли-продажи собственноручно подписаны ФИО5 и ФИО6 в связи с чем, довод представителя ФИО8 о не состоятельности указанных договоров купли-продажи не нашли своего подтверждения.

Судом принято во внимание то обстоятельство, что ФИО5 с момента заключения договора купли-продажи получила от ФИО6 документы на автомобили, а именно, паспорта транспортных средств.

Из пункта 5 указанных договоров купли-продажи транспортных средств от 06 июля 2018 года следует, что стороны подтверждают произведенную оплату покупателем продавцу за приобретенные транспортные средства при подписании договора. 

Поскольку сама по себе неоплата денежных средств за автомобили не может являться основанием для признания сделок недействительными, так как гражданским законодательством предусмотрены иные способы защиты прав продавца товара, в частности: предъявление требований о взыскании денежных средств либо о расторжении договора, ссылка ответчика ФИО6 о том, что ему не переданы денежные средства от продажи транспортных средств, не свидетельствует о недействительности сделок.

По тем же основаниям суд признает не состоятельными показания свидетеля ФИО9, согласно которым стороны в его присутствии заключили договоры купли-продажи автомобилей в целях обеспечения обязательств по договору займа. 

Довод ФИО6 и его представителя, что отсутствие расписок передачи денежных средств и актов передачи транспортных средств указывает на мнимость сделок суд находит не состоятельными, поскольку указанные условия в договорах купли-продажи транспортных средств предусмотрены, фактическое нахождение автомобилей у ФИО6 сторонами на оспаривается, при этом обязательное составление дополнительных расписок и актов передачи движимого имущества законодательством не предусмотрено.

Из пояснений ФИО6 следует, что он заблаговременно отдал ФИО5 паспорта на транспортные средства с целью подготовки договоров купли-продажи автомобилей, в исследованных судом договорах имеются паспортные данные каждой из сторон, полные сведения о движимом имуществе, являющимся предметом сделки, что, по мнению суда, свидетельствует о наличии воли сторон на заключение оспариваемых договоров. 

Довод ФИО6, о том, что он не собирался отчуждать транспортные средства, пользуется ими и оплачивает транспортные налоги, что подтверждает недействительность сделок, суд отклоняет, поскольку транспортный налог за автомобили в сумме 66 320 рублей оплачен ФИО6 23 января 2020 года, в момент рассмотрения указанного спора в суде. 

Согласно части 1 статьи 223 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

Таким образом, действующее законодательство связывает моменты приобретения движимого имущества с передачей этого имущества, если иное не предусмотрено договором.

Из оспариваемых договоров следует, что право собственности на транспортное средство переходит к Покупателю с момента подписания договора, в связи с чем, доводы ФИО6 и представителя ФИО8, что Касилова не является титульным владельцем спорного движимого имущества, суд находит не состоятельными. 

Регистрация транспортных средств носит учетный характер и не служит основанием для возникновения на них прав собственности. 

Сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами (ч.1 ст.160 Гражданского кодекса РФ).

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что представленный ФИО6 договор займа от 01 марта 2018 года на 7 млн.руб. рублей не может расцениваться как заключенная двусторонняя сделка между сторонами, поскольку подписан договор только ФИО6 

Доказательств, свидетельствующих о том, что сделки купли-продажи транспортных средств, заключенные между ФИО5 и ФИО6, были совершены для обеспечения заемных обязательств ФИО6 перед ФИО5 по договору займа от 01 марта 2018 года, суду не представлено. 

Судом установлено, что решение Советского районного суда г.Владивостока от 14 октября 2019 года о взыскании с ФИО6 в пользу ФИО5 задолженности по договорам займа от 01 мая 2018 года и 30 мая 2018 года в сумме 17 млн.руб., в законную силу не вступило, в связи с чем, суд не дает оценку данному доказательству истца.

Таким образом, выслушав пояснения сторон, свидетеля и исследовав материалы дела в совокупности, суд приходит к выводу, что допустимых доказательств, подтверждающих мнимость сделки, стороной ответчика не представлено. Доводы, изложенным во встречном исковом заявлении являются голословными и не могут быть положены в основу судебного решения. 

Судом установлено, что при совершении сделок купли-продажи воля обеих сторон была направлена на возникновение, изменение, прекращение соответствующих гражданских прав и обязанностей.

Довод ответчика ФИО6 о том, что ФИО5 заставила подписать его договоры купли-продажи, он не понимая их сущности их подписал, судом оценивается критически, поскольку ФИО6, являясь дееспособным гражданином, имея высшее образование, не мог не осознавать правовых последствий заключаемых им договоров. 

Напротив, все действия ФИО6 были направлены на отчуждение имущества в целях реализации его волеизъявления, фактически направленного на отчуждение автомобилей, а именно передача правоустанавливающих документов, в том числе заблаговременная с целью подготовки письменных сделок, получение денежных средств.

Доказательств того, что договоры купли-продажи автомобилей от 06 июля 2018 года были подписаны ФИО6 под влиянием насилия или угрозы ФИО5 суду также не представлено. 

Оценивая довод ФИО6 о том, что для совершения оспариваемых сделок необходимо было согласие супруги ФИО6 суд полагает необходимым отметить следующее.

Согласно статье 34 Семейного кодекса Российской Федерации, имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

В соответствии со статьей 253 ГК РФ, участники совместной собственности, если иное не предусмотрено соглашением между ними, сообща владеют и пользуются общим имуществом. Распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом.

Каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом.

Аналогичные правила предусмотрены ст. 35 Семейного кодекса РФ, согласно которой, владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов. При совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга.

С учетом изложенного, требование о признании сделок недействительными имеет право заявлять не ФИО6, а его супруга.

Согласно части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания свих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению по рассмотрению требования о признании той или иной сделки мнимой является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение реально совершить и исполнить соответствующую сделку.

Таким образом, в предмет доказывания мнимости сделки входят обстоятельства отсутствия намерения продавца и покупателя на совершение и исполнение спорной сделки, а также тот факт, что данная сделка действительно не породила правовых последствий для стороны и третьих лиц.

По смыслу вышеприведенных норм права, ответчик по настоящему делу должен представить суду относимые и допустимые доказательства, подтверждающие, что стороны совершили оспариваемую сделку лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Кроме того, для разрешения вопроса о мнимости договора купли-продажи необходимо установить наличие или отсутствие правовых последствий, которые в силу статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации влекут недействительность такого договора, а именно: факты надлежащей передачи вещи в собственность покупателю, а также уплаты покупателем определенной денежной суммы за эту вещь. 

Из материалов дела следует и подтверждено сторонами, что по заключенным договорам купли-продажи транспортные средства до настоящего времени покупателю не переданы, что послужило обращению ФИО5 с иском в суд об истребовании транспортных средств из владения ФИО6, передача денежных средств по договорам купли-продажи оспаривается продавцом, вместе с тем, достоверных доказательств заключения сторонами вышеуказанных договоров купли-продажи транспортных средств для вида, без намерения создать правовых-последствий, стороной ответчика суду не представлено. 

Таким образом, суд установил, что сделки сторонами заключены, оснований для признания их недействительными не имеется.

В соответствии с требованиями гражданского законодательства собственник вправе истребовать свое имущество из чужого владения, если докажет факт выбытия из его владения помимо его воли, указанные данные в ходе рассмотрения данного дела нашли свое подтверждение.

На основании изложенного, суд удовлетворяет исковые требования ФИО5 к ФИО6 об истребовании имущества из чужого незаконного владения, взыскании судебных расходов, одновременно отказывая в удовлетворении встречных исковых требований ФИО6 к ФИО5 о признании недействительными (ничтожными) договоров купли-продажи транспортных средств. 

В соответствии с частью 3 статьи 144 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обеспечительные меры в виде наложения ареста в отношении транспортных средств, находящихся во владении ФИО6 принятые определением суда от 30 октября 2019 года, сохраняют свое действие до исполнения решения суда.

Согласно статье 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с ответчика подлежат взысканию судебные расходы, понесенные истцом в связи с уплатой государственной пошлины при обращении в суд с исковым заявлением, в размере 33 200 рублей 00 копеек.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

р е ш и л:

Исковые требования ФИО5 удовлетворить.

Истребовать из владения ФИО6 следующее имущество:

-TOYOTA HIACE, год изготовления 1993, модель двигателя №, шасси (рама) №, кузов отсутствует; 

- TOYOTA REGIUS ACE, год изготовления 2001, модель двигателя №, шасси (рама) отсутствует, кузов № ;

- TOYOTA HIACE, год изготовления 1996, модель двигателя №, шасси (рама) №, кузов отсутствует;

-LEXUS LХ570, год изготовления 2007, шасси (рама) №,, модель двигателя №, кузов отсутствует;

Обязать ФИО6 передать ФИО5 следующее имущество:

-TOYOTA HIACE, год изготовления 1993, модель двигателя №, шасси (рама) №, кузов отсутствует; 

- TOYOTA REGIUS ACE, год изготовления 2001, модель двигателя №, шасси (рама) отсутствует, кузов № ;

- TOYOTA HIACE, год изготовления 1996, модель двигателя №, шасси (рама) №, кузов отсутствует;

-LEXUS LХ570, год изготовления 2007, шасси (рама) №, модель двигателя №, кузов отсутствует.

В удовлетворении встречного иска ФИО6 к ФИО5 о признании недействительными (ничтожными) договоры купли-продажи транспортных средств, отказать.

Взыскать с ФИО6 в пользу ФИО5 государственную пошлину в размере 33 200 (тридцать три тысячи двести) рублей.

Решение может быть обжаловано в Сахалинский областной суд через Анивский районный суд в течение месяца со дня принятия его судом в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 13 февраля 2020 года. 

Председательствующий: судья А.В. Корчагина