Судья Макушкина Е.В. 

№ 10-2/2020

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пенза 27 января 2020 года

Октябрьский районный суд г. Пензы в составе председательствующего судьи Носовой Н.В.,

с участием государственного обвинителя – помощника прокурора Октябрьского района г. Пензы Бутаковой А.Е.,

потерпевшего ФИО7, 

осужденного ФИО1,

его защитника – адвоката Халимон О.А., представившей удостоверение № 739 и ордер Пензенского филиала коллегии адвокатов «Мосюрцентр «Гарант» от 27.01.2020 г. № 78, 

при секретаре Феоктистовой М.Г.,

рассмотрев в апелляционном порядке в открытом судебном заседании в помещении Октябрьского районного суда г. Пензы уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО1 на приговор мирового судьи судебного участка № 1 Октябрьского района г. Пензы от 9 декабря 2019 года, которым 

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, гражданин РФ, зарегистрированный и проживающий по адресу: 

<

адрес>, ..., неработающий, ..., несудимый, 

осужден по ч. 1 ст.158 УК РФ к штрафу в размере 10000 рублей, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 осужден за совершение кражи, то есть тайного хищения чужого имущества. Преступление совершено при обстоятельствах, изложенных в приговоре. 

В ходе судебного разбирательства ФИО1 виновным себя не признал.

Не согласившись с принятым решением суда, осужденный ФИО1 обратился с апелляционной жалобой, в которой приговор мирового судьи судебного участка № 1 Октябрьского района г. Пензы от 09.12.2019 г. просил отменить, считая его незаконным, необоснованным и несправедливым в связи с тем, что умысла на хищение у него не было, показания свидетеля ФИО7 противоположны показаниям потерпевшего ФИО7 в части собственника шиномонтажа и инструмента, свидетели обвинения ФИО11, ФИО12, ФИО8, ФИО15, ФИО13, ФИО14 давали путаные показания, ФИО8 не может быть свидетелем по уголовному делу, поскольку состоит в дружеских отношениях со свидетелем ФИО2 и является заинтересованным лицом, явка с повинной не может быть признана доказательством по уголовному делу, так как написана под диктовку и с применением насилия, представленное заключение эксперта № 64/4 от 21.02.2019 г. не соответствует в полной мере требованиям применяемых методик исследования предметов и не соответствует законодательным требованиям, предъявляемым к экспертным заключениям, необоснованно, поэтому является недопустимым доказательством, судья не учла возраст ФИО1, его состояние здоровья, отсутствие дохода. 

В возражениях на апелляционную жалобу осужденного помощник прокурора Октябрьского района г. Пензы Корчагина М.В. считала приговор суда законным, обоснованным и справедливым, предлагала оставить его без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В судебном заседании осужденный ФИО1 и его защитник апелляционную жалобу поддержали, просили удовлетворить по изложенным в ней доводам. Защитник обратил внимание на то, что потерпевший заявление в полицию о хищении имущества не писал. 

Потерпевший ФИО7 просил приговор мирового судьи отменить и освободить ФИО1 от наказания, так как похищенный предмет пневмогайковерт материальной ценности не представляет, однако согласен с заключением эксперта о его стоимости равной 5950 рублей.

Проверив материалы дела, выслушав осужденного ФИО1 и его защитника, мнение помощника прокурора Октябрьского района г. Пензы ФИО4, полагавшей приговор оставить без изменения, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд приходит к следующему.

Вина ФИО1 в совершении преступления подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании, достоверно и полно изложенных в приговоре доказательств, достоверность и обоснованность которых сомнений не вызывает, в том числе:

- показаниями потерпевшего ФИО7 о том, что в 2018 году ему принадлежало СТО по адресу: 

<

...>. От сына ему стало известно, что мужчина похитил пневмогайковерт, который работники забыли на улице. Похищенный пневмогайковерт приобретался им; 

- показаниями свидетеля ФИО7, из которых следует, что 15.11.2018 г. слесарь ФИО11 сообщил ему о том, что он и ФИО12 примерно в 16 часов 30 минут после выполнения шиномонтажных работ на улице оставили пневмогайковерт марки «МIGHTY», через некоторое время он вспомнил о нем, вышел на улицу, но пневмогайковерта уже не было. Он приехал на СТО. Они просмотрели запись с камер наружного наблюдения, установленных на здании шиномонтажа, на которой было видно, что пневмогайковерт взял мужчина, который шел со стороны дач, и ушел;

- показаниями свидетеля ФИО11, из которых следует, что 15 ноября 2018 года им совместно со слесарем ФИО12 после выполнения шиномонтажных работ на улице на расстоянии примерно 2,5-3 м от помещения шиномонтажа был забыт пневмогайковерт, через некоторое время он вспомнил, что оставил пневмогайковерт на улице, вышел на улицу и обнаружил его пропажу, о чем сообщил ФИО7 Они совместно с ФИО7 просмотрели записи с камер наружного наблюдения и увидели, что пневмогайговерт поднял мужчина, который осмотрелся по сторонам, положил его в пакет и пошел дальше. 7 декабря 2018 года этот мужчина был задержан, им оказался ФИО1 Изначально ФИО1 отказывался от того, что взял пневмогайковерт. После просмотра записи с камер видеонаблюдения ФИО1 признался в том, что взял пневмогайковерт, не говорил, что им развешены объявления о находке пневмогайковерта. После этого им было написано заявление в полицию о хищении пневмогайковерта, никаких объявлений о находке пневмогайковерта он не видел;

- показаниями свидетеля ФИО12 о том, что 15 ноября 2018 года он и ФИО11 после выполнения шиномонтажных работ на площадке на улице на расстоянии примерно 3-3,5 м от помещения шиномонтажа оставили пневмогайковерт, зашли в помещение шиномонтажа, через некоторое время они вспомнили об этом, вышли на улицу, но пневмогайковерта уже не было, после чего просмотрели записи с камер наружного наблюдения и увидели, что мужчина поднял пневмогайковерт, осмотрелся и ушел. При этом дверь в помещение шиномонтажа не была заперта, они находились в помещении шиномонтажа. После похищения он просил ФИО13 поспрашивать по шиномонтажам, продавал ли кто-нибудь пневмогайковерт. Информации о том, что кто-то нашел пневмогайковерт и хочет его вернуть, не было. 7 декабря 2018 года был задержан ФИО1, взявший пневмогайковерт;

- показаниями свидетеля ФИО14 о том, что 7 декабря 2018 года он помогал ФИО11 задержать ФИО1, который сначала отрицал факт кражи, но после просмотра видеозаписи сказал, что брал пневмогайковерт;

- показаниями свидетелей ФИО13 и ФИО15, пояснивших, что они ходили по шиномонтажам и спрашивали, не предлагал ли кто-либо пневмогайковерт, но никто не предлагал, объявлений о находке пневмогайковерта они не видели;

- показаниями свидетеля ФИО8 о том, что он, работая УУП ОП № 3 УМВД России по г. Пензе, прибыл по адресу: 

<

...> по поступившему ему на служебный телефон звонку от знакомого ФИО12 о том, что остановлен ФИО1, похитивший ранее пневмогайковерт с территории шиномонтажа, вызвал следственно-оперативную группу.

Вопреки доводам защиты каких-либо противоречий в показаниях потерпевшего и вышеназванных свидетелей, ставящих под сомнение их достоверность, не имеется. Оснований для оговора ими осужденного, как судом первой инстанции, так и судом апелляционной инстанции не установлено. Сведений о заинтересованности указанных лиц, в том числе свидетеля ФИО8, в исходе дела при даче ими показаний материалы дела не содержат. Показания потерпевшего и вышеназванных свидетелей в приговоре приведены полно, в соответствии с данными, отраженными в протоколе судебного заседания. Суд апелляционной инстанции отмечает, что приговор суда не противоречит протоколу судебного заседания. 

Показания указанных лиц являются последовательными, согласуются между собой и подтверждаются заявлением ФИО11 от 07.12.2018 г. в ОП № 3 УМВД России по г. Пензе о привлечении к ответственности лица, похитившего 15 ноября 2018 г. в 16 часов 45 минут пневмопистолет, лежащий около шиномонтажа по адресу: 

<

...>; протоколом осмотра места происшествия от 07.12.2018 г. – участка местности, расположенное на расстоянии 7 метров от входа здание шиномонтажа, из которого следует, что ФИО11 и ФИО1 указали на одно и тоже место, откуда был похищен пневмопистолет; протоколом осмотра места происшествия от 07.12.2018 г., из которого следует, что по месту жительства ФИО1 по адресу: 

<

адрес>, обнаружен и изъят пневмопистолет (пневмогайковерт); заключением товароведческой экспертизы № 64/4 от 21.02.2019 г., в соответствии с выводами которой стоимость представленного на экспертизу пневмогайковерта ударного марки «МIGHTY» модели NC4230 на момент совершения преступления составляет 5950 руб.; протоколом осмотра предметов от 23.08.2019 г., в соответствии с которым осмотрены диски с записями с камер видеонаблюдения от 15.11.2018 г. и 07.12.2018 г., которые подтверждают, что ФИО1 15.11.2018 г. поднял пневмогайковерт, немного прошел вперед, остановился, осмотрелся по сторонам, после чего продолжил движение; а также другими доказательствами, приведенными в приговоре. 

Вышеприведенные доказательства получены в строгом соответствии с законом. Их допустимость сомнений не вызывает, поскольку они собраны по делу с соблюдением требований статей 74 и 86 УПК РФ, проверка и оценка доказательств по делу судом первой инстанции проведены в соответствии с требованиями статей 87 и 88 УПК РФ, в связи с этим у суда настоящей инстанции отсутствуют основания не доверять им. 

Вопреки доводам защиты заключение эксперта № 64/4 от 21.02.2019 г., определившего стоимость похищенного имущества, является обоснованным, мотивированным, ясным и полным, дано на основе конкретных исследований лицом, имеющим специальные познания, не заинтересованным в исходе дела, соответствует требованиям ст. 80 УПК РФ. Отсутствие в заключении эксперта указания на документы, подтверждающие смену фамилии эксперта, не свидетельствует о необоснованности экспертного заключения. Кроме того, в судебном заседании суда первой инстанции факт перемены экспертом фамилии был достоверно установлен.

Выводы мирового судьи о доказанности вины ФИО3 в содеянном мотивированны, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на согласующихся между собой показаниях потерпевшего и вышеназванных свидетелей и письменных доказательствах, всесторонне и полно исследованных в судебном заседании. 

Как видно из приговора, суд не ограничился только указанием на доказательства, но и дал им надлежащую оценку, мотивировав свои выводы о предпочтении одних доказательств перед другими, в том числе, обоснованно признал допустимыми доказательствами показания допрошенных в суде потерпевшего и вышеназванных свидетелей, чьи показания легли в основу обвинительного приговора.

При этом, мировой судья тщательно проверил показания подсудимого ФИО1, всех свидетелей, оценил их в совокупности с другими доказательствами по делу. Мировой судья обоснованно отверг доводы ФИО1 о том, что умысла на хищение он не имел, с приведением мотивов принятого решения, не согласиться с которыми оснований у суда апелляционной инстанции не имеется, поэтому доводы жалобы в указанной части суд во внимание принять не может.

Правильность оценки, данной мировым судьей, показаниям свидетеля ФИО16 о том, что до задержания ее мужа, она расклеивала объявления о находке пневмогайковерта, а также показаниям свидетеля ФИО17 о том, что он в конце ноября – начале декабря 2018 г., возможно позже, прогуливаясь в районе шиномонтажа, на световой опоре видел объявление о том, что найден пневмогайковерт и указан номер телефона, сомнений не вызывает.

Показания ФИО1, которые он давал в судебном заседании проверялись, им, а также всем другим исследованным в судебном заседании доказательствам, при постановлении приговора дана верная юридическая оценка. 

Все доводы осужденного и его защитника, на которые делается ссылка в апелляционной жалобе, были известны мировому судье, на момент принятия решения учтены мировой судьей должным образом.

Данных, свидетельствующих о нарушении права ФИО1 на защиту, не усматривается.

Анализ исследованных по делу доказательств свидетельствует о том, что судом правильно установлены фактические обстоятельства дела и их соответствие существу обвинения.

Вопреки доводам жалобы суд апелляционной инстанции отмечает, что мировым судьей дело рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ, в соответствии с принципами справедливости, состязательности и равноправия сторон. 

Оценив исследованные доказательства в их совокупности, мировой судья обоснованно квалифицировал действия ФИО1 по ч. 1 ст. 158 УК РФ, как совершение кражи, то есть тайного хищения чужого имущества. Вопреки доводам жалобы, об умысле осужденного на хищение чужого имущества свидетельствуют его действия по сокрытию пневмагайковерта, который он принес к себе домой, распорядившись им по своему усмотрению.

Доводы потерпевшего о том, что похищенный пневмогайковерт материальной ценности не представляет, опровергаются заключением эксперта № 64/4 от 21.02.2019 г., определившим его стоимость в размере 5950 рублей. 

При назначении ФИО1 наказания суд учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о его личности и состоянии здоровья, влияние назначенного наказания на его исправление и условия жизни его семьи. Назначенное наказание является справедливым и соответствует требованиям статей 6, 60 УК РФ, оснований считать его чрезмерно строгим не имеется, не приведено таких оснований осужденным и его защитником. 

Нарушений норм уголовно – процессуального закона, влекущих отмену приговора, в том числе при возбуждении уголовного дела, не допущено. 

Вместе с тем, постановленный по делу приговор подлежит изменению на основании п. 9 ч. 1 ст. 389.20 УПК РФ, поскольку суд необоснованно сослался в обоснование своих выводов на явку с повинной ФИО1 от 07.12.2018 г. (т.1 л.д. 45). 

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ, содержащимся в пункте 10 Постановления от 29 ноября 2016 г. N 55 "О судебном приговоре", в тех случаях, когда в ходе проверки сообщения о преступлении в порядке, предусмотренном статьей 144 УПК РФ, подсудимый обращался с письменным или устным заявлением о явке с повинной, и сторона обвинения ссылается на указанные в этом заявлении сведения как на одно из доказательств его виновности, суду надлежит проверять, в частности, разъяснялись ли подсудимому при принятии от него такого заявления с учетом требований части 1.1. статьи 144 УПК РФ права не свидетельствовать против самого себя, пользоваться услугами адвоката, приносить жалобы на действия (бездействие) и решения органов предварительного расследования в порядке, установленном главой 16 УПК РФ; была ли обеспечена возможность осуществления этих прав. 

Как следует из материалов уголовного дела, в явке с повинной (т. 1 л.д. 45) сведений о составлении её с участием адвоката, осуществляющего защиту интересов ФИО1, не имеется, как и не содержится данных о разъяснении ему права не свидетельствовать против самого себя, пользоваться услугами адвоката, приносить жалобы на действия (бездействие) и решения органов предварительного расследования. 

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции полагает необходимым признать явку с повинной ФИО1 недопустимым доказательством и исключить из приговора ссылку на неё.

Вместе с тем исключение из приговора указанного доказательства само по себе не свидетельствует о незаконности и необоснованности приговора в целом, который постановлен на достаточной совокупности иных доказательств по уголовному делу, отвечающих требованиям закона.

Других нарушений норм уголовно-процессуального и уголовного законов, которые повлияли бы на выводы суда о виновности осужденного и послужили основанием для отмены или изменения приговора суда, кроме изложенных выше, в ходе предварительного расследования и судебного разбирательства не допущено.

В остальном приговор суда является законным, обоснованным и справедливым.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор мирового судьи судебного участка № 1 Октябрьского района г. Пензы от 9 декабря 2019 года в отношении ФИО1 изменить:

исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на явку с повинной.

В остальной части приговор мирового судьи судебного участка № 1 Октябрьского района г. Пензы от 9 декабря 2019 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, его апелляционную жалобу удовлетворить частично. 

Судья