дело № 2-2-37/2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

06 июня 2019 года пос.Нарышкино

Урицкий районный суд Орловской области в составе:

председательствующего - судьи Васильковой С.С.,

с участием заместителя Урицкого межрайонного прокурора Орловской области Блынского С.Л., помощника Урицкого межрайонного прокурора Орловской области Климкиной Н.В., 

представителя истца ФИО1 ФИО2, 

представителей ответчика ФИО3 ФИО4 и ФИО5, 

представителя ответчика - бюджетного учреждения здравоохранения Орловской области «Нарышкинская центральная районная больница» ФИО6, 

при ведении протокола судебного заедания секретарём ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда 

гражданское дело по иску ФИО1 о компенсации морального вреда, причинённого ей смертью сына в результате дорожно-транспортного происшествия, 

у с т а н о в и л:

ФИО1 в лице представителя по доверенности ФИО2 обратилась в суд с иском о взыскании с ФИО3 компенсации морального вреда в размере 

<

данные изъяты>, причинённого ей смертью сына в результате совершённого 07 сентября 2018г ФИО8 по неосторожности преступления, предусмотренного частью 3 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации, в результате которого при управлении ответчиком в должности водителя «Скорой помощи» БУЗ Орловской области «Нарышкинская центральная районная больница» технически неисправным специализированным автомобилем, закреплённым на праве оперативного управления за БУЗ Орловской области «Нарышкинская ЦРБ», марки №, государственный регистрационный знак №, с неисправной стояночной тормозной системой, при которой запрещается эксплуатация транспортных средств, вблизи 

<

адрес> ФИО3 остановил автомобиль у края дороги, профиль которой имеет продольный уклон, покинул место водителя, не включив стояночный тормоз, не подложив под колеса противооткатные упоры, не включил передачу коробки переключения передач, вследствие автомобиль при произвольном движении вперёд покатился под уклон дороги, где опрокинулся правой боковой частью на лежащего там же ФИО9, причинив телесные повреждения, повлекшие его смерть.

Приговором Урицкого районного суда Орловской области от 20 марта 2019г., вступившим в законную силу 02 апреля 2019г., ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации, с назначением ему наказания в виде лишения свободы сроком 2 года с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на 2 года, в соответствии со статьей 73 УК РФ условно, с испытательным сроком в 2 года, за потерпевшей ФИО9 признано право на компенсацию морального вреда с передачей вопроса о размере возмещения на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.

17 апреля 2019г определением суда к участию в деле в качестве соответчика привлечено бюджетное учреждение здравоохранения Орловской области «Нарышкинская центральная районная больница» (далее «Нарышкинская ЦРБ»). 

Определением суда от 07 мая 2019г принято изменение истцом ФИО1 в лице представителя ФИО2 размера заявленных исковых требований о компенсации морального вреда к ответчикам: ФИО3 - о взыскании 

<

данные изъяты>, БУЗ Орловской области «Нарышкинская ЦРБ» - о взыскании 

<

данные изъяты>; к участию в деле по иску ФИО1 о компенсации морального вреда привлечён в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, учредитель БУЗ Орловской области «Нарышкинская ЦРБ» Департамент здравоохранения Орловской области.

В судебном разбирательстве представитель истца ФИО1 ФИО2 заявленные требования поддержал в полном объеме, просил взыскать с ФИО3, как непосредственного причинителя вреда, в пользу истца 

<

данные изъяты>, с БУЗ Орловской области «Нарышкинская ЦРБ» 

<

данные изъяты>, так как ФИО3 выполнял трудовые обязанности, пояснив, что вина ФИО3 установлена приговором суда, доказательств противоправности его выезда на линию Нарышкинская ЦРБ не представила. Смерть 

<

данные изъяты> для ФИО1 стала невосполнимой утратой, нарушено её право на семейные, родственные отношения между ними, она испытывает глубокие нравственные страдания, которые неизбежно будет испытывать и в будущем.

В судебном разбирательстве представители ответчика ФИО3 ФИО4 и ФИО5 полагали, что не имеется правовых оснований для взыскании с ФИО3 денежных средств в пользу истца в компенсацию морального вреда, указав, что при совершении дорожно-транспортного происшествия 07 сентября 2018г ФИО3 выполнял трудовую функцию водителя «Скорой помощи» БУЗ Орловской области «Нарышкинская ЦРБ», на автомобиле №, государственный регистрационный знак №, доставил фельдшера больницы для оказания медицинской помощи лежащему в кювете ФИО9, действовал по заданию больницы, по заявленному требованию является ненадлежащим ответчиком, заявленный истцом к взысканию размер компенсации морального вреда в 4 млн. рублей с Нарышкинской ЦРБ полагая чрезмерно завышенным.

Представитель ответчика - бюджетного учреждения здравоохранения Орловской области «Нарышкинская центральная районная больница» ФИО6 в судебном разбирательстве полагал иск ФИО1 не подлежащим удовлетворению, пояснив, что Нарышкинская ЦРБ в связи с технической неисправностью автомобиле №, государственный регистрационный знак №, не давала разрешения ФИО3 на выезд данного автомобиля, автомобиль ФИО3 использовал самовольно, без разрешения механика, в связи с чем должен нести ответственность за причиненный вред. Полагает, что истец ФИО1 не представила доказательств наличия близких, доверительных отношений с погибшим, заявив несоразмерно завышенные требования о компенсации морального вреда.

Департамент здравоохранения Орловской области - учредитель БУЗ Орловской области «Нарышкинская ЦРБ» в статусе третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, просил в удовлетворении иска о взыскании денежных средств с БУЗ Орловской области «Нарышкинская ЦРБ» отказать, полагая, что обязанность компенсации морального вреда должна быть возложена на страховую компанию (л.д. 120-125 том 1)

Суд, рассмотрев доводы сторон, допросив свидетелей, исследовав письменные доказательства по делу, заслушав по делу заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим удовлетворению в части, пришёл к выводу об удовлетворении заявленных истцом требований в части.

К числу признаваемых в Российской Федерации и защищаемых Конституцией Российской Федерации прав и свобод относятся, прежде всего, право на жизнь (статья 20, часть 1), как основа человеческого существования, источник всех других основных прав и свобод и высшая социальная ценность, и право на охрану здоровья (статья 41, часть 1), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага. 

В силу указанных положений Конституции Российской Федерации на государство возложена обязанность уважения данных конституционных прав и их защиты законом (статья 18 Конституции Российской Федерации). В гражданском законодательстве жизнь и здоровье рассматриваются как неотчуждаемые и непередаваемые иным способом нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения (пункт 1 статьи 150 ГК Российской Федерации).

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред. При разрешении спора о компенсации морального вреда не связан той суммой компенсации, на которой настаивает истец, а исходит из требований разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения, то есть основополагающих принципов, предполагающих баланс интересов сторон.

В соответствии со статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно статье 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего

Пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Пунктом 2 этой же нормы установлено, что владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса. 

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абзац второй пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Необходимым условием для возложения обязанности возмещения вреда на работодателя является тот факт, что работник в момент причинения вреда находится при исполнении своих должностных (служебных) обязанностей.

Трудовые (служебные, должностные) обязанности работника определяются в трудовом договоре, согласно которому работник обязуется выполнять работу по определенной специальности, квалификации, профессии, должности, конкретного вида, с подчинением внутреннему трудовому распорядку.

Согласно статьям 1068 и 1079 Гражданского кодекса РФ не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

На лицо, исполнявшее свои трудовые обязанности на основании трудового договора (служебного контракта) и причинившее вред жизни или здоровью в связи с использованием транспортного средства, принадлежавшего работодателю, ответственность за причинение вреда может быть возложена лишь при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно (пункт 2 статьи 1079 ГК РФ). 

В пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010г. N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина» разъяснено, что ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).

В пункте 19 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации указано, что согласно статьям 1068 и 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности. На лицо, исполнявшее свои трудовые обязанности на основании трудового договора (служебного контракта) и причинившее вред жизни или здоровью в связи с использованием транспортного средства, принадлежавшего работодателю, ответственность за причинение вреда может быть возложена лишь при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно (пункт 2 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Юридическое лицо или гражданин, возместившие вред, причиненный их работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора, вправе предъявить требования в порядке регресса к такому работнику - фактическому причинителю вреда в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом (пункт 1 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведённых норм материального права в их взаимосвязи, на работодателя возлагается обязанность возместить не только имущественный, но и моральный вред, причиненный его работником при исполнении трудовых обязанностей, а на владельца источника повышенной опасности - как материальный, так и моральный вред, причиненный этим источником.

В силу пунктов 1 и 3 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

На основании части 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

В судебном разбирательстве установлено, что вступившим в законную силу приговором Урицкого районного суда Орловской области от 20 марта 2019г ФИО3 признан виновным в совершении 07 сентября 2018г преступления, предусмотренного частью 3 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации, в связи с нарушением лицом, управлявшим автомобилем, Правил дорожного движения Российской Федерации, повлекшим по неосторожности смерть ФИО9 

Приговором суда установлено, что в период времени с 19 часов 23 минут до 19 часов 55 минут 07.09.2018г водитель ФИО3 управлял технически не исправным специализированным автомобилем марки №, государственный регистрационный знак № закреплённым на праве оперативного управления за БУЗ Орловской области «Нарышкинская ЦРБ», на участке автодороги, расположенной 

<

адрес>, куда прибыл с целью доставления фельдшера для оказания медицинской помощи Х.Ш.Г.

Приговором суда установлено, что ФИО3 осуществил выезд на указанном автомобиле на 

<

адрес>, достоверно зная о неисправности стояночной тормозной системы автомобиля, ставя тем самым под угрозу жизнь и здоровье других участников дорожного движения, чем нарушил п. 1.5 (абз.1) Правил дорожного движения РФ, требования п. 2.3.1 Правил дорожного движения РФ, требования пункта 11 Основных положений, согласно которому запрещается эксплуатация автомобилей, если их техническое состояние и оборудование не отвечают требованиям Перечня неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств, пункта 1.5 Перечня неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств, стояночная тормозная система которых не обеспечивает его неподвижное состояние на уклоне.

ФИО3 в указанный период времени и месте остановил автомобиль у правого края автодороги относительно движения в направлении 

<

адрес>, профиль которой имеет продольный уклон, вблизи 

<

адрес>, и в нарушение п. 12.8 Правил дорожного движения РФ, обязывающего водителя принимать необходимые меры, исключающие самопроизвольное движение транспортного средства или использование его в отсутствие водителя, не принял необходимых мер, исключающих самопроизвольное движение автомобиля, покинул место водителя и оставил указанный автомобиль в непосредственной близости от Х.Ш.Г., при этом не включил стояночный тормоз, обеспечивающий неподвижное состояние автомобиля марки № вследствие его неисправности, не выключил двигатель указанного автомобиля, не подложил под колеса противооткатные упоры, не включил передачу коробки переключения передач, не предпринял всех необходимых мер, исключающих самопроизвольное движение транспортного средства, и, не убедившись в безопасности для движения, а так же в отсутствии помех другим участникам дорожного движения, в результате чего, в отсутствие ФИО8, при изложенных обстоятельствах произошло самопроизвольное движение вперёд указанного автомобиля, автомобиль покатился под уклон дороги, съехал в правый кювет, где опрокинулся правой боковой частью на лежавшего там же Х.Ш.Г.

Вследствие указанного дорожно - транспортного происшествия по неосторожности ФИО8 Х.Ш.Г. были причинены тяжкие телесные повреждения, повлекшие ДД.ММ.ГГГГ смерть Х.Ш.Г., 

<

данные изъяты>

Приговором установлено, что нарушения п.п. 1.3, 1.5 (абз. 1), 2.3.1 (с учетом требований пункта 11 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанности должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения и пункта 1.5 Перечня неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств), 12.8 Правил дорожного движения РФ водителем ФИО3 находятся в прямой причинной связи с причинением Х.Ш.Г. указанных телесных повреждений, повлекших его смерть.

Истец ФИО1 приходится матерью Х.Ш.Г., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что следует из свидетельства о рождении от ДД.ММ.ГГГГг (л.д.26). ФИО1 постановлением следователя от ДД.ММ.ГГГГг по норме статьи 42 Уголовно-процессуального кодекса РФ была признана потерпевшей по уголовному делу (л.д.64 том 1), гражданским истцом, приговором суда за нею признано право на удовлетворение гражданского иска, вопрос о размере которого передан для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства (л.д.19 обр.ст. том 1). 

В судебном разбирательстве установлено, что в момент совершения дорожно-транспортного происшествия при обстоятельствах, указанных в приговоре суда от ДД.ММ.ГГГГг, водитель ФИО3 состоял в трудовых отношениях с БУЗ Орловской области «Нарышкинская ЦРБ» и управлял специализированным автомобилем марки №, государственный регистрационный знак №, закреплённым на праве оперативного управления за БУЗ Орловской области «Нарышкинская ЦРБ», куда прибыл с целью доставления фельдшера для оказания медицинской помощи Х.Ш.Г. (л.д.101, 150, 151 том 1), исполняя возложенную на него трудовую функцию. 

Из срочного трудового договора между Нарышкинской ЦРБ и ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГг о принятии его на работу в больницу на должность водителя скорой медицинской помощи и приказа от ДД.ММ.ГГГГг №-ко прекращении трудового договора следует, что ФИО3 с ДД.ММ.ГГГГг по ДД.ММ.ГГГГг состоял в трудовых отношениях с БУЗ Орловской области «Нарышкинская ЦРБ» в должности водителя бригады скорой медицинской помощи, в том числе ДД.ММ.ГГГГг. (л.д.33-42,71 том 1, л.д.15-24 том 2). 

В соответствии с требованиями должностной инструкции водителя бригады скорой медицинской помощи Нарышкинской ЦРБ водитель входит в состав бригады и является работником, обеспечивающим вождение санитарного автомобиля службы «03», при получении сведений о необходимости выезда на вызов обязан немедленно занять водительское место, кратчайшим путем доставить к месту вызова медицинский персонал выездной бригады (п.п.1.1, 2.6, л.д.39, 40 том 1).

Из журнала учёта движения путевых листов и журнала предрейсовых медицинских осмотров водителей транспортных средств СМП Нарышкинской ЦРБ следует, что на 07-08 сентября 2018г ФИО3 был выдан путевой лист на автомобиль с государственным регистрационным знаком № водитель прошел предрейсовый осмотр (л.д. 69, 70 том 1).

Журналом регистрации вызовов «Скорой медицинской помощи» Нарышкинской ЦРБ зафиксировано, что ДД.ММ.ГГГГг водитель ФИО3 4 раза в течение дня доставлял к месту вызова медицинский персонал Нарышкинской ЦРБ, в том числе в 19 час 25 мин на 

<

адрес> по сообщению о том, что в обрыве лежит человек, с отметкой о происшедшем там же дорожно-транспортном происшествии, все вызовы были осуществлены на автомобиле №, государственный регистрационный знак №, то есть ФИО3 использовал автомобиль по поручению больницы.

Свидетель С.О.Л. в судебном заседании показала, что работает в Нарышкинской ЦРБ главным бухгалтером, 07.09.2018г. выдавала путевые листы водителям, в том числе ФИО3, водитель обязан пройти медицинское освидетельствование, после осмотра автомобиля путевой лист должен подписать механик для выезда на линию. После дорожно-транспортного происшествия выписывала дубликат путевого листа в связи с утерей подлинника для списания израсходованного водителем ГСМ, по его данным он проехал 90 км, километраж автомобиля на указанный день совпадал с данными системы ГЛОНАСС, о неисправностях автомобиля ФИО3 не сообщал. 

Допрошенный в судебном заседании свидетель К.Е.Ш. показал, что по должности водителя «Нарышкинская центральная районная больница» 07.09.2018г на территории больницы видел ФИО3, сообщившего свидетелю, что ремонтирует диффузор, а также слышал разговор 06.09.2018г между ФИО3 и Х.Е.Н. о неисправности бензонасоса этого же автомобиля. За месяц до происшедшего дорожно-транспортного происшествия свидетель ездил на этом автомобиле, был неисправен ручной тормоз. 

Свидетель Х.Е.Н. суду показал, что в должности заведующего хозяйством больницы исполняет обязанности механика с 2017 года. Водителю для выезда на линию после прохождения медицинского осмотра необходимо осмотреть автомобиль. О неисправности топливного насоса и «слабых тормозах» автомобиля с регистрационным знаком № стало известно ДД.ММ.ГГГГг. по сообщению водителя Т.Д.Ж. ДД.ММ.ГГГГг предложил ФИО3 работать на исправных автомобилях 117 и 133. Он ответил, что попробует отремонтировать, свидетель сообщал, что проверит автомобиль после ремонта. Автомобиль 

<

данные изъяты> 07.09.2018г механиком не был проверен, путевой лист на выезд этого автомобиля не подписывал, на каком автомобиле ФИО3 осуществляет выезды по доставке фельдшера 07.09.2018г, свидетелю не было известно, о том, что на автомобиле №, стало известно после ДТП. 

В журнале Нарышкинской ЦРБ учёта выхода автомобиля на линию в отношении автомобиля 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, водитель ФИО3, не имеется отметки о техническом состоянии автомобиля в соответствующей графе и подписи механика, что соответствует показаниям свидетеля Х.Е.Н. о том, что данный автомобиль в течение ДД.ММ.ГГГГг он не проверял, при этом не выделял ФИО3 иного автомобиля для выполнения трудовой функции в этот день.

Довод Нарышкинской ЦРБ о том, что ФИО3 ДД.ММ.ГГГГг не был подписан путевой лист на автомобиль №, государственный регистрационный знак №, не может оцениваться как достоверный ввиду отсутствия подлинника путевого листа. 

Совокупность приведённых доказательств не подтверждает самовольности выезда ФИО3 для выполнения трудовой функции. Лицо, управлявшее транспортным средством, установлено приговором суда, а его право на управление автомобилем - на основании документов, выданных работодателем - Нарышкинской ЦРБ, исследованных в судебном заседании по настоящему иску.

По смыслу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации под противоправным завладением понимается изъятие объекта из владения собственника или иного законного владельца помимо его воли.

БУЗ Орловской области «Нарышкинская ЦРБ» не представлены бесспорные и достаточные доказательства, подтверждающие, что ФИО3 завладел транспортным средством противоправно.

Статьей 3 Федерального закона от 10 декабря 1995 года N 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» установлены основные принципы обеспечения безопасности дорожного движения, к которым относятся приоритет жизни и здоровья граждан, участвующих в дорожном движении, приоритет ответственности государства за обеспечение безопасности дорожного движения над ответственностью граждан, участвующих в дорожном движении, соблюдение интересов граждан, общества и государства при обеспечении безопасности дорожного движения.

Субъект транспортной деятельности обязан обеспечить проведение предрейсового контроля технического состояния транспортного средства. Запрещается выпуск на линию транспортных средств, не прошедших предрейсовый контроль технического состояния. Сведения о проведенном контроле технического состояния транспортного средства и месте его проведения фиксируются в путевых листах. Контроль технического состояния транспортных средств при выпуске на линию (возврате с линии) обеспечивается работником субъекта транспортной деятельности, осуществляющим допуск транспортных средств к эксплуатации. 

Согласно статье 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; обеспечивать работников оборудованием, инструментами, технической документацией и иными средствами, необходимыми для исполнения ими трудовых обязанностей; предоставлять работникам работу, обусловленную трудовым договором. Такие же положения содержатся в условиях срочного трудового договора между ФИО3 и Нарышкинской ЦРБ.

В соответствии с должностной инструкцией заведующего хозяйством больницы заведующий хозяйством каждый день рабочей недели проводит осмотр технического состояния автомобилей и согласно результатам осмотра в путевых листах дает разрешение на выезд автомобилей, функции механика и заведующего хозяйством в Нарышкинской ЦРБ приказом совмещены (л.д.3 том 2). 

Собранные по делу доказательства в своей совокупности свидетельствуют о том, что «Нарышкинской ЦРБ» было допущено нарушение пункта 12 «Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанности должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения», утверждённых Постановлением Правительства РФ от 23 октября 1993 года N 1090. Являясь работодателем, «Нарышкинская ЦРБ» должна была принять все зависящие от учреждения меры и не допустить к выпуску на линию транспортное средство с наличием неисправностей, при которых запрещена эксплуатация транспортных средств. Вопреки приведённым требованиям, в отсутствие контроля учреждения за проведением контроля технического состояния транспортных средств, участвующих в дорожном движении, транспортное средство с наличием неисправностей, при которых эксплуатация запрещена, использовалось водителем больницы неоднократно для выполнения трудовой функции в течение ДД.ММ.ГГГГг. Обязанности работодателя об обеспечении работника необходимым для исполнения им трудовых обязанностей транспортным средством в указанный день администрацией больницы не были исполнены, вопрос выпуска на линию транспортного средства для выполнения ФИО3 трудовой функции как на автомобиле № так и на ином автомобиле, в нарушение приведённых норм разрешен не был. Не установлено обстоятельств, свидетельствующих о том, что в момент ДТП транспортное средство передавалось ФИО3 для использования в его личных целях или он завладел транспортным средством противоправно.

По приведённым выводам акт внутренней проверки «Нарышкинская ЦРБ» от 14 сентября 2018г о самовольном выезде ФИО3 доказательственного значения факту самовольного выезда не имеет (л.д.192 том 2).

Не имеет правового значения известность ФИО3 наличия неисправностей автомобиля, при которых эксплуатация запрещена, так как использование им транспортного средства с указанными неисправностями образует неисполнение водителем требований Правил дорожного движения РФ, учтена при постановлении приговора в качестве объективной стороны преступления, не свидетельствуя при этом о противоправности использования транспортного средства.

При указанных обстоятельствах оснований полагать, что ФИО3, самовольно выехал на автомобиле для выполнения трудовой функции, не имеется, доказательств этому не представлено, ввиду чего не имеется правовых оснований для возложения на ФИО3 обязанности компенсации морального вреда истцу, в силу вышеприведенных норм права 

и установленных обстоятельств ответственность за вред, причиненный третьим лицам, несёт работодатель - «Нарышкинская ЦРБ».

Нарушений Правил дорожного движения действиями Х.Ш.Г., умысла потерпевшего либо грубой неосторожности потерпевшего содействовавших возникновению или увеличению вреда, судом не установлено. Нахождение Х.Ш.Г. в момент причинения ему смерти в состоянии алкогольного опьянения в причинно-следственной связи с происшедшим по неосторожности ФИО3 дорожно-транспортным происшествием не находится.

Оснований, предусмотренных пунктами 2 и 3 статьи 1083 Гражданского кодекса РФ, предусматривающих возможность освобождения владельца источника повышенной опасности от ответственности за вред причиненный таким источником, при рассмотрении дела судом не установлено. 

Таким образом, ответственность по возмещению морального вреда, причиненного истцу смертью сына в результате дорожно-транспортного происшествия, подлежит возложению на БУЗ Орловской области «Нарышкинская ЦРБ», являющегося владельцем источника повышенной опасности в момент дорожно-транспортного происшествия, работодателем лица, управлявшего им, факт причинения смерти пострадавшему, противоправность поведения ФИО3 в качестве водителя и причинно-следственная связь между указанными элементами установлена приговором суда.

Страховщиком гражданской ответственности БУЗ Орловской области «Нарышкинская ЦРБ» страховой акционерное общество «ВСК» в возмещение вреда в связи со смертью кормильца С.Д.Ж. выплачено 

<

данные изъяты> по факту наезда автомобиля № государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО3 в нарушение Правил дорожного движения РФ на пострадавшего (л.д.38 том 2), то есть, по страховому случаю выплачено возмещение вреда, причиненного жизни потерпевшего. Довод Департамента здравоохранения Орловской области об обязанности страховой компании выплатить истцу денежную компенсацию морального вреда на законе не основан, исковых требований к страховой компании истцом не заявлено.

Учитывая подтверждение факта причинения морального вреда истцу смертью сына вследствие допущенных ФИО3, водителем «Нарышкинской ЦРБ» нарушений Правил дорожного движения РФ, заявленные требования о взыскании с ответчика денежной компенсации морального вреда подлежат удовлетворению.

Согласно нормам права родители, дети по отношению друг к другу являются близкими родственниками.

<

данные изъяты>

Определяя размер компенсации морального вреда, причинённого истцу, суд, руководствуясь принципами конституционной ценности жизни, достоинства личности (ст. ст. 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причинённый моральный вред, с другой стороны - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда, учёл конкретные обстоятельства причинения вреда (нарушение водителем ФИО3 требований Правил дорожного движения РФ и степень его неосторожной вины в произошедшем ДТП), материальное положение ответчика-бюджетного учреждения здравоохранения, финансовая несостоятельность которого документально не подтверждена; принял во внимание степень, характер физических и нравственных страданий истца, обусловленных невосполнимой утратой в связи со смертью единственного ребёнка, необратимостью последствий произошедшей утраты, в результате чего истец переживает глубокие, длительные нравственные страдания, и определяет к взысканию с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 700 тысяч рублей

Согласно статье 103 Гражданского процессуального кодекса РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований, с зачислением государственной пошлины в соответствующий бюджет, на основании чего с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд 

Р Е Ш И Л:

Иск ФИО1 о компенсации морального вреда, причинённого ей смертью сына в результате дорожно-транспортного происшествия, удовлетворить частично,

взыскать с бюджетного учреждения здравоохранения Орловской области «Нарышкинская центральная районная больница» в пользу ФИО1 в компенсацию морального вреда, причинённого ей смертью Х.Ш.Г. в результате дорожно-транспортного происшествия, 

<

данные изъяты> в остальной части заявленных требований и в иске к ФИО3 о компенсации морального вреда отказать. 

Взыскать с бюджетного учреждения здравоохранения Орловской области «Нарышкинская центральная районная больница» в доход муниципального образования Урицкий муниципальный район Орловской области в уплату государственной пошлины 300 рублей (триста рублей).

Решение суда может быть обжаловано в Орловский областной суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, с принесением жалобы через Урицкий районный суд Орловской области.

Мотивированное решение суда изготовлено 11 июня 2019г.

Председательствующий ___________________ С.С.Василькова