Дело №2-556/2017

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

11 мая 2017 года г.Казань

Московский районный суд г. Казани Республики Татарстан в составе:

председательствующего судьи Шарифуллина В.Р.

при секретаре Харисове Р.Р.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Исполнительного комитета муниципального образования города Казани к ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 о признании жилых домов самовольными постройками, подлежащими сносу и об обязании освободить самовольно занятый земельный участок путем сноса расположенных на нем объектов и по встречному иску ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО6 о признании права долевой собственности на самовольную постройку,

УСТАНОВИЛ:

Исполнительный комитет муниципального образования 

<

адрес> обратился в суд с иском к ФИО6, ФИО1, ФИО4 и ФИО5 с требованием об освобождении самовольно занятого земельного участка с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, расположенного по адресу: 

<

адрес>, путем сноса расположенных на нем строений. В обоснование иска истец сослался на те обстоятельства, что согласно актам муниципального земельного контроля от ДД.ММ.ГГГГ №№, 3977, 3979 и 3982, было установлено, что на землях неразграниченной государственной собственности общей площадью 890 кв.м., расположены четыре самовольно возведенных жилых дома и хозяйственные постройки, при этом территория самовольно огорожена. Собственниками указанных четырех домов с литерами Б, Б1, В, Д, З - являются ФИО6, ФИО1, ФИО4 и ФИО5, которые были привлечены к административной ответственности за нарушение статьи 7.1 КоАП РФ, поскольку занятая самовольными постройками площадь в размере 748 кв.м. относится к муниципальному земельному участку с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, расположенного по адресу: 

<

адрес> используется ответчиками без законных оснований. Основываясь на положениях статей 222 и 304 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункте 2 части 1 статьи 60 Земельного кодекса Российской Федерации, закрепляющих право собственника земельного участка требовать устранения любых нарушений владения, сноса самовольной постройки, Исполнительный комитет муниципального образования 

<

адрес> обратился в суд к ответчикам с изложенными выше требованиями.

В ходе судебного разбирательства представитель Исполнительного комитета муниципального образования города Казани ФИО7 уточнил исковые требования и просил суд признать жилые дома с литерами Б, Б1 с пристроем, площадью 40,6 кв.м., литер В с пристроем, площадью 31,2 кв.м., литер Д с пристроем, площадью 26,5 кв.м. и литер № с пристроем, площадью 36,1 кв.м., расположенные по адресу: 

<

адрес> - самовольными постройками, подлежащими сносу, в связи с чем обязать ФИО6, ФИО1, ФИО4 и ФИО5 освободить самовольно занятый муниципальный земельный участок площадью 888 кв.м., с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, путем сноса расположенных на нем самовольных строений.

Определением Московского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ производство по делу в отношении ответчика ФИО1 было прекращено, поскольку указанный гражданин умер ДД.ММ.ГГГГ.

По заявлению представителя истца к участию в деле в качестве соответчиков были привлечены наследники ФИО1, принявшие наследство - ФИО2, ФИО3, а также гражданин ФИО1 (т.3, л.д.10-13).

Ответчики ФИО6 и ФИО1 с иском не согласились, представив письменные возражения (т.1, л.д.46), в которых сослались на те обстоятельства, что домовладение, расположенное по адресу: 

<

адрес> состоит из нескольких строений, включая литер А (жилой 

<

адрес> года постройки), литер Б (жилой 

<

адрес> года постройки), литер В (жилой 

<

адрес> года постройки), литер Д (жилой 

<

адрес> года постройки) и литер З (жилой 

<

адрес> года постройки), а также хозяйственных построек (литеры Г1-Г7). Указанные объекты принадлежат ответчикам на праве долевой собственности. Как видно из технической документации на указанные строения, все они были построены до введения в действие Части первой Гражданского кодекса Российской Федерации (ДД.ММ.ГГГГ), акты гражданского законодательства, в том числе статья 222 Гражданского кодекса Российской Федерации, не имеют обратной силы. Кроме того, требование истца об освобождении самовольно занятого земельного участка, по существу, означает требование о лишении граждан своего единственного жилища, поскольку домовладение № по 

<

адрес> является единственным местом жительства для ответчиков, что подтверждается выпиской из домовой книги, другого жилья в собственности либо в пользовании ответчики не имеют. Спорные жилыен дома были признаны ветхими и проживающие в них граждане были включены в программу переселения из ветхих домов в 1996 году, однако распоряжением администрации от 1999 года домовладение № по 

<

адрес> было незаконно исключено из программы переселения, в результате чего ответчики другого жилья не получили. Кроме того, ФИО6 и ФИО1 сослались на пропуск истцом срока исковой давности (т.3, л.д.164), пояснив, что о существовании спорных построек муниципальному органу было известно с 1996 года, однако никаких мер по сносу строений и переселению граждан им принято своевременно не было, в связи с чем в удовлетворении иска просили отказать.

Ответчик ФИО5 с иском также не согласился, представив письменные возражения по заявленным требованиям (т.1, л.д.223-226), в которых сослался на то, что постановлением Главы администрации 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ6 года № дома с литерами А, Б, Б1, В, Д и З были признаны непригодными для проживания и включены в программу переселения на 2003 год, однако позднее постановлением Главы администрации 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № указанные дома были исключены из программы. Спорные жилые дома с литерами Б, Б1, В, Д и З были выстроены на участках № и 37 по 

<

адрес> с 1976 года, поскольку семья разрасталась и места для проживания в старом 

<

адрес> года постройки всем не хватало. Учитывая значительный период времени, в течение которого ответчики пользуются принадлежащими им строениями, ФИО5 сослался на истечение срока исковой давности, а также обратил внимание суда на приобретение им собственности на строение по давности владения.

Не согласившись с предъявленным к ним иском, ФИО6, ФИО1, ФИО2 и ФИО3 предъявили к Исполнительному комитету муниципального образования 

<

адрес> встречный иск, в котором просили признать право собственности ответчиков в доли по 1/4 за каждым на жилые дома литер Б, Б1, В, Д и З, расположенные по адресу: 

<

адрес>. В обоснование заявленных требований ответчики указали, что Исполнительный комитет муниципального образования 

<

адрес> в период с 1996 года по 2008 год вел с ответчиками переписку о судьбе жилых домов и знал о том, что лишен владения земельным участком, на котором расположены спорные строения, выразив свое согласие. Существующие спорные постройки не угрожают жизни и здоровью, что усматривается из заключения АНО «Центр содействия обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения», согласно которому нарушений санитарных норм существующими постройками выявлено не было, а также экспертного заключения по исследованию технического состояния жилого дома литер Б, Б1, В, Д и З по адресу: 

<

адрес>, выполненного специалистами ООО «Экспертные технологии», а также ООО «Бюро Технических Исследований». Поскольку сохранение постройки не угрожает жизни и здоровью граждан, ответчики просили суд признать за ними право долевой собственности на жилые дома литер Б, Б1, В, Д и З в указанных долях.

В судебном заседании представитель истца ФИО7 поддержал доводы, изложенные в первоначальном иске, встречный иск не признал.

Ответчики ФИО6, ФИО1, их представитель ФИО8 - первоначальный иск не признали, доводы, изложенные во встречном иске поддержали.

Ответчик ФИО5 с первоначальным иском не согласился, доводы, изложенные в своих возражениях поддержал.

Представитель ответчиков ФИО2 и ФИО3 - А. Ю.В. с первоначальным иском не согласился, встречный иск нашел подлежащим удовлетворению.

Представители третьих лиц - МКУ «Комитет земельных и имущественных отношений ИК МО 

<

адрес>», Управление Росреестра по 

<

адрес> в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства были уведомлены надлежащим образом.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав представленные ими письменные доказательства, оценив их в совокупности, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 222 Гражданского кодекса Российской Федерации самовольной постройкой является жилой дом, другое строение, сооружение или иное недвижимое имущество, созданное на земельном участке, не отведённом для этих целей в порядке, установленном законом и иными правовыми актами, либо созданное без получения на это необходимых разрешений или с существенным нарушением градостроительных и строительных норм и правил.

Лицо, осуществившее самовольную постройку, не приобретает на неё право собственности. Оно не вправе распоряжаться постройкой - продавать, дарить, сдавать в аренду, совершать другие сделки.

Самовольная постройка подлежит сносу осуществившим её лицом либо за его счёт, кроме случаев, предусмотренных п. 3 настоящей статьи.

Право собственности на самовольную постройку может быть признано судом, а в предусмотренных законом случаях в ином установленном законом порядке, за лицом, в собственности, пожизненном наследуемом владении, постоянном (бессрочном) пользовании которого находится земельный участок, где осуществлена постройка. В этом случае лицо, за которым признано право собственности на постройку, возмещает осуществившему её лицу расходы на постройку в размере, определённом судом.

Право собственности на самовольную постройку не может быть признано за указанным лицом, если сохранение постройки нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц либо создаёт угрозу жизни и здоровью граждан.

Согласно пункту ч статьи 3 Федерального закона «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации» гражданин Российской Федерации вправе приобрести бесплатно в собственность земельный участок, который находится в его фактическом пользовании, если на таком земельном участке расположен жилой дом, право собственности на который возникло у гражданина до дня введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации либо после дня введения его в действие, при условии, что право собственности на жилой дом перешло к гражданину в порядке наследования и право собственности наследодателя на жилой дом возникло до дня введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации.

Ранее действовавшая редакция указанной нормы предусматривала право граждан Российской Федерации, имеющих в фактическом пользовании земельные участки с расположенными на них жилыми домами, приобретенные ими в результате сделок, которые были совершены до вступления в силу Закона С. от ДД.ММ.ГГГГ N 1305-1 "О собственности в С.", но которые не были надлежаще оформлены и зарегистрированы, бесплатно приобрести право собственности на указанные земельные участки в соответствии с правилами, установленными статьей 36 Земельного кодекса Российской Федерации. ДД.ММ.ГГГГ - дата вступления в силу Закона С. "О собственности в С.".

Согласно разъяснениям п. 2 Постановления Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 16-П, до 1990 года в условиях существования исключительно государственной собственности на землю, основной формой осуществления гражданами права владения и пользования земельными участками было постоянное (бессрочное) пользование, что имело целью гарантировать им устойчивость прав на землю и находящуюся на ней другую недвижимость. Признание за домовладельцем - пользователем земельного участка, на котором расположено домовладение, права постоянного (бессрочного) пользования этим земельным участком как своим имуществом исключало произвольное распоряжение им со стороны каких-либо иных субъектов права.

Кроме того, в соответствии с Постановлением Совета М. С. от ДД.ММ.ГГГГ № «О порядке применения Указа Президиума Верховного Совета С. от ДД.ММ.ГГГГ «О праве граждан на покупку и строительство индивидуальных жилых домов» земельные участки для строительства индивидуальных жилых домов отводились за счет земель города в бессрочное пользование, а построение на этих участков дома являлась личной собственностью застройщиков.

Согласно части 3 статьи 20 Земельного кодекса Российской Федерации, право постоянного (бессрочного) пользования находящимися в государственной или муниципальной собственности земельными участками, возникшее у граждан или юридических лиц до введения в действие настоящего Кодекса, сохраняется.

Исходя из логики приведенных постановлений, в условиях, когда для признания права на постройку закон требует наличие прав на земельный участок под самовольной постройкой (в том числе постоянного (бессрочного) пользования), земельный участок, на котором были осуществлены самовольные постройки, рассматривается как предоставленный в постоянное (бессрочное) пользование, при установлении факта того, чтобы самовольная постройка была осуществлена в указанный период. 

Установив факт принадлежности земельного участка на праве постоянного (бессрочного) пользования, суд признает и право собственности на самовольную постройку, при условии, что постройка не нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц, и создает угрозу жизни и здоровью граждан.

Судом установлено, что на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенного 2-ой Казанской государственной нотариальной конторой, гражданин ФИО9 приобрел в личную собственность жилой 

<

адрес>, состоящий из одноэтажного бревенчатого дома, общей площадью 41,5 кв.м., с надворными постройками.

На основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ ФИО9 продал гражданам ФИО10 в 1/4 доли и ФИО11 в 3/4 доли указанный жилой дом (т.1, л.д. 220).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО12 на основании договора купли-продажи, приобрела 1/4 доли вышеуказанного жилого дома у ФИО10 (т.2, л.д.106).

ФИО13 (прежняя фамилия ФИО14) Р.В. подарила из принадлежащих ей 3/4 долей в праве собственности на указанный выше жилой 

<

адрес> долю в праве своей матери ФИО12, а оставшуюся 1/2 доли - сестре ФИО15 на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ.

Домовладение по адресу: 

<

адрес> состоит из пяти жилых домов - литер А (реконструирован в 1952 году), площадью 42,2 кв.м.; литер Б и Б1 (1976 года постройки), площадью 40,6 кв.м.; литер В и в (1979 года постройки), площадью 31,2 кв.м.; литер Д (1985 года постройки), площадью 26,5 кв.м.; литер З (1989 года постройки), площадью 36,1 кв.м.; нежилых хозяйственных построек под литерами Г и Г1.

Из объяснений сторон по делу следует, что жилые дома с литерами Б, Б1, В,в, Д и З были выстроены семьями К-вых, А-вых, Ч-вых в период с 1976 по 1989 годы, на земельном участке, примыкающем к дому № по 

<

адрес>, ранее использовавшемся ими для приусадебного хозяйства, а также из неиспользуемой, заболоченной земли. Схема застройки с наглядностью представлена на плане земельного участка по состоянию на 1993 год (т.2, л.д.113, 115).

По данным технической инвентаризации ДД.ММ.ГГГГ, жилой дом с литером А размещен на участке под №, жилые дома под литерами Б, Б1, В,в, Д и З - на участке под номером 38 (т.2, л.д.45).

Факт строительства жилых домов с литерами Б, Б1, В,в, Д и З в указанный период подтверждается данными технических паспортов (т.2, л.д.196-263).

После смерти ФИО12 на основании свидетельства о праве на наследство по завещанию от ДД.ММ.ГГГГ № наследниками 1/2 доли ФИО12 в праве на указанный жилой дом выступили ФИО16, ФИО5 и ФИО17 в равных долях, по 1/3 каждому (т.1, л.д.143; т.2, л.д.110).

После смерти ФИО15 право на ее 1/2 доли в указанном домовладении перешло в 1/3 доли ФИО1 на основании свидетельства о праве на наследство по закону от ДД.ММ.ГГГГ.

Земельный участок с кадастровым номером 

<

данные изъяты> площадью 726 кв.м. был сформирован на основании постановления Исполнительного комитета муниципального образования 

<

адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ (т.1, л.д.177) «Об утверждениии схемы расположения земельного участка на кадастровом плане территории» и поставлен на кадастровый учет решением № от ДД.ММ.ГГГГ (т.1, л.д.158-184).

Постановлением Исполнительного комитета муниципального образования 

<

адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ было постановлено передать гражданам ФИО17, ФИО5, ФИО16, ФИО1, ФИО6 и ФИО1 земельный участок с кадастровым номером 

<

данные изъяты> площадью 726 кв.м., на котором расположен одноэтажный жилой 

<

адрес> (т.1, л.д. 119).

Между Комитетом земельных и имущественных отношений ИК МО 

<

адрес> и ФИО17, ФИО5, ФИО16, ФИО1, ФИО6 И ФИО1 был заключен договор купли-продажи земельного участка № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно условиям которого земельный участок с кадастровым номером 

<

данные изъяты> площадью 726 кв.м. перешел в долевую собственность указанных граждан по 1/6 доли каждому, права на земельный участок были зарегистрированы в установленном порядке.

После приобретение в долевую собственность земельного участка с кадастровым номером 

<

данные изъяты> площадью 726 кв.м., ФИО17, ФИО5, ФИО16, ФИО1, ФИО6 и ФИО1 обратились в Управление Росреестра по 

<

адрес> с заявлениями о регистрации права долевой собственности на жилые дома с литерами Б, Б1, В,в, Д и З для регистрации ранее возникшего права долевой собственности, в связи с чем права собственности в 1/6 доли за каждым были зарегистрированы на жилые дома с литерами Б, Б1, В,в, Д и З за ФИО17, ФИО5, ФИО16, ФИО1, ФИО6 И ФИО1 (т.3, л.д. 38-162).

Согласно договору дарения от ДД.ММ.ГГГГ 1/3 в праве общей долевой собственности на жилой дом, заключенного между ФИО1, ФИО1 и ФИО6, к последней перешло право собственности на долю в 1/3 на жилой дом с литером Д, расположенный по адресу: 

<

адрес> (т.3, л.д.119).

На основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ 1/3 в праве общей долевой собственности на жилой дом, заключенного между ФИО1, ФИО6 и ФИО1 ем, к последнему перешло право собственности на долю в 1/3 на жилой дом с литером Б, Б1, расположенный по адресу: 

<

адрес> (т.3, л.д.144).

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО17 и ФИО4 был заключен договор дарения, по которому ФИО4 перешло право собственности на доли 1/6 в праве на земельный участок с кадастровым номером 

<

данные изъяты> площадью 726 кв.м. и жилой 

<

адрес> (т.1, л.д. 124). 

По договору дарения 1/3 доли в праве на жилой дом от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 подарил ФИО1 1/3 долю в праве собственности на жилой дом с литером Б, Б1, расположенный по адресу: 

<

адрес> (т.3, л.д.153).

На основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ 1/6 доли в праве собственности на жилой 

<

адрес> и 1/6 доли в праве на земельный участок с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, ФИО16 продала ФИО4 указанное имущество (т.1, л.д. 140).

На основании свидетельств о праве на наследство по закону, открывшегося после смерти ФИО1, умершего ДД.ММ.ГГГГ, принадлежащая наследодателю 1/6 доля в земельном участке с кадастровым номером 15:50:100414:19 перешла в собственность его наследников - в 2/3 доли ФИО2 и в 1/3 доли ФИО3 (т.1, л.д. 152 и 155).

Таким образом, на момент рассмотрения спора ФИО6, ФИО1, ФИО4, ФИО5, ФИО2 и ФИО3 являются долевыми собственниками жилых домов с литерами А, Б, Б1, В,в, Д и З, а также земельного участка с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, расположенными по адресу: 

<

адрес>.

Как усматривается судом из выписки из домовой книги (т.1, л.д.214-218), в домовладении № по 

<

адрес> зарегистрировано место жительства 31 гражданина, из которых фактически проживают в жилых домах с литерами А, Б, Б1, В,в, Д и З - 19 человек, в том числе ФИО6, ФИО1, ФИО2 и ФИО3, а также члены семьи собственников.

Заявляя исковое требование об освобождении муниципального земельного участка с кадастровым номером 

<

данные изъяты> от самовольно возведенных жилых домов с литерами Б, Б1, В,в, Д и З, Исполнительный комитет муниципального образования 

<

адрес> исходит из того, что ответчики без каких-либо законных оснований заняли принадлежащий муниципалитету земельный участок.

Как усматривается судом из собранных по делу письменных доказательств (т.1, л.д.157), земельный участок с кадастровым номером 

<

данные изъяты> является условным и входит в состав единого землепользования с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, который сформирован на основании постановления Исполнительного комитета муниципального образования 

<

адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ «О предварительном согласовании МУП «Агенство по приватизации жилой площади 

<

адрес>» места размещения объекта по 

<

адрес>» (т.1, л.д.195).

Разрешенное использование земельного участка с кадастровым номером 16:50:000000:45 - размещение на нем жилых домов (т.1, л.д. 205).

Судом с достоверностью установлено, что жилые дома с литерами Б, Б1, В,в, Д и З, расположенные по 

<

адрес>, выходят за пределы земельного участка с кадастровым номером 15:50:100414:19 и расположены на земельном участке с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, что сторонами не оспаривалось в ходе судебного разбирательства.

С целью узаконения самовольно возведенного пристроя, ФИО17 впервые обратилась с соответствующим заявлением в Исполком Кировского райсовета, согласно ответа Исполкома Казанского городского Совета депутатов трудящихся №-ж от ДД.ММ.ГГГГ, в просьбе об узаконении построек было отказано, со ссылкой на решение исполкома Казгорсовета № от ДД.ММ.ГГГГ о запрете расширения жилой площади (т.1, л.д.227).

Ответчиками предпринимались меры по узаконению самовольно выстроенных жилых домов и в последующем.

Так, на обращение жильцов домовладения № по 

<

адрес> (т.3, л.д.183), ДД.ММ.ГГГГ первый заместитель начальника управления государственного архитектурно-строительного контроля Главы Администрации г. Казани ФИО18 сообщил, что спорное домовладение находится в квартале перспективной многоэтажной застройки со сносом индивидуального жилого фонда. Учитывая, что сроки сноса не определены, Управление согласовывает предоставление земельного участка во временное пользование под индивидуальную застройку (т.2, л.д.132).

Письмом того же должностного лица от ДД.ММ.ГГГГ, Управление архитектурно-строительного контроля Главы Администрации 

<

адрес> согласовало закрепление за гражданами земельного участка площадью 596, 0 кв.м. во временное пользование, сроком на 10 лет, с самовольно выстроенными жилыми домами на нем - литеров Б, В, Д и З (т.1, л.д. 228).

Следует отметить, что Постановлением Главы администрации 

<

адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ (т.3, л.д.235) домовладение № по 

<

адрес>, общей совокупной площадью всех строений (пяти домов) 163,4 кв.м., было признано непригодным для постоянного проживания (ветхим). С целью переселения граждан из ветхих домов, постановлением № от ДД.ММ.ГГГГ был утвержден примерный договор между владельцами ветхих домов. Согласно указанным положениям, между семьями К-вых, Н-ных и А-вых, а также 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ был заключен договор, согласно условиям которого граждане должны были отказаться от права собственности на домовладение № по 

<

адрес>, а взамен быть переселенными в благоустроенные жилые помещения (т.3, л.д. 25-26).

Однако постановлением Главы администрации 

<

адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ домовладение № по 

<

адрес> и заключившие договор о переселении из ветхого жилья граждане были исключены из программы переселения (списка домов ветхого жилья), поскольку в жилые дома были зарегистрированы по месту жительства дополнительно 4 граждан из семьи К-вых (т3, л.д.187). При этом жилые дома пригодными для постоянного проживания в них граждан не признавались, в судебном порядке законность указанного постановления - не проверялась (т.3, л.д.234-235).

С целью осуществления многоэтажной застройки, ДД.ММ.ГГГГ было решено сформировать и зарезервировать под многоэтажную застройку земельный участок, ориентировочной площадью 1,727 га, с возложением на застройщика обязанности изъятия земельного участка по 

<

адрес>, занимаемого жилыми домами и произвести последующий снос домов в установленном законом порядке (т.2, л.д.97-98).

ДД.ММ.ГГГГ на имя Главы администрации 

<

адрес> от Главы администрации 

<

адрес> г.. Казани поступило обращение о переселении из пяти жилых домов по 

<

адрес> проживающих в них граждан, на что был получен ответ о невозможности переселения, поскольку количество домов несоразмерно количеству проживающих (зарегистрированных) в них граждан (т.3, л.д. 187-189).

Повторное обращение Главы администрации 

<

адрес> ФИО19 на имя руководителя УЖП ИК МО 

<

адрес> было направлено ДД.ММ.ГГГГ (т.3, л.д. 190-192), на что был получен ответ, которым переселение граждан из жилых домов № по 

<

адрес> было разрешено осуществить в соответствии с действующим жилищным законодательством за счет инвестора - застройщика земельного участка по 

<

адрес> (т.3, л.д.197).

Все вышеизложенное приводит суд к выводу о том, что для постоянно проживающих в спорном домовладении граждан, жилые 

<

адрес> являются единственным и постоянным местом их жительства.

Между тем, согласно части 1 статьи 40 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища.

Исходя из данных положений, если гражданин зарегистрирован в самовольно возведенном жилом помещении, то в этом случае при подаче иска о сносе самовольно возведенного строения необходимо предъявлять также требование о выселении.

Между тем, требований о выселении истцом не заявлялось, равно как и о переселении граждан из спорных жилых домов, о выкупе для муниципальных нужд спорных строений.

Поскольку снос спорных построек непосредственно лишит право зарегистрированных в них граждан на жилище,

Также суд принимает во внимание доводы ФИО6, ФИО1, ФИО4, ФИО5, ФИО2 и ФИО3 о пропуске истцом срока исковой давности по требованию о сносе самовольной постройки.

Исковая давность не распространяется на требование о сносе постройки, созданной на земельном участке истца без его согласия, если истец владеет этим земельным участком.

Исковая давность по требованию о сносе самовольной постройки не применяется, если она угрожает жизни и здоровью граждан. 

В обоснование своих требований истец, ссылаясь на положения статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации, указал, что не давал согласия на строительство спорных построек. 

Ответчики просили суд отказать в иске ввиду пропуска истцом срока исковой давности, поскольку спорные постройки возведены и находятся на земельном участке истца с 1989 года.

В силу части 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса. Срок исковой давности не может превышать десять лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен (часть 2).

В силу части 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Таким образом срок исковой давности по иску о сносе самовольной постройки начинает течь с момента, когда истец узнал или должен был узнать о том, что эти конструкции возведены без его разрешения на строительство.

Разрешая вопрос о возможности применения заявленного ответчиками пропуска истцом срока исковой давности, суд исходит из установленных по делу обстоятельств, в частности того, что о существовании самовольных построек истцу было известно, начиная с 1996 года, однако никаких мер по сносу самовольных построек, по переселению граждан из ветхих домов, им принято не было.

Напротив, ответчиками предпринимались все предусмотренные законом меры по узаконению строительства либо переселению в благоустроенные жилые помещения.

Поскольку установление наличия угрозы жизни и здоровью граждан, создаваемой самовольной постройкой, имеет существенное значение с этой точки зрения, суду для принятия решения по соответствующему заявлению ответчика, были представлены допустимые доказательства того, что существующие постройки не угрожают жизни и здоровью граждан, в частности заключения АНО «Центр содействия обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения» от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым жилые дома с литерами Б, Б1, В,в, Д и З, расположенные по 

<

адрес> соответствуют требованиям санитарно-эпидемиологического законодательства, а также заключения ООО «Бюро технических исследований» и ООО «Экспертные технологии» о том, что спорные жилые дома имеют определенные дефекты и повреждения, являясь признаками ограниченно работоспособного состояния здания, степень износа, однако дальнейшая эксплуатация жилых домов не несет в себе угрозы жизни и здоровью граждан, проживающих в данных домах. 

Учитывая, что ответчики фактически владеют земельным участком на котором расположены спорные строения, земельный участок частично выбыл из владения города (истца), поскольку занят объектами недвижимости, а спорные объекты не создают угрозы жизни и здоровью граждан, суд приходит к выводу, что на требование истца о сносе самовольной постройки распространяется общий срок исковой давности (ст. 196 ГК РФ).

Пропуск истцом срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.

Одним из признаков самовольной постройки в соответствии с частью 1 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации является ее возведение на земельном участке, не отведенном для этих целей в порядке, установленном законом и иными правовыми актами. Деление земель по целевому назначению на категории, согласно которому правовой режим земель определяется исходя из их принадлежности к определенной категории и разрешенного использования в соответствии с зонированием территорий и требованиями законодательства, является одним из основных принципов земельного законодательства (подп. 8 п. 1 ст. 1 ЗК РФ).

Таким образом, постройка будет считаться созданной на земельном участке, не отведенном для этих целей, если она возведена с нарушением правил целевого использования земли (ст. 7 ЗК РФ) либо вопреки правилам градостроительного зонирования, правила землепользования и застройки конкретного населенного пункта, определяющие вид разрешенного использования земельного участка в пределах границ территориальной зоны, где находится самовольная постройка.

Как было выше указано, спорные постройки были возведены на земельном участке с кадастровым номером 16:50:000000:45, разрешенное использование которого - размещение на нем жилых домов (т.1, л.д. 205).

Таким образом, существующими спорными постройками не нарушается целевое использование земельного участка.

По совокупности приведенных доводов суд отказывает истцу в удовлетворении исковых требований о признании жилых домов с литерами Б, Б1 с пристроем, площадью 40,6 кв.м., литер В с пристроем, площадью 31,2 кв.м., литер Д с пристроем, площадью 26,5 кв.м. и литер № с пристроем, площадью 36,1 кв.м., расположенных по адресу: 

<

адрес> - самовольными постройками, подлежащими сносу, в связи с чем не имеет законных оснований обязать ФИО6, ФИО1, ФИО4 и ФИО5 освободить самовольно занятый муниципальный земельный участок площадью 888 кв.м., с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, путем сноса расположенных на нем самовольных строений.

Вместе с тем, суд критически относится к доводам ответчика ФИО5 о возникновении права собственности по приобретательной давности, поскольку приобретательная давность не может распространяться на самовольно возведенное строение, расположенное на неправомерно занимаемом земельном участке. Приобретательная давность не может распространяться на случаи, когда в качестве объекта владения и пользования выступает самовольно возведенное строение, в том числе расположенное на неправомерно занимаемом земельном участке, поскольку в подобной ситуации отсутствует такое необходимое условие, как добросовестность застройщика, так как, осуществляя самовольное строительство, лицо должно было осознавать отсутствие у него оснований для возникновения права собственности. 

В удовлетворении встречного иска ФИО6, ФИО1, ФИО2 и ФИО3 к Исполнительному комитету муниципального образования 

<

адрес> о признании права собственности ответчиков в доли по 1/4 за каждым на жилые дома литер Б, Б1, В, Д и З, расположенные по адресу: 

<

адрес>, должно быть также отказано судом, поскольку право долевой собственности, в иных размерах долей, было в установленном законом порядке зарегистрировано ответчиками, воспользовавшимися процедурой, предусмотренной статьей 25.3 Федерального закона «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним». В силу принципа диспозитивности гражданского процесса лица, участвующие в деле, самостоятельно выбирают способ защиты своих интересов, самостоятельно распоряжаются предоставленными им законом правами и обязанностями. Как предусмотрено частью 1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

К тому же, в соответствии с п. 1 ст. 2 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним - юридический акт признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество в соответствии с ГК Российской Федерации. Таким образом, права ФИО6, ФИО1, ФИО2 и ФИО3 на жилые дома, литер Б, Б1, В, Д и З, расположенные по адресу: 

<

адрес>, были признаны государством в установленном законом порядке и не нуждаются в дополнительном признании их в судебном порядке.

По изложенным причинам суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении встречного иска.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении иска Исполнительного комитета муниципального образования 

<

адрес> к ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 о признании жилых домов самовольными постройками, подлежащими сносу и об обязании освободить самовольно занятый земельный участок путем сноса расположенных на нем объектов - отказать.

Встречный иск ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО6 о признании права долевой собственности на самовольную постройку оставить без удовлетворения.

Решение суда вступает в законную силу по истечении срока на апелляционное обжалование и может быть обжаловано в Верховный суд РТ в течение месяца через Московский районный суд 

<

адрес> со дня постановления решения в окончательной форме.

Судья: В.Р. Шарифуллин