САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Дело № 44г-220/19 17 июля 2019 года

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Президиум Санкт-Петербургского городского суда в составе:

Председательствующего Черкасовой Г.А.

и членов президиума Кудряшовой В.В., Миргородской И.В., 

ФИО1,

при секретаре Сокуренко К.Г. 

рассмотрел в судебном заседании 17 июля 2019 года кассационную жалобу ФИО2 на судебные постановления о прекращении производства по делу №2-6088/19 по иску ФИО3 к Администрации Фрунзенского района Санкт-Петербурга и ФИО4 об установлении факта принятия наследства, признании права собственности в порядке наследования на основании кассационной жалобы ФИО2 и определения судьи Санкт-Петербургского городского суда от 17 июня 2019 года о передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Заслушав доклад судьи Семеновой И.А., представителя ФИО2 Чернаенко А.С., ФИО4, его представителя ФИО5, Президиум

УСТАНОВИЛ:

ФИО3, являющаяся собственником 18/28 долей в праве собственности на приватизированную коммунальную квартиру по адресу: 

<

адрес>, обратилась в суд с иском к Администрации Фрунзенского района Санкт-Петербурга и ФИО4, сыну наследодателя, об установлении факта принятия наследства, открывшегося после смерти ее сына ФИО, последовавшей 

<

дата>, признании за ней права собственности в порядке наследования на 10/28 долей квартиры, ссылаясь на фактическое принятие наследства.

<

дата> ФИО3 умерла.

Наследником всего имущества ФИО3 по завещанию является ФИО2

После смерти ФИО3 представителем ФИО2 заявлено ходатайство о приостановлении производства по делу до окончания срока принятия наследства.

Определением Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга от 7 ноября 2018 года производство по делу прекращено в связи со смертью истца ФИО3 по основанию абз.7 ст.220 ГПК РФ с указанием на то, что законом не предусмотрено признание права собственности на имущество за умершим гражданином, правоспособность которого прекращена, и со ссылкой на определение Верховного Суда РФ №5-кг18-136 от 19 июня 2018 года.

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 25 февраля 2019 года определение районного суда оставлено без изменений.

Суд апелляционной инстанции исходил из того, что спорное правоотношение не допускает правопреемства, и указал, что ФИО2 вправе отыскивать свои права на наследство в ином порядке, поскольку суд не устанавливает факты в отношении умерших лиц.

В кассационной жалобе, поступившей 22 апреля 2019 года, ФИО2 просит обжалуемые определения отменить как принятые с нарушением норм процессуального права.

Определением судьи от 13 мая 2019 года дело истребовано в Санкт-Петербургский городской суд, куда поступило 22 мая 2019 года.

Определением судьи от 17 июня 2019 года кассационная жалоба с делом переданы для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции.

В соответствии со ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также охраняемых законом публичных интересов.

При рассмотрении дела допущены существенные нарушения норм процессуального права.

Податель кассационной жалобы ссылается на ошибочность вывода судов о прекращении производства по настоящему делу, указывает, что в соответствии с ч.1 ст.44 ГПК РФ в случае выбытия одной стороны в спорном или установленном решением суда правоотношении суд допускает замену этой стороны ее правопреемником и в соответствии с абз.2 ст.215 ГПК РФ обязан приостановить производство по делу в случае смерти гражданина, являющегося стороной в деле, если спорное правоотношение допускает правопреемство; ФИО6 умерла в период рассмотрения дела, срок принятия наследства не истек.

Доводы кассационной жалобы являются обоснованными.

В соответствии с абз. 7 ст. 220 ГПК РФ суд прекращает производство по делу в случае, если после смерти гражданина, являвшегося одной из сторон по делу, спорное правоотношение не допускает правопреемство или ликвидация организации, являвшейся одной из сторон по делу, завершена.

Согласно ст.1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности (абз.1); не входят в состав наследства права и обязанности, неразрывно связанные с личностью наследодателя, в частности право на алименты, право на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также права и обязанности, переход которых в порядке наследования не допускается настоящим Кодексом или другими законами (абз.2), личные неимущественные права и другие нематериальные блага (абз.3).

Принятие наследства является формой универсального правопреемства, согласно п.4 ст.1152 ГК РФ переход имущественных прав и обязанностей к наследнику происходит со дня открытия наследства, в том числе при фактическом принятии наследства.

В настоящем деле в связи с наличием у ФИО3 наследника разрешается вопрос о правах ФИО2 на долю квартиры в рамках наследственных правоотношений, а не о правах умершего наследодателя.

Учитывая, что прекращение производства по делу возможно в случае, если правоотношение не допускает правопреемства, спорное наследственное правоотношение допускает правопреемство, у суда отсутствовали предусмотренные ст.220 ГПК РФ основания для прекращения производства по делу.

Руководствуясь ст.390 ГПК РФ, Президиум

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга от 7 ноября 2018 года и апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 25 февраля 2019 года отменить.

Дело направить для рассмотрения по существу во Фрунзенский районный суд Санкт-Петербурга.

Председательствующий: Г.А. Черкасова