РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № 2-48/2020

28 мая 2020 года

г. Орск

 

Октябрьский районный суд г. Орска Оренбургской области в составе председательствующего судьи Шор А.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Моисеевой И.Д., 

с участием представителей ответчиков: ГАУЗ «Городская больница №2» г.Орска ФИО1, ГАУЗ «ССМП» г.Орска ФИО2, ГАУЗ «Городская больница №3» г.Орска ФИО3, 

третьего лица ФИО4,

помощника прокурора Октябрьского района г.Орска Крючковой А.С.,

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5 к государственному автономному учреждению здравоохранения «Городская больница №2» города Орска, государственному автономному учреждению здравоохранения «Городская больница №3» города Орска, государственному автономному учреждению здравоохранения «Станция скорой медицинской помощи» города Орска о компенсации морального вреда,

установил:

ФИО5 22 августа 2019 года обратился в суд с иском к государственному автономному учреждению здравоохранения «Городская больница №2» города Орска о компенсации морального вреда. 

В обоснование заявленных требований ФИО5 указал, что его 

<

данные изъяты> ФИО10 

<

данные изъяты> дома 9 декабря 2017г. Этому предшествовали неоднократные попытки госпитализации ФИО10 в ГАУЗ «ГБ №2» г. Орска, где ей было отказано по причине отсутствия показаний. Так, 12 ноября 2017г. скорой помощью ФИО10 была доставлена в ГАУЗ «ГБ №2» г.Орска в хирургическое отделение, где после осмотра дежурным врачом была отпущена домой, диагноз не поставлен. 

24 ноября 2017г. в связи с ухудшением состояния ФИО10 вновь была доставлена в ГАУЗ «ГБ №2» г.Орска, где ее не госпитализировали, пояснив, что хирургического вмешательства не требуется. 

Затем скорой помощью ее доставили в инфекционное отделение ГАУЗ «ГБ №3» г.Орска, где 27 – 29 ноября 2017г. после сдачи анализов и проведения УЗИ, ФИО10 врачами сообщено, что все в норме, анализы хорошие. 30 ноября 2017г. ФИО10 выписали из ГАУЗ «ГБ №3» г. Орска с рекомендацией обратиться к участковому врачу-терапевту по месту проживания. 

В начале декабря 2017г. ФИО10 обратилась к участковому терапевту ГАУЗ «ГБ №3» г. Орска ФИО6, которая изучив выписку из стационара, результаты УЗИ и анализы посоветовала обратиться к гинекологу. 

08 декабря 2017г. в связи с ухудшением состояния ФИО10 вновь была доставлена в ГАУЗ «ГБ №2» г.Орска, но в госпитализации было отказано в связи с отсутствием показаний.

Вечером того же дня ФИО10 стало хуже, но сотрудники скорой помощи отказались доставлять ее в больницу для госпитализации, заявив, что нужна срочная консультация врача онколога. 

09 декабря 2017г. утром ФИО10 скончалась дома. 

<

данные изъяты> ФИО10 наступила в результате острого 

<

данные изъяты> 

Полагая, что ФИО10 преждевременно 

<

данные изъяты> по вине медицинских работников, которые неправильно диагностировали заболевание, своевременно не госпитализировали ее и допустили дефекты при оказании медицинской помощи, ФИО5 просит суд взыскать с ответчиков в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

Определением суда от 27 августа 2019 года к участию в деле в качестве ответчиков привлечены ГАУЗ «ГБ №3» г.Орска, ГАУЗ «ССМП» г. Орска, в качестве третьего лица – ФИО7

Определением суда от 13 сентября 2019 года к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены врачи: ФИО8, ФИО4, ФИО6, ФИО9, ФИО11, ФИО14, ФИО15, ФИО16

Истец ФИО5 в судебное заседание не явился, о месте и времени слушания дела извещен надлежащим образом, в письменном заявлении иск поддержал. 

Представители ответчиков ГАУЗ «ГБ №2» г.Орска ФИО1, ГАУЗ «ССМП» г.Орска ФИО2, ГАУЗ «ГБ №3» г.Орска ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признали по мотивам изложенным в письменных отзывах, ссылаясь на отсутствие вины ответчиков в 

<

данные изъяты> ФИО10 и надлежащее оказание ей медицинской помощи. 

Третье лицо - заведующая инфекционным отделением ГАУЗ «ГБ №3» г.Орска ФИО4 в судебном заседании полагала иск не подлежащим удовлетворению. Пояснила, что сотрудники инфекционного отделения ГАУЗ «ГБ №3» г. Орска провели обследование ФИО22., оказали ей медицинскую помощь в соответствии со стандартами оказания медицинской помощи и профиля медицинского учреждения.

Третьи лица ФИО7, ФИО8, ФИО6, ФИО9, ФИО11, ФИО14, ФИО15, ФИО16 в судебное заседание не явились, о месте и времени слушания дела извещались судом надлежащим образом. 

В судебном заседании 01 октября 2019г. ФИО6 – участковый врач-терапевт ГАУЗ «ГБ №3» г. Орска, ФИО14 – врач-хирург ГАУЗ «ГБ №2» г. Орска, ФИО4 – заведующая инфекционным отделением ГАУЗ «ГБ №3» г. Орска, ФИО15 – врач скорой помощи, полагали иск не подлежащим удовлетворению, поясняли, что оказывали надлежащую медицинскую помощь ФИО10 Третье лицо ФИО7 заявил, что иск подлежит удовлетворению в полном объеме. 

Суд, исследовав представленные доказательства, заслушав пояснения сторон, лиц, участвующих в деле, заключение помощника прокурора Крючковой А.С., полагавшей исковые требования ФИО5 законными, обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению, приходит к следующим выводам.

Судом установлено и следует из материалов дела, что истец ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является 

<

данные изъяты> ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

09 декабря 2017г. ФИО10 

<

данные изъяты>, что подтверждается свидетельством о смерти №, выданным Отделом ЗАГС администрации г.Орска Оренбургской области от 11 декабря 2017г.

В справке о смерти № от 11 декабря 2017г. указана причина смерти ФИО10- 

<

данные изъяты>.

Согласно акту судебно-медицинского исследования трупа ФИО10 № от 22 января 2018г., ее 

<

данные изъяты> наступила в результате заболевания – 

<

данные изъяты>. 

По факту 

<

данные изъяты> ФИО10 в целях осуществления ведомственного контроля Министерством здравоохранения Оренбургской области проведена внеплановая документарная целевая проверка качества медицинской помощи, оказанной ФИО17 в ГАУЗ «ССМП» г.Орска, ГАУЗ «ГБ №2» г. Орска, ГАУЗ «ГБ №3» г. Орска. 

По результатам данной проверки Министерством здравоохранения Оренбургской области составлены акты и выданы предписания главным врачам ГАУЗ «ССМП» г.Орска, ГАУЗ «ГБ №2» г. Орска, ГАУЗ «ГБ №3» г. Орска об устранении выявленных нарушений. 

Как следует из акта №49 от 12 февраля 2018г. в отношении ГАУЗ «ССМП» г.Орска, в ноябре-декабре 2017г. к пациентке ФИО10 скорая медицинская помощь вызывалась шесть раз. 

Первый вызов поступил 12 ноября 2017г. в 14 часов 44минуты. Повод к вызову: 

<

данные изъяты>. Пациентка осмотрена, диагноз: «

<

данные изъяты>». Оказана помощь. Медицинская эвакуация ГАУЗ «ГБ №2» г.Орска.

Второй вызов поступил 24 ноября 2017г. в 10 часов 30 минут. Повод к вызову: 

<

данные изъяты>. Пациентка осмотрена, диагноз: «

<

данные изъяты>». Медицинская эвакуация в инфекционное отделение ГАУЗ «ГБ №3» г.Орска.

Третий вызов поступил 24 ноября 2017г. в 11 часов 57 минут, выполнена перевозка из ГАУЗ «ГБ №3» г.Орска на консультацию к врачу-хирургу ГАУЗ «ГБ №2» г.Орска.

Четвертый вызов поступил 08 декабря 2017г. в 09 часов 40 минут. Повод к вызову: 

<

данные изъяты>. Пациентка осмотрена, диагноз: 

<

данные изъяты>». Оказана помощь: этамзилат в/м, медицинская эвакуация в ГАУЗ «ГБ №2» г.Орска.

Пятый вызов поступил 08 декабря 2017г. в 20 часов 28 минут. Повод к вызову: 

<

данные изъяты>. Пациентка осмотрена, диагноз: «

<

данные изъяты>». Оказана помощь: лазикс в/в. Рекомендовано обратиться в поликлинику для обследования.

Шестой вызов поступил 09 декабря 2017г. в 07 часов 44 минуты. Повод к вызову: 

<

данные изъяты>. По прибытии на вызов констатирована 

<

данные изъяты>.

Выявлены нарушения обязательных требований: на вызове 08.12.2017г. в 20.28 недооценено состояние пациентки, не обоснован поставленный диагноз, выбрана неверная тактика ведения пациентки, с учетом ее предшествующих неоднократных обращений за медицинской помощью, не осуществлена медицинская эвакуация. Лица, допустившие нарушения: врач скорой медицинской помощи ФИО15

22 января 2018г. состоялось заседание комиссии по внутреннему контролю качества и безопасности медицинской деятельности ГАУЗ «ССМП» г.Орска для обсуждения результатов проведенной внеплановой документарной проверки качества оказания медицинской помощи пациентке ФИО10, выявившей дефекты оказания ей медицинской помощи, на котором принято решение об ошибке в диагностике заболевания и наложении дисциплинарного взыскания в виде выговора врачу ФИО15 

Из акта проверки в отношении ГАУЗ «ГБ №2» г.Орска № 50 от 12 февраля 2018г. следует, что пациентка ФИО10 доставлена бригадой скорой помощи в приемное отделение ГАУЗ «ГБ №2» г.Орска 12 ноября 2017г. с диагнозом: «

<

данные изъяты>». Осмотрена врачом-хирургом. Состояние удовлетворительное. Жалобы на 

<

данные изъяты> с 10 ноября 2017г. Диагноз: «

<

данные изъяты>». Оказана помощь. В госпитализации отказано. Рекомендовано: «лечение амбулаторно. УЗИ внутренних органов».

ФИО10 доставлена бригадой скорой помощи в приемное отделение ГАУЗ «ГБ №» г.Орска 08 декабря 2017г. с диагнозом: «О

<

данные изъяты>». Осмотрена врачами-хирургами. Состояние средней тяжести. Диагноз: «

<

данные изъяты>». Лечение у терапевта.

Пациентка осмотрена врачом-терапевтом, диагноз: «

<

данные изъяты>». Госпитализация не показана. Рекомендовано: колоноскопия, консультация гематолога, гинеколога, наблюдение терапевта. Консультация в ОД. Назначено медикаментозное лечение.

Выявлены нарушения обязательных требований: при доставлении пациентки бригадой ССМП 12 ноября 2017г. врачом-хирургом не указано время осмотра, собран скудный малоинформативный анамнез, не интерпретированы клинико-лабораторные данные, не выполнено УЗИ внутренних органов, не предложена госпитализация с целью проведения дифференциальной диагностики. В медицинской документации отсутствие запись об осмотре врачом-хирургом при доставлении пациентки 24 ноября 2017г. бригадой ССМП на консультацию из ГАУЗ «ГБ №3» г.Орска. При доставлении пациентки бригадой ССМП 08 декабря 2017г. врачами хирургами, терапевтом не указано время осмотров, собран скудный малоинформативный анамнез, недооценено состояние пациентки, не интерпретированы клинико-лабораторные данные, не обоснованно поставленный диагноз, выбрана не верная тактика ведения пациентки с учетом ее предшествующих неоднократных обращений за медицинской помощью, не предложена госпитализация с целью дополнительного обследования. 

Лица, допустившие нарушения: врачи-хирурги ФИО14, ФИО8, ФИО16, ФИО18, врач-терапевт ФИО11

15 января 2018г. состоялось заседание врачебной комиссии ГАУЗ «ГБ №2» г. Орска по обсуждению результатов проведенной внеплановой документарной проверки качества оказания медицинской помощи пациентке ФИО10, на котором принято решение о наложении дисциплинарного взыскания в виде выговора врачам ФИО8, ФИО16, ФИО14, ФИО11 

Согласно акту проверки в отношении ГАУЗ «ГБ №3» г.Орска №51 от 12 февраля 2018г. ФИО10 находилась на лечении в инфекционном отделении ГАУЗ «ГБ №3» г.Орска с 24 ноября 2017г. по 01 декабря 2017г. с диагнозом: «

<

данные изъяты>». Выполнены лабораторные и инструментальные исследования. Проведено лечение. Пациентка выписана с выздоровлением.

05 декабря 2017г. на приеме у врача-терапевта-участкового пациентка осмотрена, состояние близко к удовлетворительному, диагноз: «

<

данные изъяты>». Назначено медикаментозное лечение, Эхо-КС, консультация гинеколога, хирурга.

08 декабря 2017г. пациентка на дому осмотрена врачом-терапевтом-участковым, состояние средней тяжести, диагноз: «

<

данные изъяты>». Медикаментозное лечение продолжить. Рекомендовано: консультация хирурга при ухудшении состояния, консультация гинеколога. 

Выявлены нарушения обязательн6ых требований: не выполнены лабораторные исследования в день поступления и контрольные в день выписки пациентки; не интерпретированы клинико-лабораторные данные от 25 ноября 2017г. и 27 ноября 2017г., результаты УЗИ органов брюшной полости и малого таза от 29 ноября 2017, не организовано проведение дополнительного обследования; при выписке не рекомендованы КТ органов брюшной полости и малого таза, консультация врача-онколога.

На амбулаторном этапе: 05 декабря 2017г., 08 декабря 2017г. недооценено состояние пациентки, не обоснован поставленный диагноз, выбрана неверная тактика ведении пациентки, с учетом ее предшествующих неоднократных обращений за медицинской помощью, не предложна госпитализация с целью дополнительного обследования. 

Лица, допустившие нарушения: врач-инфекционист ФИО9, заведующая инфекционным отделением ФИО4, врач-терапевт ФИО6

22 и 23 января 2018г. составлены акты внутреннего контроля оказания медицинской помощи ФИО10 в ГАУЗ «ГБ №3» г. Орска, приняты решения о проведении разбора данного случая с сотрудниками отделения и ходатайстве перед главным врачом о вынесении дисциплинарных взысканий врачам инфекционного отделения и участковому терапевту ФИО6 

В соответствии с постановлением следователя по ОВД следственного отдела по г.Орску Следственного управления Следственного комитета РФ по Оренбургской области от 11 марта 2019г. ФИО12 прекращено уголовное дело по факту смерти ФИО10 по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием состава преступлений, предусмотренных ч.2 ст. 109, ч.2 ст. 293 УК РФ в действиях сотрудников ГБУЗ №2, ГБУЗ ГБ №3, ГБУЗ ССМП г.Орска. 

Однако при разрешении гражданских дел акты следственных органов об отказе в возбуждении уголовного дела, о его прекращении по реабилитирующим основаниям, а также судебные акты о прекращении производства по уголовному делу и оправдательный приговор не могут рассматриваться как решения, препятствующие возложению гражданско-правовой ответственности по делам о качестве оказания медицинских услуг.

Определением Октябрьского районного суда г.Орска от 01 октября 2019 года по делу назначена судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено врачам-экспертам ГБУЗ «

<

данные изъяты>», расположенному по 

<

адрес> в 

<

адрес>.

Согласно выводам, изложенным в заключении судебно-медицинской экспертизы № от 20 марта 2020г., 

<

данные изъяты> ФИО10 наступила вследствие 

<

данные изъяты>.

Заключением судебно-медицинской экспертизы установлено, что при оказании медицинской помощи ФИО10 допущены следующие дефекты и недостатки. 

На догоспитальном этапе в I хирургическом отделении ГАУЗ «ГБ № 2» г. Орска 12.11.2017г. установлены дефекты медицинской помощи ФИО10:

-дефект диагностики: невыполнение диагностического поиска, регламентированного Клиническими рекомендациями «

<

данные изъяты>», утвержденными Профессиональной ассоциацией «Российское общество хирургов», 2015г.: не выполнены биохимический анализ крови, с определением уровня глюкозы, билирубина, креатинина, амилазы крови, АЛТ, ACT, ЩФ, коагулограмма, определение группы крови и Rh-фактора, ультразвуковое исследование (УЗИ) органов брюшной полости,

-дефект ведения, обусловленный дефектом диагностики: ФИО10 не была госпитализирована для наблюдения при сомнительной для 

<

данные изъяты> клинической картине, изменениях в крови и моче, для установления правильного диагноза и принятия своевременного решения о тактике лечения, в том числе оперативного.

Однако в связи с длительным периодом от проявления клинических симптомов 12.11.2017 г. и до наступления 

<

данные изъяты> ФИО10 09.12.2017 г. при отсутствии признаков поражения гепатобилиарной системы по данным судебно-медицинского исследования трупа указанные дефекты, исключаются как оказавшие какое-либо влияние на наступление её 

<

данные изъяты>.

На госпитальном этапе инфекционного отделения ГАУЗ «ГБ№ 3» г.Орск в период с 24.11.2017 г. до 01.12.2017 г. установлены следующие дефекты медицинской помощи ФИО10

Дефекты диагностики: 

отсутствие сбора подробного анамнеза,

отсутствие подробного физикального обследования с описанием приемов исследования перитонеальных симптомов, аускультацией кишечных шумов

не дана оценка клинической картины заболевания после 29.11.2017 г. и результатам проведенных лабораторных и инструментальных исследований, которые не характерны для 

<

данные изъяты>:

- сохранение дискомфорта в 

<

данные изъяты> области на 4-7 день,

- появление 

<

данные изъяты> характера на 4-7 день,

- появление 

<

данные изъяты> на 4-ый день госпитализации,

- противоречия между данными осмотра гинекологом от 28.11.2017 г. и данными УЗИ от 29.11.2017 г.

наличие 

<

данные изъяты>,

высокая скорость оседания эритроцитов (СОЭ) 32 мм/час и 35 мм/час,

- снижение показателей красной крови, свидетельствующее об 

<

данные изъяты>: гемоглобин 100 г/л; гематокрит 28,3%-27%, эритроциты - 3,22-3,36 х1012/л,

- незначительный сдвиг лейкоцитарной формулы влево: повышение количества палочкоядерных лейкоцитов до 9%,

-снижение количества лимфоцитов до 16%. 

Дефекты ведения:

- перевозка ФИО13 скорой помощью для консультаций хирурга в ГБ №2 и назад в инфекционное отделение,

- отсутствие осмотра хирургом в динамике,

- дефекты лечения, обусловленные дефектами диагностики, не позволившими своевременно диагностировать 

<

данные изъяты>.

Вследствие перечисленных дефектов не реализована возможность выполнения своевременной показанной экстренной операции «

<

данные изъяты>» на стадии 

<

данные изъяты> (невозможности своевременного радикального хирургического лечения), что привело к развитию осложнений, послуживших причиной 

<

данные изъяты>.

Экспертами также установлены следующие дефекты медицинской помощи на догоспитальном этапе в хирургическом отделении ГАУЗ «ГБ№2» г. Орска 08.12.2017г.:

дефекты диагностики:

-необоснованное "декларативное установление диагнозов «

<

данные изъяты>»,

отсутствие полного анамнеза о развитии и давности заболевания,

отсутствие полноценного физикального обследования,

- невыполнение развернутого анализа крови при имевшихся выраженных изменениях,

- невыполнение показанных биохимического исследования крови и мочи,

- невыполнение показанного УЗ исследования для выявления и оценки в динамике изменений, указанных в предшествующих исследованиях;

- дефект лечения: назначение непоказанного препарата сорбифер;

- дефект ведения: отказ в показанной госпитализации в специализированное хирургическое отделение.

На догоспитальном этапе медицинской помощи в ГАУЗ «ГБ № 3» г.Орска 08.12.2017г. установлен дефект медицинской помощи ФИО10 в виде дефекта ведения: отсутствие направления на показанную госпитализацию при состоянии средней тяжести. Однако указанный дефект влияния на наступление 

<

данные изъяты> не оказал.

На догоспитальном этапе скорой помощи за весь период с 12.11.2017 г. до 09.12.2017 г. дефектов медицинской помощи ФИО10, оказавших влияние на наступление 

<

данные изъяты>, не установлено.

Отвечая на вопрос суда о соответствии проводимого ФИО10 в ГАУЗ «ГБ №2» г. Орска и ГАУЗ «ГБ №3» г. Орска лечения установленному диагнозу, стандартам оказания медицинской помощи, эксперты указали следующее. 

На госпитальном этапе инфекционного отделения ГАУЗ «ГБ № 3» г. Орск в период с 24.11.2017 г. до 01.12.2017 лечение первоначально правильно диагностированного у ФИО10 заболевания «

<

данные изъяты> было показанным и соответствовало «Стандарту специализированной медицинской помощи при 

<

данные изъяты>», утвержденным приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 9 ноября 2012 года № 730н. 

В дальнейшем в связи с дефектами диагностики, не позволившими своевременно диагностировать 

<

данные изъяты>, протекавший на фоне острой 

<

данные изъяты>, не реализована возможность выполнения своевременной показанной экстренной операции 

<

данные изъяты>, что регламентировано Клиническими рекомендациями 

<

данные изъяты> профессиональной ассоциации «Российское общество хирургов», 2015 г. и, следовательно, не реализована возможность своевременного радикального хирургического лечения, что привело к развитию осложнений, послуживших причиной 

<

данные изъяты>. 

Назначенное на догоспитальном этапе медицинской помощи в ГАУЗ «ГБ№ 3» г.Орска 05.12.2017 г. и 08.12.2017 г. медикаментозное лечение (

<

данные изъяты>) было симптоматическим, соответствовало поставленным диагнозам «

<

данные изъяты>» и не было противопоказанным, хотя и показанным для лечения 

<

данные изъяты> и его осложнений не являлось. 

Отвечая на вопрос суда о наличии причинно-следственной связи между наступившим неблагоприятным исходом и допущенными дефектами медицинской помощи на всех этапах ее оказания, эксперты пришли к выводу о том, что между дефектами медицинской помощи ФИО10, указанными выше, и её 

<

данные изъяты> прямая причинно-следственная связь отсутствует.

Наиболее значимыми в течении заболевания и развитии осложнений явились дефекты медицинской помощи ФИО10 на госпитальном этапе инфекционного отделения ГАУЗ «ГБ№ 3» г. Орск в период с 24.11.2017 г. до 01.12.2017 г. вследствие которых не реализована возможность выполнения своевременной показанной экстренной операции 

<

данные изъяты> (невозможности своевременного радикального хирургического лечения), что привело к развитию осложнений, послуживших причиной смерти. Следовательно, между дефектами медицинской помощи ФИО10 и дефектами медицинской помощи на госпитальном этапе инфекционного отделения ГАУЗ «ГБ№ 3» г. Орск в период с 24.11.2017 г. до 01.12.2017 г. и наступлением 

<

данные изъяты> имеется косвенная причинно-следственная связь.

Дефекты медицинской помощи ФИО10 в хирургическом отделении ГАУЗ «ГБ № 2» г. Орска 08.12.2017 г. сами по себе не привели к развитию нового заболевания и не оказали активного влияние на прогрессирование и ухудшение течения уже имевшегося заболевания.

В этой связи дефекты медицинской помощи ФИО10 на догоспитальном этапе в хирургическом отделении ГАУЗ «ГБ № 2» г. Орска 08.12.2017 г. в прямой или косвенной причинно-следственной связи с наступившими неблагоприятными последствиями (

<

данные изъяты>) не состоят.

В отсутствие дефектов медицинской помощи на госпитальном этапе инфекционного отделения ГАУЗ «ГБ№ 3» г. Орск в период с 24.11.2017 г. до 01.12.2017 г. и догоспитальном этапе в хирургическом отделении ГАУЗ «ГБ № 2» г. Орска 08.12.2017 г. нельзя однозначно исключить возможность, хотя и гарантированную, сохранения жизни ФИО10

Эксперты отмечают, что вероятность благоприятного исхода была выше в отсутствии дефектов медицинской помощи ФИО10 на госпитальном этапе.

Суд принимает в качестве допустимого доказательства вышеуказанное экспертное заключение, оснований не доверять которому у суда не имеется, поскольку оно отвечает требованиям, установленным в статье 25 Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», статье 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержит описание проведенного исследования, сделанные в результате него выводы и ответы на поставленные судом вопросы. Также в заключении отражена оценка результатов исследований, обоснование и формулировка выводов по поставленным вопросам. Использованные экспертами нормативные документы, справочная и методическая литература приведены в заключении. Выводы, сделанные экспертами, являются однозначными. Эксперты ГБУЗ «

<

данные изъяты>» обладают необходимыми знаниями и опытом для проведения данного рода экспертиз, были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, заключение дано на основе собранных по делу материалов гражданского дела и медицинских документов. 

Каких-либо достаточных и допустимых доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы либо ставящих под сомнение ее выводы, сторонами не предоставлено.

Статьей 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан" (далее - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан").

Здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (пункт 1 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан").

Статьей 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан" установлено, что к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан").

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан" определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан").

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан").

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Из содержания искового заявления ФИО5 усматривается, что основанием его обращения в суд с требованием о компенсации причиненного ему морального вреда явилось ненадлежащее оказание медицинской помощи (дефекты оказания медицинской помощи) его 

<

данные изъяты> ФИО10, приведшее, по мнению истца, к ее 

<

данные изъяты>.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей, как между супругами, так и между родителями и детьми. В том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод и их толкования в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

Таким образом, здоровье - это состояние полного социального, психологического и физического благополучия человека, которое может быть нарушено ненадлежащим оказанием пациенту медицинской помощи, а при смерти пациента нарушается и неимущественное право членов его семьи на здоровье, родственные и семейные связи, на семейную жизнь.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (в редакции постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 6 февраля 2007 года N 6) (далее также - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10), суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10).

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1) разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1).

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием ответчики должны доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда ФИО5 в связи со 

<

данные изъяты> его 

<

данные изъяты> ФИО10, медицинская помощь которой была оказана ненадлежащим образом.

Как установлено судом, заявляя требования о компенсации морального вреда, ФИО5 указал, в том числе на то, что медицинская помощь его 

<

данные изъяты> ФИО10 была оказана некачественно и несвоевременно; в результате неверных действий медицинских работников его 

<

данные изъяты> осталась без необходимой медицинской помощи, при этом осознание того, что испытывала его 

<

данные изъяты>, оставаясь без необходимой медицинской помощи, не могло не заставлять его переживать и нервничать, то есть испытывать нравственные страдания по поводу состояния здоровья близкого человека.

Является очевидным фактом, не требующим доказательств, что 

<

данные изъяты> причинила истцу нравственные страдания. 

Из анализа заключения экспертизы следует, что при поступлении ФИО10 в хирургическое отделение ГАУЗ «ГБ №2» г. Орска 12.11.2017г. работниками ответчика не было проведено необходимое диагностическое обследование, рекомендованного клиническими рекомендациями 2015г. «

<

данные изъяты>». Указанный дефект диагностики и медицинской помощи повлек за собой дефект ведения, а именно ФИО10 не была госпитализирована для наблюдения при сомнительной для 

<

данные изъяты> картине, изменениях в крови и моче, для установления правильного диагноза и своевременного решения о тактике лечения, в том числе оперативного. При повторном поступлении ФИО10 08.12.2017г. в хирургическое отделение ГАУЗ «ГБ №2» г. Орска в показанной ей госпитализации было необоснованно отказано. 

При поступлении ФИО10 в инфекционное отделение ГАУЗ «ГБ №3» г. Орска 24.11.2017г., после проведенного обследования и консультаций не проведено анализа полученных результатов и дальнейшего течения клинической картины, которое не характерно для 

<

данные изъяты>. В результате, в период с 27.11.2017г. по 01.12.2017г. имели место: недооценка амнестических данных о диагностике 

<

данные изъяты>, недооценка тяжести состояния ФИО10, отсутствие необходимого диагностического поиска для исключения 

<

данные изъяты>. Кроме того, участковым врачом-терапевтом ГАУЗ «ГБ №3» г. Орска ФИО6 05.12.2017г. и 08.12.2017г. при осмотре ФИО10 на дому при наличии жалоб пациента какого-либо диагностического поиска не проводилось, направление на госпитализацию при состоянии средней тяжести не выдавалось, что является дефектом медицинской помощи на догоспитальном этапе. 

С учетом указанных доказательств, суд приходит к выводу о том, что выписка ФИО10 из инфекционного отделения ГАУЗ «ГБ №3» г. Орска была преждевременной, а неполная постановка диагноза и несвоевременное оказание адекватной медицинской помощи в условиях стационара ГАУЗ «ГБ №3» г. Орска в период с 24.11.2017г. по 01.12.2017г. привели к ухудшению состояния больной, поскольку, как следует из заключения экспертизы, вероятность благоприятного исхода была выше в отсутствии указанных выше дефектов медицинской помощи ФИО10 на госпитальном этапе, то есть в инфекционном отделении ГАУЗ «ГБ №3» г. Орска. 

Таким образом, суд полагает, что между дефектами оказания ответчиками ГАУЗ «ГБ №2» и ГАУЗ «ГБ №3» г. Орска медицинской помощи и наступлением 

<

данные изъяты> ФИО10 имеется непрямая причинно-следственная связь, поскольку установленные экспертизой дефекты оказания медицинской помощи хотя и не явились причиной 

<

данные изъяты> истца, однако снизили эффективность проводимого лечения. 

Доказательств в подтверждение иного в ходе судебного заседания ответчиками ГАУЗ «ГБ №2» г. Орска и ГАУЗ «ГБ №3» г. Орска не представлено.

Вопреки доводам ответчика ГАУЗ «ГБ №2» г. Орска отсутствие установленной экспертами причинно-следственной связи между выявленной совокупностью дефектов оказания медицинской помощи и 

<

данные изъяты> ФИО10, не исключает гражданско-правовую ответственность медицинского учреждения и не свидетельствуют об отсутствии оснований для взыскания компенсации морального вреда вследствие наличия самих дефектов оказания медицинских услуг, однако подлежит учету при определении размера такой компенсации.

Доводы ответчика ГАУЗ «ГБ №3» г. Орска об отсутствии вины в причинении вреда истцу, оказание медицинских услуг ФИО10 согласно профилю больницы, в которой отсутствуют хирургическое отделение и соответствующие специалисты, отклоняется судом как необоснованные. Указанные доводы являются, по сути, субъективным мнением стороны ответчика по поводу представленного экспертного заключения и не опровергают выводов экспертов, что оказание медицинской услуги врачами ответчика не соответствовало существующим требованиям.

Доводы истца о наличии дефектов оказания медицинской помощи ФИО10 сотрудниками ГАУЗ «ССМП» г. Орска не получили подтверждения в ходе судебного заседания, поэтому отклоняются судом как необоснованные. Как указано в аналитико-синтезирующей части экспертного заключения, 12.11.2017г., 24.11.2017г. и 08.12.2017г. в 09 часов 59 минут госпитализация ФИО10 в специализированное лечебное учреждение в каждом случае была показана и выбрана правильно. Отмеченные экспертом недостатки оформления медицинских документов не оказали влияния на наступление неблагоприятных последствий в виде 

<

данные изъяты> ФИО10 Что касается оказания скорой помощи ФИО10 08.12.2017г. по вызову в 20 часов 28 минут, экспертом указано, что принципиально показания для госпитализации имелись, однако в связи с отказом в госпитализации в хирургическом отделении ГАУЗ «ГБ №2» г. Орска ранее в тот же день, ФИО10 была оставлена на месте с рекомендацией обратиться в поликлинику. При этом фактов нарушения приказов, инструкций и правил, регулирующих оказание скорой медицинской помощи гражданам в данной ситуации, экспертами не установлено и не приведено. В связи с тем, что в ходе судебного заседания не установлено дефектов оказания медицинской помощи ФИО10 сотрудниками ГАУЗ «ССМП» г. Орска в период с 12.11.2017г. по 09.12.2017г., оказавших влияние на наступление 

<

данные изъяты>, в удовлетворении иска к указанному ответчику следует отказать. 

Таким образом, анализ исследованных по делу доказательств, свидетельствует о правомерности заявленных истцом требований к ГАУЗ «ГБ № 2» г. Орска и ГАУЗ «ГБ №3» г. Орска о компенсации морального вреда, поскольку права ФИО5 нарушены недостатками оказания медицинской помощи его 

<

данные изъяты> и ее последующей 

<

данные изъяты>. 

Принимая во внимание все фактические обстоятельства дела и характер допущенных ответчиками ГАУЗ «ГБ № 2» г. Орска и ГАУЗ «ГБ №3» г. Орска нарушений прав истца, различную степень их влияния на неблагоприятных исход болезни ФИО10, степень нравственных и физических страданий истца ФИО5, отсутствие прямой причинно-следственной связи между действиями ответчиков и наступившей 

<

данные изъяты> ФИО10, с учетом требований разумности и справедливости, суд полагает необходимым взыскать с ГАУЗ «ГБ №3» г.Орска в пользу ФИО5 компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей, а с ГАУЗ «ГБ №2» в размере 100 000 рублей. 

В оставшейся части в удовлетворении заявленных требований о компенсации морального вреда необходимо отказать.

Поскольку истец освобожден от уплаты государственной пошлины при подаче настоящего иска в суд, то с учетом ст. 103 ГПК РФ и удовлетворенных исковых требований, с ответчиков ГАУЗ «ГБ №2» г. Орска, ГАУЗ «ГБ №3» г. Орска в доход бюджета МО «Город Орск» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей, по 150 рублей с каждого.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО5 удовлетворить частично. 

Взыскать с государственного автономного учреждения здравоохранения «Городская больница №2» г.Орска в пользу ФИО5 компенсацию морального вреда в размере 100 000 (сто тысяч) рублей.

Взыскать с государственного автономного учреждения здравоохранения «Городская больница №3» г.Орска в пользу ФИО5 компенсацию морального вреда в размере 500 000 (пятьсот тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

В иске к государственному автономному учреждению здравоохранения «Станция скорой медицинской помощи» города Орска отказать. 

Взыскать с государственного автономного учреждения здравоохранения «Городская больница №2» г.Орска, государственного автономного учреждения здравоохранения «Городская больница №3» г.Орска в доход бюджета МО г. Орск государственную пошлину в размере 300 рублей, по 150 рублей в каждого.

Решение может быть обжаловано Оренбургский областной суд через Октябрьский районный суд г. Орска в течение месяца со дня изготовления решения судом в окончательной форме.

Председательствующий:

Мотивированное решение изготовлено 04 июня 2020 года.