Дело №2-619/2018 

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

21 сентября 2018 года г.Советский

Советский районный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в составе:

председательствующего судьи Кобцева В.А., 

при секретаре Нечаевой Т.В.,

с участием истца ФИО1,

представителя истца ФИО2,

ответчика ФИО3,

представителя третьего лица ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о признании незаконными действий по распространению сведений, составляющих врачебную тайну, и компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО3, в котором просила:

- признать действия ответчика по распространению сведений, составляющих ее врачебную тайну незаконными, нарушающими ее личные неимущественные блага - неприкосновенность частной жизни, личную тайну, врачебную тайну;

- взыскать с ответчика в ее пользу компенсацию морального вреда, причиненного нарушением личного неимущественного блага- неприкосновенности частной жизни, личной тайны, распространением сведений о факте ее обращения за оказанием медицинской помощи, состоянии ее здоровья, сведений, полученных при ее медицинском обследовании и лечении, составляющих врачебную тайну, в размере 250 000 руб. 

В обоснование заявленных требований истцом ФИО1 было указано, что 26.06.2018 ей стало известно о том, что заведующим клинико-диагностическим отделением поликлиники автономного учреждения Ханты-Мансийского автономного округа - Югры «Советская районная больница» (далее по тексту- АУ «СРБ») ФИО3 было допущено разглашение сведений, составляющих ее врачебную тайну, без законных на то оснований. 

Так, согласно протоколу заседания врачебной комиссии АУ «СРБ» от (дата) (номер) была рассмотрена ее медицинская карта амбулаторного больного (номер), а также ее медицинская карта стационарного больного (номер). Во время заседания комиссии ответчик, в присутствии председателя комиссии ФИО5, члена комиссии ФИО6, приглашенного третьего лица- сотрудника БУ «Югорская городская больница» ФИО7, распространил сведения о факте ее обращения (дата) на прием врача (должность), о факте выдаче ей направления на госпитализацию в (наименование) отделение и ее последующей госпитализации в стационарное отделение.

Полагала, что данными действиями ответчика было нарушено ее право на неприкосновенность частной жизни, личную тайну и нарушено действующее законодательство РФ, так как своего согласия на разглашение сведений, составляющих врачебную тайну, она никому не давала. Распространением данных сведений ответчик причинил ей нравственные страдания. С 26.06.2018 по сегодняшний день ей не дает покоя и доставляет ужасные страдания мысль о том, что посторонний мужчина изучил в подробностях ее медицинские сведения. Усиливает страдания тот факт, что ФИО3 является врачом-неврологом, а не (должность). В указанной медицинской документации содержатся сведения (-). Она не хотела, чтобы кто-то знал о ее обращениях к врачу (должность), так как это не простуда и не боли в спине, о которых люди могут говорить спокойно. Компенсацию морального вреда оценивает в 250 000 руб.

В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель ФИО2 поддержали заявленные требования и просили удовлетворить в полном объеме, пояснив при этом вышеизложенные обстоятельства.

Ответчик ФИО3 представил суду письменные возражения на иск, где указал, что ФИО1 состоит в трудовых отношениях с АУ «СРБ», замещает должность врача-невролога консультативно-диагностического отделения поликлиники. Для проведения экспертизы качества оказания врачебной помощи и обоснованности выдачи (дата) врачом-неврологом ФИО1 листа временной нетрудоспособности пациентке (дата) состоялось заседание врачебной комиссии, которая пришла к выводу о ненадлежащем исполнении истцом должностных обязанностей. Основной задачей комиссии было не исследование заболеваний истца, а проведение экспертизы качества оказанной медицинской помощи и обоснованности выдачи листа временной нетрудоспособности. Члены комиссии являются профессиональными квалифицированными врачами, которые в своей деятельности руководствуются положениями законодательства, в том числе и по вопросу о неразглашении врачебной тайны. Никем из членов комиссии информация из медицинской документации истца не была разглашена, информация была предметом исследования в рамках проведения экспертизы качества оказания медицинской помощи. Полагал доводы, на которых истец основывает свои требования необоснованными и просил в удовлетворении иска отказать в полном объеме. 

Представитель третьего лица АУ «СРБ»- ФИО4, действующая на основании доверенности от 12.03.2018, полагала иск ФИО1 не подлежащим удовлетворению, поддержав доводы ответчика. 

Заслушав пояснения стороны истца, возражения ответчика и представителя третьего лица, показания свидетеля, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Как усматривается из материалов дела, между сторонами имеется спор о предполагаемом истцом нарушении ее права на неприкосновенность частной жизни и личную тайну.

Гарантируемое частью 1 статьи 23 Конституции Российской Федерации право на неприкосновенность частной жизни распространяется на ту сферу жизни, которая относится к отдельному лицу, касается только этого лица и охватывает охрану всех тех сторон личной жизни лица, оглашение которых лицо по тем или иным причинам считает нежелательным.

Право на неприкосновенность частной жизни означает предоставленную человеку и гарантированную государством возможность контролировать информацию о самом себе, препятствовать разглашению сведений личного, интимного характера.

В силу части 1 статьи 13 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» сведения о факте обращения гражданина за оказанием медицинской помощи, состоянии его здоровья и диагнозе, иные сведения, полученные при его медицинском обследовании и лечении, составляют врачебную тайну.

На основании части 2 статьи 13 названного Закона не допускается разглашение сведений, составляющих врачебную тайну, в том числе после смерти человека, лицами, которым они стали известны при обучении, исполнении трудовых, должностных, служебных и иных обязанностей, за исключением случаев, установленных частями 3 и 4 настоящей статьи.

В соответствии с п. 4 Перечня сведений конфиденциального характера, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 06 марта 1997 года № 188 (в редакции Указа Президента Российской Федерации от 23.092005), врачебная тайна относится к сведениям, связанным с профессиональной деятельностью, доступ к которым ограничен в соответствии с Конституцией Российской Федерации и федеральными законами.

Из материалов дела усматривается, и данное обстоятельство не оспаривалось участвующими в деле лицами, что ФИО1 состоит в трудовых отношениях с АУ «СРБ» замещая должность врача-невролога консультативно-диагностического отделения поликлиники. Руководителем отделения, в котором осуществляет трудовую деятельность истец, является ответчик ФИО3

(дата) состоялось заседание врачебной комиссии АУ «СРБ» с повесткой: «Экспертиза качества оказания медицинской помощи и обоснованности выдачи листка нетрудоспособности Е. врачом неврологом ФИО1 (дата)». В заседании комиссии участвовали ее председатель - ФИО5, члены комиссии: ФИО3, ФИО6, а также приглашенный специалист ФИО7 Основанием для проведения заседания врачебной комиссии явилась служебная записка заместителя главного врача по медицинской части (по поликлинике) ФИО8 от (дата).

Согласно протоколу заседания врачебной комиссии АУ «СРБ» от (дата) (номер) комиссией рассмотрены медицинские документы ФИО1: медицинская карта амбулаторного больного (номер), медицинская карта стационарного больного (номер).

В ходе заседания комиссии ФИО3 в частности доложил, что:

«При анализе случая оказания медицинской помощи Е. (дата) врачом неврологом ФИО1 с последующей выдачей листа нетрудоспособности, выявлены дефекты оформления медицинской документации, дефекты проведения неврологического осмотра и назначения лечения врачом неврологом ФИО1И…

(дата) ФИО1 обращается на прием (должность), где ей выдается направление на госпитализацию в (наименование) отделение, оформление в стационар происходит в (-) ч. . В то же время прием врачом неврологом ФИО1 пациентки Е. с выдачей листа нетрудоспособности происходит в (-) ч. . на незаконных основаниях, в связи с освобождением ФИО1 от должностных обязанностей с (-) ч. ». 

ФИО3 пояснил суду, что при осуществлении внутреннего контроля качества и безопасности медицинской деятельности первого уровня, им, как заведующим консультативно-диагностического отделения поликлиники АУ «СРБ», были выявлены дефекты оформления медицинской документации врачом неврологом ФИО1, после чего он составил служебную записку на имя заместителя главного врача по медицинской части (по поликлинике) ФИО8, для проведения контроля качества и безопасности медицинской деятельности второго уровня. Рассмотрение врачебной комиссией вопроса обоснованности выдачи ФИО1 листка нетрудоспособности пациентке Е. осуществлялось в порядке третьего уровня контроля качества и безопасности медицинской деятельности.

В соответствии с пунктом 10 части 4 статьи 13 вышеназванного Федерального закона предоставление сведений, составляющих врачебную тайну, без согласия гражданина или его законного представителя допускается в целях осуществления контроля качества и безопасности медицинской деятельности в соответствии с настоящим Федеральным законом.

Конституционный Суд РФ в определении от 24.09.2013 №1333-О указал, что федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации является базовым законодательным актом, регулирующим отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации. Его статья 13 устанавливает специальный правовой режим информации, содержащей врачебную тайну, который является одной из гарантий реализации гражданами права на охрану здоровья. Соответственно, медицинская организация обязана соблюдать как врачебную тайну, так и требования о защите персональных данных, в том числе при создании локальных информационных систем, содержащих данные о пациентах и об оказываемых им медицинских услугах (пункт 5 статьи 78).

При этом федеральным законодателем предусмотрен ряд исключений из общего правила о недопустимости разглашения сведений, составляющих врачебную тайну. В частности, предоставление данных сведений без согласия гражданина допускается для осуществления контроля качества и безопасности медицинской деятельности (пункт 10 части 4 статьи 13). К формам, в которых осуществляется указанная контрольная деятельность, наряду с государственным и ведомственным отнесен внутренний контроль (статьи 87, 88, 89 и 90 названного Федерального закона).

Положения Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» направлены на обеспечение прав граждан на получение медицинской помощи необходимого объема и надлежащего качества на основе установленных стандартов ее оказания, а следовательно, сами по себе не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права граждан в указанном заявителем аспекте.

В соответствии с п.1 ст.87 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ контроль качества и безопасности медицинской деятельности осуществляется, кроме прочего, в форме внутреннего контроля.

Согласно ст.90 названного Федерального закона органами, организациями государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения осуществляется внутренний контроль качества и безопасности медицинской деятельности в порядке, установленном руководителями указанных органов, организаций.

Приказом главного врача АУ «СРБ» от (дата) (номер) (далее по тексту- Приказ от (дата)), в целях обеспечения внутреннего контроля качества и безопасности медицинской деятельности, в числе прочих утверждены положение о внутреннем контроле качества и безопасности медицинской деятельности в АУ «Советская районная больница» (далее по тексту- Положение о внутреннем контроле), а также положение о врачебной комиссии АУ «Советская районная больница» (далее по тексту- Положение о врачебной комиссии).

Пунктом 2.4 Положения о внутреннем контроле определено, что внутренний контроль качества медицинской деятельности осуществляется по трех уровневой системе:

- первый уровень контроля - руководители (заведующие) структурными подразделениями медицинской организации;

- второй уровень контроля - заместители руководителя медицинской организации по профилю;

- третий уровень контроля - врачебная комиссия.

Согласно Положению о врачебной комиссии к одной из функций комиссии отнесена организация и проведение внутреннего контроля качества и безопасности медицинской деятельности, оценка качества и эффективности лечебно-диагностических мероприятий.

В соответствии с Положением о врачебной комиссии (раздел- Порядок рассмотрения врачебной комиссией результатов внутреннего контроля качества медицинской помощи, МЭЭ и ЭКМП) заведующие отделениями стационара, поликлиническими отделениями осуществляют проведение внутреннего контроля качества медицинской помощи первого уровня согласно Положению.

Врачебная комиссия анализирует результаты внутреннего контроля качества медицинской деятельности, результаты МЭЭ и ЭКМП, выявляет и анализирует имеющиеся нарушения и дефекты медицинских и организационных технологии, их причины.

По результатам проведенного анализа комиссией оформляется решение о проведении мероприятий, направленных на устранение причин, вызвавших возникновение дефектов медицинской помощи, дефектов оформления медицинской документации, на повышение качества и эффективности оказываемой медицинской помощи: организационные, образовательные, дисциплинарные, экономические - использование показателей качества медицинской помощи при принятии решения по материальному стимулированию медицинских работников.

По результатам заседания (протокол от (дата) (номер)) врачебная комиссия выявила дефекты при оказании медицинской помощи Е. и выдаче листка нетрудоспособности врачом ФИО1 В частности было установлено, что листок нетрудоспособности выдан Е. (дата) в (-) ч. незаконно, так как в указанное время врач ФИО1 сама была нетрудоспособна, в связи с чем, была освобождена от выполнения своих функциональных обязанностей и не находилась на рабочем месте. 

Врачебной комиссией дано указание ФИО3 провести внутренний контроль качества экспертизы временной нетрудоспособности врачом неврологом ФИО1 за (дата), а саму ФИО1 рекомендовано привлечь к дисциплинарной ответственности за ненадлежащее исполнение своих должностных обязанностей.

Суд полагает, что оглашение ответчиком ФИО3 на заседании врачебной комиссии сведений об обращении ФИО1 за медицинской помощью осуществлялось им при проведении врачебной комиссией АУ «СРБ» внутреннего контроля качества и безопасности медицинской деятельности третьего уровня и в силу пункта 10 части 4 статьи 13 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ предоставление таких сведений допустимо без согласия гражданина.

Ответчиком на заседании врачебной комиссии была оглашена информация о дате и времени обращения ФИО1 на прием к (должность), выдаче направления на госпитализацию в (наименование) отделение, а также о времени оформления в стационар, то есть только те сведения, которые были необходимые для контроля качества медицинской деятельности в рассматриваемом врачебной комиссией случае. Иные сведения об обращении ФИО1 за медицинской помощью, в частности о состоянии здоровья и диагнозе заболевания истца, в ходе заседания врачебной комиссии не оглашались.

Из пояснений ответчика и представителя третьего лица, а также из протокола от (дата) (номер) следует, что на заседании врачебной комиссии медицинская карта стационарного больного (номер) не рассматривалась, а при оформлении протокола была допущена техническая ошибка. Фактически на заседании врачебной комиссии ответчиком были оглашены сведения из медицинской карты стационарного больного (номер), в части касающейся даты и времени госпитализации ФИО1

(дата) врачебная комиссия заседала в составе, определенном согласно Приложению №5 к Приказу от 06.04.2018: председатель - ФИО5, члены комиссии: ФИО3, ФИО6 В заседании комиссии принимала участие врач невролог, заведующая неврологическим отделением БУ «Югорская городская больница» ФИО7, привлеченная к участию в работе комиссии на основании п.2.3 Положения о внутреннем контроле.

Оснований полагать, что сведения об обращении ФИО1 за медицинской помощью, оглашенные ответчиком ФИО3 на заседании врачебной комиссии, стали известны иным лицам, не связанным с внутренним контролем качества и безопасности медицинской деятельности АУ «СРБ», у суда нет, и на данное обстоятельство сторона истца не ссылалась.

При таких установленных по делу обстоятельствах, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания действий ответчика по оглашению в ходе заседания врачебной комиссии сведений, составляющих врачебную тайну истца, незаконными, нарушающими личные неимущественные блага ФИО1 - неприкосновенность частной жизни, личную тайну, врачебную тайну.

В силу ст.151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может наложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно пункту 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Требование ФИО1 о компенсации морального вреда обосновано, предполагаемым ею, посягательством на ее нематериальные блага - неприкосновенность частной жизни, личную и врачебную тайны. Поскольку факт незаконного распространения ответчиком сведений, составляющих врачебную тайну истца, не нашел своего подтверждения в ходе судебного разбирательства, то обоснованное им требование о компенсации морального вреда не подлежит удовлетворению, в связи с чем, суд полагает в удовлетворении иска ФИО1 отказать в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска ФИО1 к ФИО3 о признании незаконными действий по распространению сведений, составляющих врачебную тайну, и компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры через Советский районный суд в течение месяца со дня его принятия.

Судья В.А. Кобцев

СПРАВКА

Решение обжаловано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 18 декабря 2018г. оставлено без изменения.

Решение вступило в законную силу 18 декабря 2018г.