Дело № 2-4548/2017 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации 

Центральный районный суд г.Волгограда в составе:

председательствующего судьи Козлова И.И.,

при секретаре судебного заседания Шутовой Е.В.,

с участием истца – ФИО1, представителей истца – И.А., В.В., М.Н., представителя ответчика – В.В., представителя Комитета ветеринарии Волгоградской области – М.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании 08 декабря 2017 года в городе Волгограде гражданское дело по иску ФИО1 к ИП ФИО2 о защите прав потребителей в связи с некачественным оказанием платных ветеринарных услуг,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ИП ФИО2 о защите прав потребителей в связи с некачественным оказанием платных ветеринарных услуг. Исковое заявление мотивировано тем, что ФИО1, являясь собственником животного - собаки породы французский бульдог по кличке Бонапарт, 28.02.2017 года обратился в Волгоградский ветеринарный центр хирургии и травматологии, принадлежащий ответчику, за оказанием ветеринарной помощи животному. В период времени с 28.02.2017 года по 02.03.2017 года в отношении его собаки оказывались платные ветеринарные услуги, общая стоимость которых составила 7 277 руб. 30 коп.. 03.03.2017 года животное пало.

Ссылаясь на результаты патологоанатомического исследования (вскрытия) трупа животного, проведенного Центром ветеринарной клинической медицины ФГБОУ ВПО Волгоградский государственный аграрный университет, выводы Комитета ветеринарии Волгоградской области по результатам внеплановой документарной проверки, утверждает, что ветеринарные услуги были оказаны ответчиком некачественно, а грубые ошибки, допущенные специалистами ответчика при диагностике и лечении животного, стали причиной гибели последнего.

На основании изложенного, ссылаясь на отчеты о рыночной стоимости собаки, о размере упущенной выгоды, не полученной в результате ее смерти, положения Правил оказания платных ветеринарных услуг, Закона о ветеринарии, Закона о защите прав потребителей в РФ и Гражданского кодекса Российской Федерации, первоначально просил принять отказ от исполнения договора на оказание ветеринарных услуг, взыскать с ИП ФИО2 сумму оплаты некачественных ветеринарных услуг в размере 7 277 руб. 30 коп., неустойки в размере 13 317 руб., материальный ущерб в размере 307 000 руб., упущенную выгоду в размере 452 000 руб., компенсацию морального вреда в размере 150 000 руб., расходы на оплату патологоанатомического исследования трупа животного в размере 3 000 руб., расходы на составление отчетов по оценке ущерба и упущенной выгоды на общую сумму 20 000 руб., представительские расходы в размере 18 000 руб., расходы на нотариальное оформление доверенности представителя в размере 1 200 руб., штраф в соответствии с Законом о защите прав потребителей.

В судебном заседании представителем истца И.А., действующей на основании доверенности, в порядке ст. 39 ГПК РФ представлено заявление об уточнении исковых требований, в котором она просит принять отказ от исполнения договора на оказание ветеринарных услуг, взыскать с ИП ФИО2 сумму оплаты некачественных ветеринарных услуг в размере 7 277 руб. 30 коп., неустойки за период с 15.04.2017 года по 08.12.2017 года в размере 51 960 руб., материальный ущерб в размере 307 000 руб., компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб., расходы на оплату патологоанатомического исследования трупа животного в размере 3 000 руб., расходы на составление отчета по оценке рыночной стоимости собаки в размере 10 000 руб., расходы на оплату судебно-ветеринарной экспертизы в размере 40 000 руб., представительские расходы в размере 33 000 руб., штраф в соответствии с Законом о защите прав потребителей.

Из содержания названного заявления, а также пояснений представителя истца следует, что истец отказывается от исковых требований о взыскании упущенной выгоды в размере 452 000 руб., а также требований о взыскании расходов на оплату отчета по определению ее размера в сумме 10 000 руб..

В судебном заседании истец ФИО1 подтвердил, что от указанных исковых требований он отказывается. Пояснил, что данное решение принято по результатам ознакомления с выводами судебно- ветеринарной экспертизы, проведенной по делу.

Отказ от названных исковых требований был принят судом, производство по делу в части исковых требований о взыскании упущенной выгоды в размере 452 000 руб., а также расходов на ее расчет в размере 10 000 руб. было прекращено отдельным определением.

В обоснование уточненных исковых требований ФИО1 пояснил, что гибелью собаки, которая, как следует из экспертного заключения, произошла по вине ответчика, ему и его близким были причинены большие моральные и нравственные страдания, поскольку она воспринималась как полноценный член семьи. Подчеркнул, что его возмущает поведение ответчика и ее представителей, которые всячески затягивали судебное разбирательство, а также обращались с надуманными жалобами в правоохранительные органы, пытаясь оказать на него психологическое давление. Указал, что участие в многочисленных судебных заседаниях вынуждало его отпрашиваться с работы за свой счет, что также привело к утрате заработка.

В судебном заседании представитель истца В.В., действующая на основании ордера, просила удовлетворить уточненные исковые требования в полном объеме. Подчеркнула, что судебным экспертом сделан категоричный вывод о том, что между некачественно оказанными ветеринарными услугами и смертью животного имеется прямая причинно-следственная связь. Полагала, что выводы экспертизы позволяют с достаточной степенью уверенности утверждать, что в случае купирования гипогликемического синдрома собаку удалось бы спасти и, после определенного лечения, привести ее здоровье в нормальное состояние. Особо отметила, что истцом представлены исчерпывающие доказательства, подтверждающие рыночную стоимость животного на момент его смерти. Между тем, ответчик, в нарушение принципа состязательности в гражданском процессе, никаких доказательств, опровергающих заявленную стоимость, не представил, в том числе, не просил о проведении по делу соответствующей судебной экспертизы. При определении размера компенсации морального вреда просила учесть степень нравственных страданий истца, обусловленную его привязанностью к домашнему животному, а также поведение ответчика, который отказывался от любого мирного урегулирования спора.

В судебном заседании представители истца И.А., М.Н. поддержали вышеизложенную позицию.

В судебное заседание истец ИП ФИО2, извещенная о времени и месте его проведения, не явилась, представление своих интересов в суде доверила В.В..

В судебном заседании представитель ответчика В.В., действующий на основании ордера, возражал против удовлетворения исковых требований по доводам, подробно изложенным в письменных возражениях и дополнениях к ним, приобщенным к материалам дела. Суть возражений сводится к следующему. Ответчик полагает недоказанным факт оказания ветеринарных услуг ненадлежащего качества и причинно-следственную связь между действием (бездействием) ветеринарного врача и наступившей смертью животного. Подчеркнул, что заключение эксперта может рассматриваться только в качестве мнения специалиста, поскольку составлено лицом, не обладающим статусом государственного эксперта и не аккредитованным в качестве частного эксперта. Следовательно, оно не может иметь решающего значения при оценке доказательств, собранных по делу. Особо подчеркнул, что отчеты о рыночной стоимости животного, представленные истцом, не отвечают критериям относимости и достоверности. Указал, что в силу состояния здоровья собаки, она не представляла какого-либо коммерческого интереса и не могла быть приобретена за цену, указанную истцом. Просил учесть, что анализы, из которых можно было усмотреть диагноз, указанный лицом, проведшим судебную экспертизу, был получен ответчиком за сутки до смерти собаки. По его мнению, это свидетельствует о тяжелом состоянии животного и об отсутствии объективной возможности спасти ее.

При подаче искового заявления истцом в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, были указаны Комитет ветеринарии Волгоградской области и Управление Роспотребнадзора по Волгоградской области.

Поскольку настоящий спор никак не затрагивает права и законные интересы названных государственных органов, протокольным определением (в том числе по ходатайству представителя Роспотребнадзора) они были выведены из числа третьих лиц и привлечены к участию в деле в порядке ст. 47 ГПК РФ в качестве государственных органов, дающих заключение по делу. 

В судебные заседания представитель Управления Роспотребнадзора по Волгоградской области не являлся, представил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие, а также заключение, согласно которому истец имеет право на удовлетворение заявленных исковых требований в случае, если будет подтвержден факт оказания ветеринарных услуг ненадлежащего качества. 

В судебном заседании представитель Комитета ветеринарии Волгоградской области М.Д., действующая на основании доверенности, дала заключение об обоснованности уточненных исковых требований. Подчеркнула, что на протяжении всего судебного разбирательства фактически только сторона истца представляла относимые, допустимые и достоверные доказательства, обосновывающие исковые требования. Полагала доказанным то обстоятельство, что смерть животного наступила по вине ответчика, что ответчиком использовались неэффективные методы лечения, приведшие к гибели собаки. Полагала, что отказ истца от требований о взыскании упущенной выгоды по результатам проведенной судебной экспертизы свидетельствует о его добросовестном поведении, об отсутствии стремления к неосновательному обогащению. Подчеркнула, что возложение ответственности на ответчика за результаты деятельности, осуществляемой на недостаточном профессиональном уровне, законно и обоснованно. Заявленные размер компенсации морального вреда соразмерен перенесенным истцом страданиям и переживанием, а также степени вины и иным аспектам поведения ответчика. 

Суд, заслушав участников судебного заседания, свидетелей, оценив доводы иска, возражений на него, заключения госорганов, исследовав материалы дела, приходит к следующим выводам. 

В соответствии с преамбулой Закона РФ от 07.02.1992 №2300-1 «О защите прав потребителей» (далее – Закон о ЗПП) настоящий Закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.

Согласно п. 1 ст. 4 ЗПП продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), качество которого соответствует договору.

При отсутствии в договоре условий о качестве товара (работы, услуги) продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), соответствующий обычно предъявляемым требованиям и пригодный для целей, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется (п. 2 ст. 4).

Если законами или в установленном ими порядке предусмотрены обязательные требования к товару (работе, услуге), продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), соответствующий этим требованиям (п. 5 ст. 4).

В силу ст. 7 Закона о ЗПП потребитель имеет право на то, чтобы товар (работа, услуга) при обычных условиях его использования, хранения, транспортировки и утилизации был безопасен для жизни, здоровья потребителя, окружающей среды, а также не причинял вред имуществу потребителя. Требования, которые должны обеспечивать безопасность товара (работы, услуги) для жизни и здоровья потребителя, окружающей среды, а также предотвращение причинения вреда имуществу потребителя, являются обязательными и устанавливаются законом или в установленном им порядке.

Вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие необеспечения безопасности товара (работы), подлежит возмещению в соответствии со статьей 14 настоящего Закона (п. 2 ст. 7).

За нарушение прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) несет ответственность, предусмотренную законом или договором (ст. 13 Закона о ЗПП).

Согласно п. 1 ст. 14 Закона о ЗПП вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие конструктивных, производственных, рецептурных или иных недостатков товара (работы, услуги), подлежит возмещению в полном объеме.

Пункт 1 ст. 29 Закона о ЗПП наделяет потребителя правом при обнаружении существенных недостатков выполненной работы (оказанной услуги) отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги). Потребитель вправе потребовать также полного возмещения убытков, причиненных ему в связи с недостатками выполненной работы (оказанной услуги). Убытки возмещаются в сроки, установленные для удовлетворения соответствующих требований потребителя.

В соответствии с п. 2 ст. 1 Закона о ЗПП правительство Российской Федерации вправе издавать для потребителя и продавца (изготовителя, исполнителя, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) правила, обязательные при заключении и исполнении публичных договоров (договоров розничной купли-продажи, энергоснабжения, договоров о выполнении работ и об оказании услуг).

Отношения, возникающие между потребителями и исполнителями при оказании платных ветеринарных услуг, регулируются Правилами оказания платных ветеринарных услуг, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 06.08.1998 №898 (далее – Правила ветеринарных услуг).

В силу п. 7 Правил ветеринарных услуг обязанностями исполнителя является обеспечение применения лекарственных средств и методов, исключающих отрицательное влияние на животных при диагностике, лечении и профилактике, высокоэффективных ветеринарных препаратов и методов ветеринарного воздействия; гарантия безопасности ветеринарных мероприятий для здоровья и продуктивности животных, жизни и здоровья потребителя, а также окружающей среды.

Согласно п. 16 Правил ветеринарных услуг за несоблюдение или нарушение настоящих Правил, а также Законов Российской Федерации «О защите прав потребителей» и «О ветеринарии» или иных нормативных правовых актов Российской Федерации исполнитель и потребитель несут ответственность, установленную законодательством Российской Федерации.

Судом установлено, и не оспаривается сторонами, что ФИО1 являлся собственником собаки, породы французский бульдог, пол - кобель, кличка Бонапарт из Французского Легиона, окрас тигровый (далее – Собака / Животное).

В ночь с 27 на 28 февраля 2017 года, в связи с острой болевой реакцией, появившейся у собаки, ее беспокойством, признаками парализации задних конечностей, истец обратился в дежурную ветеринарную клинику, где животному была сделана инъекция обезболивающим средством «Римадил».

28.02.2017 года истец обратился за оказанием ветеринарной помощи собаке в ветеринарную клинику ИП ФИО2 «Волгоградский ветеринарский центр хирургии и травматологии» (далее - ВВЦ). 

В ВВЦ животному истца оказывались платные ветеринарные услуги в период времени с 28.02.2017 года по 02.03.2017 года.

03.03.2017 года Животное пало. 

Истец, основываясь на выводах заключения патологоанатомического исследования, проведенного Центром ветеринарной клинической медицины ФГБОУ ВО Волгоградский ГАУ, консультации ветеринарного врача М.В., полагал, что смерть животного произошла в результате некачественного оказания платных ветеринарных услуг в ВВЦ. 

В связи с тем, что между сторонами возник спор относительно качества ветеринарных услуг, оказанных ответчиком, о наличии причинно-следственной связи между ветеринарной помощью, оказанной собаке в ВВЦ, и смертью животного, по делу была назначена судебно-ветеринарная экспертиза, производство которой было поручено ФГБОУ ВО «Санкт-Петербургская государственная академия ветеринарной медицины». 

Во исполнение определения суда СПбГАВМ было представлено Экспертное заключение от ДД.ММ.ГГГГ №... (далее – Экспертное заключение), выполненное заведующим кафедрой патологической анатомии и судебной ветеринарной медицины СПбГАВМ, д.в.н., профессором А.А., имеющим стаж работы по специальности 40 лет. 

При разрешении настоящего спора суд полагает необходимым руководствоваться выводами, содержащимися в названном Экспертном заключении А.А., в силу следующего.

Во-первых, положения ст. 79 ГПК РФ, ст. 41 Федерального закона от 31.05.2001 №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» допускают возможность поручения проведения судебной экспертизы лицам, обладающим специальными знаниями в области науки, техники, искусства или ремесла, но не являющимся государственными судебными экспертами. Наличие у А.А. необходимых специальных познаний в области ветеринарии у суда сомнений не вызывает. Высокая квалификация указанного специалиста, выполнившего судебно-ветеринарную экспертизу, подтверждается научной степенью, занимаемой должностью и большим стажем работы. 

Во-вторых, Экспертное заключение полностью соответствует требования ст. 86 ГПК РФ, поскольку содержит подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате него выводы и ответы на поставленные судом вопросы, имеет ссылки на использованную специальную литературу и источники в сети Интернет. Сформулированные выводы подробно мотивированы и научно обоснованы.

В-третьих, соблюден процессуальный порядок проведения экспертизы. Эксперт согласно ч. 2 ст. 80 ГПК РФ был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, что подтверждается его подпиской, содержащейся в экспертном заключении. 

Наконец, выводы Экспертного заключения фактически сторонами не оспариваются. Им лишь дается различная интерпретация, исходя из процессуального положения и материально-правового интереса сторон. 

Экспертное заключение содержит вывод, согласно которому при лечении Собаки в ВВЦ были допущены дефекты при оказании ветеринарной помощи: основному заболеванию собаки не был поставлен правильный диагноз «гипогликемический синдром», не было проведено лечение собаки, соответствующее указанному диагнозу. При этом эксперт указал, что каких-либо объективных причин (факторов), которые препятствовали диагностике и лечению собаки, не имелось, а неблагоприятный исход заболевания собаки обусловлен характером и тяжестью самого заболевания и его осложнений и непроведением лечения, соответствующего диагнозу «гипогликемический синдром». 

На основании изложенного суд приходит к выводу, что довод истца о том, что ответчиком были оказаны некачественные ветеринарные услуги, приведшие к смерти Животного (пусть и не по тем основаниям, которые заявлялись первоначально), нашли свое подтверждение в ходе судебного разбирательства. 

Данное обстоятельство наделяет истца, в силу вышеприведенных норм действующего законодательства, правом требовать возврата стоимости оплаченных некачественных услуг, а также требовать полного возмещения убытков, причиненных ему в связи с недостатками оказанной услуги.

Поскольку судом установлена причинно-следственная связь между некачественно оказанными ветеринарными услугами и смертью животного (то есть, в гражданско-правовом смысле, утратой имущества истца), то основания для удовлетворения требований ФИО1 о взыскании с ИП ФИО2 убытков в виде рыночной стоимости собаки на момент ее гибели имеются. 

В то же время, определяя размер убытков (рыночную стоимость животного), подлежащих взысканию с ответчика, суд учитывает следующие обстоятельства.

В подтверждение рыночной стоимости Собаки истцом представлены Отчет №... ООО «...» (т. 1 л.д. 37-85), согласно которому рыночная стоимость Животного составляет 307 000 руб. (которым непосредственно обосновывается заявленный размер исковых требований), а также Экспертное заключение №... АНО Центр «...» (...), согласно которому ее стоимость составляет 433 000 руб..

Между тем, суд при вынесении решения о взыскании убытков полагает невозможным руководствоваться указанными заключениями специалистов в силу следующего. 

Большая часть Отчета №... ООО «...» состоит из перечисления экономических и социальных показателей Российской Федерации в целом и Волгоградской области в частности, а также из описания достоинств ряда собачьих пород (но не французского бульдога!), которые не имеют никакого отношения к предмету исследования. Кроме того, по логически не объяснимым мотивам, оценщик применяет затратный метод исследования, который сводится к перечислению расходов, которые истец был вынужден нести в связи с содержанием Животного и к которым ответчик не имеет никакого отношения. В оправдание оценщика необходимо отметить, что каких-либо значимых выводов на основании затратного метода исследования он не делает.

Содержательная часть рассматриваемого Отчета сводится к тому, что оценщиком были собраны справки из нескольких питомников относительно возможной стоимости кобеля породы французский бульдог в возрасте 3-х лет, имеющего титулы, которыми обладала собака истца. На основании данных справок была определена среднерыночная стоимость такой собаки, скорректированная на коэффициент «уторговывания». 

К выводам, содержащимся в Экспертном заключении №... АНО Центр «...», суд также относится критически. 

Суть данного Экспертного заключения сводится к тому, что оценщиком из открытых источников в сети Интернет была взята рыночная стоимость собак-аналогов, которая составляет от 55 000 руб. до 120 000 руб.. В дальнейшем, указанная стоимость была увеличена с учетом коэффициентов «происхождение» и «экстерьерные качества», указанных в Правилах проведения выставок охотничьих собак на территории СССР, утвержденных Приказом Минсельхоза СССР от 26.02.1985 №4.

Между тем, обоснованность подобного подхода вызывает неустранимые сомнения. 

Во-первых, суд полагает некорректным применение коэффициентов, установленных для охотничьих собак, к французским бульдогам, которые к подобным породам не относятся. Во-вторых, оценщиком не приведены доказательства того, что собаки-аналоги, стоимость которых в разы меньше той, что установлена специалистом в отношении исследуемого животного, не обладали теми же характеристиками (по крайней мере, по происхождению), что и собака истца. 

Между тем, при всей очевидности изложенных недостатков и несоответствий, содержащихся в отчетах о рыночной стоимости Собаки, представленных стороной истца, они не являются определяющей причиной, по которой суд не может согласиться с размером ущерба, заявленного в сумме 307 000 рублей.

Согласно общеизвестной информации, подтвержденной показаниями свидетелей Г.А. и Н.Г., занимающимися разведением и содержанием французских бульдогов, сделки по купле-продаже взрослых кобелей совершаются редко, что объясняется возникновением привязанности между хозяином и животным. Между тем, в отдельных случаях взрослые собаки могут приобретаться для дальнейшего использования в племенном разведении, то есть фактически в коммерческих целях. В таких ситуациях рыночная стоимость собаки может быть очень высокой. 

Принимая во внимание данные обстоятельства, суд исходит из того, что при совершении подобных сделок определяющее значение будут иметь не только родословная и титулы собаки, но и состояние ее здоровья. 

Между тем, из содержания Экспертного заключения следует, что гипогликемический синдром, ставший непосредственной причиной смерти Животного на фоне неоказания надлежащей ветеринарной помощи, явился следствием серьезных патологий, имевшихся у Собаки, к возникновению которых ответчик не имеет отношения. 

Так, судебный эксперт указывает, что гипогликемический синдром развился в результате недостаточности надпочечников, обусловленной их гипоплазией (то есть неразвитостью) или атрофией, подтверждаемой размерами данных органов, зафиксированными в протоколе вскрытия трупа (длина 0,4 см, ширина 0,2 см при норме от 1 до 5 см и от 0,3 до 1,2 см соответственно). Кроме того, экспертом делается предположение о наличии у собаки заболевания поджелудочной железы, а также отмечается наличие сопутствующей болезни – серозный миелит, возникший в результате сдавления и повреждения сегментов спинного мозга дистрофически измененным межпозвоночным диском. 

Если вывод о совместимости данных патологий с жизнью животного судебный эксперт не делает ввиду недостаточности исходных данных, то о невозможности дальнейшего использования собаки для вязок на коммерческой основе (для племенного разведения) вывод сделан однозначный. 

Изложенные обстоятельства, установленные в ходе судебного разбирательства, позволяют суду сделать вывод о том, что в силу состояния своего здоровья, не обусловленного виновными действиями (бездействием) со стороны ответчика, Собака истца не представляла какого-либо интереса для лиц, профессионально занимающихся племенным разведением французских бульдогов, а, следовательно, ее рыночная стоимость не только не может соответствовать стоимости здорового 3-х летнего кабеля, имеющего родословную и различные титулы, на что ориентировались оценщики, составлявшие отчеты для истца, но и фактически такая стоимость у рассматриваемого Животного в принципе отсутствует. 

Однако данные обстоятельства не могут служить основанием для полного отказа истцу в удовлетворении требований о взыскании ущерба в виде стоимости Собаки, непосредственной причиной гибели которой явилось неоказание надлежащей ветеринарной помощи. 

В силу ч. 1 ст. 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. 

Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 настоящего Кодекса. Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (ч. 2 ст. 393 ГК РФ).

Согласно ч. 5 ст. 393 ГК РФ размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. Суд не может отказать в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства.

На необходимость соблюдения судами требований ч. 5 ст. 393 ГК РФ обращено внимание в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств».

На основании изложенного, с учетом приведенных норм действующего законодательства, принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному со стороны ответчика нарушения обязательства, принимая во внимание факт оказания ветеринарной помощи ненадлежащего качества, ставшей непосредственной причиной гибели животного, состояние здоровья собаки, суд приходит к выводу, что с ответчика в пользу истца подлежат взысканию убытки в размере цены Собаки, за которую она была приобретена ФИО1, то есть в размере 20 000 руб..

При этом суд полагает необходимым отметить, что в ходе судебного разбирательства договор купли-продажи собаки шоу и брид класса от 28.12.2013 года (...), подписанный между Г.А., как продавцом, и ФИО1, как покупателем, согласно которому истец приобрел Животное за 20 000 руб., был исключен из числа доказательств, поскольку, как признал сам истец и свидетель Г.А., документ был подписан непосредственно перед предъявлением иска в суд и в части указанных сторон сделки не соответствовал действительности. 

Несмотря на это, суд полагает установленной цену, за которую ФИО1 приобрел Животное, именно в размере 20 000 руб.. Так, принадлежность Животного истцу никто не оспаривает. Факт приобретения Собаки за указанную сумму, но не у Г.А., а у Н.Г., был подтвержден указанными лицами, допрошенными в судебном заседании в качестве свидетелей.

Таким образом, размер основных исковых требований о взыскании материального ущерба в виде рыночной стоимости умершего животного подлежит удовлетворению на сумму 20 000 руб., что составляет 6,5% от размера заявленных требований (307 000 руб.) и подлежит учету при распределении судебных расходов по делу. 

Суд полагает, что к числу убытков, причиненных истцу в связи с оказанием ответчиком платных ветеринарных услуг, относятся также затраты в размере 1 577 руб. 30 коп. на лекарственные препараты, назначенные в рамках неэффективного лечения животного, а также расходы на патологоанатомическое исследование в размере 3 000 руб.. 

Указанные расходы находятся в прямой причинно-следственной связи с виновными действиями ответчика и на основании ст.ст. 15, 393 ГК РФ, ст. 14 Закона о ЗПП подлежат возмещению ФИО1 за счет ИП ФИО2.

Поскольку в ходе судебного разбирательства нашел подтверждение факт оказания платных ветеринарных услуг с существенными недостатками, суд полагает исковые требования ФИО1 о взыскании стоимости ветеринарных услуг, основанные на вышеприведенных положениях ст. 29 Закона о ЗПП, законными и подлежащими удовлетворению, но частично – на сумму 5 700 руб..

Как следует из материалов дела, истцом в стоимость услуг, заявленную в размере 7 277 руб. 30 коп., была включены как сумма, непосредственно оплаченная ИП ФИО2 в размере 5 700 руб., так и сумма затрат на приобретение в сторонней аптеке лекарственных препаратов по назначению ответчика, составившая 1 577 руб. 30 коп..

Как указывалось ранее, расходы на препараты суд счел убытками истца и взыскал их по иным основаниям. 

Разрешая исковые требования ФИО1 о взыскании неустойки в размере 51 960 руб., суд учитывает следующие обстоятельства. 

Согласно ч. 1 ст. 31 Закона о ЗПП требования потребителя об уменьшении цены за выполненную работу (оказанную услугу), о возмещении расходов по устранению недостатков выполненной работы (оказанной услуги) своими силами или третьими лицами, а также о возврате уплаченной за работу (услугу) денежной суммы и возмещении убытков, причиненных в связи с отказом от исполнения договора, предусмотренные пунктом 1 статьи 28 и пунктами 1 и 4 статьи 29 настоящего Закона, подлежат удовлетворению в десятидневный срок со дня предъявления соответствующего требования.

В силу ч. 3 указанной нормы закона за нарушение предусмотренных настоящей статьей сроков удовлетворения отдельных требований потребителя исполнитель уплачивает потребителю за каждый день просрочки неустойку (пеню), размер и порядок исчисления которой определяются в соответствии с пунктом 5 статьи 28 настоящего Закона.

Согласно п. 5 ст. 28 Закона о ЗПП, в случае нарушения установленных сроков выполнения работы (оказания услуги) или назначенных потребителем на основании пункта 1 настоящей статьи новых сроков исполнитель уплачивает потребителю за каждый день (час, если срок определен в часах) просрочки неустойку (пеню) в размере трех процентов цены выполнения работы (оказания услуги), а если цена выполнения работы (оказания услуги) договором о выполнении работ (оказании услуг) не определена - общей цены заказа. Договором о выполнении работ (оказании услуг) между потребителем и исполнителем может быть установлен более высокий размер неустойки (пени).

Сумма взысканной потребителем неустойки (пени) не может превышать цену отдельного вида выполнения работы (оказания услуги) или общую цену заказа, если цена выполнения отдельного вида работы (оказания услуги) не определена договором о выполнении работы (оказании услуги).

Фактические обстоятельства, установленные в ходе судебного разбирательства, подтверждающие, в том числе, отказ ответчика возвратить стоимость ветеринарных услуг, свидетельствуют о наличии оснований для удовлетворения требований о взыскании неустойки. 

При этом период с 15.04.2017 года по 08.12.2017 года, избранный истцом для расчета неустойки, является корректным и составляет 238 дней.

Между тем, в силу прямого ограничения, установленного п. 5 ст. 28 Закона о ЗПП, сумма взыскиваемой в пользу потребителя неустойки (пени) не может превышать цену оказания услуги, то есть в рассматриваемой ситуации – 5 700 руб..

Суд не усматривает оснований для удовлетворения исковых требований о принятии отказа от исполнения договора на оказание ветеринарных услуг. 

Указанное право, вытекающее из факта оказания услуг с существенными недостатками, было реализовано потребителем самостоятельно и оно не требует признания со стороны суда.

Кроме того, суд полагает, что удовлетворение данного требования противоречит существу рассматриваемого договора, который на момент разрешения спора уже исполнен, и само по себе не приведет к восстановлению нарушенного права ФИО1. 

Разрешая исковые требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.

На основании ст. 15 Закона о ЗПП моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Статьей 1101 ГК РФ регламентировано, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 45 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Размер компенсации морального вреда определяется судом независимо от размера возмещения имущественного вреда, в связи с чем размер денежной компенсации, взыскиваемой в возмещение морального вреда, не может быть поставлен в зависимость от стоимости товара (работы, услуги) или суммы подлежащей взысканию неустойки. Размер присуждаемой потребителю компенсации морального вреда в каждом конкретном случае должен определяться судом с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий исходя из принципа разумности и справедливости.

Определяя размер компенсации морального вреда, причиненного истцу как потребителю, суд учитывает, что ответчиком были допущенные существенные недостатки при оказании платной ветеринарной помощи, в значительной степени способствовавшие наступлению смерти животного, к которому истец и члены его семьи испытывали большую привязанность. В то же время, суд, учитывая степень вины ответчика, принципы разумности и справедливости, полагает возможным взыскать компенсацию морального вреда, заявленную в размере 100 000 руб., в сумме 20 000 руб..

В соответствии со ст. 13 Закона о ЗПП при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Как следует из правовой позиции, изложенной в п. 46 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №... «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (пункт 6 статьи 13 Закона).

В связи с изложенным, учитывая, что досудебные претензии истца были оставлены без удовлетворения, с ответчика в пользу Мещенко А,В. истца подлежит взысканию штраф в размере 27 988 руб. 65 коп.: 5 700 руб. (стоимость услуг) + 5 700 руб. (неустойка) + 1 577 руб. 30 коп. (расходы на лекарства) + 3 000 руб. (расходы на патологоанатомическое исследование) + 20 000 руб. (ущерб, обусловленный утратой собаки) + 20 000 руб. (компенсация морального вреда).

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Конституционный Суд Российской Федерации, рассматривая жалобу Л.М., оспаривавшей положение части первой статьи 98 ГПК Российской Федерации, как не соответствующее статьям 15 (часть 4), 17 (часть 1), 46 (часть 1) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации в той мере, в какой оно позволяет суду распределять судебные издержки пропорционально удовлетворенным исковым требованиям без учета положений Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года N 2300-I «О защите прав потребителей», в своем Определении от 25 октября 2016 г. №2334-О указал, что, если иск удовлетворен частично, то это одновременно означает, что в части удовлетворенных требований суд подтверждает правомерность заявленных требований, а в части требований, в удовлетворении которых отказано, суд подтверждает правомерность позиции ответчика, отказавшегося во внесудебном порядке удовлетворить такие требования истца в заявленном объеме. Соответственно, в случае частичного удовлетворения иска и истец, и ответчик в целях восстановления нарушенных прав и свобод, вызванного необходимостью участия в судебном разбирательстве, вправе требовать присуждения понесенных ими судебных расходов, но только в части, пропорциональной или объему удовлетворенных судом требований истца, или объему требований истца, в удовлетворении которых судом было отказано, соответственно.

Таким образом, правило о пропорциональном распределении судебных расходов, закрепленной в ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, применяется и к делам, рассматриваемым по искам о защите прав потребителей.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», к судебным издержкам относятся расходы, которые понесены лицами, участвующими в деле, включая третьих лиц, заинтересованных лиц в административном деле (статья 94 ГПК РФ, статья 106 АПК РФ, статья 106 КАС РФ). Перечень судебных издержек, предусмотренный указанными кодексами, не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом, административным истцом, заявителем (далее также - истцы) в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления (далее также - иски) в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости. Например, истцу могут быть возмещены расходы, связанные с легализацией иностранных официальных документов, обеспечением нотариусом до возбуждения дела в суде судебных доказательств (в частности, доказательств, подтверждающих размещение определенной информации в сети "Интернет"), расходы на проведение досудебного исследования состояния имущества, на основании которого впоследствии определена цена предъявленного в суд иска, его подсудность.

На основании изложенного суд приходит к выводу, что расходы истца на независимую оценку рыночной стоимости собаки в размере 10 000 руб. и расходы на оплату судебно-ветеринарной экспертизы в размере 40 000 руб., понесенные в связи с рассмотрением настоящего дела, подлежат возмещению за счет ответчика. В то же время, с учетом пропорции между заявленными и удовлетворенными требования, составившей, как указано выше, 6,5%, они подлежат взысканию с ИП ФИО2 в размере 650 руб. и 2 600 руб. соответственно.

Расходы истца в размере 1 200 руб., затраченные на нотариальное оформление доверенности представителя, не подлежат возмещению за счет ответчика.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», расходы на оформление доверенности представителя также могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.

Поскольку доверенность, подписанная ФИО1, не содержит оговорки о том, что она выдана для представления интересов доверителя по настоящему иску, расходы на ее оформление не могут быть отнесены к судебным издержкам по данному делу. 

В связи с предъявлением иска и рассмотрением его в суде истцом были понесены расходы на оплату услуг представителей на общую сумму 33 000 руб.. 

Разрешая данные требования, суд исходит из следующего. 

Согласно ст.100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.п. 12, 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Учитывая характер дела, объем оказанных услуг, продолжительность рассмотрения дела, исходя из требований разумности и справедливости, суд приходит к выводу, что размер представительских расходов, заявленный в размере 33 000 рублей, является завышенным и подлежит уменьшению до 20 000 руб..

В то же время, определяя размер судебных расходов на оплату услуг представителя, подлежащих взысканию с ответчика, суд считает необходимым учесть следующее.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», при неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (статьи 98, 100 ГПК РФ).

Таким образом, с учетом правила о пропорциональном распределении судебных расходов с ответчика в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 1 300 руб. 00 коп..

В силу ч.3 ст. 17 Закона о ЗПП потребители, иные истцы по искам, связанным с нарушением прав потребителей, освобождаются от уплаты государственной пошлины в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах.

Поскольку к отношениям между истцом и ответчиком применяются положения Закона «О защите прав потребителей», на основании п.4 ч.2 ст. 333.36 НК РФ истец подлежит освобождению от уплаты государственной пошлины.

При этом по правилам ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 1 408 руб. 32 коп..

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1 к ИП ФИО2 о защите прав потребителей в связи с некачественным оказанием платных ветеринарных услуг – удовлетворить частично.

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу ФИО1 стоимость оплаченных ветеринарных услуг в размере 5 700 руб., неустойку в размере 5 700 руб., расходы на оплату препаратов в размере 1 577 руб. 30 коп., расходы на патологоанатомическое исследование в размере 3 000 руб., сумму материального ущерба, обусловленного смертью собаки, в размере 20 000 руб., компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб., штраф за неудовлетворение требований потребителя в добровольном порядке в размере 27 988 руб. 65 коп., расходы на оценку материального ущерба в размере 650 руб., расходы на судебную экспертизу в размере 2 600 руб., представительские расходы в размере 1 300 руб..

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 к ИП ФИО2 о защите прав потребителей в связи с некачественным оказанием платных ветеринарных услуг – отказать.

Взыскать с ИП ФИО2 в доход муниципального бюджета города-героя Волгоград государственную пошлину в размере 1 408 руб. 32 коп..

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Волгоградский областной суд через Центральный районный суд г.Волгограда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья И.И.Козлов

Мотивированное решение суда изготовлено 13.12.2017 года.

Судья: