Дело № 2-181/2021 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 марта 2021 года г. Челябинск

Советский районный суд г. Челябинска в составе:

Председательствующего судьи Хабиной И.С., 

при секретаре Степановой М.И.

с участием прокурора Томчик Н.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Мечел-Кокс», ПАО «Челябинский металлургический комбинат» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного несчастным случаем на производстве,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском, с учетом уточнений к ООО «Мечел-Кокс», ПАО «Челябинский металлургический комбинат» о возмещении морального вреда, причиненного несчастным случаем на производстве, вреда, причиненного источником повышенной опасности просит взыскать компенсацию морального вреда с ООО «Мечел-Кокс» в размере 2 000 000 рублей, с ПАО «Челябинский металлургический комбинат в размере 2 000 000 рублей.

В обоснование своих требований ФИО1 указал, что во время осуществления трудовой деятельности в должности газовщика коксовых печей № разряда ООО «Мечел-Кокс» ДД.ММ.ГГГГ. в результате несчастного случая, произошедшего на территории ПАО «ЧМК» получил травму – 

<

данные изъяты>» в результате травмы присвоена 

<

данные изъяты> группа инвалидности Степень утраты трудоспособности 

<

данные изъяты>%. что подтверждается актом о несчастном случае на производстве № № от ДД.ММ.ГГГГ., справкой МСЭ. В связи с полученной травмой ФИО1 испытывал и испытывает нравственные и физические страдания, которые заключаются в претерпевании боли, изменении образа жизни нуждаемости в принятии лекарственных препаратов и протезировании. Травма лишила его возможности полноценного общения с другими людьми. Кроме того, в результате травмы истец не имеет возможности полноценно трудиться. Полагал, что компенсация морального вреда должна быть взыскана как с работодателя и с владельца источника повышенной опасности по 2 000 000 руб. с каждого.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился. Извещен надлежаще.

Представитель истца, действующий по ордеру ФИО2 в судебном заседании настаивал на удовлетворении исковых требований по доводам и основаниям, изложенным в тексте искового заявления.

Представитель ответчика ООО «Мечел-Кокс»» по доверенности ФИО3 (л.д.70) в судебном заседании исковые требования не признал. Представил письменный отзыв и дополнение к нему (л.д.32-34, 123-124) указал, что причиной несчастного случая на производстве, как установлено актом формы Н-1 являлось нарушение работником трудового распорядка и дисциплины труда, ответчиком соблюдены требования трудового законодательства по охране труда, отсутствовал умысел на причинение вреда, в период временной нетрудоспособности истцу оказывалась материальная помощь, в связи с чем, требование истца о взыскании компенсации морального вреда не подлежит удовлетворению. Поддержал возражения, изложенные в письменном отзыве на исковое заявление. 

Представитель ответчика ПАО «ЧМК», действующая по доверенности ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признала. Полагала, что поскольку ПАО «ЧМК» работодателем истца не является, то оно не нечет ответственности за вред, причиненный данному лицу. Представила письменный отзыв (л.д.135). Поддержала доводы отзыва.

Заслушав истца, его представителя, представителей ответчика, исследовав письменные материалы и представленные сторонами доказательства, выслушав заключение прокурора о подтверждении факта получения истцом ФИО1 травмы на производстве, утраты им профессиональной трудоспособности, что, по мнению прокурора свидетельствует об обоснованности исковых требований к ООО «Мечел-Кокс», а также факта причинения вреда здоровью источником повышенной опасности, что является, по мнению прокурора, основанием для взыскания компенсации морального вреда с ПАО «ЧМК», суд приходит к следующим выводам. 

Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

В силу положений ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации, введенного в действие с 01 февраля 2002 года, обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя. Работодатель обязан обеспечить в том числе: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте; приобретение и выдачу за счет собственных средств специальной одежды, специальной обуви и других средств индивидуальной защиты, смывающих и обезвреживающих средств, прошедших обязательную сертификацию или декларирование соответствия в установленном законодательством Российской Федерации о техническом регулировании порядке, в соответствии с установленными нормами работникам, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, а также на работах, выполняемых в особых температурных условиях или связанных с загрязнением; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты; проведении аттестации рабочих мест по условиям труда с последующей сертификацией организации работ по охране труда; информирование работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о риске повреждения здоровья и полагающихся компенсациях и средств индивидуальной защиты; расследование и учет в установленном настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации порядке несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний. 

Статьей ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. 

В силу п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда. 

В пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.03.2011 N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" разъяснено, что в силу положений статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ и статьи 227 ТК РФ несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

При этом следует учитывать, что событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при следовании к месту служебной командировки и обратно, во время служебных поездок на общественном или служебном транспорте, а также при следовании по распоряжению работодателя (его представителя) к месту выполнения работы (поручения) и обратно, в том числе пешком, также может быть отнесено к несчастным случаям на производстве.

В силу положений ст.ст. 227-231 Трудового кодекса Российской Федерации, связь повреждения здоровья работника с исполнением трудовых обязанностей подтверждается оформленным в установленном порядке актом о несчастном случае на производстве или актом о случае профессионального заболевания. 

Согласно Акту №№ о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ., ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, пришел на ООО «МечелКокс» и написал заявление на увольнение по инициативе работника и получил в Управлении персонала ООО «Мечел-Кокс» обходной лист. ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1, направлялся в сторону №-ей раздевалки Коксового цеха №№ в районе галереи коксоподачи №№ ПАО «ЧМК» ФИО1 нужно было перейти железнодорожные пути. Так как по одному из путей двигался состав, он остановился, чтобы пропустить его. В какой-то момент его сбило смодвижущимся с вагоноопрокидывателя №№ Агломерационного производства ПАО «ЧМК» выгоном, отбросило на рельсы, а вагон поехал на него и протащил № метра. При этом колесо вагона переехало через 

<

данные изъяты> Степанова, а 

<

данные изъяты> осталась под колесом. Действия работника выполнялись в рамках трудовых отношений, обусловленных заключенным с работодателем трудовым договором.

Как следует из Акта о несчастном случае на производстве № № травма, полученная ФИО1 отнесена к тяжелым, причина несчастного случая – нарушение работником трудового распорядка и дисциплины труда, выразившееся в нарушении работником маршрута передвижения по территории ПАО «ЧМК», сборника инструкций по охране труда, пожарной и электробезопасности, инструкции по охране труда для всех работающих в коксовом цехе №№ сборника инструкций по охране труда для персонала Коксового цеха №№, нарушение требований ст. 214 Трудового кодекса РФ, Решением ФКУ «ГБ МСЭ по Челябинской области» ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ г. определена вторая группа инвалидности по причине трудового увечья, №% утраты профессиональной трудоспособности.

Установленная ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия вины должен представить ответчик. 

В силу ст.ст. 20, 41 Конституции Российской Федерации, ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

Согласно ч. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации при причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается. 

Как указал Пленум Верховного Суда РФ в своем постановлении от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», что поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда (пункт 32). 

Учитывая, что несчастный случай произошел с истцом в рабочее время, при выполнении обязанности, возложенной на него правилами внутреннего трудового распорядка, в рамках трудовых отношений, обусловленных заключенным трудовым договором, а в соответствии со ст. 212 ТК РФ обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя, суд приходит к выводу о том, что непосредственным причинителем вреда в данном случае является работодатель, с которого подлежит взысканию компенсация морального вреда.

В связи с изложенным доводы ответчика ООО «Мечел-Кокс» о том, что оно является ненадлежащим ответчиком по делу, т.к. его вина в причинении вреда здоровью истца отсутствует не может служить основанием отказа в удовлетворении требований истца, поскольку обязанность возместить моральный вред работодатель несет при условии наличия в его действии (бездействии) вины, которая установлена представленными в суд доказательствами. Отсутствие указания на вину работодателя в акте о несчастном случае на производстве не препятствует установлению ее судом. ООО «Мечел-Кокс» как работодатель, должным образом не обеспечивший безопасность и условия труда на производстве, является субъектом ответственности за вред, причиненный истцу, и на основании ст. 151 ГК РФ, ст. ст. 212, 219, 220 ТК РФ и ст. 8 Федерального закона "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", в связи с чем суд приходит к выводу об удовлетворении требований истца о взыскании компенсации морального вреда с работодателя.

Вместе с тем, определяясь с размером подлежащей ко взысканию компенсации морального вреда, суд принимает во внимание, что причиной несчастного случая стало нарушение работником трудового распорядка и дисциплины труда, а комиссией по расследованию несчастного случая на производстве установлен факт грубой неосторожности пострадавшего. Степень вины – №%. 

На основании изложенного, принимая во внимание степень вины работника и работодателя, отсутствие у работодателя умысла на причинение вреда здоровью истца, а также то, что принимаемые работодателями меры по охране труда и технике безопасности оказались недостаточными, учитывая, что ФИО1 испытывал и продолжает испытывать физические и нравственные страдания, с целью поддержания своего здоровья нуждается в постоянном лечении, не может вести активный образ жизни, испытывает чувство физической боли, ощущает дискомфорт и неудобства в быту, в общении с другими людьми, руководствуясь принципами разумности и справедливости, суд полагает необходимым определить ко взысканию размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с ответчика ООО «Мечел-Кокс» в сумме 500 000 рублей.

В соответствие со ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. 

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. 

В соответствии с п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 ст. 1083 ГК РФ. 

В силу ч. 2 п. 2 ст. 1083 ГК РФ при грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается (при этом данная правовая норма допускает уменьшение размера причиненного вреда жизни или здоровью гражданина). 

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда, в случае, когда вред причинен жизни источником повышенной опасности. 

В силу ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (ст. 1101 ГК РФ). 

К числу признаваемых в Российской Федерации и защищаемых Конституцией РФ прав и свобод относятся, прежде всего, право на жизнь (статья 20 часть 1), как основа человеческого существования, источник всех других основанных прав и свобод и высшая социальная ценность, и право на охрану здоровья (статья 41 часть 1), которая также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значения многие другие блага. В силу указанных положений Конституции РФ на государство возложена обязанность уважения данных конституционных прав и их защиты законом (статья 18). В гражданском законодательстве жизнь и здоровье рассматриваются как неотчуждаемые и непередаваемые иным способом нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения. 

Общеизвестно, что человек, как и другие биологические существа, при причинении ему повреждений (механических, термических, химических) в нормальной обстановке, исключающей прием обезболивающих и других препаратов, притупляющих чувствительность нервных окончаний, и как следствие этого болевой порок, испытывает в той или иной степени болезненные ощущения, то есть физические страдания. Данное обстоятельство в силу указанной нормы процессуального права в доказывании не нуждается. 

Учитывая степень тяжести повреждений, причиненных истцу ДД.ММ.ГГГГ года, включающих в себя «

<

данные изъяты>», присвоение в результате травмирования истцу № группы инвалидности и определения степени утраты трудоспособности №%, суд считает, что истцу вследствие травмы, несомненно, причинены не только физические, но и нравственные страдания. 

Факт травмирования истца источником повышенной опасности - вагоном самодвижущимся с вагоноопрокидывателя №№ Агломерационного производства ПАО «ЧМК» установлен актом о несчастном случае на производстве №№ от ДД.ММ.ГГГГ. и ответчиком ПАО «ЧМК» не оспаривался.

Определяясь с размером компенсации морального вреда, суд принимает во внимание степень и характер физических страданий, перенесенных истцом в связи с полученной травмой, длительность лечения, степень причиненного вреда, изменение образа жизни истца, учитывая грубую неосторожность истца, с учетом требований разумности и справедливости, приходит к выводу о необходимости взыскания с ПАО «ЧМК», как с владельца источника повышенной опасности, которым причинен вред, в пользу истца компенсации морального вреда в размере 700 000 руб. 

В силу ст. 98 ГПК РФ с ответчиков подлежит взысканию в доход местного бюджета госпошлина в размере 300 рублей. С ООО «Мечел-Кокс» и 300 рублей с ПАО «ЧМК».

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ООО «Мечел-Кокс», ПАО Челябинский металлургический комбинат удовлетворить частично.

Взыскать в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного несчастным случаем на производстве:

- с ООО «Мечел-Кокс»в сумме 500 000 (пятьсот тысяч) рублей;

- с ПАО Челябинский металлургический комбинат в сумме 700 000 (семьсот тысяч) рублей. 

В остальной части иска отказать.

Взыскать с ООО «Мечел-Кокс», в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей. 

Взыскать с ПАО Челябинский металлургический комбинат в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей. 

Решение может быть обжаловано в гражданскую коллегию Челябинского областного суд через Советский районный суд в течение 1 месяца с момента принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий: