Дело № 2-342/2017 

Р Е Ш Е Н И Е

 

именем Российской Федерации

18 мая 2017 года город Новосибирск

Ленинский районный суд г. Новосибирска 

в лице судьи Кишенской Н.А., 

при секретаре судебного заседания Гагариной А.А.,

с участием представителя истца ФИО1,

представителя ответчика ФИО2 ФИО3,

представителя третьего лица ФИО4,

рассмотрел гражданское дело по иску ФИО5 к ФИО6, ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного демонтажем забора и туалета, 

у с т а н о в и л :

ФИО5 обратился с иском к ФИО2, ФИО6, просил взыскать с них солидарно сумму ущерба, причиненного демонтажем забора и туалета с земельного участка, расположенного по адресу: 

<

адрес>, в размере 

<

данные изъяты> рублей; судебные расходы в сумме 

<

данные изъяты> рублей; из которых расходы по оплате государственной пошлины – 

<

данные изъяты> рублей; стоимость услуг по оценке – 

<

данные изъяты> рублей; расходы по оплате услуг представителя – 

<

данные изъяты> рублей. 

Иск мотивирован тем, что 12.05.2016 истец приобрел у К. названный земельный участок, который был огорожен с трех сторон металлическим забором, на нем располагался туалет. 

15.05.2016 истец установил на участке металлические ворота, которые были присоединены к забору. 

18.05.2016 ответчики – родители продавца спилили забор и туалет с участка истца и увезли его. 

Неправомерными действиями ответчиков истцу причинен ущерб, размер которого согласно оценочному заключению составляет 

<

данные изъяты> рублей. 

Истец в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом. 

В судебном заседании представитель истца – ФИО1 доводы иска поддержала, дополнительно пояснила, что туалет и забор были предназначены исключительно для обслуживания земельного участка, в связи с чем, являлись неотделимыми улучшениями. То, что договор купли-продажи зарегистрирован после вывоза ответчиками забора и туалета, не лишает истца права на защиту, так как с момента подписания договора, который являлся актом приема-передачи, истец стал законным владельцем. Напротив, договор дарения не имеет значения, поскольку не исполнен, более того, факт его заключения до договора купли-продажи противоречит пояснениям ответчиков, данным в ходе доследственной проверки. 

Ответчики в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.

Представитель ответчика ФИО2 – ФИО3 возражал против удовлетворения иска, указал, что согласно договору продавался лишь земельный участок, без забора и туалета. 27.04.2016, то есть до продажи земельного участка, К. подарила своим родителям – ответчикам находящиеся на принадлежащем ей земельном участке строительные материалы, предназначенные для установки сборно-разборной конструкции хозяйственного назначения – деревянный туалет, а также строительные материалы, предназначенные для ограждения земельного участка, – металлический забор.

Представитель третьего лица К. – ФИО4 доводы иска поддержала, указала, что подан иск о расторжении договора купли-продажи. 

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив представленные сторонами доказательства, суд приходит к следующим выводам. 

Статьи 15, 1064 Гражданского кодекса РФ определяют, что вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

По делам о возмещении вреда суд должен установить факт принадлежности имущества лицу, обратившемуся в суд за защитой права, причинение вреда, вину причинителя вреда и причинно-следственную связь между незаконными действиями (бездействием) и причинением вреда.

В ходе рассмотрения дела установлено, что ответчики демонтировали ограждение с земельного участка с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>, и расположенную на нем хозяйственную постройку - туалет. 

Заявляя требование о взыскании убытков, истец указал, что действиями ответчиков ему причинен ущерб, поскольку земельный участок на основании договора купли-продажи передан ему с принадлежностями, каковыми является забор и туалет.

Возражая против иска, ответчики ссылаются на приобретение права собственности на спорное имущество в силу договора дарения, заключенного со своей дочерью – К. 

Таким образом, в рамках рассмотрения настоящего дела между сторонами возник спор относительно принадлежности названного имущества (ограждения и туалета). 

Возражая против заявленного иска, ответчики указали, что на момент вывоза ими забота и туалета (ДД.ММ.ГГГГ) право собственности у истца не возникло, поскольку договор был зарегистрирован позднее. 

Названные возражения основаны на неверном понимании закона. То обстоятельство, что договор купли-продажи зарегистрирован лишь ДД.ММ.ГГГГ, не может служить основанием для отказа в иске.

Так, в силу положений статьи 305 Гражданского кодекса РФ права, предусмотренные статьями 301 - 304 Кодекса (об истребовании имущества из чужого незаконного владения, взыскании убытков), принадлежат также лицу, хотя и не являющемуся собственником, но владеющему имуществом по иному основанию, предусмотренному законом или договором. Это лицо имеет право на защиту его владения также против собственника.

Аналогичная норма о защите прав законного владельца установлена в пункте 2 статьи 234 Гражданского кодека РФ. 

Согласно договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ он признан сторонами актом приема-передачи продаваемого земельного участка, то есть участок передан в момент подписания договора. 

Соответственно с указанного момента истец являлся законным владельцем земельного участка и приобрел право владельческой защиты. 

В соответствии с подпунктом 5 пункта 1 статьи 1 Земельного кодекса РФ, правоотношения, регулируемые земельным законодательством, основываются на принципе единства судьбы земельных участков и прочно связанных с ними объектов, согласно которому, все прочно связанные с земельными участками объекты следуют судьбе земельных участков, за исключением случаев, установленных федеральными законами.

В силу статьи 135 Гражданского кодекса РФ вещь, предназначенная для обслуживания другой, главной, вещи и связанная с ней общим назначением (принадлежность), следует судьбе главной вещи, если договором не предусмотрено иное.

Совершенно очевидно, что забор и туалет, расположенные на земельном участке, предназначены для использования этого земельного участка, связаны общим назначением. Данное обстоятельство в судебном заседании признала ответчица ФИО2 

Таким образом, забор, установленный на территории земельного участка, а также туалет, не является самостоятельным объектом гражданских прав, а входит в состав главной вещи, которой в рассматриваемом случае является земельный участок, и, следуя ее судьбе, распространяет на себя права собственности (владения) собственника (владельца) главной вещи.

Договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ не содержит изъятий относительно приобретения прав на принадлежность земельного участка – забора и туалета. 

Основаны на неверном понимании норм закона ссылка представителя ответчика на отсутствие в договоре купли-продажи земельного участка ссылок на приобретение забора и туалета. Напротив, как указано, в силу вышеназванных норм закона, приобретение совместно с земельным участком сооружений вспомогательного назначения, презюмируется, если договором не установлено иное. 

Доводы ответчиков о приобретении права собственности на забор и туалет в силу договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, не могут служить основанием для отказа в защите прав истца. 

В соответствии со статьей 223 Гражданского кодекса РФ право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

Несмотря на подписание договора, у ответчиков не возникло право собственности на забор и туалет, поскольку они не переданы покупателем, а фактически оставались на земельном участке и использовались для его обслуживания. 

Более того, при оценке названного договора суд учитывает, что при проведении доследственной проверки, ответчики не сообщали о наличии названного договора, а свои действия мотивировали лишь тем, что спорные строения (сооружения) возведены ими за свой счет. 

То обстоятельство, что данный забор был изготовлен и установлен за счет средств ответчиков, как указывала ответчица ФИО2 в судебном заседании, и ФИО6, опрошенный в ходе доследственной проверки (л.д. 65), не может служить основанием для признания за ними права собственности на забор и туалет, как самостоятельные объекты гражданских прав. 

Не влияет на рассмотрение настоящего спора ссылка представителя третьего лица на обращение с иском о расторжении договора. 

Обстоятельством, имеющим значение в рамках данного дела, является наличие у истца права на момент причинения убытков (демонтажа забора). 

Вместе с тем, вопрос о расторжении договора купли-продажи касается последующих отношений сторон. Даже в случае удовлетворения иска, правовые последствия будут распространяться на будущее время, суд определит поведение сторон, после вступления в силу судебного акта. Таким образом, вопрос о наличии у истца права в отношении спорного имущества в момент демонтажа забора и туалета, не входит в предмет исследования в рамках дела по иску о расторжении договора купли-продажи. 

Следовательно, подлежат удовлетворению требования истца о взыскании с ответчиков суммы ущерба, причиненного демонтажем забора и туалета. 

В связи с возникновением спора относительно размера причиненного ущерба, по ходатайству ответчицы по делу проведена экспертиза. 

Судебный эксперт пришел к выводу, что стоимость металлического ограждения и хозяйственного строения (туалета), ранее расположенных на земельном участке, составила 

<

данные изъяты>. 

Выводы данного заключения являются мотивированными, категоричными, не содержат неясностей. 

Представитель ответчиков не согласился с выводом эксперта, просил назначить по делу повторную экспертизу, ходатайство мотивировано тем, что заключение сделано без исследования предмета оценки, не установлены действительные размеры забора, диаметр труб, их качество и прочие характеристики. Фотографии, на основании которых проводилось исследование, не относятся к предмету спора. 

Судом отклонено ходатайство ответчика о назначении повторной экспертизы, так как предусмотренные законом основания для проведения такой экспертизы отсутствуют. 

Суд признает заключение эксперта объективным и достоверным доказательством по делу. У суда нет повода сомневаться в выводах экспертов. Экспертное учреждение определено судом, в связи с чем, отсутствуют основания полагать наличие у эксперта заинтересованности дать заключение в интересах истца. Экспертиза проведена специалистом, имеющим необходимое образование и квалификацию.

Эксперт в ходе проведения экспертизы исследовал не только материалы дела, как это ошибочно указывает представитель ответчика, но и производил осмотр земельного участка, причем, в присутствии ответчика ФИО6 и его представителя (л.д. 135). В частности протяженность забора определялась экспертом с учетом технических характеристик земельного участка, на что указано в заключении. 

Более того, эксперт использовал для оценки стоимости ущерба фотографии, представленные в материалы дела. Ответчица ФИО2 в судебном заседании признала, что на них изображены спорный участок с забором и туалетом. Соответственно возражения представителя ответчика в данной части несостоятельны. 

Необходимо отметить, что согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса РФ», по делам о возмещении убытков размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Давая заключение, эксперт учел все обстоятельства, установленные в ходе рассмотрения дела, заключение отвечает принципам достаточной достоверности, справедливости и разумности. 

Само по себе то, что эксперт в связи с наличием снежного покрова не осмотрел оставшиеся элементы забота (места его крепления к земле), не повлияло на правильность его выводов. 

Суд учитывает, что законодательно установленные сроки рассмотрения дел, право граждан на разбирательство в разумные сроки, исключают возможность, продления времени проведения экспертизы в связи сезонностью. 

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что сумма ущерба, подлежащая взысканию с ответчиков, составляет 

<

данные изъяты>.

Истец просил взыскать с ответчиков судебные расходы, состоящие из государственной пошлины – 

<

данные изъяты>, стоимости услуг по оценке ущерба - 

<

данные изъяты>, юридических услуг – 

<

данные изъяты>. 

В связи с удовлетворением требований, на основании статей 98, 100 Гражданского процессуального кодекса РФ, с ответчиков подлежат взысканию судебные расходы пропорционально удовлетворенным требованиям. 

Факт осуществления истцом названных расходов, заявленных ко взысканию, подтверждается представленными в суд платежными документами, в отношений которых у суда отсутствуют нарекания в части относимости, допустимости и достоверности. 

Истец в иске просил взыскать ущерб в размере 

<

данные изъяты>, таким образом, степень удовлетворения требований составляет 86,91 %.

Соответственно расходы по оценке подлежат взысканию в размере 

<

данные изъяты>, на оплату государственной пошлины - 

<

данные изъяты>. 

Истцом заявлено требование о взыскании расходов на оплату услуг представителя 

<

данные изъяты>, что пропорционально удовлетворенным требованиям составляет 

<

данные изъяты>. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» от 21.01.2016 № 1, расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах.

Как разъяснил Верховный Суд РФ, разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13 постановления Пленума).

Расходы, заявленные истцом в рамках рассмотрения настоящего дела, с учетом степени его сложности, количества проделанной представителем работы, суд признает разумными. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-195 Гражданского процессуального кодекса РФ, 

р е ш и л:

взыскать солидарно с ФИО6, ФИО2 в пользу ФИО5 убытки в размере 

<

данные изъяты>, компенсацию судебных расходов в сумме 

<

данные изъяты>.

В удовлетворении остальной части требований ФИО5 отказать. 

Решение может быть обжаловано в Новосибирский областной суд в течение месяца с момента его изготовления в окончательной форме. 

Мотивированное решение составлено 09.06.2017. 

Судья (подпись) Н.А. Кишенская 

Подлинник решения находится в гражданском деле №2-342/2017 Ленинского районного суда города Новосибирска.