Председательствующий: Бондаренко Н.С. Дело № 22-8274/2023г.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Красноярск 21 ноября 2023 года

Красноярский краевой суд в составе:

председательствующего - судьи Курлович Т.Н., 

при помощнике судьи Рогачевой Н.С.,

с участием прокурора апелляционного отдела уголовно-судебного управления прокуратуры Красноярского края Галиной Н.В.,

потерпевшей ФИО1,

адвоката Филатова И.В., по ордеру №021907 от 17 октября 2023 года, удостоверение №2201, 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Б.В.. на приговор Свердловского районного суда г. Красноярска от 14 июня 2023 года, которым 

ФИО2 

<

данные изъяты>, несудимый,

признан виновным и осужден по ч.3 ст.264 УК РФ на 1 (один) год 6 (шесть) месяцев лишения свободы, с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 (два) года.

Приговором суда взыскано с ФИО2 в пользу Ш.Т. в счет возмещения морального вреда денежные средства в размере 900 000 рублей. 

Процессуальные издержки по делу на сумму 21 500 (двадцать одна тысяча пятьсот) рублей, связанные с расходами, понесенными потерпевшей Ш.Т.. на выплату вознаграждения ее представителю Е.И.., возмещены Ш.Т. за счет средств федерального бюджета. 

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав выступление адвоката Филатова И.В., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, потерпевшую Ш.Т.., возражавшую против удовлетворения апелляционной жалобы, мнение прокурора Галиной Н.В., полагавшей приговор законным и обоснованным, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 осужден за нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Согласно приговору, преступление совершено 

<

дата> в 

<

адрес>, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Б.В.. в интересах осужденного ФИО2 просит об отмене приговора. 

Жалобу мотивирует тем, что в основу приговора суд положил судебно-медицинскую экспертизу трупа, которая является недостаточно ясной и неполной и показания эксперта В.В.., которые являются недопустимым доказательством, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу приговора, так как данное доказательство получено с нарушением требований УПК РФ, поскольку в нарушение ч. 1 ст. 205 УПК РФ, эксперт В.В.. был допрошен следователем не по вопросам разъяснения данного им заключения, а по дополнительным вопросам, поставленным стороной защиты.

Кроме того защита указывает о несогласии с постановлением суда от 02 июня 2023 года, которым было отказано в удовлетворении ходатайства о назначении дополнительной экспертизы трупа. Полагает, что имеющееся в материалах дела заключение является неполным, поскольку эксперт не ответил на вопрос о прямой причинно-следственной связи, а указал о наличии только причинной связи.

При этом из заключения эксперта следует, что в послеоперационном периоде возникли осложнения в виде гнойно некротического воспаления мягких тканей шеи, гнойного менингоэнцефалита с отеком вещества головного мозга и двухсторонней гнойно-фибринозной бронхопневмонии, которые явились непосредственной причиной смерти. А данные послеоперационные осложнения (эндотоксикоз, вторичный менингит и т.д.) возникают из-за инфекции, а не от травмы, полученной в ДТП.

Кроме того, из описательной части заключения эксперта следует, что непосредственной причиной смерти является - отек мозга. Отек, дислокация ствола головного мозга. Согласно Международной статистической классификации болезней и проблем, связанных со здоровьем, 10-го пересмотра, отек мозга, не является травматическим, то есть травмой полученной в результате ДТП. 

Полученная закрытая тупая травма шеи, по поводу которой К.Н.. была сделана операция, не могла стать непосредственной причиной смерти, так как операция по фиксации 1-2 шейных позвонков проведена только 

<

дата>, то есть на 15 день после ДТП.

Кроме того, считает, что ФИО2 назначено слишком суровое наказание, поскольку его исправление возможно без изоляции от общества.

Просит приговор отменить, назначить дополнительную экспертизу, переквалифицировать действия ФИО2 на ч. 1 ст. 264 УК РФ.

На апелляционную жалобу адвоката Б.В.. государственным обвинителем - помощником прокурора Свердловского района г. Красноярска Н.А. поданы письменные возражения, в которых он просит об оставлении приговора без изменения.

Изучив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, а также возражений на нее, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам. 

Виновность ФИО2 в совершении преступления, за которое он осужден подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами, а именно: показаниями потерпевшей Ш.Т.., свидетелей П.Е.., А.М.., А.В.., С.М.., Л.С.., Х.А.., пояснивших об обстоятельствах совершенного преступления; протоколом осмотра места совершения происшествия; протоколом осмотра предметов, согласно которому автомобиль марки «Лада 212140» имел обширные повреждения передней его части, а автомобиль марки «Тойота Королла» такие же повреждения его левой передней части; заключениями судебных автотехнических экспертиз № и № от 

<

дата> и 

<

дата> года, из содержания которых следует, что место первоначального контактирования автомобилей марок «Лада 212140» и «Тойота Королла» находилось на полосе движения последнего автомобиля, который не располагал технической возможностью остановиться до места столкновения путем применения экстренного торможения; протоколом следственного эксперимента, проведенного с участием П.Е.., к ходе которого последняя указала, что на расстоянии 26,4 метра от своего автомобиля она увидела, как автомобиль марки «Лада 212140» пересек осевую линию дороги и стал двигаться в ее сторону; заключением судебно-медицинского эксперта № от 

<

дата> года, из содержания которого следует, что пассажиру К.Н.. в результате дорожно-транспортного происшествия были причинены: закрытая тупая черепно-мозговая травма в виде ушиба головного мозга легкой степени, травматических субарахноидальных кровоизлияний в теменных отделах мозга с обеих сторон, пареза отводящего нерва слева; закрытая тупая травма живота в виде множественных разрывов брыжейки тонкой кишки, гемоперитонеума 500 миллилитров, гематомы брыжейки; закрытые переломы задних отрезков 9,10-го ребер слева, закрытый оскольчатый перелом левой вертлужной впадины, а также закрытая тупая травма шеи в виде осложненного перелома зубовидного отростка второго шейного позвонка, перелома боковых масс этого же позвонка справа без смещения, сдавливания спинного мозга. Учитывая характер и расположение данных повреждений, они могли возникнуть при ударе о твердые тупые предметы – части салона автомобиля в результате соударения с данными травмирующими предметами левой задней поверхностью туловища таза, а также чрезмерного переразгибания шейного отдела позвоночника от воздействия силы, направленной на смещение его к зади, и могло иметь место при резком откидывании головы. Данная закрытая тупая травма шеи, сопровождавшаяся переломом зуба 2-го шейного позвонка, относится к критериям, характеризующим вред здоровью, опасного для жизни и здоровья и квалифицируется как тяжкий вред здоровью и находится в причинной связи с наступлением смерти К.Н.. При этом другие вышеперечисленные телесные повреждения, в том числе, закрытая тупая травма живота, которая квалифицируется как тяжкий вред здоровью, в причинной связи с наступлением ее смерти не состоят; показаниями В.В.., из которых следует, что он проводил вышеуказанную судебно-медицинскую экспертизу трупа К.Н.. Согласно проведенным исследованиям трупа и медицинских документов К.Н.., он установил, что ее смерть наступила от закрытой тупой травмы шеи, которая сопровождалась переломом зуба 2-го шейного позвонка, который сдавливал спинной мозг. Во время нахождения К.Н.. в больнице, ей была проведена операция, после которой у нее возникли осложнения в виде гнойно-некротического воспаления мягких тканей шеи, гнойного менингоэнцефалита с отеком вещества головного мозга и двусторонней гнойно-фибризной бронхопневмонии. Данное осложнение привело к смерти К.Н.. и явилось закономерным исходом полученной травмы шеи.

Виновность осужденного подтверждается и другими приведенными в приговоре доказательствами. 

Более того, сам осужденный суду пояснил, что 

<

дата> он во время управления автомобилем марки «Лада 212140», государственный регистрационный знак №, вел данный автомобиль со скоростью около 40 км/ч и допускает, что нарушал Правила дорожного движения РФ, выехав на полосу встречного движения, в связи с чем, допустил столкновение с автомобилем «Тойота Королла», государственный регистрационный знак №. Однако последствия, повлекшие смерть пассажира К.Н.. произошли не от его действий, а в результате некачественно оказанной ей медицинской помощи.

При этом, вопреки доводам защитника, заключение судебно-медицинского эксперта выполнено в соответствии с требованиями ст. ст. 195, 196, 199, 204 УПК РФ, регламентирующим порядок назначения и производства судебных экспертиз, а также в соответствии с Федеральным законом "О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ" № 73-ФЗ. Сомнений в квалификации эксперта и обоснованности выводов, изложенных в заключении эксперта у суда первой инстанции не имелось, не усматривается таковых и у суда апелляционной инстанции. Противоречий в выводах эксперта не содержится. Они объективны, полны и аргументированы. Оснований для назначения дополнительной судебно-медицинской экспертизы, суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Кроме того, вопреки доводам апелляционной жалобы, допрос эксперта В.В. был произведен в соответствии с требования ст. 166, ч. 2 ст. 80 УПК РФ, процессуальные права ему были разъяснены, об уголовной ответственности он был предупрежден, за пределы своей компетенции эксперт не вышел. Из показаний эксперта следует, что причиной смерти К.Н.. явилась закрытая тупая травма шеи, которая сопровождалась переломом зуба 2-го шейного позвонка, который сдавливал спинной мозг. Осложнения, образовавшиеся у К.Н.. в послеоперационный период, в виде гнойно-некротического воспаления мягких тканей шеи, гнойно мениногоэнцефалита с отеком вещества головного мозга и двусторонней гнойно-фиброзной бронхопневмонии, как непосредственная причина смерти явились закономерным исходом полученной травмы шеи, которая состоит в причинной связи с наступлением смерти. Оснований считать показания эксперта В.В.. недопустимым доказательствами у суда не имелось, не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции.

Кроме того, вопреки доводам защитника, проведение К.Н.. стационарного оперативного лечения в срочном порядке в условиях отделения нейрохирургии КГБУЗ ККБ принято на основании решения врачебной комиссии, что следует из медицинской карты больного № из ККБ, исследованной при проведении экспертизы, таким образом доводы защитника о том, что закрытая травма шеи, сопровождающаяся переломом зуба 2-го шейного позвонка могла быть компенсирована организмом самостоятельно, подлежат отклонению.

Из протокола судебного заседания и приговора усматривается, что в судебном заседании тщательно исследовались перечисленные доказательства, они проанализированы судом, проверены им в соответствии с правилами, предусмотренными ст. 87 УПК РФ, в том числе, путем сопоставления их с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле и им дана оценка с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а всех собранных доказательств в совокупности - достаточности для разрешения данного уголовного дела.

При этом в приговоре изложено содержание всех исследованных по делу доказательств, приведены выводы, касающиеся проверки и оценки каждого из них.

Совокупность приведенных в приговоре доказательств проверена и исследована в ходе судебного следствия, суд дал им надлежащую оценку и привел мотивы, по которым признал их достоверными, соответствующими установленным фактическим обстоятельствам дела.

В соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ каждое из доказательств оценено с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а их совокупность обоснованно признана судом достаточной для разрешения уголовного дела.

Судебное разбирательство по настоящему делу проведено в соответствии с требованиями ст.15 УПК РФ, процессуальных норм, перечисленных в главе 37 УПК РФ. Судом были созданы все необходимые условия для исполнения сторонами процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. В судебном заседании исследованы все доказательства, представленные сторонами, разрешены все ходатайства. Решения по ходатайствам сторон приняты с учетом мнения сторон, в установленном законом порядке, с приведением мотивов принятых решений. 

Суд обоснованно признал достоверными положенные в основу приговора показания потерпевшей, свидетелей, поскольку они согласуются между собой, не содержат не устраненных в ходе судебного разбирательства существенных противоречий по значимым для дела обстоятельствам, подтверждаются совокупностью других доказательств, в том числе протоколами осмотра места происшествия и транспортного средства, заключениями экспертиз.

Объективных данных о том, что суд при оценке доказательств нарушил требования УПК РФ, не имеется. Несовпадение оценки доказательств, данной судом, с позицией защитника осужденного, не свидетельствует о нарушении судом ст. 88 УПК РФ. Доводы апелляционной жалобы, в которых приводится собственная оценка доказательств в обоснование несогласия с выводами суда о совершении осужденным ФИО2 преступления, направлены на переоценку доказательств и не являются основанием для изменения или отмены приговора. 

Кроме того, вопреки доводам жалобы, все ходатайства стороны защиты рассмотрены в соответствии с положениями ст. 271 УПК РФ. Отказ судом в удовлетворении ходатайства защитника о назначении дополнительной экспертизы трупа полно отмотивирован в постановлении суда от 02 июня 2023 года, постановление отвечают требованиям ст. 7 УПК РФ и его выводы полностью подтверждаются материалами дела. Кроме того, отказ судом в удовлетворении ходатайства не свидетельствуют о нарушении права осужденного на защиту и предвзятое отношение суда.

Суд объективно и обоснованно пришел к выводу о виновности осужденного ФИО2 в совершении нарушения лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека и квалификации его действий по ч. 3 ст. 264 УК РФ. 

Вопреки доводам жалобы, судом первой инстанции правильно установлено, что ФИО3 нарушил требования Правил дорожного движения РФ, что нарушение указанных требований состоит в прямой причинно-следственной связи с произошедшим ДТП и причинением смерти К.Н.. Оснований для оправдания в связи с отсутствием в деянии состава преступления, не имеется.

Психическое состояния здоровья осужденного проверено надлежащим образом и сомнений не вызывает, с учетом данных о его личности и поведения в судебном заседании.

Назначая наказание ФИО2, суд учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности осужденного, обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияния назначаемого наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. 

Назначая наказание, в качестве смягчающих обстоятельств суд признал и учел, в соответствии с п.п. «г,к» ч.1 ст.61 УК РФ наличие у осужденного на иждивении 2-х малолетних детей; действия, связанные с заглаживанием вреда, причиненного потерпевшей; в соответствии с ч.2 ст. 61 УК РФ, что ФИО2 при данном происшествии самому был причинен тяжкий вред здоровью, он ранее не судим, состоит в браке, оказывает помощь отцу, не имеет отрицательных характеристик, занимался общественно-полезной деятельностью, желает заработать деньги для возмещения ущерба. 

Новых данных о смягчающих обстоятельствах, которые бы не были известны суду первой инстанции, либо которые, в силу требований закона могли бы являться безусловным основанием к снижению назначенного осужденному наказания, в материалах дела не имеется и суду апелляционной инстанции не представлено. 

Отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено. 

Установив изложенное, суд правильно пришел к выводу об отсутствии оснований к назначению ФИО2 наказания с применением положений ст.73 УК РФ и наличии оснований для назначения ему наказания в виде реального лишения свободы, с применением ч.1 ст. 62 УК РФ и назначением дополнительного наказания в виде лишения права заниматься определенной деятельностью, а именно деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами. 

Оснований для применения положений ст. 53.1 УК РФ суд обоснованно не усмотрел. Соответствующие выводы надлежаще мотивированы в приговоре.

Исключительных обстоятельств, связанных с целью и мотивом совершенного преступления, либо с поведением осужденного во время совершения преступления или после его совершения, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного им, по делу не усматривается, в связи с этим оснований для применения положений ст.ст. 64,73 УК РФ, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Таким образом, принимая во внимание, что судом первой инстанции учтены все данные о личности осужденного, суд апелляционной инстанции находит назначенное ФИО2 наказание справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершенного им преступления и личности виновного, закрепленным в уголовном законодательстве РФ принципам гуманизма и справедливости и полностью отвечающим задачам исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, а потому не находит оснований к его смягчению или применению ст. 73 УК РФ.

Вид исправительного учреждения судом назначен в полном соответствии с положениями п. «а» ч.1 ст. 58 УК РФ.

Гражданский иск потерпевшей Ш.Т.. разрешен судом в соответствии с требованиями закона, принимая решение о размере компенсации морального вреда, суд в соответствии с положениями закона, регламентирующего порядок разрешения данного вопроса, исходил из причиненных потерпевшей нравственных страданий, принципов разумности и справедливости, а также учел имущественное положение осужденного. Оснований для его снижения не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.38913, 38920, 38928 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Свердловского районного суда г. Красноярска от 14 июня 2023 года в отношении ФИО2, оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Б.В.. в интересах осужденного ФИО2 – без удовлетворения. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в соответствии с главой 47-1 УПК РФ в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции. Кассационная жалоба или представление могут быть поданы в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а для осужденного, содержащегося под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии судебного решения, вступившего в законную силу. Осужденный имеет право ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: Т.Н. Курлович