Дело № 12-54/2019

РЕШЕНИЕ

по делу об административном правонарушении

г. Кострома 30 мая 2019 года

Судья Костромского районного суда Костромской области Комарова Е.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием средств видеоконференц-связи жалобу ФИО1 на определение ст. инспектора ДПС группы ДПС ГИБДД ОМВД России по Костромскому району М.Д.А. от ДДММГГГГ года об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении, 

УСТАНОВИЛ:

ДДММГГГГ года около 14 часов 43 минут в районе 10 км автодороги Кострома-Нерехта в Костромском районе Костромской области произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля ***** г.н. № под управлением Т.С.Л.. и автомобиля ***** г.н. № под управлением ФИО1 

Определением ст. инспектора ДПС группы ГИБДД ОМВД по Костромскому району М.Д.А. от ДДММГГГГ года по данному факту отказано в возбуждении дела об административном правонарушении на основании п.3 ч.1 ст. 24.5 КоАП РФ. 

Согласно определению Т.С.Л. в нарушение п. п. 1.3, 1.5 Правил дорожного движения РФ выехал на сторону, предназначенную для встречного движения, для перекрывания движения и блокировки движущегося во встречном направлении автомобиля под управлением ФИО1, в результате чего произошло столкновение транспортных средств, оба автомобиля получили механические повреждения. Должностным лицом было установлено, что Т.С.Л.. действовал в состоянии крайней необходимости. 

ФИО1 в жалобе просит отменить вышеуказанное определение. Считает, что Т.С.Л.. в состоянии крайней необходимости не находился. Доводы о том, что Т.С.Л.. осуществлял задержание его автомобиля при проведении оперативно-розыскных мероприятий по пресечению особо тяжкого преступления, не соответствуют действительности. Он (заявитель) и его автомобиль в розыске не находились, наркотических средств при нем не было, о чем сотрудникам правоохранительных органов было достоверно известно, поскольку в ходе ОРМ использовался муляж наркотического средства. У сотрудников правоохранительных органов имелись иные возможности для его задержания, менее опасные, чем столкновение транспортных средств. При таких обстоятельствах выезд Т.С.Л на встречную полосу с последующим столкновением с его автомобилем создавал угрозу для жизни и здоровья других участников дорожного движения, что не является крайней необходимостью. В результате действий Т.С.Л.. ему был причинен имущественный вред, поскольку автомобиль получил серьезные механические повреждения. Просит возвратить материал должностному лицу на новое рассмотрение. 

ФИО1 в судебном заседании доводы жалобы поддержал, дополнительно пояснил, что на момент столкновения, кроме его автомобиля и автомобиля *****, других транспортных средств ни в попутном, ни во встречном направлении не было. Автомобиль ***** не имел опознавательных знаков, по которым можно было бы определить его принадлежность правоохранительным органам. Перед выездом на встречную полосу не подавалось ни звуковых, ни световых сигналов, требования об остановке по громкой связи не передавались, предупредительные выстрелы не производились, другие спецсредства для его остановки не применялись. В связи с этим у него не имелось оснований полагать, что производится его задержание, двигавшуюся навстречу автомашину он воспринимал как возникшую опасность, поэтому принял влево, чтобы разъехаться и избежать столкновения, а не с целью скрыться. В момент объезда произошло столкновение автомобилей. Только проехав вперед около 500 м и увидев, что поперек дороги встала машина, преграждая путь, появились люди, он понял, что действуют сотрудники правоохранительных органов, и сразу остановился. В его задержании участвовало 10 человек, в связи с чем полагает, что они имели возможность остановить его другим способом, без умышленного столкновения автомобилей. Считает, что по делу требуется дополнительная проверка, поскольку его вины в дорожно-транспортном происшествии нет. 

Защитник Ш.И.Н.., поддержав жалобу ФИО1, обратила внимание на поверхностное проведение проверки обстоятельств ДТП, указала на отсутствие достаточных оснований для квалификации действий Т.С.Л.. как совершенных в состоянии крайней необходимости. Полагает, что при планировании оперативно-розыскных мероприятий и задержания лиц, подозреваемых в совершении преступления, сотрудниками правоохранительных органов могли быть заранее продуманы и применены менее опасные способы, чем лобовое столкновение транспортных средств, представляющее опасность для жизни и здоровья людей. Считает, что опрошенные Т.С.Л.. и Ф.К.С. не представили доказательств того, что имела место крайняя необходимость. Не собрано таких доказательств и должностным лицом, проводившим проверку. В частности не установлены и не опрошены все лица, участвовавшие в оперативно-розыскном мероприятии. Более того, место ДТП фактически не установлено, схема места происшествия не согласуется с объяснениями опрошенных лиц, и эти противоречия не устранены. Процессуальные документы составлены с нарушениями, в рапорте инспектора ДПС С.Р.А.. не указана дата его составления, в объяснениях Т.С.Л.. и Ф.К.С отсутствуют сведения о должностном лице, получившем объяснения, и подпись этого должностного лица, что делает доказательства недопустимыми. В связи с этим определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении нельзя признать законным и обоснованным, материалы подлежат направлению на новое рассмотрение. 

Ст. инспектор ДПС группы ГИБДД ОМВД по Костромскому району М.Д.А.., чье определение обжалуется, в судебном заседании пояснил, что основания для возбуждения дела об административном правонарушении по факту произошедшего ДТП отсутствовали, поскольку в процессе проверки было установлено, что в отношении ФИО1 проводились оперативно-розыскные мероприятия, и Т.С.Л.., выехав на встречную полосу, перекрывал движение и блокировал автомобиль под управлением ФИО1, который пытался скрыться. Таким образом, Т.С.Л хотя и нарушил Правила дорожного движения, но действовал в состоянии крайней необходимости, что исключает административную ответственность. В пользу этого вывода свидетельствуют показания Ф.К.С.., находившегося в машине Т.С.Л.. в момент ДТП, а также полученные в ходе устной беседы с сотрудниками УФСБ России по Костромской области сведения о возбуждении в отношении ФИО1 уголовного дела, помещении его в следственный изолятор. В опросе всех лиц, участвовавших в проведении оперативно-розыскных мероприятий, не было необходимости. Имеющиеся в материалах дела доказательства были достаточны для вывода, к которому он пришел. При этом в определении об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении не содержится выводов о виновности в ДТП ФИО1, напротив, указывается на несоответствие действий Т.С.Л.. правилам дорожного движения. Доводы стороны защиты о процессуальных нарушениях считает необоснованными. Рапорт инспектора ДПС С.Р.А. составлен непосредственно после выезда на место ДТП и составления схемы места происшествия, то есть ДДММГГГГ года, отсутствие даты составления на документе не влияет на его содержание. Противоречие относительно места совершения ДТП оговорено инспектором С.Р.А.. в рапорте от ДДММГГГГ года. Объяснения Т.С.Л.. и Ф.К.С.. записаны ими собственноручно, в связи с чем в них не может быть сведений о должностном лице, которое отбирало объяснения. Считает принятое им решение соответствующим требованиям закона. 

Судья, выслушав участвующих лиц, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

В соответствии со ст. 24.1 КоАП РФ задачами производства по делам об административных правонарушениях являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом, обеспечение исполнения вынесенного постановления, а также выявление причин и условий, способствовавших совершению административных правонарушений.

В силу ст. 26 ч.1 КоАП РФ по делу об административном правонарушении выяснению подлежат, в том числе наличие события административного правонарушения; лицо, совершившее противоправные действия (бездействие), за которые настоящим Кодексом или законом субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность; виновность лица в совершении административного правонарушения; обстоятельства, исключающие производство по делу об административном правонарушения.

Согласно ч. 3 ст. 28.1 КоАП РФ, дело об административном правонарушении может быть возбуждено должностным лицом, уполномоченным составлять протоколы об административных правонарушениях, только при наличии хотя бы одного из поводов, предусмотренных частями 1, 1.1 и 1.3 настоящей статьи, и достаточных данных, указывающих на наличие события административного правонарушения.

Исходя из положений статей 1.5, 2.1 и 24.1 КоАП РФ, в рамках производства по делу об административном правонарушении подлежит выяснению вопрос о виновности лица в совершении административного правонарушения, ответственность за которое установлена Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях или законом субъекта Российской Федерации.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ, производство по делу об административном правонарушении не может быть начато, а начатое производство подлежит прекращению, если лицо действовало в состоянии крайней необходимости.

Согласно ч. 5 ст. 28.1 КоАП РФ в случае отказа в возбуждении дела об административном правонарушении выносится мотивированное определение.

В соответствии с п. 5 ч. 1 ст. 29.12 КоАП РФ в определении по делу об административном правонарушении указываются обстоятельства, установленные при рассмотрении материалов дела.

Вышеуказанные требования закона ст. инспектором ДПС ГИБДД ОМВД России по Костромскому району М.Д.А.. в полной мере не выполнены. 

Отказывая в возбуждении дела об административном правонарушении, должностное лицо М.Д.А.. пришел к выводу о том, что Т.С.Л.., совершивший выезд на полосу встречного движения, повлекший столкновение с автомашиной ФИО1, действовал в состоянии крайней необходимости. 

Вывод должностного лица о крайней необходимости сделан на основании объяснений Т.С.Л. и Ф.К.С.. о том, что при проведении оперативно-розыскных мероприятий в целях задержания автомобиля под управлением ФИО1, находящегося в розыске и при котором находились наркотические вещества в особо крупном размере, пришлось использовать выезд на встречную полосу, а также на основании материалов уголовного дела, возбужденного в отношении ФИО1 

Однако материалы дела не содержат доказательств того, что в отношении ФИО1 действительно проводились оперативно-розыскные мероприятия, что Т.С.л. и Ф.К.С.. привлекались к их проведению, соответствующие документы в материалы дела не приобщались. 

Также материалы дела не содержат сведений о возбуждении в отношении ФИО1 уголовного дела, о его задержании и заключении под стражу, о предъявлении ему обвинения, в объяснениях Т.С.Л. и Ф.К.С.. информация об этом отсутствует, копии соответствующих документов в материалы дела не приобщались. Как пояснил сам М.Д.А. эти сведения ему стали известны в ходе устной беседы с сотрудниками УФСБ России по Костромской области. 

Таким образом, в нарушение требований п. 5 ч. 1 ст. 29.12 КоАП РФ обжалуемое решение должностного лица основано на доказательствах, которые в материалах дела отсутствуют, не исследовались, и оценка им не давалась, выводы о крайней необходимости сделаны преждевременно, поскольку основаны на не подтвержденных данных.

Кроме того, из резолютивной части определения следует, что в возбуждении дела отказано на основании п. 3 ч.1 ст. 24.5 КоАП РФ по факту ДТП, имевшего место с участием автомобилей ФИО1 и Т.С.Л.., в то время как по данному основанию отказ в возбуждении дела возможен только в отношении конкретного лица, действия которого были обусловлены крайней необходимостью. 

Поскольку вышеуказанные нарушения не позволили полно и всесторонне рассмотреть дело в соответствии с требованиями ст. 24.1 КоАП РФ, они являются существенными нарушениями процессуальных требований, влекущими отмену определения по делу об административном правонарушении и возвращение материалов на новое рассмотрение должностному лицу.

Вместе с тем предусмотренный ст. 4.5 КоАП РФ срок давности привлечения к административной ответственности в настоящее время истек, поэтому в соответствии со ст. 24.5 п.6 КоАП РФ, производство по делу об административном правонарушении подлежит прекращению.

Руководствуясь ст. 30.7 ч.1 п. 3, ст. 24.5 ч.1 п.6 КоАП РФ, судья

РЕШИЛ:

Определение ст. инспектора ДПС группы ДПС ГИБДД ОМВД России по Костромскому району М.Д.А.. от ДДММГГГГ года об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении по факту ДТП, имевшего место в районе 10 км автодороги Кострома-Нерехта в Костромском районе Костромской области с участием автомобиля ***** г.н. № под управлением Т.С.Л.. и автомобиля ***** г.н. № под управлением ФИО1 отменить.

Производство по делу прекратить за истечением сроков давности привлечения к административной ответственности. 

Решение может быть обжаловано в Костромской областной суд через Костромской районный суд в течение 10 суток со дня вручения или получения его копии.

Судья Е.Н. Комарова