Дело № 2-1128/2017

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г.Рузаевка 26 декабря 2017 г.

Рузаевский районный суд Республики Мордовия в составе

судьи Апариной Л.О.,

при секретаре Орешкиной О.С., 

с участием:

представителя Рузаевского межрайонного прокурора Республики Мордовия – старшего помощника прокурора Капкаевой Н. В.,

истца ФИО1,

представителя истца ФИО2 адвоката коллегии адвокатов №2 Адвокатской палаты Республики Мордовия, выступающего на основании ордера № 743 от 29.08.2017г. 

представителя ответчика ФИО3 - ФИО4 адвоката коллегии адвокатов «Юридический центр», выступающей на основании ордера 530 от 29.08.2017 г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, указав, что 9 апреля 2016 года около 13 часов 30 минут ФИО3, управляя автомобилем марки «Фольксваген Пассат» государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, следуя по дворовой территории дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, проигнорировала ее просьбу относительно передвижения на автомобиле по двору в сырую погоду, умышленно передним бампером автомобиля наехала (ударила) не менее трех раз по передней поверхности коленных суставов. Согласно заключению эксперта № 188 от 11 апреля 2016 года у нее имеется 

<

данные изъяты>, причинены они тупым твердым предметом, давность причинения повреждений может соответствовать сроку, указанному в обстоятельствах случая, то есть 9 апреля 2016 года, о чем свидетельствуют признаки асептического воспаления кожи. Причиненные ей телесные повреждения причинили физическую боль, которые в силу ее возраста 

<

данные изъяты> долгое время не заживали. Физическая боль сопровождалась бессонными ночами, что вызвало у нее моральные переживания и нравственные страдания. ФИО3 привлекалась к уголовной ответственности по части 1 статьи 116 Уголовного кодекса Российской Федерации, но избежала наказания в связи с принятием закона № 323-ФЗ от 03 июля 2016 года, уголовное дело было прекращено. Просит взыскать с ФИО3 в ее пользу компенсацию морального вреда в размере 60 000 руб.

В судебном заседании истец ФИО1 и её представитель ФИО2 исковые требования поддержали по изложенным в заявлении основаниям, просили их удовлетворить. 

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, о времени и месте слушания дела извещена своевременно и надлежащим образом, предоставила заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие, исковые требования не признает (л.д. 37, 45 т.2). 

Представитель ответчика ФИО3 - ФИО4 в удовлетворении исковых требований ФИО1 просила отказать, поскольку вина ФИО3 не установлена, доказательств образования телесных повреждений именно от действий ФИО3 в материалах дела не имеется 

Выслушав участвующих в деле лиц, исследовав письменные материалы дела, мнение прокурора, полагавшего иск не подлежащим удовлетворению, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что 9 апреля 2016 года около 13 часов 30 минут ФИО3, управляя автомобилем марки «Фольксваген Пассат» государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, следовала по грунтовой дороге, проходящей рядом с земельным участком и находящемся на нем жилым домом, часть которого принадлежит Машинским по адресу: 

<

адрес>. Вышедшая ФИО1, высказывая претензии относительно нежелательности передвижения на автомобиле в сырую погоду, преградила дорогу движущемуся транспорту. 

Постановлением мирового судьи судебного участка № 4 Рузаевского района Республики Мордовия от 18 июля 2016 уголовное дело в отношении ФИО3, обвиняемой в частном порядке в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 116 Уголовного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 07.12.2011 года №420-ФЗ) прекращено на основании статьи 10 Уголовного кодекса Российской Федерации, части 2 и пункта 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской федерации за отсутствием в ее действиях признаков состава преступления, с учетом положений статьи 10 Уголовного кодекса Российской Федерации устраняющей новым законом преступность и наказуемость деяний (л.д.5-6, 139-141 т.1).

Согласно заключению эксперта № 188 от 11 апреля 2016 года имеющегося в рамках вышеуказанного прекращенного уголовного дела, у ФИО1 имеется 

<

данные изъяты>, причинены они тупым твердым предметом, давность причинения повреждений может соответствовать сроку, указанному в обстоятельствах случая, то есть 9 апреля 2016 года, о чем свидетельствуют признаки асептического воспаления кожи. Указанные телесные повреждения не повлекли вреда здоровью (л.д. 7-11, 93-94 т.1). 

ФИО1 заявляя требования компенсации морального вреда, основывает их на том, что виновными действиями ответчицы, управляющей автомобилем, уголовное дело в отношении которой прекращено, истцу был причинен моральный вред, выразившийся в причинении телесных повреждений в виде ушибов коленных суставов, который она оценивает в 60 000 рублей, поскольку от телесных повреждений она испытывала физическую боль, и в силу возраста повреждения долго не заживали. 

В соответствии со статьей 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2, 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Статьей 150 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что к нематериальным благам относятся жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Статья 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными 59 главой Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу части первой статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда, когда вред причинен жизни и здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно разъяснений данных в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 (ред. от 06.02.2007) «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 8 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

По общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Для компенсации морального вреда на основании части первой статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации независимо от вины причинителя вреда, необходимо доказать причинение вреда жизни и здоровью гражданина именно источником повышенной опасности.

Таким образом, для наступления ответственности за причинение вреда необходимо наличие следующих условий: противоправность деяния; причинная связь между деянием и наступившим результатом; вина причинителя вреда.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которых она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В материалах дела имеется постановление от 10 января 2017 года о прекращении производства по делу об административном правонарушении предусмотренном частью 2 статьи 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в отношении ответчицы ФИО3 по заявлению 

<

данные изъяты> истца – М.О.В., в связи с отсутствием в действиях ответчицы состава административного правонарушения, которое при обжаловании М.О.В., решением Рузаевского районного суда Республики Мордовия от 23 марта 2017 года оставлено без изменения (л.д. 235-236, 237-242 т.1).

Установленные судом обстоятельства дела подтверждаются также показаниями свидетелей Свидетель №3, Свидетель №1, Свидетель №2, допрошенных в судебном заседании 20 сентября 2017 года, показаниями свидетеля М.О.В. допрошенной в судебном заседании 5 октября 2017 года.

Свидетель Свидетель №3 показала, что 9 апреля 2016 года она с М.О.В. находилась на углу ее огорода, и видела, как перед ехавшим автомобилем под управлением ФИО3 стояла ФИО1 и попросила ФИО3, чтобы она не ездила по этой дороге в грязь, так как будет колея. Сама она стояла в метрах 10 от них, включила камеру своего мобильного телефона и снимала происходящее. Как машина наезжает на ФИО1 она не видела 

Свидетель Свидетель №1 суду показал, что 09 апреля 2016 года было 9 дней со смерти 

<

данные изъяты> - ответчицы по делу, и у них были поминки. В этот день, примерно в 13 часов 30 минут они направлялись на автомобиле марки «Фольксваген Пассат» в квартиру умершей бабушки, по адресу: 

<

адрес>, чтобы забрать продукты. За рулем была его 

<

данные изъяты> ФИО3, он сидел рядом на пассажирском сиденье, сзади 

<

данные изъяты> - Свидетель №2 с полуторамесячным ребенком. Проезжая по дороге улицы рядом с забором 

<

адрес> по адресу: 

<

адрес>, он заметил, что ФИО1 бежит от дома, споткнулась, упала, встала и выскочила на дорогу перед машиной. Супруга, находившаяся за рулем остановила машину. Сзади, правее от машины находились М.О.В. и Свидетель №3 Он видел, что они снимают происходящее на камеру телефона. Заглушив машину, он вытащил ключ из замка зажигания, убрал его в бардачок. Свидетель №2, его 

<

данные изъяты>, находившаяся в машине, вызвала полицию. Машинские услышав об этом, отошли от машины. 

Свидетель Свидетель №2 показала, что она находилась в машине с ребенком на руках, когда они ехали за продуктами на поминки. Проезжая мимо дома Машинских, она увидела как ФИО1 побежала к калитке, упала на колени, встала и побежала навстречу машине, крича, что не пустит. Её 

<

данные изъяты> ФИО3 сразу остановила машину. Она вызвала полицию, сотрудники приехали, всех допросили. 

Свидетель М.О.В. суду показала, что когда она увидела, что из под моста выезжает автомашина под управлением ФИО3, ФИО1 пошла в сторону дороги. Автомашина остановилась, и истица встав перед ней, стала говорить ответчику, чтобы та перестала ездить по этой дороге, так как дорога грязная. 

Судом установлено и не оспаривается сторонами, что произошедшее было зафиксировано видеозаписью на телефон Свидетель №3, которая впоследствии на цифровых носителях (дисках) по ходатайству М.О.В., была приобщена к материалам уголовного дела в отношении ФИО3.

В связи с невозможностью определения обстоятельств дела по просмотренной в судебном заседании видеозаписи на цифровых носителях, определением Рузаевского районного суда Республики Мордовия от 11 октября 2017 года была назначена комплексная судебная автотехническая и криминалистическая экспертиза указанной видеозаписи. 

Согласно выводам экспертов автомобиль марки «Фольсксваген Пассат» государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> исходя из представленных видеозаписей находился в движении: на фрагменте видеозаписи «Машинская 2.mpg», соответствующему временному периоду с 00 мин 19 с до 00 мин 22 с от начала воспроизведения записи; на фрагменте видеозаписи «Машинская 3.mpg», соответствующему временному периоду с 00 мин 38 с до 00 мин 44 с от начала воспроизведения записи; на фрагменте видеозаписи «Машинская 3.pg», соответствующему временному периоду с 00 мин 19 с до 00 мин 22 с от начала воспроизведения записи. Установить по представленным видеозаписям непосредственный физический контакт между женщиной, одетой в желтую футболку (ФИО1) и автомобилем «Фольсксваген Пассат» во время его движения не представляется возможным в следствии условий съемки; при движении автомобиля положение видимой части тела женщины, одетой в желтую футболку (ФИО1) меняется незначительно; зафиксирован непосредственный физический контакт между женщиной (ФИО1), одетой в желтую футболку и автомобилем марки «Фольсксваген Пассат» - просматривается положение рук женщины, которые опираются на переднюю часть автомобиля (автомобиль не движется). Был ли совершен наезд, транспортным средством автомобилем марки «Фольсксваген Пассат» государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты> под управлением ФИО3 на ФИО1 не представляется возможным. В данной дорожно-транспортной ситуации действия пешехода ФИО1 не соответствуют требованиям пунктов 1.5 ч.1: 4.6 ч.1, 17.1 правил дорожного движения. Действия водителя ФИО3 не соответствует требованиям пунктов 1.5 ч.1, 8.1 ч.1 Правил дорожного движения (л.д.19-32 т.2).

В соответствии с частью 2 статьи 187 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта исследуется в судебном заседании, оценивается по правилам статьи 67 в соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, то есть суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Суд критически относится к показаниям свидетеля М.О.В. в части наезда ответчиком на истца и образования у последней в следствии этого 

<

данные изъяты>, поскольку она является 

<

данные изъяты> истца ФИО1, и будучи сама предъявляющая претензии к ответчице в отношении себя по обстоятельствам произошедшего, что усматривается из материалов дела, имея неприязненные отношения, является заинтересованным в исходе дела лицом.

Как следует из показаний свидетеля Свидетель №3, наезда на ФИО1 вследствие чего у последней имелись телесные повреждения она не видела.

Каких либо других доказательств подтверждающих образование у ФИО1 телесных повреждений в результате наезда автомашиной под управлением ответчицы на истца, суду не предоставлено.

Из объяснений истца ФИО1 следует, что за медицинской помощью относительно ушибов в области коленных суставов, ни в день дорожно-транспортной ситуации, ни после неё она не обращалась.

Довод представителя истца о наличии в административном материале доказательств, и ссылка его на представленный акт исследования Мордовского регионального экспертно-правового центра от 18 июля 2017 года (л.д. 198-196 т.1), которые якобы подтверждают, что наезд автомобиля под управлением ФИО3 на ФИО1 имел место, являются не состоятельными.

Предметом указанного исследования некоммерческой организации Мордовского регионального экспертно-правового центра являлся вопрос относительно видеозаписи на представленном смартфоне, для установления обстоятельства подвергалась ли она или нет изменению. Поскольку предметом исследования были обстоятельства, не имеющие по существу отношения к данному делу, суд не принимает данное заключение во внимание. 

В рамках данного гражданского дела по ходатайству представителя истца была проведена комплексная судебная автотехническая и криминалистическая экспертиза указанной видеозаписи, государственной независимой лабораторией судебных экспертиз, экспертами имеющими квалификацию и стаж экспертной работы, которая не вызывает сомнений у суда, и была принята судом в качестве доказательства, в том числе и с учетом надлежащего предмета её исследования, с правом участников процесса возможности разрешения всех имеющихся у них вопросов.

Ссылка представителя истца на ситуационные медико-криминалистические экспертизы, имеющиеся в материалах прекращенного уголовного дела (л.д. 104-113 т.1), как на доказательства, не принимается судом во внимание, поскольку как следует из одного из заключений, ответить на вопрос о возможности образования у ФИО1 телесных повреждений при изложенной ФИО3 обстоятельствах не предоставляется возможным, так как находясь за рулевым управлением она не имела возможности видеть нижнюю часть тела (в том числе коленные суставы) стоящей непосредственно перед передней центрально-левой частью автомашины ФИО1, противоправно вставшей на пути источника повышенной опасности, обзор загорожен передним капотом.

Довод представителя истца, о логическом наступлении последствий поскольку машина двигалась, не является основанием для удовлетворения требований истца.

Таким образом, поскольку суду не представлено доказательств, подтверждающих наличие причинной связи между действиями ответчицы и наступившим результатом в виде телесных повреждений ФИО1; а также образования телесных повреждений у ФИО1 именно источником повышенной опасности, исковые требования ФИО1 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194, 196-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда в размере 60 000 рублей, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Мордовия в течении месяца со дня принятия его в окончательной форме, путем подачи жалобы через Рузаевский районный суд Республики Мордовия.

Судья Рузаевского районного суда

Республики Мордовия Л.О. Апарина

Решение принято в окончательной форме 9 января 2017 года.