Дело № 2-2646/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

03 ноября 2017 года г. Ставрополь

Резолютивная часть решения оглашена 03 ноября 2017 года

Решение изготовлено в полном объеме 04 ноября 2017 года

Промышленный районный суд г. Ставрополя Ставропольского края в составе:

председательствующего Ковтун В.О.,

при секретаре Сивцевой А.С.,

с участием:

представителя истца по первоначальному иску, ответчика по встречному иску ФИО1 согласно доверенности ФИО2,

представителя ответчика по первоначальному иску, истца по встречному иску АО «Альфа-Б.» согласно доверенности ФИО3,

представителя ответчика по встречному исковому заявлению ООО «Сильная реклама» согласно доверенности ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Промышленного районного суда гражданское дело по иску заявлению ФИО1 к АО «Альфа-Б.» о взыскании ущерба, причиненного неосновательным списанием денежных средств и по встречному иску АО «Альфа-Б.» к ФИО1, ООО «Сильная реклама» о признании недействительным договора цессии,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в Промышленный районный суд с иском к АО «Альфа-Б.» о взыскании ущерба, причиненного неосновательным списанием денежных средств.

В судебном заседании АО «Альфа-Б.» обратилось со встречным иском к ФИО1, ООО «Сильная реклама» о признании недействительным договора цессии.

В обоснование заявленных требований по первоначальному иску ФИО1 к АО «Альфа-Б.» о взыскании ущерба, причиненного неосновательным списанием денежных средств указано: дата на основании заявления, подтверждения о присоединении к договору о расчетно-кассовом обслуживании в АО «АЛЬФА-Б.» Обществу с ограниченной ответственностью «Сильная реклама» (далее - «Общество») был открыт расчетный счет в филиале «Ставропольский» №.

При открытии счета, ФИО5, занимавшим должность директора Общества за период с дата по дата, заполнялась карточка с образцами подписей и оттиска печати Общества.

В соответствии с п. 3.2.10 Договора о расчетно-кассовом обслуживании в АО «АЛЬФА-БАНК» в случае изменений сведений о единолично исполнительном органе («Директор»), Общество обязано предоставить сведения в банк не позднее 2 (двух) рабочих дней с момента их утверждения. При этом, обязательным документом, для подтверждения смены Директора является выписка из ЕГРЮЛ со сведениями о новом Директоре и лист записи ЕГРЮЛ о внесении изменений.

28 декабря 2016 года на основании решения единственного участника Общества ФИО5 освобожден от занимаемой должности с 29 декабря 2016 года. На должность директора Общества назначен ФИО6 с 29 декабря 2016 года сроком на 5 лет.

Изменения в сведения о смене директора зарегистрированы в установленном законом порядке 12 января 2017 года, что подтверждается листом записи ЕГРЮЛ от 12.01.2017 года.

За период с 29 декабря 2016 года по 12 января 2017 года у Общества отсутствовала возможность уведомить банк надлежащим образом о смене директора и предоставить новую карточку с образцами подписей и оттиска печати.

10 января 2017 года бывший директор Общества ФИО5 предоставил в «Ставропольское» отделение АО «АЛЬФА-БАНК» платежное поручение №1 от 10.01.2017 года на перечисление денежных средств в размере 7 557 000 (семь миллионов пятьсот пятьдесят семь тысяч) рублей на счет ООО «Бизнес-ЮГ».

Распоряжений о списании названной суммы Обществом не выдавалось.

На основании запроса в АО «АЛЬФА-БАНК» от 24.01.2017 года Обществу была предоставлена копия платежного поручения на основании которого было произведено списание вышеуказанной суммы.

На платежном поручении оттиск печати нанесен не печатью Общества, а другой печатью, выполненной с подражанием оттиска печати Общества. При визуальном сравнении оттисков печати видны различия. 

В соответствии с п. 2 постановления Пленума ВАС РФ «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с заключением, исполнением и расторжением договоров банковского счета», проверка полномочий лиц, которым предоставлено право распоряжаться счетом, производится банком в порядке, определенном банковскими правилами и договором с клиентом. В случаях передачи платежных документов в банк в письменной форме банк должен проверить по внешним признакам соответствие подписей уполномоченных лиц и печати на переданном в банк документе образцам подписей и оттиска печати, содержащимся в переданной банку карточке.

Банк несет ответственность за последствия исполнения поручений, выданных неуполномоченными лицами, и в тех случаях, когда с использованием предусмотренных банковскими правилами и договором процедур банк не мог установить факта выдачи распоряжения неуполномоченными лицами.

В результате неправомерного списания денежных средств Обществу был причинен ущерб в размере 7 557 000 (семь миллионов пятьсот пятьдесят семь тысяч) рублей.

20.02.2017 года Общество обратилось с претензий в АО «АЛЬФА-БАНК» с требованием возмещения ущерба, что подтверждается отметкой о принятии претензии старшим менеджером по обслуживанию юридических лиц ФИО7 от 20.02.2017 года. До настоящего времени, претензия оставлена без ответа.

28.02.2017 года Общество обратилось в ООО «Региональное бюро судебных экспертиз» с запросом на проведение технико-криминалистического исследования. Специалист произвел сравнительное исследование оттисков печати нанесенных на платежном поручении №1 от 10.01.2017 года, заявлении о закрытии счета от 11.01.2017 года с образцом оттиска печати, расположенном в карточке с образцами подписей и оттиска печати, находящейся в банке.

Согласно заключению специалиста оттиски печати Общества, нанесенные на платежном поручении №1 от 10.01.2017 года, заявлении о закрытии счета от 11.01.2017 года нанесены не печатью Общества, а другой печатью. При этом специалист отмечает, что имеющиеся различия в оттисках печатей Общества видны визуально, следовательно, сотрудник банка мог установить имеющиеся различия визуальным сравнением, то есть без применения измерительных или каких-либо других приборов.

С учетом изложенного следует признать, что при проявлении той необходимой степени заботливости и осмотрительности, какая требовалась по характеру обязательства работника банка, последний мог и должен был при визуальном осмотре и с учетом отсутствия письменного извещения Общества об изменении его печати обнаружить по внешним признакам подложность платежного поручения №1 от 10.01.2017 года. Никаких специальных познаний и наличия специальных технических средств в данном случае не требуется.

В соответствии с пунктом 8.2.1 Договора о расчетно-кассовом обслуживании в АО «АЛЬФА-БАНК» банк несет ответственность за последствия исполнения поручений, выданных неуполномоченными лицами, и в тех случаях, когда с использованием предусмотренных банковскими правилами и договором процедур банк не мог установить факта выдачи распоряжения неуполномоченными лицами.

Пунктом 4.9. Договора о расчетно-кассовом обслуживании в АО «АЛЬФА-БАНК» банку предоставлено право отказать в приеме расчетно-денежного документа, если оттиск печати будет признан банком сомнительным.

В силу п. 3 ст. 401 ГК РФ основанием ответственности лица, осуществляющего предпринимательскую деятельность, является нарушение обязательства, если оно произошло не вследствие непреодолимой силы или иных оснований, не предусмотренных законом или договором.

Договором, регулирующим отношения сторон, ограничение ответственности банка в таких случаях не установлено. Противоправные действия третьих лиц к таковым не относятся. Банк как субъект профессиональной предпринимательской деятельности в области проведения операция по счетам клиентов, осуществляющий их с определенной степенью риска, не предпринял всех мер к исключению возможности платежа по подложному платежному документу. 

В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков.

13 марта 2017 года между ООО «СИЛЬНАЯ РЕКЛАМА» (Цедент) и ФИО1 (Цессионарий) был заключен договор цессии №13/03-17 от 13 марта 2017 года по условиям которого, Цедент передал, а Цессионарий принял в полном объеме право требования с АО «АЛЬФА-БАНК» выплаты ущерба, причиненного необоснованным списанием денежных средств с расчетного счета Цедента по платежному поручению №1 от 10.01.2017 года на сумму 7 557 000 (семь миллионов пятьсот пятьдесят семь тысяч) рублей.

Просит суд взыскать с АО «АЛЬФА-БАНК» в пользу ФИО1 7 557 000 (семь миллионов пятьсот пятьдесят семь тысяч) рублей в возмещение ущерба, причиненного необоснованным списанием денежных средств с расчетного счета Общества с ограниченной ответственностью «Сильная Реклама».

В обоснование заявленных требований по встречному иску АО «Альфа-Банк» к ФИО1, ООО «Сильная реклама» о признании недействительным договора цессии указано: ФИО1 обратился в Промышленный районный суд г. Ставрополя с иском к АО «АЛЬФА-БАНК» о взыскании ущерба, причиненного необоснованным списанием денежных средств с расчетного счета ООО «СИЛЬНАЯ РЕКЛАМА» в размере 7 557 000 рублей.

В обоснование заявленных исковых требований Истец указывает на заключение между АО «АЛЬФА-БАНК» (далее - Банк) и ООО «СИЛЬНАЯ РЕКЛАМА» (далее также - Общество, Клиент) Договора о расчетно-кассовом обслуживании, на основании которого 10.01.2017 Банком якобы неправомерно было перечислено со счета ООО «СИЛЬНАЯ РЕКЛАМА» 7 557 000 рублей, чем причинен Обществу ущерб.

Основанием для предъявления настоящего иска в суд общей юрисдикции со стороны физического лица - ФИО1, не являющегося стороной Договора РКО, и взыскания денежных средств в его пользу, а не в пользу К. Б., является Договор цессии № 13/03-17 от 13.03.2017 г. между ООО «СИЛЬНАЯ РЕКЛАМА» и гражданином ФИО1 (далее - Договор цессии) по передаче ФИО1 права требования с Б. выплаты ущерба.

По мнению Банка, Договор цессии между ООО «СИЛЬНАЯ РЕКЛАМА» и ФИО1 является недействительной сделкой в связи со следующим.

11 февраля 2016 г. ООО «СИЛЬНАЯ РЕКЛАМА» (далее - К., Общество) заключило с Б. Договор о расчетно-кассовом обслуживании на основании подписания К. Подтверждения о присоединении к Договору о расчетно-кассовом обслуживании в АО «АЛЬФА-Б.» (имеются в материалах дела).

13 марта 2017 г. между ООО «СИЛЬНАЯ РЕКЛАМА» (Цедент) и ФИО1 (Цессионарий) заключен Договор цессии № 13/03-17 (далее -Договор цессии), согласно условиям которого Цедент передает Цессионарию право требования с Банка выплаты ущерба, причиненного необоснованным списанием денежных средств с расчетного счета Цедента по платежному поручению № 1 от 10.01.2017 г. на сумму 7 557 000 рублей, уплаты процентов за пользование чужими денежными средствами, неустойки и других платежей, (пункты 1.1, 2.1).

В силу статей 382, 384 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. По общему правилу право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Согласно п. 2 ст. 390 ГК РФ при уступке Цедентом должно быть соблюдено, в том числе, условие о том, что уступаемое требование должно существовать в момент уступки, если только это требование не является будущим, и цедент правомочен совершать уступку.

Таким образом, к существенным условиям уступки права (требования), относится существование (реальность) уступаемого права в момент уступки.

Предметом оспариваемого Договора цессии является право требования выплаты ущерба.

Согласно ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения полного возмещения причиненных ему убытков.

В соответствии с п. 12. Постановления Пленума Верховного Суда от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 с. 15 ГК РФ).

Таким образом, для наступления деликтной ответственности необходимо наличие состава правонарушения, включающего: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственная связь между двумя первыми элементами, вина причинителя вреда.

Соответственно, все необходимые обстоятельства причинения Банком убытков Клиенту (Цеденту) первоначально подлежали установлению и доказыванию в судебном порядке, и только в случае их доказанности вступившим в законную силу судебным актом, соответствующее право (требование) могло быть уступлено другому лицу.

Однако на момент заключения Договора цессии причинение Банком ООО «СИЛЬНАЯ РЕКЛАМА» ущерба никоим образом подтверждено не было, вступившее в законную силу решение суда, установившие соответствующие обстоятельства, отсутствовало.

При этом будущим требованием переданное право по оспариваемому Договору цессии в силу ст. 388.1. ГК РФ не являлось.

Таким образом, рассматриваемый Договор цессии противоречит приведенным требованиям закона о необходимости существования в момент уступки уступаемого права (требования) и, соответственно, о наличии у цедента правомочий совершать уступку.

При таких обстоятельствах, по Договору цессии фактически передано несуществующее в действительности право (требование), что прямо нарушает ст.ст. 384, 390 ГК РФ.

Кроме того, Договор о расчетно-кассовом обслуживании заключен между юридическими лицами, отношения сторон по данному договору непосредственно связаны с осуществлением Клиентом Банка предпринимательской деятельности и связанными с ней отношениями по обслуживанию Банком соответствующего счета Общества. Следовательно, любой спор по такому Договору будет носить экономический характер.

Согласно части 1 ст. 46 Конституции РФ, каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Право на судебную защиту включает в себя и право на компетентный суд, что следует из положений части 1 ст. 47 Конституции РФ.

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 22 ГПК РФ суды рассматривают и разрешают исковые дела с участием граждан, организаций, органов государственной власти, органов местного самоуправления о защите нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов, по спорам, возникающим из гражданских, семейных, трудовых, жилищных, земельных, экологических и иных правоотношений.

Суды рассматривают и разрешают дела, предусмотренные частями первой и второй статьи 22 ГПК РФ, за исключением экономических споров и других дел, отнесенных федеральным конституционным законом и федеральным законом к ведению арбитражных судов (ч. 3 ст. 22 ГПК РФ).

В силу частей 1 и 2 ст. 27 АПК РФ арбитражному суду подведомственны дела по экономическим спорам и другие дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности. Арбитражные суды разрешают экономические споры и рассматривают иные дела с участием организаций, являющихся юридическими лицами, граждан, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица и имеющих статус индивидуального предпринимателя, приобретенный в установленном законом порядке.

Таким образом, на законодательном уровне установлены критерии, регламентирующие подведомственность и подсудность споров между ветвями судебной системы: судами общей юрисдикции и арбитражными судами, целью которых является разграничение категорий споров между соответствующими судами, имеющими необходимую специализацию для рассмотрения отнесенных к их подведомственности категорий дел.

Требования законодательства о подведомственности спора (юрисдикции) установлены в целях компетентного и объективного разрешения спора именно тем судом, который максимально может обеспечить законное и справедливое разрешение спора с учетом специфики соответствующих правоотношений сторон.

Соответственно, в случае возникновения спора между сторонами Договора РКО, он однозначно подлежал рассмотрению и разрешению в арбитражном суде.

При этом, в соответствии с п. 9.5. Договора РКО в редакции от 30.10.2015, действовавшей на дату заключения Договора с Обществом, спор между сторонами подлежит рассмотрению в Арбитражном суде города Москвы. Данное соглашение было заключено между Сторонами до подачи искового заявления в суд, никем не оспаривалось, недействительным не признавалось. Клиент согласился с данными условиями Договора.

Однако, заключив оспариваемый Договор цессии с физическим лицом о передаче права требования с Банка выплаты ущерба по Договору РКО посредством предъявления иска в суд общей юрисдикции, стороны Договора цессии грубо нарушили прямо установленные требования действующего процессуального законодательства (ст. 27 АПК РФ, ст. 22 ГПК РФ) о подведомственности рассмотрения споров, а также условие Договора РКО о договорной подсудности.

В соответствии с п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно пунктам 1 и 2 ст. 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения запрета, установленного п. 1 ст. 10 ГК РФ (злоупотребление правом), суд на основании п. 2 ст. 10 ГК РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

В соответствии с ч. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такового признания (ничтожная сделка).

В силу п. 2 ст. 168 ГК РФ, если из закона не следует иное, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.

Злоупотреблением правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный ст. 10 ГК РФ, поэтому такая сделка признается недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ.

Указанное обоснование содержится в обзоре судебной практики Верховного Суда РФ № (2015), утвержденным Президиумом Верховного суда РФ от 04.03.2015.

В соответствии с ч. 1 ст. 166 ГК РФ ничтожная сделка недействительна независимо от признания ее таковой судом и в силу ст. 167 ГК РФ не влечет юридических последствий и недействительна с момента ее совершения.

Согласно абз. 2 п. 3 ст. 166 ГК РФ требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Как указано в п. 1 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положения раздела I части первой ГК РФ» оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2 ст. 10 ГК РФ).

В п. 8 Постановления Пленума ВС РФ № 25 указано, что к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений ст. 10 и пунктов 1 или 2 ст. 168 ГКРФ.

В п. 78 Постановления Пленума ВС РФ № 25 указано, что, согласно абзацу первому п. 3 ст. 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

В рассматриваемом случае действия сторон оспариваемого Договора цессии носят недобросовестный характер, связанный с намеренной передачей несуществующего права требования взыскания убытков, недоказанных на момент передачи права, направлены исключительно на незаконное и искусственное изменение подведомственности рассмотрения спора, посредством предъявления иска к Банку по Договору РКО в суд общей юрисдикции, в целях причинения вреда Истцу, что прямо запрещено ст. 10 ГК РФ.

При этом спорный Договор цессии совершен в отсутствие какой-либо экономической целесообразности для его сторон, доказательств его фактической оплаты в настоящее время не имеется. Действия Клиента Банка по заключению данного Договора цессии явно нарушают права и законные интересы Банка.

При указанных выше обстоятельствах, Договор цессии является недействительным, как противоречащий требованиям закона (ст.ст. 10, 382, 384, 390 ГК РФ, ст. 22 ГПК РФ, ст. 27 АПК РФ), посягающий на права и охраняемые законом интересы АО «АЛЬФА-БАНК», что в силу положений статей 10, 168 ГК РФ влечет его ничтожность.

АО «АЛЬФА-БАНК» имеет законный интерес в признании Договора цессии недействительным, поскольку в случае удовлетворения данного иска будут восстановлены его права и законные интересы как стороны по Договору РКО.

Просит суд признать недействительным Договор Цессии № 13/03-17, заключенный 13 марта 2017 г., между ФИО1 и ООО «СИЛЬНАЯ РЕКЛАМА». Применить последствия недействительности ничтожной сделки в виде возврата сторон спорных правоотношений Договора цессии в первоначальное положение, установив, что ФИО1 не имеет прав требования выплаты ущерба с АО «АЛЬФА-БАНК» по Договору о расчетно-кассовом обслуживании, заключенному между АО «АЛЬФА-БАНК» и ООО «СИЛЬНАЯ РЕКЛАМА», причиненного необоснованным списанием денежных средств в размере 7 557 000 рублей. Взыскать с Ответчиков расходы по оплате государственной пошлины в размере 6000 рублей.

В судебное заседание истец ФИО1, извещенный надлежащим образом о дате, времени и месте рассмотрения дела не явился, представил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие. При таких обстоятельствах, суд считает возможным в соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть дело в отсутствии истца.

В судебном заседании представитель истца по первоначальному иску, ответчика по встречному иску ФИО1 согласно доверенности ФИО2 требования первоначального иска поддержала в полном объеме, просила удовлетворить, против удовлетворения встречных требований возражала по следующим основаниям: 1) Доводы Б. о том, что право требования выплаты ущерба (убытков) не может быть передано по договору цессии основаны на неверном понимании норм главы 24 ГК РФ, что подтверждается позицией, изложенной в п. 17 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации», а именно: уступка права (требования) на возмещение убытков не противоречит законодательству.

Далее приводится указанное в данном пункте обоснование: Предприятие (цессионарий) обратилось в арбитражный суд с иском к акционерному обществу (должнику) о взыскании убытков в связи с неисполнением ответчиком обязательств по договору.

В обоснование исковых требований предприятие сослалось на уступку обществом с ограниченной ответственностью истцу права (требования) на возмещение убытков, возникших у него в связи с неисполнением продавцом (ответчиком) своих обязательств по передаче товара.

Как следовало из материалов дела, между ответчиком (продавцом) и цедентом (покупателем) существовали отношения по купле-продаже. В соответствии с договором продавец обязался поставить обществу с ограниченной ответственностью определенную продукцию, однако своих обязательств не выполнил. Впоследствии общество с ограниченной ответственностью (покупатель) уступило право (требование) на возмещение причиненных ему этим убытков предприятию. Во исполнение соглашения об уступке данного права (требования) истцу первоначальным кредитором (покупателем) были переданы документы, удостоверяющие наличие и размер причиненных ему убытков.

Решением суда в иске было отказано по следующим основаниям.

В обязательстве по возмещению убытков личность кредитора имеет существенное значение для должника. Поэтому в силу статьи 388 ГК РФ уступка таких прав (требований) без согласия должника не допускается. В данном случае согласия должника на указанную уступку не было. Более того, в отзыве на иск он возражал против такой уступки.

В связи с этим суд признал соглашение об уступке права (требования) ничтожным (статьи 388,168 ГК РФ) и в иске отказал.

Суд кассационной инстанции решение суда отменил, дело направил на новое рассмотрение, исходя из следующего.

Из статьи 15 Кодекса не следует, что обязательство по возмещению убытков является обязательством, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника. Напротив, обязательство по возмещению убытков является денежным обязательством, возникшим в связи с нарушением должником по этому обязательству прав потерпевшего и обладающим самостоятельной имущественной ценностью. Кроме того, названная норма закона не содержит положений о возможности нарушения прав и интересов должника уступкой права (требования) возмещения убытков, о существенном значении личности кредитора в данном обязательстве.

Суд кассационной инстанции подчеркнул, что право (требование) возмещения убытков может быть уступлено управомоченным лицом любому третьему лицу.

Поскольку судом не исследовался вопрос о наличии и размере убытков, дело было направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Указанная позиция применяется в судебной практике.

В частности, в апелляционном определении Московского городского суда от 10.05.2016 по делу № 33-17869/2016 установлено следующее: Каких-либо ограничений по передаче (уступке) права требования, возникшего вследствие причинения вреда, действующее законодательство не содержит. Уступка права (требования) на возмещение убытков не противоречит законодательству (пункт 17 Информационного письма президиума ВАС РФ от 30.10.2007 N 120). Согласно п. 43.5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 5, Пленума ВАС РФ № 29 от 26.03.2009 г. "О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" право требования возмещения убытков или выплаты компенсации может быть передано по соглашения об уступке права (требования).

2) Доводы Банка о том, что договором цессии недобросовестно была изменена подведомственность и подсудность рассмотрения спора уже ранее приводились Банком в соответствующих ходатайствах, были исследованы судом, получили судебную оценку, в том числе судом апелляционной инстанции, и, в результате такой оценке были отклонены.

Судебные постановления по указанным вопросам вступили в законную силу и находятся в материалах дела.

В силу ч. 2. ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Просит суд отказать Б. в удовлетворении исковых требований о признании договора цессии недействительным и о применении последствий недействительности сделки отказать.

Встречное исковое заявление АО «Альфа-Банк» к ФИО1, ООО «Сильная реклама» принято судом к производству и с учетом спорных правоотношений к участию в деле в качестве соответчика по встречному иску привлечено ООО «Сильная релама.»

В судебном заседании представитель ответчика по первоначальному иску, истца по встречному иску АО «Альфа-Б.» согласно доверенности ФИО3 просила суд встречные исковые требования удовлетворить в полном объеме, против удовлетворения первоначальных требований возражала по следующим основаниям: 11 февраля 2016 г. ООО «Сильная Реклама» (далее - Клиент, Общество) заключило с Банком Договор о расчетно-кассовом обслуживании (далее - Договор РКО) путем присоединения к публичному договору.

В соответствии с документами, представленными Обществом в Банк при заключении Договора РКО и открытии счета, Директором Общества являлся ФИО5.

11 января 2017 г. Общество в лице Директора обратилось в Банк с просьбой исполнить платежное поручение № 1 на сумму 7 557 000 рублей в пользу ООО «Бизнес-Юг» в качестве оплаты по счету 36 от 28.12.2016 г. за изготовление рекламных щитов, а также с заявлением о закрытии расчетного счета.

По имевшейся у Банка информации, на момент предоставления платежного документа и заявления на закрытие счета ФИО5 являлся действовавшим директором Общества.

Таким образом, Банк предпринял все необходимые меры для идентификации уполномоченного лица Клиента, документы и информация об изменениях, произошедших в органах управления ООО "Сильная Реклама" на момент осуществления спорного платежа, в Банк не поступали.

31 января 2017 г. в Банк обратился г-н ФИО6, представил комплект документов о смене директора 000 «Сильная Реклама» (прилагаются), в том числе Лист записи из ЕГРЮЛ от 12 января 2017 г. о смене директора, а также новую банковскую карточку от 31.01.2017 г. Документы были приняты от К. сотрудником Б., на всех документах проставлена отметка с датой 31.01.2017 г., и подшиты в юридическое дело Общества.

Таким образом, именно с 31.01.2017 Банк располагал сведениями о смене уполномоченного лица Клиента.

Правовое обоснование: согласно ст. 845 ГК РФ по договору банковского счета банк обязуется принимать и зачислять поступающие на счет, открытый клиенту (владельцу счета), денежные средства, выполнять распоряжения клиента о перечислении и выдаче соответствующих сумм со счета и проведении других операций по счету.

При этом Банк не вправе определять и контролировать направления использования денежных средств клиента и устанавливать другие, не предусмотренные законом или договором банковского счета, ограничения его права распоряжаться денежными средствами по своему усмотрению.

Согласно п. 1 ст. 847 ГК РФ права лиц, осуществляющих от имени клиента распоряжения о перечислении и выдаче средств со счета, удостоверяются клиентом путем представления банку документов, предусмотренных законом, установленными в соответствии с ним банковскими правилами и договором банковского счета.

При этом согласно п. 6 ст. 52 ГК РФ изменения, внесенные в учредительные документы юридических лиц, приобретают силу для третьих лиц с момента государственной регистрации учредительных документов, а в случаях, установленных законом, с момента уведомления органа, осуществляющего государственную регистрацию, о таких изменениях.

В соответствии с п. 3.2.10 Договора РКО в случае изменения сведений, подлежащих установлению при открытии Счета/Счета Карты/Счета покрытия и/или заключении Договора, в том числе в случае изменения сведений, подлежащих установлению при открытии Счета/Счета Карты/Счета покрытия и/или заключении Договора в целях идентификации Клиента, а также (при их наличии): его представителей, выгодоприобретателей, бенефициарных владельцев в соответствии с требованиями Законодательства, Клиент обязан уведомлять Банк в письменной форме, а также представлять в Банк необходимые документы (оригиналы/надлежаще заверенные копии), подтверждающие изменение указанных сведений, не позднее 2 (двух) Рабочих дней (1 (одного) месяца - для нерезидентов РФ) с момента их утверждения (выдачи или регистрации). Документы, подтверждающие полномочия (продление полномочий) лиц, указанных в Банковской карточке Клиента, должны быть представлены в Банк до окончания срока их полномочий, который установлен документами, представленными в Банк ранее.

В случае замены или дополнения хотя бы одной подписи и (или) замены (утери) печати, а также в иных случаях, установленных Банком России, Клиент обязан представлять в Банк новую Банковскую карточку-Банк не несет ответственности за ущерб, причиненный Клиенту, в случае если прекращение полномочий лиц, утративших право подписи, не было своевременно подтверждено Клиентом представлением новой Банковской карточки.

Согласно п. 8.8 Договора РКО Банк не несет ответственность за последствия исполнения поручения, выданных неуполномоченными лицами, в тех случаях, когда с использованием предусмотренных банковскими правилами и Договором процедур Банк не мог установить факта выдачи распоряжения неуполномоченными лицами.

Подписав Подтверждение о присоединении к Договору РКО, Клиент подтвердил, что до заключения Договора ознакомился с положениями Договора через сайт Банка в сети Интернет и на информационных стендах в Подразделении Банка, выразил свое согласие с условиями Договора и обязался выполнять их.

Однако в рассматриваемом случае, Клиент в нарушение п. 3.2.10 Договора РКО не уведомил Банк о смене директора ни в течение 2 (двух) рабочих дней с даты принятия Обществом решения о смене директора, ни в течении 2 рабочих дней после внесения изменений в ЕГРЮЛ. Как было указано выше, сведения о смене директора были представлены в Банк только 31 января 2017 г.

При этом в силу требований п. 6 ст. 52 ГК РФ, в любом случае факт смены директора Общества мог стать юридически значимым для Банка не ранее 12 января 2017 г., в то время как спорный платеж был осуществлен 11 января 2017 г. Доказательств направления в Банк уведомления о смене руководителя до указанной даты Истцом не представлено.

При этом, довод Истца о том, что «за период с 29 декабря 2016 года по 12 января 2017 года у Общества отсутствовала возможность уведомить Банк о смене директора и предоставить новую карточку с образцами подписей и оттиска печати», не может быть принят во внимание. Согласно выписке из ЕГРЮЛ, регистрационная запись 2172651036303 о смене директора Общества внесена 12.01.2017 г., до этой даты, Общество не имело оснований на изменение Карточки с образцами подписей.

Таким образом, Банк действовал в полном соответствии с законодательством и условиями заключенного с Клиентом Договора РКО. Оснований для возложения на Банк ответственности за исполнение платежного поручения при рассматриваемых обстоятельствах в силу п. 8.8. Договора РКО не имеется. При этом со стороны Общества имело место прямое нарушение п. 3.2.10.

Кроме того, одновременно с оформлением Клиентом спорного платежного поручения, ФИО5 также было подано заявление о закрытии счета, на основании которого счет Общества в Банке был закрыт. Однако факт закрытия счета в Банке ни непосредственно Обществом, ни Истцом не оспаривается.

Возражения относительно иных доводов Истца, указанных в исковом заявлении.

Относительно ссылки Истца на заключение эксперта необходимо отметить следующее.

Спорное платежное поручение было представлено в Банк действовавшим на тот момент директором Общества, а не третьим лицом, оснований сомневаться в подлинности оттиска печати у сотрудника Банка не имелось.

При этом с учетом всех фактических обстоятельств совершения спорного платежа вопрос подлинности оттиска печати на платежном поручении и заявлении на закрытии счета в любом случае не является юридически значимым обстоятельством, не доказывает неправомерность действий Банка и не имеет значения для рассмотрения настоящего дела. Соответственно, рассматриваемое заключение специалиста в рамках данного дела не является относимым доказательством по смыслу ст. 59 ГПК РФ.

Кроме того, Заключение специалиста ООО «Региональное бюро судебных экспертиз», сделанное по заказу Истца, нельзя считать объективным доказательством в подтверждение доводов Истца, а также допустимым доказательством в соответствии со ст. 60 ГПК РФ. Подписки об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения специалист не давал, заключение сделано на основании исследования копий спорных документов, в отсутствии оригиналов, также не может свидетельствовать об объективности сделанных выводов.

Необходимо отметить, что Истец ошибочно трактует содержание п. 4.9 Договора РКО о праве Банка отказать в приеме расчетно-кассового документа, если оттиск печати признан банком сомнительным.

В пункте 4.9 Договора РКО подобная формулировка отсутствует.

В данном пункте указано, что Банк вправе не принимать к исполнению поручение Клиента, в том числе в случае противоречия операции Законодательству, а также в случае ненадлежащего оформления поручений или при явном сомнении в подлинности расчетных и кассовых документов, о чем Банк сообщает должностным лицам Клиента, имеющим право подписи, в день представления сомнительных документов в Банк.

Однако в рассматриваемом случае платежное поручение было оформлено надлежащим образом, представлено в Банк уполномоченным на соответствующую дату лицом Клиента при полной проверке соответствующих полномочий, сомнений в подлинности платежного поручения со стороны Банка выявлено не было.

Относительно ссылки Истца на ст. 15 ГК РФ о том, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков.

В соответствии с п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ» по делам о возмещении убытков Истец обязан доказать, что Ответчик является лицом, в результате действий (бездействий) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Таким образом, в предмет доказывания по требованиям о возмещении убытков входит совокупность следующих условий: противоправность поведения стороны, установление факта нарушения стороной обязательств по договору, факт возникновения убытков и документально подтвержденный размер убытков, наличие причинно-следственной связи между понесенными убытками и ненадлежащим исполнением обязательств по договору.

При недоказанности хотя бы одного из указанных условий правовые основания для взыскания убытков отсутствуют.

Однако Истцом ни одно их вышеуказанных обстоятельств в нарушение ст. 56 ГПК РФ доказано не было.

Так, Истец не доказал факт причинения Обществу именно со стороны Банка убытков в размере 7 557 000 рублей, перечисленной по распоряжению руководителя ООО "Сильная Реклама", в отношении которого не представлена информация о смене руководителя и отсутствии полномочий прежнего директора действовать от имени Общества на момент совершения платежа. Со стороны Банка не было допущено каких-либо нарушений условий Договора РКО, а также действующего законодательства, вина Банка в списании денежных средств также отсутствует.

Кроме того, обратившись с заявленными требованиями к Банку, Истцом выбран ненадлежащий способ защиты своих прав.

Банк в рассматриваемом случае не являлся получателем спорных денежных средств, в распоряжении Ответчика денежные средства не находились, а были перечислены на счет контрагента Истца - ООО «Бизнес-Юг». В этой связи, Истцу следовало обратиться непосредственно к 000 «Бизнес-Юг» с соответствующим требованием, в случае отсутствия у данного юридического лица оснований для получения спорных денежных средств.

В обоснование предъявления настоящего иска со стороны физического лица -ФИО1, не являющегося стороной Договора РКО, и взыскания денежных средств в его пользу, а не в пользу клиента Банка, Истец ссылается на заключение Договора цессии № 13 03-17 от 13.03.2017 г. между ООО «Сильная Реклама» и гражданином ФИО1

По мнению Банка, указанный Договор цессии является ничтожной сделкой в связи со следующим.

Как было указано выше, Договор о расчетно-кассовом обслуживании, являющийся основанием для предъявления исковых требований, был заключен между Банком и ООО «Сильная Реклама», то есть между юридическими лицами, отношения сторон по данному договор} непосредственно связаны с осуществлением клиентом Банка предпринимательской деятельности и связанными с ней отношениями по обслуживанию Банком соответствующего счета Общества.

В силу частей 1 и 2 ст. 27 АПК РФ арбитражному суду подведомственны дела по экономическим спорам и другие дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности. Арбитражные суды разрешают экономические споры и рассматривают иные дела с участием организаций, являющихся юридическими лицами, граждан, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица и имеющих статус индивидуального предпринимателя, приобретенный в установленном законом порядке. Таким образом, в случае возникновения спора между сторонами рассматриваемого Договора, он подлежал рассмотрению в арбитражном суде.

Кроме того, стороны Договора РКО в соответствии со ст. 37 АПК РФ изменили подсудность по соглашению сторон. Так, в соответствии с п. 9.5. Договора РКО в редакции от 30.10.2015, действовавшей на дату заключения Договора с Обществом, спор между сторонами подлежит рассмотрению в Арбитражном суде города Москвы. Данное соглашение было заключено между Сторонами до подачи искового заявления в суд, никем не оспаривалось, недействительным не признавалось. Клиент согласился с данными условиями Договора.

При таких обстоятельствах, заключив рассматриваемый Договор цессии с физическим лицом о передаче права требования с Банка выплаты ущерба посредством предъявления иска в суд общей юрисдикции, стороны грубо нарушили прямо установленные требования действующего процессуального законодательства (ст. 27 АПК РФ, ст. 22 ГПК РФ) о подведомственности рассмотрения споров, а также условие о договорной подсудности

Кроме того, согласно п. 1.1. Договора цессии цедент передает Цессионарию право требования с Должника (Банка) выплаты ущерба, причиненного необоснованным списанием денежных средств с расчетного счета Цедента по платежному поручению № 1 от 10.01.2017 на сумму 7 557 000 рублей, уплаты процентов за пользование чужими денежными средствами, неустойки и других платежей.

Как следует из п. 2 ст. 390 ГК РФ уступаемое требование должно существовать в момент уступки, если только это требование не является будущим требованием.

Таким образом, факт причинения ООО «Сильная Реклама» ущерба со стороны Банка должен был быть доказан, например, вступившим в законную силу решением суда, уже после этого соответствующее право требования могло быть передано третьему липу.

Однако, как на момент заключения Договора цессии, так и на момент предъявления настоящего иска в суд, факт причинения Банком 000 «Сильная реклама» ущерба не доказан, будущим требованием передаваемое право требования в силу ст. 388.1. ГК РФ также не является. То есть, по заключенному Договору цессии фактически передано несуществующее право.

Таким образом, единственной целью заключения Договора цессии является незаконное, искусственное и намеренное изменение подведомственности рассмотрения спора, а также договорной подсудности, установленной сторонами Договора РКО, посредством предъявления иска к Банку по Договору РКО в суд общей юрисдикции, что с учетом предмета заявленных требований и существа правоотношений сторон по Договору РКО нарушает права и интересы Банка, лишая права на компетентный суд, прямо предусмотренного п. 1 ст. 47 Конституции РФ.

В силу п. 2 ст. 168 ГК РФ, если из закона не следует иное, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.

В соответствии с ч. 1 ст. 166 ГК РФ ничтожная сделка недействительна независимо от признания ее таковой судом и в силу ст. 167 ГК РФ не влечет юридических последствий и недействительна с момента ее совершения.

При изложенных выше обстоятельствах, поскольку Договор цессии является ничтожной сделкой, не порождающей соответствующих правовых последствий для сторон, правовых оснований для взыскания спорных денежных средств в пользу ФИО1, и соответственно - оснований для удовлетворения требований Истца не имеется.

Просит суд в удовлетворении исковых требований ФИО1 к АО «АЛЬФА-БАНК» отказать в полном объеме.

В судебном заседании представитель ответчика по встречному исковому заявлению ООО «Сильная реклама» согласно доверенности ФИО4 просила во встречном иске отказать.

В судебное заседание третье лицо ООО «Бизнес-ЮГ», надлежащим образом извещенное о дате, времени и месте рассмотрения дела в судебное заседание не явилось, об уважительности причин не явки суд не уведомило и не просило о рассмотрении дела в его отсутствии. При таких обстоятельствах, в соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившегося третьего лица.

В судебное заседание третье лицо ФИО5, надлежащим образом извещенный о дате, времени и месте рассмотрения дела в судебное заседание не явился, об уважительности причин не явки суд не уведомил и не просил о рассмотрении дела в его отсутствии. При таких обстоятельствах, в соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившегося третьего лица.

В судебное заседание третье лицо ФИО6, надлежащим образом извещенный о дате, времени и месте рассмотрения дела в судебное заседание не явился, об уважительности причин не явки суд не уведомил и не просил о рассмотрении дела в его отсутствии. При таких обстоятельствах, в соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившегося третьего лица.

Суд, выслушав доводы лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, оценив собранные доказательства в их совокупности, приходит к следующему.

В соответствии со ст.56 ГПК РФкаждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований или возражений, если иное не установлено федеральным законом.Согласно ч. 1 ст.382 ГК РФправо (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.Положениями ст.384 ГК РФопределено, что если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.В силу ч.1 ст.388 ГК РФуступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору.При этом, замена кредитора возможна только по обязательству, существующему на момент заключения соглашения об уступке права требования, а, именно, возможна уступка только реально существующего права, и только в отношении прав (требований), возникших к моменту заключения этого соглашения.

Судом установлено, что между АО «Альфа-Банк» и ООО «Сильная реклама» заключен договор о расчетно-кассовом обслуживании.

На основании этого договора бывший директор ООО «Сильная реклама» ФИО5 представил в «Ставропольское» отделение АО «Альфа-Банк» платежное поручение № 1 от 10.01.2017 года на перечисление денежных средств в размере 7557000 рублей на счет ООО «Бизнес-ЮГ».

28 декабря 2016 года на основании решения единственного участника общества ФИО5 освобожден от занимаемой должности с 29 декабря 2016 года. На должность директора назначен ФИО6, с 29 декабря 2016 года, сроком на пять лет. 

Распоряжений о списании названной суммы ООО «Сильная реклама» не выдавалось.

Как усматривается из материалов дела, между ООО «Сильная реклама» и ФИО1 заключен договор цессии № 13/03/17 от 13.03.2017 года, согласно положений п 2.1 которого, цедент (ООО «Сильная реклама») передает Цессионарию (ФИО1) в полном объеме право требования, а Цессионарий принимает право требования и обязуется оплатить его. Размер права требования определен в размере 7557000 рублей. Цессионарию переходит также иные права требования, в том числе право на взыскание процентов за пользование чужими денежными средствами.В соответствии с п. 2.2 право требования переходит к цессионарию с момента подписания настоящего договора. С указанного момента Цендент полностью выбывает из отношений с должником.

Согласно п. 4.1. вышеуказанного договора цессии, размер вознаграждения за право требования определяется по соглашению сторон и составляет 7500000, НДС не облагается, оплата должна быть произведена в срок до 27.06.2017 года. 

Судом установлено и не оспаривается сторонами тот факт, что договор цессии № 13/03/17 от 13.03.2017 года не оплачен ФИО1 в срок указанный в договоре, т.е. на 27.06.2017 года, как не оплачен и на дату вынесения решения суда.

Согласно п. 3.2.10 в случае изменения сведений, подлежащих удовлетворению при открытии Счета/Счета Карты/Счета покрытия и/или заключении Договора, в том числе в случае изменения сведений, подлежащих установлению при открытии Счета/Счета Карты/ Счета покрытия и/или заключении договора в целях индификации клиента, а также при их наличии: его представителей, выгодоприобретателей, бенифициарных владельцев в соответствии с требованиями Законодательства, Клиент обязан уведомлять Банк в письменной форме, а также предоставлять в банк необходимые документы (оригиналы/надлежаще заверенные копии), подтверждающие изменение указанных сведений, не позднее двух рабочих дней одного месяца с момента их утверждения (выдачи или регистрации)

Банк не несет ответственности за ущерб, причинённый Клиенту, в случае если прекращение полномочий лиц, утративших право подписи, не было своевременно подтверждено Клиентом представлением новой Банковской карточки. Согласно п. 8.8 Договора РКО Банк не несет ответственность за последствия исполнения поручения, выданных неуполномоченными лицами, в тех случаях, когда с использованием предусмотренных банковскими правилами и Договором процедур Банк не мог установить факта выдачи распоряжения неуполномоченными лицами.

ООО «Сильная реклама» в нарушение п.3.2.10 РКО не уведомил Банк о смене директора ни в течении двух рабочих дней с даты принятия Обществом решения о смене директора, ни в течении 2 рабочих дней после внесения изменений в ЕГРЮЛ. Такие сведения предоставлены Банку только 31.01.2017 года.

В силу требований ст. 52 Гк РФ факт смены директора Общества мог стать юридически значимым для Банка не ранее 12.01.2017 года, в то время как спорный платеж был осуществлен 11.01.2017 года. Доказательств направления в Банк уведомления о смене руководителя до указанной даты истцом не представлено. Довод истца о том, что с 29.12.2016 по 12.01.2017 у общества отсутствовала возможность уведомить Банк о смене директора и предоставить новую карточку с образцами подписей и оттиска печатей, не может быть принят во внимание. Согласно выписке из ЕГЮРЛ, регистрационная запись 2172651036303 о смене директора Общества внесена 12.01.2017 года, до этой даты Общество не имело оснований на изменение карточки с образцами подписей. 

В свою очередь, рассмотрение вопросов об образовании единоличного исполнительного органа общества с ограниченной ответственностью и досрочном прекращении его полномочий согласно пункту 3 статьи 91 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункту 2 статьи 33 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" относится к исключительной компетенции общего собрания участников общества.

При этом Закон не связывает возникновение либо прекращение полномочий единоличного исполнительного органа с фактом внесения в государственный реестр таких сведений. Лицо, чьи полномочия как руководителя организации прекращены, не вправе действовать от имени общества с момента принятия решения об их прекращении высшим органом управления общества. А с момента внесения в ЕГРЮЛ изменений в сведения о лицах, имеющих право без доверенности действовать от имени юридического лица, эти изменения имеют силу для третьих лиц.

Как усматривается из материалов дела, ФИО5 полномочия директора ООО «Сильная реклама» были прекращены с 29 декабря 2017 года решением общего собрания. Следовательно, последним рабочим днем ФИО5 было 28 декабря 2017 года. ООО «Сильная реклама» не уведомила АО «Альфа-банк» о смене директора в течении двух рабочих дней, мотивируя это обстоятельство тем, что выписка из ЕГРЮЛ зарегистрирована в установленном законом порядке 12.01.2017 года. ООО «Сильная реклама» не предприняло никаких действий по извещению в надлежащем порядке о смене директора общества в двухдневный срок АО «Альфа-банк», чем нарушило договор о расчётно-кассовом обслуживании в АО «Альфа-Банк», у общества имелась возможность направить в банк решение общего собрания, однако никаких действий предпринято не было.

Суд критически относится к данным обстоятельством. Кроме выписки из ЕГРЮЛ существовало решение общего собрания, которое так же являлось правоустанавливающим документом, который подтверждает смену директора. 

Доказательств тому, что АО «Альфа-Банк» является виновной стороной в том, что выписка из ЕЮГРЛ о смене директора в ООО «Сильная реклама» была изготовлена компетентным органом лишь 12.01.2017 года в судебном заседании сторонами представлено не было.

АО «Альфа-Банк» предоставлена видеозапись, из которой видно, что 11.01.2017 года с 10:23:30в 

<

...> «Кредитно-кассовый офис_Эдельвейс» Ставропольского филиала АО «Альфа-Банк» обратился гражданин, предположительно ФИО5 Стороны в судебном заседании не отрицали, что деньги в банке от имени ООО «Сильная реклама» 10.01.2017 года в сумме 7557000 были перечислены на счет ООО «Бизнес-Юг» именно ФИО5, на что и ссылается истец в исковом заявлении.

В материалах дела имеется нотариально заверенное объяснение ФИО7 - старшего менеджера по обслуживанию юридических лиц Филиала «Ставропольский» АО «Альфа-Банк», согласно которым 11.01.2017 года в кредитно-кассовый офис ФИО8 «Альфа-Банк», расположенный по адресу: 

<

...>, обратился директор клиента ООО «Сильная реклама» - ФИО5 для исполнения платежного поручения на перевод денежных средств. ФИО5 предъявлен паспорт, личность ФИО5 была ей проверена. От ФИО5 принято платежное поручение на перевод денежных средствна счета ООО «Сильная реклама» в пользу ООО «Бизнес ЮГ»в размере 7557000 рублей и заявление на закрытие счета ООО «Сильная реклама». При принятии и обработке платежного поручения она визуально проверила правильность оформления платежного поручения, заполнения всех полей, наличие подписи директора и оттиска печатей, сверила с образцами банковской карточки. Полномочия ФИО5 были проверены в системе EQMATION, после чего платежное поручение было исполнено и расчетный счет ООО «Сильная реклама» был закрыт.

В соответствии с п. 2 постановления Пленума ВАС РФ «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с заключением, исполнением и расторжением договоров банковского счета, проверка полномочий лиц, которым представлено право распоряжаться счетом, производится в порядке, определенном банковскими правилами и договором с клиентом. В случае передачи платежных документов в банк в письменной форме банк должен проверить по внешним признакам соответствие подписей уполномоченных лиц и печатей на переданном в банк документе образцам подписей и оттиска печатей, содержащемуся в переданной банку карточке, что и было сделано сотрудником АО «Альфа-Банк». АО «Альфа-Банк» предоставлена видеозапись, из которой видно, что 11.01.2017 года с 10:23:30в 

<

...> «Кредитно-кассовый офис_Эдельвейс» Ставропольского филиала АО «Альфа-Банк» обратился гражданин, предположительно ФИО5 Стороны в судебном заседании не отрицали, что деньги в банке от имени ООО «Сильная реклама» 10.01.2017 года в сумме 7557000 были перечислены на счет ООО «Бизнес-Юг» именно ФИО5 

Кроме того, одновременно с оформлением Клиентом спорного платежного поручения, ФИО5 также было подано заявление о закрытии счета, на основании которого счет Общества в Банке был закрыт. Однако факт закрытия счета в Банке ни непосредственно Обществом, ни Истцом не оспаривается.

Относительно ссылки Истца на заключение эксперта необходимо отметить следующее.

Спорное платежное поручение было представлено в Банк действовавшим на тот момент директором Общества, а не третьим лицом, оснований сомневаться в подлинности оттиска печати у сотрудника Банка не имелось.

При этом с учетом всех фактических обстоятельств совершения спорного платежа вопрос подлинности оттиска печати на платежном поручении и заявлении на закрытии счета в любом случае не является юридически значимым обстоятельством, не доказывает неправомерность действий Банка и не имеет значения для рассмотрения настоящего дела. Соответственно, рассматриваемое заключение специалиста в рамках данного дела не является относимым доказательством по смыслу ст. 59 ГПК РФ.

Кроме того, Заключение специалиста ООО «Региональное бюро судебных экспертиз», сделанное по заказу Истца, нельзя считать объективным доказательством в подтверждение доводов Истца, а также допустимым доказательством в соответствии со ст. 60 ГПК РФ. Подписки об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения специалист не давал, заключение сделано на основании исследования копий спорных документов, в отсутствии оригиналов, также не может свидетельствовать об объективности сделанных выводов.

Необходимо отметить, что Истец ошибочно трактует содержание п. 4.9 Договора РКО о праве Банка отказать в приеме расчетно-кассового документа, если оттиск печати признан банком сомнительным.

В пункте 4.9 Договора РКО подобная формулировка отсутствует.

В данном пункте указано, что Банк вправе не принимать к исполнению поручение Клиента, в том числе в случае противоречия операции Законодательству, а также в случае ненадлежащего оформления поручений или при явном сомнении в подлинности расчетных и кассовых документов, о чем Банк сообщает должностным лицам Клиента, имеющим право подписи, в день представления сомнительных документов в Банк.

Однако в рассматриваемом случае платежное поручение было оформлено надлежащим образом, представлено в Банк уполномоченным на соответствующую дату лицом Клиента при полной проверке соответствующих полномочий, сомнений в подлинности платежного поручения со стороны Банка выявлено не было.

Относительно ссылки Истца на ст. 15 ГК РФ о том, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков.

В соответствии с п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ» по делам о возмещении убытков Истец обязан доказать, что Ответчик является лицом, в результате действий (бездействий) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Таким образом, в предмет доказывания по требованиям о возмещении убытков входит совокупность следующих условий: противоправность поведения стороны, установление факта нарушения стороной обязательств по договору, факт возникновения убытков и документально подтвержденный размер убытков, наличие причинно-следственной связи между понесенными убытками и ненадлежащим исполнением обязательств по договору.

При недоказанности хотя бы одного из указанных условий правовые основания для взыскания убытков отсутствуют.

Однако Истцом ни одно их вышеуказанных обстоятельств в нарушение ст. 56 ГПК РФ доказано не было.

Так, Истец не доказал факт причинения Обществу именно со стороны Банка убытков в размере 7 557 000 рублей, перечисленной по распоряжению руководителя ООО "Сильная Реклама", в отношении которого не представлена информация о смене руководителя и отсутствии полномочий прежнего директора действовать от имени Общества на момент совершения платежа. Со стороны Банка не было допущено каких-либо нарушений условий Договора РКО, а также действующего законодательства, вина Банка в списании денежных средств также отсутствует.

В свою очередь, рассмотрение вопросов об образовании единоличного исполнительного органа общества с ограниченной ответственностью и досрочном прекращении его полномочий согласно пункту 3 статьи 91 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункту 2 статьи 33 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" относится к исключительной компетенции общего собрания участников общества.

При этом Закон не связывает возникновение либо прекращение полномочий единоличного исполнительного органа с фактом внесения в государственный реестр таких сведений. Лицо, чьи полномочия как руководителя организации прекращены, не вправе действовать от имени общества с момента принятия решения об их прекращении высшим органом управления общества. А с момента внесения в ЕГРЮЛ изменений в сведения о лицах, имеющих право без доверенности действовать от имени юридического лица, эти изменения имеют силу для третьих лиц.

В силу статьи 50 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью), общество обязано хранить документы, перечень которых указан в пункте 1 названной нормы, по месту нахождения его исполнительного органа или в ином месте, известном и доступном участникам общества.

Согласно пункту 4 статьи 32 и статье 40 Закона об обществах с ограниченной ответственностью руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества. В целях осуществления своих полномочий директор имеет доступ ко всей документации, связанной с деятельностью общества, и как его исполнительный орган, отвечает за сохранность документов.

В соответствии с пунктом 4 статьи 29 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" при смене руководителя организации должна обеспечиваться передача документов бухгалтерского учета организации. Порядок передачи документов бухгалтерского учета определяется организацией самостоятельно.

В силу пункта 1 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью единоличный исполнительный орган общества при осуществлении им прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Однако, суд приходи к выводу о недобросовестности ООО «Сильная реклама» в части несвоевременного уведомления АО «Альфа-Банк» о смене руководителя.

Напротив, ООО «Сильная реклама» не уведомила АО «Альфа-Банк» в установленный договором срок, что является нарушение ст. 10 ГК.

Таким образом, оснований для удовлетворения первоначальных исковых требований о взыскании задолженности по договору уступки права требования в размере 7557000 (семь миллионов пятьсот пятьдесят семь тысяч рублей) рублей, не имеется.

Вместе с тем, юридически значимыми по настоящему делу обстоятельствами является соответствие действий по заключению договора уступки права требования закону, наличие обязательства у АО «Альфа-банк» перед ООО «Сильная реклама», которое в соответствии с законом может быть уступлено, передача права требования исполнения обязательства оплаты ответчиком по первоначальному иску и истцом по встречному искам в пользу ФИО1

Поскольку ООО «Сильная реклама» передало ФИО1 право требования задолженности в размере 7557000 (семь миллионов пятьсот пятьдесят семь тысяч рублей), которым не обладало на момент заключения договора цессии № 13/03-17 от 13.03.2017 года ввиду отсутствия сведений о признании задолженности как АО «Альфа-Банк» так и вступившим в законную силу решением суда, суд приходит к выводу о переуступке несуществующего обязательства, а следовательно, и недоказанности наличия у ответчика по первоначальному иску и истца по встречному иску задолженности в заявленном ко взысканию размере.

Разрешая встречные исковые требования о признании договора цессии от 13/03-17 от 13.03.2017 года недействительным, суд находит их необоснованными и неподлежащими удовлетворению в силу следующего.

В соответствии с положениями ст.166 ГК РФсделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Как предусмотрено пунктом 1 статьи382Гражданского кодекса Российской Федерации, право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона

Положения главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации не содержат специальных указаний о существенных условиях в сделках уступки права (требования).

Поскольку целью сделки является передача обязательственного права требования от одного лица (первоначального кредитора, цедента) другому лицу (цессионарию), то существенными условиями являются указание на цедента и цессионария, а также на характер действий цедента: цедент передаёт или уступает право требования, а цессионарий соглашается принять или принимает это право.

При этом законодатель не связывает возможность уступки права (требования) с бесспорностью последнего.

Таким образом, в силу положений статьи384Гражданского кодекса Российской Федерации право требования оплаты выполненных работ перешло к К., как к новому кредитору на основании договора от ДД.ММ.ГГГГ, в том же объеме и на тех же условиях, что существовали на момент перехода уступленного права требования.

Оценивая доводы, представленные сторонами, суд приходит к выводу о том, что ввиду уступки права требования не существующего обязательства по договору цессии от 13.03.2017 года № 13/03-17, не влечет недействительности этого договора.

По смыслу ст. 390 Гражданского кодекса Российской Федерации передача недействительного требования рассматривается как нарушение цедентом своих обязательств перед цессионарием, вытекающих из соглашения об уступке права (требования). В то же время из положений этой статьи следует, что действительность соглашения об уступке права (требования) не ставится в зависимость от действительности требования, которое передается новому кредитору. Неисполнение обязательства по передаче предмета договора об уступке права требования влечет ответственность передающей стороны, а не недействительность самого обязательства, на основании которого передается право.

Недействительность данного требования является в соответствии со статьей 390 Гражданского кодекса РФ основанием для привлечения цессионарием к ответственности кредитора, уступившего требование.

В силу п. 2 ст. 390 ГК РФ при уступке цендентом должны быть соблюдены следующие требования: уступаемое требование существует в момент уступки, если только требование не является будущим требованием; цендент правомочен совершать уступку; уступаемое требование ранее не усуплено цендентом другому лицу; цендент не совершал и не будет совершать никакие действия, которые могут служить основанием для возражений должника против уступленного требования. Вместе с тем, законом не предусмотрено, что несоблюдение данных условий приводит к ничтожности договора и позволяет его оспаривать не являющемуся его стороной лицу. Напротив, п. 3 ст. 390 ГК РФ предусмотрено иное правовое последствие: при несоблюдении данных условий цессионарий вправе потребовать от цендента возврата всего переданного по соглашению об уступке, а также причинения убытков. 

В требованиях ответчика по первоначальному иску, истца по встречному исковому заявлению о передаче по подсудности и по подведомственности данного гражданского дела судом отказано, в материалах дела имеются соответствующие апелляционные определения вступившие в законную силу.

Факт расчета цессионария с цедентом за передаваемое право не влияет на переход права требования к цессионарию, если ими не оговорено иное. Более того, неоплата цессионарием приобретенного по договору уступки права цеденту не нарушает прав должника, поскольку находится за пределами его экономического интереса, ограниченного исполнением обязательства перед кредитором; пороки цессии не влияют на обязанность должника по погашению задолженности с той разницей, что ошибочное исполнение добросовестным должником ненадлежащему кредитору повлечет неосновательное обогащение ненадлежащего кредитора перед надлежащим (п. п. 10, 12, 13 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2000 N 49 "Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении").

В силу положений ч. 1 ст.103 ГПК РФиздержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. Первоначальные требования ФИО1 к АО «Альфа-Банк» о взыскании ущерба, причиненного неосновательным списанием денежных средств и встречные исковые требования АО «Альфа-Банк» к ФИО1 и ООО «Сильная реклама» о признании недействительным договора цессии не были удовлетворены судом, поэтому ни с одной из сторон спора в пользу другой стороны не взыскивается государственная пошлина.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 1,10,166-168,382,384,390 ГК РФ, 103, 194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к АО «Альфа-банк» о взыскании с АО «Альфа-Банк» в пользу ФИО1 7557000 (семи миллионов пятиста пятидесяти семи тысяч) рублей в возмещение ущерба, причиненного необоснованным списанием денежных средств с расчетного счета обществом с ограниченной ответственностью «Сильная реклама» - отказать.

Встречные исковые требования АО «Альфа – Банк» к ФИО1, ООО «Сильная реклама» о признании недействительным договора цессии от 13/03 -17, заключённого13 марта 2017г. между ФИО1 и ООО «Сильная реклама», а также о применении последствия недействительности ничтожной сделки в виде возврата сторон спорных правоотношений договора цессии в первоначальное положение, установив, что ФИО1 не имеет прав требования выплаты ущерба с АО «Альфа-Банк» по Договору о расчетно-кассовом обслуживании, заключенному между АО «Альфа-Банк» и ООО «Сильная реклама», причиненного неосновательным списанием денежных средств в размере 7557000, а также взыскании с ответчиков по встречному исковому заявлению расходов по уплате государственной пошлины в размере 6000 рублей - оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Ставропольский краевой суд через Промышленный районный суд г. Ставрополя в течении 30 дней с момента изготовления мотивированного решения.

Судья В.О. Ковтун