Дело 2-28/19

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Сретенск 11 марта 2019 г. 

Сретенский районный суд Забайкальского края в составе председательствующего судьи Коробенковой О.В.,

при секретаре Красовской С.В.,

с участием помощника прокурора Шмаковой С.В., истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, 

рассмотрев в открытом заседании материалы гражданского дела по иску ФИО1 ФИО9 к акционерному обществу «Ново-Широкинский рудник» о восстановлении на работе, взыскание заработной платы за время вынужденного прогула, невыплаченной премии, компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с названным исковым заявлением, ссылаясь на следующие обстоятельства. Он работал в АО «Ново-Широкинский рудник» в должности машиниста погрузочно-доставочной машины, занятым на подземных работах в шахте рудника. ДД.ММ.ГГГГ в шахте произошло столкновение автосамосвала ТН 320 №, которым управлял он с автосамосвалом МТ-2010 №, под управлением водителя ФИО5 При этом истец двигался в прямом направлении, а водитель ФИО5 осуществлял движение задним ходом. В результате столкновения был поврежден шибер кузова самосвала ФИО5 Данная неисправность была устранена в блоке технического обслуживания и оба автомобиля вышли на линию в штатном режиме через полчаса после столкновения. Какая-либо разметка или типовые дорожные знаки, регламентирующие порядок движения на участке, где произошло столкновение, отсутствуют. Место столкновения не было освещено, а остекление кабины самосвалов препятствует качественному обзору. После происшествия была создана комиссия для расследования данного случая, в состав которой вошел второй участник ДТП ФИО5 С актом комиссии, отчетом по расследованию происшествия истец не был ознакомлен. Какие-либо тяжкие последствия в результате случившегося не наступили, никто из участников не пострадал, происшествие никак не отразилось на технологическом процессе. В приказе об увольнении указано, что истец нарушил требования охраны труда, п.8.9 Правил дорожного движения РФ, п.5.21, 5.22, 5.23 Инструкции по охране труда для машиниста ПДМ. Однако ни один из приведенных пунктов им нарушен не был. Полагает, что при наложении дисциплинарного взыскания работодателем не была учтена тяжесть проступка, обстоятельства его совершения и поведение работника, его отношение к труду. За 8 лет работы на предприятии он не получал ни одного дисциплинарного взыскания. При получении расчета при увольнении с него была удержана сумма премии, что говорит о том, что за одно и то же нарушение к нему было применено и дисциплинарное и материальное взыскание. В результате увольнения он и его семья остались без средств к существованию, указанное в трудовой книжке основание увольнения пагубно отразилось на его репутации, из-за отсутствия средств он лишился возможности продолжить обучение в ЗабГУ по специальности «Горное дело».

На основании изложенного, истец просил признать увольнение незаконным, изменить формулировку основания увольнения на основание, предусмотренное п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ – расторжение трудового договора по инициативе работника, внести об этом запись в трудовую книжку, взыскать заработную плату за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГГГ по день вынесения решения судом, компенсацию морального вреда в размере 400 000руб.

В ходе судебного разбирательства истец уточнил исковые требования, просил суд восстановить его на работе в АО «Ново-Широкинский рудник» в должности машиниста погрузочно-доставочной машины (подземный) 6 разряда, взыскать заработную плату за время вынужденного прогула в размере 172 944 руб., сумму удержанной премии в размере 62 132 руб. 55 коп., компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб. 

В судебном заседании истец ФИО1 вновь уточнил исковые требования, просил взыскать с ответчика среднюю заработную плату за время вынужденного прогула с даты увольнения до вынесения судом решения по делу, в остальной части исковые требования поддержал, просил признать увольнение незаконным, восстановить его на работе и взыскать компенсацию морального вреда, дополнительно пояснил, что на его иждивении находятся двое несовершеннолетних детей, супруга не работает, увольнение негативно отразилось на материальном благополучии его семьи, он был вынужден переживать из-за отсутствия средств к существованию. Кроме того, пояснил, что само увольнение, по его мнению, является необоснованным, так как его вины в столкновении со вторым самосвалом не имеется, поскольку второй участник, двигаясь задним ходом с правой стороны ему навстречу, не убедился в безопасности совершаемого маневра. Самосвал второго водителя оборудован камерой заднего вида и истец был уверен, что этот водитель остановится и пропустит его вперед. В шахте по направлениям движения самосвалов не установлены какие-либо типовые знаки, регламентирующие движение транспортных средств, отсутствует освещение. Никакого материального ущерба работодателю, вреда здоровью участникам происшествия или иным лицам причинено не было. Угрозы наступления каких-либо тяжких последствий также не существовало, так как оба самосвала двигались с минимальной скоростью. 

Представитель ответчика ФИО2 с исковыми требованиями не согласился, дополнительно пояснил, что основанием к увольнению ФИО1 послужили выводы комиссии по охране труда, приведенные в отчете о внутреннем расследовании значительного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ В ходе расследования было установлено, что ФИО1, управляя подземным самосвалом, допустил столкновение с другим автосамосвалом, под управлением ФИО5 В своих пояснениях ФИО1 указывал, что он видел приближающийся задним ходом с правой стороны от него автосамосвал. Несмотря на явную угрозу безопасности ФИО1 продолжил движение. Данные действия создавали угрозу несчастного случая на производстве, либо аварии. Место работы истца является опасным производственным объектом, в связи с чем к работе в подземных условиях предъявляются повышенные требования безопасности. ФИО1 были грубо нарушены требования инструкции по охране труда машиниста ПДМ, поскольку он допустил возникновение аварийной ситуации. Кроме того указал, что в шахте не установлены какие-либо знаки, регламентирующие движение самосвалов, освещения не имеется, материального ущерба или вреда здоровью в результате происшествия не установлено. Выводы комиссии по итогам расследования происшествия отражены в приказе о наказании № от ДД.ММ.ГГГГ, с которым ФИО1 был ознакомлен. Также пояснил, что ранее ФИО1 к дисциплинарной ответственности не привлекался, замечаний к его работе не имелось. По факту ДТП сотрудники ГИБДД не вызывались.

Выслушав истца, представителя ответчика, прокурора, полагавшего иск подлежащим удовлетворению, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с положениями подпункта "д" пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае установленного комиссией по охране труда или уполномоченным по охране труда нарушения работником требований охраны труда, если это нарушение повлекло за собой тяжкие последствия (несчастный случай на производстве, авария, катастрофа) либо заведомо создавало реальную угрозу наступления таких последствий

В силу ст. 192 Трудового кодекса РФ, увольнение по основанию, предусмотренному подп. "д" п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, является дисциплинарным взысканием, которое применяется за совершение дисциплинарного проступка.

Порядок применения дисциплинарного взыскания предусмотрен ст. 193 Трудового кодекса РФ.

Как разъяснено в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" от 17.03.2004 г. №2 при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса, работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что работник совершил одно из грубых нарушений трудовых обязанностей, указанных в этом пункте. При этом следует иметь в виду, что перечень грубых нарушений трудовых обязанностей, дающих основание для расторжения трудового договора с работником по пункту 6 части первой статьи 81 Кодекса, является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит (пункт 38). 

Кроме того, работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 ТК РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Если при рассмотрении дела о восстановлении на работе суд придет к выводу, что проступок действительно имел место, но увольнение произведено без учета вышеуказанных обстоятельств, иск может быть удовлетворен (пункт 53).

По делу установлено, что с 21 сентября 2010 г. ФИО1 состоял в трудовых отношениях с АО «Ново-Широкинский рудник».

Дополнительным соглашением к трудовому договору от 01 апреля 2018 г. назначен на должность машиниста погрузочно-доставочной машины (подземным) 6 разряда (далее машинист ПДМ).

Согласно приказу от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был уволен на основании пп. «д» п.6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ за однократное грубое нарушение трудовых обязанностей - установленное уполномоченным по охране труда нарушение требований охраны труда, которое заведомо создавало реальную угрозу наступления тяжких последствий.

Основанием к изданию приказа послужил отчет комиссии по расследованию происшествия, а также приказ о наказании ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ № (л.д. ).

Из отчета о внутреннем расследовании значительного происшествия следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 на автосамосвале ТН-320 № выполнял наряд по доставке горной массы с блока № до рудоспуска. Двигаясь от рудоспуска по вспомогательному уклону в блок №, проезжая мимо другого вспомогательного уклона, его атосамосвал столкнулся с подземным автосамосвалом МТ-2010 №. В результате столкновения повреждена левая кулиса шибера самосвала МТ-2010 №, пострадавших нет.

В качестве сопутствующих причин столкновения автосамосвалов в отчете указано, что машинист ТН 320 № ФИО1 не остановил свой автосамосвал, видя, что перед ним из сопряжения справа совершал маневр задним ходом самосвал МТ 2010 №, чем грубо нарушил требования пунктов 5.22, 5.23 Инструкции по охране труда для машиниста ПДМ, а именно: продолжал движение, видя выезжающий с правой стороны задним ходом из сопряжения горных выработок самосвал МТ 2010 №, не исключил аварийную ситуацию, не был внимательным к подаваемым сигналам, предупреждающих о возникновении опасности (автосамосвал МТ 2010 № подавал предупреждающие световые и звуковые сигналы), допустил риск и лихачество при выполнении работы. Машинист МТ 2010 № ФИО5 при движении задним ходом не убедился в безопасности совершаемого маневра.

В качестве системных причин столкновения в отчете указано на отсутствие знаков приоритета. Также комиссия пришла к выводу о необходимости демонтажа аудио- устройств со всех подземных самосвалов и ПДМ, установления знаков приоритета на всех сопряжениях по откаточным выработкам, внепланового инструктажа работников по ознакомлению со схемами передвижения и ПДД. 

В объяснительной по факту происшествия ФИО1 указал, что двигаясь в блок №, на сопряжении вентиляционного транспортного штрека и вспомогательного уклона он столкнулся с самосвалом МТ-2010 №, который двигался задним ходом с правой стороны от него. ФИО1 полагал, что водитель автосамосвала видит его в камеру заднего вида и совершит остановку, чтобы пропустить его, так как этому водителю нужно было ехать в том же направлении, откуда ехал ФИО1, но этого не произошло. В результате столкновения был поврежден шибер кузова на автосамосвале МТ-2010 №, его автомобиль повреждений не получил.

Приказом Ростехнадзора от 11.12.2013 N 599 утверждены "Правила безопасности при ведении горных работ и переработке твердых полезных ископаемых", предусматривающие требования, направленные на обеспечение промышленной безопасности, предупреждение аварий, случаев производственного травматизма на объектах ведения горных работ и переработки негорючих, твердых полезных ископаемых, в том числе на горных подземных работах (далее Правила №599).

Согласно п. 97 названных Правил в редакции, действовавшей на момент происшествия, выработках, ширина которых не позволяет организовать двустороннее движение, допускается движение транспортных средств в двух направлениях при условии устройства разминовок для разъезда, оборудованных светофорами, указывающими на наличие встречных самоходных транспортных средств на участке движения. Ширина разминовки должна превышать ширину двух транспортных средств не менее чем на 1,0 м.

В выработках, по которым движутся самоходные машины, должны быть установлены типовые дорожные знаки, регламентирующие движение. Схема мест установки знаков должна быть утверждена техническим руководителем шахты. Кроме того, запрещается выезд с разминовки в выработку при наличии в ней встречного транспортного средства (п. 265, п. 322 Правил №599).

На пересечениях и сопряжениях выработок, предназначенных для передвижения самоходных транспортных средств, должны устанавливаться знаки и светофоры, регламентирующие очередность проезда, а также указывающие разрешенное направление движения после пересечения (сопряжения). Знаки должны выполняться и устанавливаться в 10 - 15 м от пересечения (сопряжения) (п. 325 Правил в редакции, действовавшей по состоянию на 27.10.2018 г.).

Как следует из материалов дела и не оспаривалось сторонами в судебном заседании транспортные уклоны в шахте предприятия, по которым двигались автосамосвалы, не отвечали требованиям вышеприведенных Правил, в выработках отсутствовали светофоры, типовые дорожные знаки, регламентирующие движение.

Таким образом, при наличии установленных нарушений, организация работы машинистов погрузочно-доставочных машин в АО «Ново-Широкинский рудник» не отвечала требованиям безопасности при ведении данного вида работ. Работодателем не было принято исчерпывающих мер, направленных на предупреждение аварийных ситуаций. 

При таких обстоятельствах возложение на ФИО1 дисциплинарной ответственности за нарушение требований охраны труда является безосновательным.

Кроме того, оценивая обстоятельства, при которых произошло дорожно-транспортное происшествие, суд приходит к выводу об отсутствии вины ФИО1 в столкновении с автосамосвалом МТ 2010 №5, под управлением ФИО10., выехавшего задним ходом на пересечение с другим транспортным уклоном навстречу самосвалу, под управлением ФИО1

Поскольку движение самоходных машин в шахте АО «Ново-Широкинский рудник» не регламентировано в соответствии с требованиями Правил №599, суд применяет к рассматриваемой ситуации положения п. 8.12 Правил дорожного движения, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 N 1090, согласно которым движение транспортного средства задним ходом разрешается при условии, что этот маневр будет безопасен и не создаст помех другим участникам движения. При необходимости водитель должен прибегнуть к помощи других лиц. Движение задним ходом запрещается на перекрестках и в местах, где запрещен разворот согласно пункту 8.11 Правил.

Таким образом, второй участник происшествия, двигаясь задним ходом, должен был убедиться в безопасности своего маневра, что также указано в отчете по расследованию происшествия на предприятии. 

Кроме того, вывод работодателя в приказе о наказании от ДД.ММ.ГГГГ о нарушении ФИО1 п. 8.9 Правил дорожного движения суд находит необоснованным, поскольку установление фактов нарушения участниками дорожно-транспортного происшествия Правил дорожного движения относится к полномочиям органов ГИБДД.

Доказательств того, что по факту дорожно-транспортного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ с участием ФИО1 вызывались сотрудники ГИБДД и составлялся материал, стороной ответчика не представлено.

Суд также учитывает, что в результате данного происшествия какой-либо материальный ущерб для работодателя или иных лиц не наступил, никто из участников не пострадал, производственный процесс не был нарушен, после столкновения автосамосвалы продолжили свое движение.

В отчете по расследованию происшествия комиссией не установлены нарушения ФИО1 требований охраны труда, которые повлекли за собой тяжкие последствия (несчастный случай на производстве, авария, катастрофа), а также не приведены доводы о наличии реальной угрозы наступления таких последствий.

Исследовав представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что факт нарушения истцом требований по охране труда не нашел свое подтверждение в ходе судебного разбирательства, оснований для привлечения его к дисциплинарной ответственности, в соответствии с пп. «д» п.6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ у работодателя не имелось, в связи с чем требование истца о восстановление его на работе заявлено обосновано и подлежит удовлетворению.

Согласно ч. 2 ст. 394 Трудового кодекса РФ орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула.

Поскольку суд признал обоснованность требований истца о восстановлении на работе, удовлетворению подлежат и требования о взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула.

Согласно справке от ДД.ММ.ГГГГ среднемесячный заработок истца, исчисленный за последние двенадцать месяцев, предшествующих увольнению, составил 64 989 руб. 05 коп. Указанная сумма истцом не оспаривалась.

В судебном заседании истец уточнил требования и просил суд взыскать средний заработок за все время вынужденного прогула по день вынесения решения по делу.

Таким образом, за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ размер среднего заработка истца в сумме за 3 месяца и 25 дней составил 249 124 руб. 69 коп., из расчета: 64 989 руб. 05 коп. х 3 мес. + 54 157 руб. 54 коп. (64 989,05 : 30 х 25 дн.). 

Поскольку ежемесячная премия в сумме 36 548 руб. 56 коп., удержанная из заработной платы истца за ноябрь 2018 г., входит в систему оплаты труда ФИО1, а следовательно, и в размер его среднемесячной заработной платы, то суд не находит оснований для взыскания указанной премии в дополнение к сумме среднего заработка.

При таких обстоятельствах требования истца о выплате ему суммы премии, удержанной с заработной платы в ноябре 2018 г, удовлетворению не подлежит.

Также стороной истца заявлено о взыскании компенсации морального вреда.

Как разъяснено Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 (ред. от 24.11.2015) "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

В соответствии со статьей 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Учитывая размер задолженности по заработной плате и длительность периода, на протяжении которого такая задолженность существует, суд полагает разумным размером компенсации морального вреда 5 000 руб. 

Руководствуясь ст.ст. 194 - 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 ФИО11 к акционерному обществу «Ново-Широкинский рудник» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, невыплаченной премии, компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Признать незаконным и отменить приказ управляющего директора АО «Ново-Широкинский рудник» от ДД.ММ.ГГГГ № об увольнении ФИО1 ФИО12 по подп. "д" п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ.

Восстановить ФИО1 ФИО13 в должности машиниста погрузочно-доставочной машины подземный 6 разряда АО «Ново-Широкинский рудник».

Взыскать с АО «Ново-Широкинский рудник» в пользу ФИО1 ФИО14 заработную плату за время вынужденного прогула в размере 251 290 руб. 95 коп., компенсацию морального вреда в размере 5000 руб. 

Решение суда в части восстановления на работе подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в Забайкальский краевой суд в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Сретенский районный суд Забайкальского края.

Судья Коробенкова О.В.

Мотивированное решение изготовлено 18 марта 2019 г.