Р Е Ш Е Н И Е

 по делу № 2-680/2020

Именем Российской Федерации

04 сентября 2020 года в городе Кингисеппе

Кингисеппский городской суд Ленинградской области в составе:

Председательствующего судьи Башковой О.В., 

При секретаре Ниязовой А.В., 

Рассмотрев в открытом судебном заседании

При участии истца ФИО1, представителя ответчика - АО «Усть-Луга Ойл» ФИО2, действующего на основании доверенности N № от 10 сентября 2019 года сроком действия один год, 

гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «Усть-Луга Ойл» о компенсации морального вреда, о взыскании недополученного дохода, об обязании совершить определенные действия, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 06 мая 2020 года обратился в суд первоначально с иском к Акционерному обществу «Усть-Луга Ойл» (далее АО «Усть-Луга Ойл») об обязании ответчика признать действия, порочащие его честь, достоинство и деловую репутацию недействительными, об отмене наложенных на него Приказами N 2 от 10.02.2020 и N 3 от 19.02.2020 N дисциплинарных взысканий и выдачи ему копий приказов, о компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей, о взыскании недополученного дохода в виде ежемесячной премии в общей сумме 400 000 рублей – не выплаченной из-за наложенных на него взысканий в период с 2019 года и трех месяцев 2020 года, указав в иске, что 10 февраля 2020 года приказом N № ему был объявлен выговор за неправильные действия при срабатывании системы пожаротушения на предприятии, инцидент произошел 27.12.2019 года, в дальнейшем проводилось служебное расследование, премия за январь и февраль ему выплачена не была, считает, что ответчиком нарушены требования ч. 2 ст. 193 ТК РФ и нарушены сроки применения взыскания (взыскание применено за пределами месячного срока со дня проступка). После наложения на него указанного взыскания руководство работодателя стало оказывать на него моральное воздействие с целью заставить его уволиться по собственному желанию. Данные действия работодателя примели к нервному переживанию, состоянию стресса, ухудшению состояния его здоровья, обострению его хронической болезни – 

<

данные изъяты>, и временной нетрудоспособности сроком 52 дня, в процессе лечения он лежал в Сланцевской районной больнице, но полностью восстановиться так и не смог. Премия за март 2020 года ему также выплачена не была. Фактом принуждения его к увольнению считает также наложенное на него ранее взыскание – выговор по приказу от 29.12.2018 года за неправильное оформление отчетных документов, в результате данного взыскания он весь 2019 год работал без премии. Начиная с 10.02.2020 года на его неоднократные просьбы о выдаче ему приказа о наложении взыскания N № от 10.02.2020 года, однако, несмотря на его просьбы, приказа он так и не получил в нарушение требований ст. 62 ТК РФ. 17.02.2020 года при попытке получить копию приказа лично в отделе кадров предприятия он был незаконно обвинен в нарушении пропускного режима, за что приказом N № от 19.02.2020 года ему был объявлен второй выговор, считает, это элементом оказания на него морального давления, 05.04.2020 и 07.04.2020 года он написал заявление и письмо на имя руководителя ответчика о выдаче ему на руки копий приказов NN № и № заявления он направил по электронной почте, однако, копий обоих приказов он так и не получил. В результате незаконных действий ответчика ему причинен моральный вред, который он оценивает в 100 000 рублей и материальный вред в виде недоплаченной премии в размере 400 000 рублей, прилагает расчет задолженности (л.д. 9-10, 11).

В ходе судебного разбирательства истец уточнил исковые требования, указав, что не поддерживает исковые требования об обязании ответчика выдать ему копии приказов, поскольку копии приказов представлены ему ответчиком в ходе судебного разбирательства, уточнил требования об обязании признать действия, порочащие его честь, достоинство и деловую репутацию недействительными, в указанной части окончательно просит признать незаконными приказы N № от 10.02.2020 года и N № от 19.02.2020 года о применении к нему взысканий и просит отменить указанные приказы (л.д.175-оборот).

Пояснил также, что считает нарушенным порядок наложения на него дисциплинарных взысканий как от 10.02.2020 года, так и 19.02.2020 года, поскольку с него не брались объяснения, по наложению на него взыскания от 19.02.2020 года по факту нарушения им пропускного режима на территории объекта транспортной инфраструктуры АО «Усть-Луга Ойл», пояснил, что у него имеется постоянный пропуск, в связи с чем он мог свободно перемещаться по территории объекта - АО «Усть-Луга Ойл», в том числе в отделе кадров АО «Усть-Луга Ойл».

Представитель ответчика в судебном заседании иск не признал по доводам письменных возражений на исковое заявление от 18 августа 2020 года (л.д. 81-83) и дополнительных возражений на исковое заявление от 27 августа 2020 года (л.д. 158), согласно которым премия является стимулирующей выплатой, начисляется ежемесячно на основании решения руководителя, в связи с чем вынесение приказов о наложении взыскания на истца не влияет на решение руководителя о ее выплате, при этом, согласно дополнительному соглашению от 01.07.2019 года истцу была увеличена заработная плата на 15 %, пояснил также, что приказы о наложении взысканий были вынесены после проведенных проверок с взятием у истца письменных объяснений, с соблюдением установленных ст. 193 ТК РФ сроков, поскольку дисциплинарный проступок, за который на истца наложено взыскание по приказу N № от 10.02.2020 года, был обнаружен 03.02.2020 года, истец был ознакомлен с обоими приказами, и отказался их подписывать, и вправе был получить их копии при ознакомлении с приказами в соответствии со ст. 193 ТК РФ, полагает, что доводы истца о том, что наложенные на истца взыскания, в том числе выговор от 29.12.2018 года, ничем не подтверждены и являются голословными, выговор от 29.12.2018 истец не обжаловал и несогласия с данным приказом до подачи настоящего иска не высказывал, при вынесении приказа о наложении взыскания от 19.02.2020 года ответчик руководствовался Правилами внутреннего трудового распорядка и Положением о пропускном режиме на объекте транспортной инфраструктуры, согласно которым в нерабочее время проход сотрудникам компании АО «Усть-Луга Ойл» воспрещен; каких-либо действий, порочащих честь и достоинство истца, ответчик не совершал, истец ничем не обосновал сумму компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей, при этом, истцом не доказано наличие связи между состоянием его здоровья и нахождением на больничном и действиями ответчика, просит при этом учесть, что на больничном истец находился неоднократно в течение периода работы у ответчика, а 03 апреля 2020 года истец уволился по собственному желанию.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно статье 21 ТК РФ, работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать трудовую дисциплину; соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда; незамедлительно сообщить работодателю либо непосредственному руководителю о возникновении ситуации, представляющей угрозу жизни и здоровью людей, сохранности имущества работодателя (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества).

В соответствии со статьей 22 ТК РФ, работодатель имеет право требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей и бережного отношения к имуществу работодателя (в том числе к имуществу третьих лиц, находящемуся у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества) и других работников, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка; привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Согласно ст. 192 ТК РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание; выговор; увольнение по соответствующим основаниям.

В соответствии с пунктом 53 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 2 от 17 марта 2004 года, суд, являющийся органом по разрешению индивидуальных трудовых споров, в силу части 1 статьи 195 ГПК РФ должен вынести законное и обоснованное решение, обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции РФ и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.

В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 ТК РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Судом установлено, что ФИО1 с 01 апреля 2011 года работал в должности начальника смены товарной службы в АО «Усть-Луга Ойл», с 03 апреля 2020 года уволен по собственному желанию (л.д. 72-75).

Приказом N 22 от 29 декабря 2018 года в отношении ФИО1 было применено дисциплинарное взыскание в виде выговора за ненадлежащее исполнение начальником смены товарной службы должностных обязанностей, возложенных на него п. 5.1.1 трудового договора N № от 05.04.2010 г. и п. 3.1.8 должностной инструкции N 15/16 от 30.12.2016 года, выразившимся в недостоверном внесении данных в ИПЛС о времени завершения выгрузки составов, повлекшим за собой неверное начисление между сменами коэффициента трудового участия (КТУ) и искажение данных отчетов ИПЛС, с приказом ФИО1 был ознакомлен 29 декабря 2018 года, в установленном законом порядке данный приказ ФИО1 не оспаривал (л.д. 116-120).

Судом также установлено, что дисциплинарное взыскание являлось предметом рассмотрения на собрании коллектива Товарной службы АО «Усть-Луга Ойл» 25 января 2019 года, согласно результатам проведения которого явилось ходатайство участвующих на собрании лиц перед руководством предприятия оставить примененную к ФИО1 меру взыскания в виде выговора и сокращение срока лишения премии до трех месяцев (л.д. 148-150).

Вместе с тем, обстоятельств, свидетельствующих о нарушении порядка применения к истцу данного взыскания, судом не установлено, при этом суд учитывает, что требований о признании указанного взыскания незаконным истец в рамках настоящего спора не заявлял.

Ссылаясь на применение к нему указанного взыскания, истец указывает, что именно данное взыскание явилось фактом, свидетельствующим о понуждении его к увольнению по собственному желанию, также истец указывает, что ввиду вынесения данного взыскания ему весь 2019 год незаконно не выплачивалась ежемесячная премия.

Вместе с тем, суд считает, что само по себе наложение на истца дисциплинарного взыскания 29 декабря 2018 года не свидетельствует о факте понуждения к увольнению, поскольку право работодателя применить к работнику дисциплинарное взыскание предусмотрено действующим законодательством, при этом, истец в рамках настоящего спора просит признать незаконными только действия, связанные с невыплатой ему работодателем премии за 2019 год.

Кроме того, согласно Разделу 6 Положения об оплате труда и материальном стимулировании работников АО «Усть-Луга Ойл», с которым ФИО1 был ознакомлен под личную роспись 26 июня 2018 года, премирование работников может осуществляться (при условии наличия соответствующей инициативы руководителя Общества) в целях усиления материальной заинтересованности и ответственности работников в обеспечении устойчивой работы Общества, качественного и своевременного выполнения поручений руководства Общества. Решение руководителя Общества о выплате премии оформляется в форме приказа руководителя Общества (п. п. 6.1.1, 6.1.3). Согласно п.п. 6.1., 6.1.6 Положения в порядке и случаях, предусмотренных настоящим Положением, применение к работнику дисциплинарного взыскания является основанием для лишения работника премии или уменьшения размера премии, выплачиваемой работнику, в приказе о применении к работнику дисциплинарного взыскания может быть установлено, что примененное таким приказом дисциплинарное взыскание не является основанием для лишения работника премии, либо работник вместо лишения премии лишается части премии, либо работнику премия не выплачивается в течение меньшего периода времени, чем это предусмотрено настоящим Положением для работников, к которым применено дисциплинарное взыскание. Согласно п. 6.3.4 Положения, в фонд премирования не включается период временной нетрудоспособности работника. Согласно п. 6.3.5 Положения если иное не установлено приказом руководителя, премия по итогам работы за месяц не начисляется и не выплачивается работникам, имеющим неснятые дисциплинарные взыскания в форме выговора по состоянию на конец месяца, за который выплачивается премия., а также работникам, в отношении которых руководителем Общества не принято решение о премировании и которые, соответственно, не были включены в приказ о премировании (л.д. 84-113).

Согласно п. 3.3 Трудового договора, заключенного с истцом 05 апреля 2010 года, по результатам деятельности Работника возможно его премирование в соответствии с локальными нормативными актами Общества о премировании (л.д.140-147).

Сведений о том, что руководителем были вынесены решения о премировании истца в спорный период времени либо решения о снятии дисциплинарного взыскания от 29 декабря 2018 года, либо решения, принятого в соответствии с п. 6.1.6 Положения непосредственно в приказе о наложении дисциплинарного взыскания, в материалах дела отсутствуют.

Таким образом, совокупность исследованных судом доказательств, определяющих условия и Порядок начисления и выплаты премии, а также исследованных судом в указанной части обстоятельств вынесения Приказа о наложении дисциплинарного взыскания от 29 декабря 2018 года, позволяет суду прийти к выводу о том, что невыплата премии истцу в течение 2019 года не являлась следствием наложенного на истца дисциплинарного взыскания, и не была вызвана незаконными действиями работодателя.

Ходатайство работников коллектива перед руководством предприятия о сокращении срока лишения ФИО1 премии до трех месяцев, выраженное по результатам проведенного собрания коллектива от 25 января 2020 года, основанием для вывода о признании действий работодателя по невыплате премии за 2019 год являться не может, поскольку решение работодателя о лишении ФИО1 премии в связи с проступком на весь 2019 года не принималось, решение собрания коллектива не является для руководителя предприятия обязательным к исполнению, окончательное решение о выплате работнику премии остается за руководством предприятия, при этом руководитель предприятия обладает правом, а не обязанностью определять ежемесячную премию работнику к выплате. 

Следовательно, в указанной части требований о взыскании с ответчика невыплаченной премии за 2019 год суд считает возможным отказать, поскольку судом не установлено признаков незаконности в действиях работодателя в части невыплаты премии за 2019 год.

Относительно требований истца о признании незаконными приказа N № от 10 февраля 2020 года о наложении дисциплинарного взыскания, суд отмечает следующее.

Основанием, свидетельствующим, по мнению истца, о незаконности вынесенного приказа, является нарушение работодателем срока применения к нему взыскания, установленного ст. 193 ТК РФ.

Судом установлено, что в отношении ФИО1 приказом N № от 10 февраля 2020 года работодателем было применено дисциплинарное взыскание в виде выговора, основание: Акт служебного расследования по факту ложного срабатывания сигнала «Пожар на танкере» и запуска АСУ ПВТ N № от 3 февраля 2020 года; объяснительная записка ФИО1

Из приказа следует, что 28 декабря 2019 года в 18 часов 55 минут на автоматизированное рабочее место системы пожарной сигнализации, находящейся в помещении Центрального пульта управления здания АБК, с борта танкера «Estrella» стоящего под погрузкой на причале N 4 ООО «Невская трубопроводная компания», поступил тревожный сигнал «Тревога. Пожар на танкере», автоматическая система управления пеноводотушения (далее по тексту АСУ ПВТ) в автоматическом режиме запустила алгоритм пожаротушения. В соответствии с инструкцией о порядке действий при возникновении инцидента/аварийной ситуации на объектах АО «Усть-Луга Ойл» начальник смены ФИО1 должен был оперативно оценить обстановку и принять решение на снижение рисков развития инцидента. В результате отсутствия должного взаимодействия с другими ответственными лицами факт ложного срабатывания сигнала был установлен и ликвидирован по прошествии 50 минут с момента срабатывания ручного пожарного извещателя, что привело к нецелевому расходованию концентрата пенообразователя в объеме 11 м.куб. (л.д.121-122) 

По данному факту было проведено служебное расследование (акт N № от 03.02.2020 г.), в рамках которого установлено, что начальник смены ФИО1 не предпринял должные и своевременные меры по отключению АСУ ПВТ и выдаче необходимых распоряжений оператору АСУ ТП, тем самым нарушив требования локально-нормативных актов АО «Усть-Луга Ойл».

На основании изложенного, учитывая тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, руководствуясь статьями 192 и 193 ТК РФ, применить к начальнику смены товарной службы ФИО1 дисциплинарное взыскание в виде выговора.

С приказом ФИО1 ознакомлен 10 февраля 2020 года, в приказе имеется отметка о том, что с приказом он не согласен, от подписи отказывается, срок по наложению взыскания – 1 месяц, имеется Акт об отказе работника от ознакомления с приказом о применении дисциплинарного взыскания (л.д. 123).

Согласно ст. 193 ТК РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредставление работником объяснений не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

Дисциплинарное взыскание, за исключением дисциплинарного взыскания за несоблюдение ограничений и запретов, неисполнение обязанностей, установленных законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции, не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки - позднее двух лет со дня его совершения. Дисциплинарное взыскание за несоблюдение ограничений и запретов, неисполнение обязанностей, установленных законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции, не может быть применено позднее трех лет со дня совершения проступка. В указанные сроки не включается время производства по уголовному делу.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Из разъяснений, указанных в п.п. б п. 2 ст. 34 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" днем обнаружения проступка, с которого начинается течение месячного срока, считается день, когда лицу, которому по работе (службе) подчинен работник, стало известно о совершении проступка, независимо от того, наделено ли оно правом наложения дисциплинарных взысканий.

Согласно представленному в материалы дела акту N № служебного расследования от 03 февраля 2020 года по факту ложного срабатывания сигнала «Пожар на танкере» и запуска АСУ ПВТ на причале N 4 ООО «Невская трубопроводная компания», произошедшего 28 декабря 2019 года, указаны обстоятельства происшествия от 28 декабря 2019 года, в ходе расследования происшествия устанавливались обстоятельства и факты: из объяснительных записок диспетчера ТТО ООО «НТК» ФИО9.; диспетчера 75 ПСЧ ФИО10.; служебной записки начальника смены ФИО1; служебной записки оператора АСУ ТП ФИО11., изучения локальных документов АО «Усть-Луга Ойл», ООО «Невская трубопроводная компания», переписки с 75 ПСЧ, опроса оперативного персонала и предоставления ими объяснений по факту случившегося, комиссией по расследованию устанавливались причины случившегося, в том числе технические причины и организационные причины, в том числе п. 5.2.2.3. – отсутствие должных и своевременных мер по отключению системы АСУ ПВТ со стороны начальника смены АО «Усть-Луга Ойл» ФИО1, а также нарушений, допущенных иными лицами (л.д. 125-136).

Таким образом, датой обнаружения проступка, совершенного истцом, следует считать дату составления Акта №, составленного по результатам расследования инцидента, произошедшего 28 декабря 2019 года, поскольку именно по результатам данного служебного расследования, оконченного 03 февраля 2020 года, работодателю стало известно о лицах, допустивших соответствующие нарушения, соответственно, оснований полагать, что работодателем при применении к ФИО1 дисциплинарного взыскания были нарушены требования ст. 193 ТК РФ о сроках его применения, судом не установлено).

Иных нарушений, которые позволяли бы суду признать приказ о наложении на ФИО1 дисциплинарного взыскания, N № от 10 февраля 2020 года, незаконным, судом не установлено, при назначении дисциплинарного взыскания процедура применения взыскания была полностью соблюдена, были учтены все данные о работнике и тяжести проступка (л.д. 121-122).

Доводы истца о том, что у него не брались объяснения, отклоняются судом, доводы истца в указанной части опровергаются исследованными судом материалами расследования.

Следовательно, поскольку приказ N № от 10 февраля 2020 года не признан судом незаконным, отсутствуют и основания для удовлетворения требований истца о неправомерном неначислении ему премии за январь, февраль и март 2020 года, в том числе по основаниям, изложенным выше в данном решении при отказе в удовлетворении исковых требований истца в части невыплаты премии за 2019 год. 

Относительно требования о признании незаконным приказа N № от 19 февраля 2020 года о наложении дисциплинарного взыскания суд отмечает следующее.

Согласно трудовому договору от 05 апреля 2010 года N №, заключенному с истцом, истец принимается на работу на должность мастера технологических операций в товарную службу, согласно п. 4.2 договора, режим рабочего времени работника устанавливается в соответствии с Правилами внутреннего трудового распорядка общества: рабочий день устанавливается с понедельника по четверг с 9.00 по 17.45, в пятницу с 9.00 до 16.30 с перерывом на обед продолжительностью 30 минут в промежутке с 12 до 15 часов. Работнику устанавливается восьмичасовой рабочий день.

Согласно дополнительному соглашению к Договору от 01 октября 2010 года, работнику устанавливается сменный график работы с 04 декабря 2010 года продолжительность смены составляет 11 часов перерыв для отдыха и питания 60 минут в период с 13.00 до 16.00 в 1 смену и в период с 01.00 до 04.00 во 2 смену, группа сменности определяется утвержденным графиком сменности (л.д. 140,143).

Судом установлено, что в период с 11 февраля 2020 по 03 апреля 2020 года истец не работал, так как был временно нетрудоспособен (л.д. 158-159).

Из пояснений истца также установлено, что на руках у него имелся пропуск постоянного работника АО «Усть-Луга Ойл».

Также из пояснений лиц, участвующих в деле, установлено, что 17 февраля 2020 года около 15 часов 30 минут истец, в нерабочее время ввиду оформления листка нетрудоспособности (л.д. 158-159), имея при себе постоянный пропуск, прошел на территорию АО «Усть-Луга Ойл» через проходную (контрольно-пропускной пункт), в здание административно-бытового корпуса, находящегося на территории объекта транспортной инфраструктуры Терминала перевалки нефтепродуктов комплекса наливных грузов АО «Усть-Луга Ойл».

Согласно акту N № от 17 февраля 2020 года, составленному специалистом подразделения транспортной безопасности АО «Усть-Луга Ойл» ФИО3, на территории Комплекса наливных грузов АО «Усть-Луга Ойл», работник ФИО1, пропуск N №, находясь на территории ОТИ АС «Усть-Луга Ойл» в здании АБК, расположенного на территории Комплекса наливных грузов АО «Усть-Луга Ойл», нарушил Положение о пропускном и внутриобъектовом режимах комплекса наливных грузов АС «Усть-Луга Ойл» п.п. «ж», п. 5.1.2 – нарушение правил внутреннего трудового распорядка работниками СТИ, а именно: находился на территории СТИ во внерабочее время (п. 4.6 – нахождение работников СТИ на ОТИ после окончания рабочего времени запрещается, за исключением работников дежурных смен, работников в ненормированным рабочим днем, работников, выполняющих свои обязанности на основании соответствующих приказов и распоряжений, что согласно п. 4.6 Положения о пропускном и внутриобъектовом режимах на объекте транспортной инфраструктуры терминал перевалки нефтепродуктов (Комплекс наливных грузов) АО «Усть-Луга Ойл» является нарушением, в акте имеются объяснения ФИО1 – приезжал в ОК получить копию приказа, ФИО1 с актом ознакомлен, копию акта получил (л.д. 154).

Приказом от 19 февраля 2020 года N № в отношении ФИО1 применено дисциплинарное взыскание в виде выговора, на приказе имеется пояснение ФИО1 о том, что он не находился на рабочем месте, обязанности начальника смены не выполнял, приезжал в отдел кадров за документами (л.д. 151).

Имеется также акт об отказе работника ФИО1 от ознакомления с приказом о применении дисциплинарного взыскания от 03 апреля 2020 года.

Согласно ст. ст. 21, 22 ТК РФ обязанности работника соблюдать правила внутреннего трудового распорядка корреспондирует право работодателя требовать от работника соблюдения правил трудового распорядка. 

Согласно разъяснениям, указанным в п. 35 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" при рассмотрении дела об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

Таким образом, за нарушение работником правил внутреннего трудового распорядка может быть применено дисциплинарное взыскание.

Согласно п. 5.1.2 Трудового договора работник ФИО1 обязан соблюдать Правила внутреннего трудового распорядка.

Согласно п. 4.2 Правил внутреннего трудового распорядка АО «Усть-Луга Ойл» от 01 апреля 2015 года, с которыми ФИО1 был ознакомлен под личную роспись, (л.д. 194), работник обязан соблюдать дисциплину труда, соблюдать утвержденный руководителем Общества график рабочего времени, соблюдать требования пропускного режима, предусмотренные действующим законодательством РФ, настоящими Правилами, должностной инструкцией, локальными нормативными актами.

Согласно п. 6.21 Правил, допуск работников на территорию Общества осуществляется в соответствии с «Положением о пропускном режиме в ОАО «Усть-Луга Ойл».

Согласно п. 6.33 Правил, нарушение требований пропускного режима, изложенных в локальных нормативных актах Общества, расценивается как нарушение Правил внутреннего трудового распорядка.

Согласно п. 2.1 в состав ОТИ входят административные здания и здания бытового назначения (л.д. 198-оборот).

Согласно п. 4.2, 4.6 Положения о пропускном и внутриобъектовом режимах на объекте транспортной инфраструктуры Терминал перевалки нефтепродуктов (Комплекс наливных грузов) АО «Усть-Луга Ойл», от 2017 года, с которым ФИО1 был ознакомлен под личную роспись (л.д. 228), режим рабочего времени для работников ОТИ, работающих посменно, устанавливается с 08.00 до 20.00 (дневная смена) и с 20.00 до 08.00 (ночная смена); нахождение работников СТИ на ОТИ после окончания рабочего времени запрещается, за исключением работников дежурных смен, работников с ненормированным рабочим днем, работников, выполняющих свои обязанности на основании соответствующих приказов и распоряжений).

Согласно п.п. «ж» п. 5.1.2 Положения нарушением внутриобъектового режима на ОТИ является нарушение Правил внутреннего трудового распорядка работниками СТИ.

Таким образом, истцом были нарушены требования Правил внутреннего трудового распорядка, в части несоблюдения требований пропускного режима.

Истец, не оспаривая факт нахождения в нерабочее время на территории ОТИ, ссылается на правомерность своего пребывания на территории ОТИ, определенную наличием у него постоянного пропуска работника АО «Усть-Луга Ойл».

Вместе с тем, как следует из п. 3.3 Положения, наличие пропуска дает работникам ОТИ право только на доступ на территорию ОТИ, Положение не содержит указаний на право доступа работников ОТИ по постоянным пропускам в любое время, не ставят в зависимость от наличия постоянного пропуска у работника право нахождения работника ОТИ на территории ОТИ и требования п. 4.6 Положения.

Следовательно, указанные доводы не могут являться основанием для вывода о неправомерности действий ответчика, применивших дисциплинарное взыскание в отношении ФИО1

Нарушений процедуры применения к ФИО1 взыскания суд не усматривает, при применении указанного дисциплинарного взыскания ответчиком были учтены все обстоятельства, связанные с тяжестью проступка, личностью работника (л.д. 151-157).

Правовых оснований для признания Приказа N № от 19.02.2020 года о применении по отношению в ФИО1 дисциплинарного взыскания незаконным и его отмены суд не усматривает.

Поскольку судом не установлено нарушений ответчиком трудовых прав истца, оснований для взыскания компенсации морального вреда также не имеется.

Исковые требования об обязании ответчика выдать истцу копии приказов о применении дисциплинарных взысканий истец не поддерживал ввиду их получения от ответчика в ходе судебного разбирательства, в связи с чем данные исковые требования также удовлетворению не подлежат.

Учитывая установленные обстоятельства в удовлетворении исковых требований может быть отказано в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 56, 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В иске ФИО1 к Акционерному обществу «Усть-Луга Ойл» о компенсации морального вреда, о взыскании недополученного дохода, об обязании совершить определенные действия отказать.

Решение может быть обжаловано в Ленинградский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Кингисеппский городской суд.

Судья 

Решение в окончательной форме принято 10 сентября 2020 года.