РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации 

3 октября 2018 г.

Кировский районный суд г. Астрахани в составе 

председательствующего судьи Мелиховой Н.В.

с участием прокурора Горячковской Н.Г.

при секретаре Кутлалиевой Р.Р.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Федеральной службе исполнения наказаний России, Управлению Федеральной службы исполнения наказаний России по Астраханской области, Федеральному казенному учреждению здравоохранения «Медико-санитарная часть №30 Федеральной службы исполнения наказаний» о взыскании ущерба

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ответчикам, указав, что в ноябре 2013г. он отбывал наказание в ФКУ ИК-2 УФСИН России по Астраханской области, где содержался в антисанитарных условиях, положенного питания не получал. При этом он постоянно чувствовал недомогание в виде повышенной температуры, ломоты в костях в связи с чем неоднократно обращался к врачам. Однако должного лечения он не получил, что спровоцировало заболевание легких. В связи с этим обратился в суд и просит взыскать с УФСИН России по Астраханской области за причиненный вред здоровью компенсацию в размере 1000000 рублей.

В судебном заседании ФИО1 доводы иска поддержал, просил удовлетворить. При этом пояснил, что указанные требования им заявлены также к ФСИН России.

Представитель ФСИН России и УФСИН России по Астраханской области ФИО2 в судебном заседании заявленные требования не признала, просила в их удовлетворении отказать по основаниям, изложенным в письменных возражениях.

Представители ответчика ФКУЗ МСЧ-30 ФСИН России ФИО3 и ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признали, просили в их удовлетворении отказать по основаниям, изложенным в письменных возражениях.

Представитель Министерства финансов РФ в лице Управления федерального казначейства по Астраханской области в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, о причинах неявки не сообщил, возражений не представил. 

Суд, выслушав участников процесса, опросив специалистов, исследовав материалы гражданского дела, медицинские карты, заслушав заключение прокурора, полагавшего требования не подлежащими удовлетворению, выслушав судебные прения, приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований по следующим основаниям. 

Согласно статье 17 Конституции Российской Федерации, в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации.

Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию (ст. 21 Конституции РФ).

Статья 53 Конституции РФ гарантирует каждому право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии со статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Согласно статье 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Судом установлено и сторонами не оспаривалось, что истец ФИО1 неоднократно отбывал наказание в местах лишения свободы, а именно в периоды с 22 марта 1999г. по 27 ноября 1999г., с 04 декабря 2000г. по 31 марта 2004г., с 16 января 2006г. по 13 апреля 2013г., с 18 ноября 2013г. по 17 ноября 2015г., с 18 июля 2016г. по 03 октября 2017г., в настоящее время также осужден и находится в местах лишения свободы.

В соответствии с пунктом 1 статьи 26 ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в РФ" лица, задержанные, заключенные под стражу, отбывающие наказание в виде ограничения свободы, ареста, лишения свободы либо административного ареста, имеют право на оказание медицинской помощи, в том числе в необходимых случаях в медицинских организациях государственной системы здравоохранения и муниципальной системы здравоохранения, в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Согласно пункту 7 названной статьи порядок организации оказания медицинской помощи, в том числе в медицинских организациях государственной и муниципальной систем здравоохранения, лицам, указанным в части 1 настоящей статьи, устанавливается законодательством РФ, в том числе нормативными правовыми актами уполномоченного федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, по согласованию с уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Как установлено Приказом Минздравсоцразвития РФ №640, Минюста РФ "О Порядке организации медицинской помощи лицам, отбывающим наказание в местах лишения свободы и заключенным под стражу" (действовавшего в период возникновения спорных правоотношений), по прибытии в следственный изолятор всем поступившим (в том числе следующим транзитом) проводится первичный медицинский осмотр с целью выявления лиц, представляющих эпидемическую опасность для окружающих, а также больных, нуждающихся в неотложной помощи. Для выявления инфекций, передающихся половым путем, ВИЧ-инфекции, туберкулеза и других заболеваний проводятся лабораторные исследования.

В силу статьи 4 Федерального закона "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

В соответствии со статьей 7 Федерального закона "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" наряду со следственными изоляторами, местами содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых являются изоляторы временного содержания (ИВС) органов внутренних дел.

В силу статьи 15 Закона в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

На основании статей 22, 23 названного Федерального закона, подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Администрация мест содержания под стражей обязана выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых.

Аналогичные положения закреплены в Правилах внутреннего распорядка ИВС подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных Приказом МВД России №950 от 22 ноября 2005г. (в ред. Приказа МВД РФ №335 от 12 апреля 2007г., №433 от 15 мая 2007г., №386 от 30 апреля 2008г. с изменениями, внесенными Решением Верховного Суда РФ N ГКПИ08-2382 от 16 марта 2009г., с приложениями, Инструкцией о порядке медико-санитарного обеспечения лиц, содержащихся в изоляторах временного содержания, подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденной Приказом МВД Российской Федерации №1115.

Исходя из представленной медицинской документации, ФИО1 страдает рядом хронических заболеваний, в том числе туберкулезом легких.

При этом, исходя из пояснений ФИО1, первые симптомы заболевания легких у него выявлены при прохождении медицинского обследования для получения водительского удостоверения в мае 2013г. в период его нахождения на свободе. 

Между тем, исходя из медицинской карты, представленной из ФКУ ИК-2 УФСИН России по Астраханской области усматривается, что 18 ноября 2013г. ФИО1 прибыл в ФКУ СИЗО-2, при прохождении обязательного обследования жалоб на состояние здоровья не предъявлял. Сообщил о том, что с 2009г. болеет туберкулезом легких и с 2012г. гепатитом С.

При проведении последующего обследования установлено, что у ФИО1 имеются остаточные фиброзно-очаговые изменения в обоих легких. Жалоб на состояние здоровья нет. Соматически здоров, взят на «Д» учет на три месяца с 25 ноября 2013г. по 25 февраля 2014г. 

Согласно последующим записям в медицинской карте ФИО1 он обращался в феврале 2014г. с жалобами на боли в почках, простуду, боли в печени. После чего ему назначалось лечение и оказывалась соответствующая медицинская помощь. 

Так же, как имевший контакт по туберкулезу, ФИО1 проходил регулярные обследования, в частности рентгенографию ОГК, ОАК, ОАМ. Брались образцы мокроты на ВК 3-х кратно, назначалось профилактическое лечение, что отражено в медицинской карте с приведением результатов обследований. При этом заболевание туберкулезом у него не выявлено.

Согласно абзацу 9 пункта 2 части 2 статьи 33 Федерального закона 103-ФЗ при размещении подозреваемых и обвиняемых, а также осужденных в камерах отдельно от других подозреваемых и обвиняемых содержатся больные инфекционными заболеваниями или нуждающиеся в особом медицинском уходе и наблюдении. Т.е. инфекционный больной должен быть изолирован во избежание заражения других лиц.

Приказом Минздравсоцразвития РФ №640, Минюста РФ №190 от 17 октября 2005г. «О Порядке организации медицинской помощи лицам, отбывающим наказание в местах лишения свободы и заключенным под стражу» раздельное содержание предусмотрено в отношении групп больных, перечисленных в абз. 6 п. 317 (больных активным туберкулезом, лиц, наблюдающихся в "0" группе диспансерного учета, больных, выделяющих микробактерии туберкулеза, бактериовыделителей с множественной лекарственной устойчивостью).

Между тем, ФИО1 в указанный срок отбытия наказания в ФКУ ИК-2 УФСИН России по Астраханской области активным туберкулезом не страдал, выделителем микробактерии туберкулеза не являлся, в одних помещениях с лицами, страдающими активной формой туберкулеза не находился и на момент освобождения из указанного исправительного учреждения его состояние не изменилось.

Данные обстоятельства подтверждаются не только медицинской документацией, но и пояснениями специалистов, опрошенных в судебном заседании.

Как усматривается из представленных медицинских документов после очередного задержания ФИО1 05 июня 2016г. он прошел обязательное медицинское обследование и 14 июня 2016г. ему выставлен диагноз: кавернозный туберкулез S1S2 правого легкого в фазе инфильтрации, МБТ «+», ГДУ-1Б. С указанного времени он получал соответствующее лечение в том числе с 27 октября 2016г. по 03 октября 2017г. в туберкулезно-легочном отделении ТБ-1 (ЛИУ-7). При этом выписан с улучшением.

В силу статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обращение за судебной защитой нарушенного (оспариваемого) права участника гражданских правоотношений является его исключительным правом.

Статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации определены способы защиты нарушенных гражданских прав.

Истец свободен в выборе способа защиты своего нарушенного права, однако избранный им способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и спорного правоотношения, характеру нарушения.

Правомерность избранного судебного способа защиты, факт законного обладания прибегнувшим к судебной защите лицом действительными правами (законным интересом), наличие факта нарушения (угрозы нарушения) прав (интереса) законного обладателя средствами и способами, указанными заинтересованным лицом в качестве неправомерных, устанавливаются судом при рассмотрении конкретного спора.

При рассмотрении возникшего спора действует общее правило распределения обязанностей по доказыванию - каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений (часть 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ), то есть бремя доказывания наличия морального вреда ложится на истца, а ответчики должны доказать отсутствие вины в причинении морального вреда, правомерность своих действий или бездействия.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу статьи 1100 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно статьи 1071 Гражданского кодекса РФ в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 Гражданского кодекса РФ эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Пленум Верховного Суда РФ в п. 32 Постановления от 26 января 2010г. №1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснил, что факт причинения потерпевшему морального вреда в связи с причинением вреда его здоровью предполагается, поскольку потерпевший во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В соответствии с части 3 статьи 67 гражданского процессуального кодекса РФ право оценки достоверности, допустимости, достаточности и взаимной связи доказательств принадлежит суду.

Суд полагает, что стороной истца не представлено достаточных доказательств того, что заболевание туберкулезом произошло в результате бездействия должностных лиц ответчиков, в т.ч. из-за несвоевременного медицинского обследования. Учитывая вышеизложенное, суд не находит оснований для удовлетворения иска о компенсации морального вреда за физические и нравственные страдания в связи с выявлением в период отбывания наказания в виде лишения свободы у ФИО1 туберкулеза легких.

В соответствии со ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

В своих решениях Европейский Суд по правам человека неоднократно указывал на то, что микробактерия туберкулеза (МБТ), также известная как "палочка Коха", может некоторое время находиться в организме в скрытом состоянии без проявления каких-либо клинических симптомов заболевания, а сам по себе факт заражения заявителя туберкулезом во время нахождения в местах лишения свободы не составляет нарушения ст. 3 Конвенции при условии, что больному было предоставлено надлежащее лечение (постановление Европейского Суда от 30.09.2010 по делу "П. против Российской Федерации", постановление Европейского Суда от 21.12.2010 по делу "Гладкий против Российской Федерации", постановление Европейского Суда 05.04.2011 по делу "В. против Российской Федерации").

Между тем, судом установлено, что при поступлении ФИО1 в ФКУ СИЗО-2 в 2016г. ему сразу было проведено необходимое медицинское обследование, в результате которого выявлено заболевание туберкулезом и оказана надлежащая медицинская помощь. После проведенного лечения он освободился из мест лишения свободы со стойким улучшением.

Данные обстоятельства подтверждаются и сообщением начальника фтизиатрического кабинета СИЗО-2, согласно которому решением врачебной комиссии №86 от 12 апреля 2018г. Чилимскому выставлен диагноз: фиброзно-очаговые изменения верхних долей обоих легких после перенесенного туберкулеза. Туберкулезному учету не подлежит. 

Учитывая изложенные обстоятельства, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме. 

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении искового заявления ФИО1 к Федеральной службе исполнения наказаний России, Управлению Федеральной службы исполнения наказаний России по Астраханской области, Федеральному казенному учреждению здравоохранения «Медико-санитарная часть №30 Федеральной службы исполнения наказаний» о взыскании ущерба отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Астраханский областной суд в течение одного месяца.

Полный текст решения изготовлен 8 октября 2018г.

Судья: