УИД 16RS0050-01-2020-009488-77

Судья: Хабибуллин Р.З. Дело №5-3938/2020

Дело №7-1924/2020

р е ш е н и е

07 августа 2020 года г.Казань

Судья Верховного Суда Республики Татарстан Маликов Р.А., при секретаре судебного заседания Багавиевой Ю.А., рассмотрел в открытом судебном заседании жалобу защитника Нисанбековой Э.Р. в интересах ФИО1 на постановление судьи Приволжского районного суда г.Казани Республики Татарстан от 03 августа 2020 года, вынесенное в отношении ФИО1 по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.8 ст.20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее по тексту – КоАП РФ). 

Проверив материалы дела, изучив доводы жалобы, выслушав пояснения защитников Нисанбековой Э.Р. и Давыдова А.В., судья

У С Т А Н О В И Л:

постановлением судьи Приволжского районного суда г.Казани Республики Татарстан от 03 августа 2020 года ФИО1 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.8 ст.20.2 КоАП РФ, и подвергнута административному наказанию в виде административного ареста сроком на пять суток. 

В жалобе, поданной в Верховный Суд Республики Татарстан, защитник Нисанбекова Э.Р. просит постановление судьи отменить, производство по делу прекратить.

В судебное заседание ФИО1 и должностное лицо административного органа, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения названной жалобы, не явились, от них заявлений, ходатайств об отложении рассмотрения дела не поступило, поэтому полагаю возможным рассмотрение дела в отсутствие названных участников процесса. 

В судебном заседании защитники Нисанбекова Э.Р. и Давыдов А.В. полностью поддержали доводы жалобы.

В силу положений ч.3 ст.30.6 КоАП РФ судья не связан с доводами жалобы и проверяет дело в полном объеме. 

Жалоба подлежит отклонению.

Согласно ч.2 ст.20.2 КоАП РФ организация либо проведение публичного мероприятия без подачи в установленном порядке уведомления о проведении публичного мероприятия, за исключением случаев, предусмотренных частью 7 настоящей статьи, -

влечет наложение административного штрафа на граждан в размере от двадцати тысяч до тридцати тысяч рублей, или обязательные работы на срок до пятидесяти часов, или административный арест на срок до десяти суток; на должностных лиц - от двадцати тысяч до сорока тысяч рублей; на юридических лиц - от семидесяти тысяч до двухсот тысяч рублей.

Согласно ч.8 ст.20.2 КоАП РФ повторное совершение административного правонарушения, предусмотренного частями 1 - 6.1 настоящей статьи, если это действие не содержит уголовно наказуемого деяния, -

влечет наложение административного штрафа на граждан в размере от ста пятидесяти тысяч до трехсот тысяч рублей, или обязательные работы на срок от сорока до двухсот часов, или административный арест на срок до тридцати суток; на должностных лиц - от двухсот тысяч до шестисот тысяч рублей; на юридических лиц - от пятисот тысяч до одного миллиона рублей.

Из материалов дела усматривается, что 15 мая 2020 года, в период времени с 10 часов 30 минут до 11 часов 15 минут, возле здания 

<

данные изъяты>, расположенного по адресу: 

<

адрес>, ФИО1 совместно с ФИО2, в нарушение требований Федерального закона от 19 июня 2004 года №54-ФЗ «О собраниях, митингах, шествиях и пикетированиях», повторно осуществляла проведение публичного мероприятия в форме пикетирования без уведомления о проведении публичного мероприятия ИКМО г.Казани Республики Татарстан.

Фактические обстоятельства произошедшего события правонарушения, а также виновность ФИО1 в его совершении, полностью подтверждаются собранными по делу доказательствами в совокупности, в том числе протоколом об административном правонарушении №9101413 от 17 июля 2020 года, составленным в отношении ФИО1 по ч.8 ст.20.2 КоАП РФ, и содержащим сведения об обстоятельствах совершенного правонарушения (л.д.2-3); рапортом сотрудника полиции ФИО3 об обстоятельствах совершения и условиях выявления правонарушения (л.д.4); копией протокола об административном правонарушении от 03 июня 2020 года, составленного в отношении ФИО2 по ч.2 ст.20.2 КоАП РФ (л.д.8-10); копией рапорта сотрудника полиции ФИО4 об обстоятельствах совершенного правонарушения (л.д.15-16); копией акта осмотра предметов (документов) от 16 мая 2020 года с приложенными скриншотами (л.д.17-18, 19-23); копией акта осмотра предметов (документов) от 15 мая 2020 года с приложенными скриншотами (л.д.25-32); копией акта осмотра предметов (документов) от 15 мая 2020 года с приложенными скриншотами (л.д.34-39); копией письменного объяснения ФИО2 (л.д.43); копией письма ИКМО г.Казани от 15 июля 2020 года за №7030/ИК, из содержания которого следует, что в ИКМО г.Казани уведомления о проведении каких-либо публичных мероприятий 15 мая 2020 года возле д.1 по ул.Кулагина г.Казани не поступали (л.д.51); протоколом о доставлении от 03 августа 2020 года (л.д.69), и другими материалами дела, достоверность и допустимость которых как доказательств, сомнений не вызывает.

В ходе рассмотрения данного дела об административном правонарушении судьей районного суда в соответствии с требованиями ст.ст.24.1 и 26.1 КоАП РФ были всесторонне, полно, объективно и своевременно выяснены обстоятельства совершенного административного правонарушения, все собранные по делу доказательства приняты во внимание и оценены надлежащим образом в совокупности с другими материалами дела в соответствии с требованиями ст.26.11 КоАП РФ, юридически значимые обстоятельства по делу, подлежащие доказыванию, определены верно, оснований для переоценки установленных обстоятельств и выводов судьи нижестоящей инстанции не имеется.

Доводы жалобы защитника о невиновности и незаконном привлечении ФИО1 к административной ответственности по ч.8 ст.20.2 КоАП РФ в связи с тем, что в ее действиях отсутствует состав административного правонарушения, так как она требований закона не нарушала, материалами дела ее вина в этом не доказана, при рассмотрении дела судьей нижестоящей инстанции нарушены процессуальные нормы КоАП РФ, не приняты во внимание все обстоятельства дела, не дана надлежащая оценка имеющимся доказательствам и представленным доводам, являются необоснованными, поскольку они основаны на неправильном толковании норм действующего законодательства и неверной трактовке фактических обстоятельств произошедшего события. Изложенные доводы полностью противоречат обстоятельствам, установленным в ходе производства по делу, и опровергаются совокупностью вышеприведенных доказательств. 

Порядок организации и проведения публичных мероприятий определен Федеральным законом от 19 июня 2004 года №54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях».

Согласно п.п.1, 6, 7, 8 ст.2 вышеуказанного Федерального закона под публичным мероприятием понимается открытая, мирная, доступная каждому, проводимая в форме собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования либо в различных сочетаниях этих форм акция, осуществляемая по инициативе граждан Российской Федерации, политических партий, других общественных объединений и религиозных объединений, в том числе с использованием транспортных средств. Целью публичного мероприятия является свободное выражение и формирование мнений, а также выдвижение требований по различным вопросам политической, экономической, социальной и культурной жизни страны и вопросам внешней политики. Пикетирование - форма публичного выражения мнений, осуществляемого без передвижения и использования звукоусиливающих технических средств путем размещения у пикетируемого объекта одного или более граждан, использующих плакаты, транспаранты и иные средства наглядной агитации, а также быстровозводимые сборно-разборные конструкции. Уведомление о проведении публичного мероприятия - документ, посредством которого органу исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органу местного самоуправления в порядке, установленном настоящим Федеральным законом, сообщается информация о проведении публичного мероприятия в целях обеспечения при его проведении безопасности и правопорядка. Регламент проведения публичного мероприятия - документ, содержащий повременное расписание (почасовой план) основных этапов проведения публичного мероприятия с указанием лиц, ответственных за проведение каждого этапа, а в случае, если публичное мероприятие будет проводиться с использованием транспортных средств, информацию об использовании транспортных средств.

Исходя из провозглашенной в преамбуле Конституции Российской Федерации цели утверждения гражданского мира и согласия и учитывая, что в силу своей природы публичные мероприятия (собрания, митинги, демонстрации, шествия и пикетирование) могут затрагивать права и законные интересы широкого круга лиц - как участников публичных мероприятий, так и лиц, в них непосредственно не участвующих, - государственная защита гарантируется только праву на проведение мирных публичных мероприятий, которое, тем не менее, может быть ограничено федеральным законом в соответствии с критериями, предопределяемыми требованиями ст.ст.17, 19, 55 Конституции Российской Федерации, на основе принципа юридического равенства и вытекающего из него принципа соразмерности, то есть в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Из содержания и смысла ст.3 вышеуказанного Федерального закона следует, что одним из принципов проведения публичных мероприятий выступает законность - соблюдение положений Конституции Российской Федерации, настоящего Федерального закона, иных законодательных актов Российской Федерации.

Право собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирования, гарантированное Конституцией РФ и международно-правовыми актами как составной частью правовой системы Российской Федерации (ст.15 Конституции Российской Федерации), не является абсолютным и может быть ограничено федеральным законом в конституционно значимых целях.

Соответственно, такой федеральный закон должен обеспечивать возможность реализации данного права и одновременно соблюдение надлежащего общественного порядка и безопасности без ущерба для здоровья и нравственности граждан на основе баланса интересов организаторов и участников публичных мероприятий, с одной стороны, и третьих лиц - с другой, исходя из необходимости гарантировать государственную защиту прав и свобод всем гражданам (как участвующим, так и не участвующим в публичном мероприятии), в том числе путем введения адекватных мер предупреждения и предотвращения нарушений общественного порядка и безопасности, прав и свобод граждан, а также установления публично-правовой ответственности за действия, их нарушающие или создающие угрозу их нарушения.

Поэтому, в целях обеспечения мирного, доступного и безопасного характера публичных мероприятий, вышеупомянутый Федеральный закон закрепляет права и обязанности организатора публичного мероприятия (ст.ст.5, 7, 9, 11), участников публичного мероприятия (ст.6), а также органов публичной власти и их должностных лиц (ст.ст.12-17).

Такой подход согласуется с общепризнанными принципами и нормами международного права, в том числе закрепленными во Всеобщей декларации прав человека, согласно п.1 ст.20 которой каждый человек имеет право на свободу мирных собраний, и в Международном пакте о гражданских и политических правах, ст.21 которого, признавая право на мирные собрания, допускает введение обоснованных ограничений данного права, налагаемых в соответствии с законом и необходимых в демократическом обществе в интересах государственной или общественной безопасности, общественного порядка, охраны здоровья и нравственности населения или защиты прав и свобод других лиц. 

Как видно из содержания п.1 ч.3 ст.5 Федерального закона от 19 июня 2004 года №54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях», организатор публичного мероприятия имеет право проводить пикетирование в местах и в то время, которые указаны в уведомлении о проведении публичного мероприятия либо изменены в результате согласования с органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органом местного самоуправления.

Действующим законодательством обязанность подать уведомление о проведении публичного мероприятия в орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации или орган местного самоуправления возложена на организатора публичного мероприятия.

В силу ч.1 ст.7 названного Федерального закона при проведении пикетирования группой лиц либо пикетирования, осуществляемого одним участником с использованием быстровозводимой сборно-разборной конструкции, создающей препятствия для движения пешеходов и транспортных средств, уведомление о проведении публичного мероприятия может подаваться в срок не позднее трех дней до дня его проведения, а если указанные дни совпадают с воскресеньем и (или) нерабочим праздничным днем (нерабочими праздничными днями), - не позднее четырех дней до дня его проведения. Если срок подачи уведомления о проведении публичного мероприятия полностью совпадает с нерабочими праздничными днями, уведомление может быть подано в последний рабочий день, предшествующий нерабочим праздничным дням.

В соответствии с положениями п.5 ст.5 вышеотмеченного Федерального закона организатор публичного мероприятия не вправе проводить его, если уведомление о проведении публичного мероприятия не было подано в срок либо если с органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органом местного самоуправления не было согласовано изменение по их мотивированному предложению места и (или) времени проведения публичного мероприятия.

Анализ вышеприведенных правовых норм в их совокупности и во взаимосвязи позволяет сделать однозначный вывод о том, что проведение публичного мероприятия в форме пикетирования группой лиц без уведомления о проведении публичного мероприятия, в том числе относительно целей и форм его проведения, является нарушением требований Федерального закона №54-ФЗ и влечет привлечение виновных лиц к ответственности в установленном порядке.

Из представленных материалов дела следует, что в указанные в протоколе об административном правонарушении время и месте, ФИО1 осуществляла проведение несанкционированного публичного мероприятия в форме пикетирования совместно с ФИО2 Указанное публичное мероприятие было проведено ФИО1 и ФИО2 с распределением ролей в его проведении, то есть ФИО2 стоял и держал плакаты следующего содержания: «Юнармия и военные сборы – нарушение прав детей!», «Долой призывное рабство! Армия должна быть добровольной и профессиональной», «Нет призывному рабству!», а ФИО1 находилась рядом и осуществляла видеосъемку, при этом инициировала общение с «пикетируемым лицом» (то есть она задавала вопросы ФИО2, на которые тот отвечал). Затем вся эта информация ФИО1 распространялась в сети Интернет.

Из материалов дела видно, что ФИО1 и ФИО2 являются сторонниками одной политической партии, то есть РОДП «ЯБЛОКО».

Таким образом, в рассматриваемом случае действия ФИО1 и ФИО2 с достаточной очевидностью были объединены единством целей и общей организацией, пикетирование проводилось двумя лицами одновременно и на одной местности с использованием одних и тех же предметов, содержащих одинаковые требования, но заранее с распределением ролей, следовательно, их действия полностью подпадали под признаки пикетирования группой лиц, то есть публичного мероприятия, требующего подачи уведомления о его проведении.

В данном случае представленными материалами полностью подтверждается, что проведение пикетирования группой лиц (двумя лицами) изначально было задумано и объединено единым замыслом и общей организацией, в связи чем представляет собой скрытую форму публичного мероприятия, предусматривающего необходимость подачи уведомления о его проведении в орган публичной власти.

Следовательно, все обстоятельства данного дела в совокупности свидетельствуют о том, что ФИО1 повторно осуществляла проведение публичного мероприятия в форме группового пикетирования без подачи уведомления о его проведении, поэтому ее противоправные действия образуют объективную сторону состава административного правонарушения, предусмотренного ч.8 ст.20.2 КоАП РФ.

Такой вывод полностью согласуется с позицией, выраженной в п.31 Постановления Пленума Верховного Суда Республики Татарстан от 26 июня 2018 года №28 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел и дел об административных правонарушениях, связанных с применением законодательства о публичных мероприятиях».

Сам факт нахождения на месте проведения пикетирования самой ФИО1 и ее защитниками не оспаривается.

Обстоятельства совершенного правонарушения были выявлены уполномоченными сотрудниками ЦПЭ МВД по Республике Татарстан при проведении мониторинга социальных сетей и сайтов в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в результате которого обнаружены опубликованные ФИО1 в данной сети видеоролики (л.д.15-16, 17-40). При этом, согласно сообщению ИКМО г.Казани от 15 июля 2020 года за №7030/ИК, направленному начальнику ЦЭП МВД по Республике Татарстан, в ИКМО г.Казани уведомления о проведении каких-либо публичных мероприятий 15 мая 2020 года возле 

<

адрес> не поступали (л.д.51).

Вышеизложенные обстоятельства послужили основанием для составления в отношении ФИО1 протокола об административном правонарушении, предусмотренном ч.8 ст.20.2 КоАП РФ, и последующего привлечения ее к административной ответственности по названной норме.

Протокол об административном правонарушении в отношении ФИО1 составлен уполномоченным должностным лицом с соблюдением требований ст.ст.28.2 и 28.3 КоАП РФ.

Протокол об административном правонарушении в отношении ФИО1 составлен с ее участием, при этом ей были разъяснены процессуальные права, предусмотренные ст.25.1 КоАП РФ и содержание ст.51 Конституции Российской Федерации, однако она от подписи и от дачи объяснений отказалась.

В суде нижестоящей инстанции дело рассмотрено с участием ФИО1 и ее защитника путем использования систем видео-конференц-связи, при этом она давала пояснения по существу дела, участвовала в исследовании доказательств, пользовалась иными процессуальными правами. 

Таким образом, как при составлении протокола об административном правонарушении, так и при рассмотрении дела в суде нижестоящей инстанции ФИО1 были обеспечены и созданы необходимые условия для реализации ею своих процессуальных прав, в том числе права на защиту. 

В ходе производства по делу об административном правонарушении все процессуальные действия должностными лицами административного органа совершались с соблюдением требований действующих нормативных актов и в рамках полномочий, установленных законом.

Доказательства, положенные в основу виновности ФИО1 в совершении данного административного правонарушения, получены в установленном законом порядке. Доказательств, свидетельствующих об обратном, в материалах дела не содержится и с жалобой не представлено.

Поскольку в ходе рассмотрения настоящей жалобы сведений о какой-либо заинтересованности сотрудников полиции в исходе настоящего дела, их небеспристрастности к ФИО1 или допущенных злоупотреблениях по делу не установлено, оснований ставить под сомнение достоверность фактических данных, указанных должностными лицами в составленных ими процессуальных документах, не имеется.

Материалы дела не свидетельствуют о том, что ФИО1 была лишь очевидцем публичного мероприятия, проводимого в соответствии с требованиями закона.

В данном случае власти соблюдали соразмерность вмешательства исходя из общих установленных правил о том, что право на свободу мирных собраний предполагает «справедливое равновесие» между интересами общества и необходимостью соблюдения фундаментальных прав человека.

Это вмешательство отвечало требованиям Федерального закона от 19 июня 2004 года №54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях», преследовало законную цель и было соразмерно преследуемой цели.

Таким образом, документальным сведениям, имеющимся в материалах дела, судьей нижестоящей инстанции дана надлежащая и правильная правовая оценка, им верно установлены фактические обстоятельства произошедшего события правонарушения.

Из материалов дела видно, что ранее ФИО1 была привлечена к административной ответственности по ч.2 ст.20.2 КоАП РФ, поэтому в данном случае ее противоправные действия образуют признак повторности и подлежат квалификации по ч.8 ст.20.2 КоАП РФ (л.д.57, 59-60).

Правильность вывода судьи районного суда о виновности привлекаемого лица в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.8 ст.20.2 КоАП РФ, сомнений не вызывает, так как он основан на совокупности собранных доказательств, которым дана надлежащая оценка на предмет допустимости, достоверности, достаточности по правилам ст.26.11 КоАП РФ.

Принцип презумпции невиновности лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, судьей районного суда не был нарушен.

При таких обстоятельствах анализ представленных материалов дела позволяет сделать вывод о том, что всей совокупностью материалов дела полностью подтверждается факт совершения ФИО1 административного правонарушения, предусмотренного ч.8 ст.20.2 КоАП РФ, и ее виновность в этом. 

Каких-либо противоречий или неустранимых сомнений, влияющих на правильность вывода судьи нижестоящей инстанции о доказанности вины ФИО1 в совершении описанного выше административного правонарушения, материалы дела не содержат.

Доводы жалобы защитников направлены на переоценку собранных по делу доказательств, они не могут служить основанием для удовлетворения жалобы, поскольку не ставят под сомнение законность и обоснованность состоявшегося по делу судебного акта, не являются обстоятельствами, исключающими самого факта правонарушения и противоправность действий названного лица.

Несогласие защитников и привлекаемого к административной ответственности лица с оценкой имеющихся в деле доказательств и толкованием судьей нижестоящей инстанции норм КоАП РФ и действующих нормативно-правовых актов, подлежащих применению в деле, не свидетельствует о том, что должностными лицами административного органа и судьей районного суда допущены существенные нарушения названного Кодекса и (или) предусмотренные им процессуальные требования, не позволившие всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

Иных доводов и объективных доказательств, которые могли бы повлечь отмену обжалуемого судебного постановления, защитниками не представлено.

Обстоятельства, на которые ссылается защитник в своей жалобе, не нашли своего объективного подтверждения при рассмотрении настоящей жалобы, они не повлияли на всесторонность, полноту и объективность рассмотрения дела, а также не повлекли за собой вынесения незаконного судебного постановления и нарушения прав лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении.

При вышеизложенных обстоятельствах судья районного суда пришел к обоснованному и правильному выводу о наличии в действиях ФИО1 состава административного правонарушения, предусмотренного ч.8 ст.20.2 КоАП РФ. 

ФИО1 привлечена к административной ответственности в пределах срока давности, установленного ч.1 ст.4.5 КоАП РФ для данной категории дел, ей назначено административное наказание, предусмотренное санкцией ч.8 ст.20.2 КоАП РФ, при этом учтены требования, установленные ст.ст.3.1, 4.1, 24.1 КоАП РФ.

В данном случае с учетом характера и общественной опасности совершенное лицом правонарушение не может быть оценено как малозначительное правонарушение.

По данному делу отсутствуют основания для применения в отношении правонарушителя положений ч.2 ст.3.4 и ч.1 ст.4.1.1 КоАП РФ.

Обжалуемое постановление судьи вынесено с соблюдением требований действующего законодательства, оно является мотивированным, по своей структуре и содержанию соответствует требованиям ст.29.10 КоАП РФ, в ходе производства по делу существенных нарушений требований закона, влекущих безусловную отмену состоявшегося по делу судебного акта, не допущено. 

Таким образом, оснований для отмены либо изменения постановления судьи не имеется, оно подлежит оставлению без изменения, а жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь п.1 ч.1 ст.30.7 КоАП РФ,

Р Е Ш И Л:

постановление судьи Приволжского районного суда г.Казани Республики Татарстан от 03 августа 2020 года, вынесенное по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.8 ст.20.2 КоАП РФ, в отношении ФИО1 – оставить без изменения, жалобу защитника Нисанбековой Э.Р. – без удовлетворения. 

Решение вступает в законную силу немедленно после вынесения, оно может быть обжаловано в Шестой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном ст.ст.30.12-30.14 КоАП РФ.

Судья: