РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

14 мая 2018 года город Тула

Советский районный суд г.Тулы в составе:

председательствующего судьи Барановой Е.Е.,

при секретаре Кезике Н.А., 

с участием ответчика ФИО6, ее представителя по доверенности ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-359/2018 по иску ФИО8 к ФИО6 о взыскании денежной суммы,

установил:

ФИО8 обратился в суд с иском к ФИО6 о взыскании денежной суммы. В обоснование иска истец указала, что он приобрел квартиру № в доме № по ул.

<

данные изъяты> г.Тулы по договору купли продажи от 26.11.2015 г. у ФИО6, а затем подарил ее своей дочери ФИО1 на основании договора дарения от 19.03.2016 г.

В свою очередь ФИО6 приобрела эту квартиру у ФИО9 по договору купли продажи от 05.06.2015 г. 

В последствие на основании апелляционного определения Тульского областного суда от 30.03.2017 г. договор купли-продажи 05.06.2015 г., заключенный между ФИО9 и ФИО6 признан недействительным и все последующие сделки (договора) так же признаны недействительными, в том числе и договор купли-продажи квартиры от 26.11.2015 г. между ФИО8 и ФИО6 и договор дарения квартиры от 19.03.2016 г., заключенный между ФИО8 и ФИО2 в интересах несовершеннолетней ФИО1 

При покупке квартиры он передал ФИО6 2300000 рублей до подписания договора купли-продажи, этот факт был отражен в п.3 договора купли-продажи от 26.11.2015 г. 

Он обратился к ФИО6 с предложением решить вопрос о возврате ему 2300000 рублей, однако ответа на его предложение не последовало, в связи с чем, просил взыскать с ФИО10 2300000 рублей. 

К участию в деле в качестве 3-его лица привлечена ФИО9

В судебное заседание ФИО8 не явился, о времени и мете рассмотрения дела извещен надлежащим образом, представил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие и отсутствии его представителя Королевой В.В.

В предыдущих судебных заседаниях пояснял, что квартиру № в доме № по ул.

<

данные изъяты> г.Тулы он приобрел у ФИО6 за 2300000 руб. Денежные средства он передал ФИО6 в автомобиле, перед зданием МФЦ, расписку не взял, так как договор и является распиской. При осмотре указанной квартиры перед тем, как ее купить, он выяснил, что в квартире проживает ФИО9, которая пояснила, что она скоро выпишется из квартиры и съедет. Купленную у ответчика квартиру он подарил своей несовершеннолетней дочери на основании договора дарения от 19.03.2016 г.

Впоследствии апелляционным определением Тульского областного суда от 30.03.2017 г. договор купли-продажи спорной квартиры между ФИО6 и ФИО11 от 05.06.2015 г. признан недействительным, а как следствие этого все последующие договора также были признаны недействительными, в том числе и договор купли-продажи квартиры межу ним и ФИО6 и договор дарения между ним и ФИО2, действующей в интересах несовершеннолетней дочери ФИО1 

В связи с тем, что все договора были отменены, стороны возвращены в первоначальное положение, то его дочери приобретенная им у ответчика квартира не принадлежит, квартира, на основании апелляционного определения возвращена ФИО11 Решение суда, вступившее в законную силу имеет силу преюдиции, и установленные вступившим в законную силу решением суда обстоятельства пересмотру не подлежат. 

Акт, представленный ответчиком, в котором он якобы обязался оформить квартиру за 700000 руб. обратно ФИО11 не несет в себе никакого юридически значимого смысла, для рассмотрения данного дела. Указанный документ он не составлял и не подписывал, возможно поставил свою подпись под документом в момент очередного подписания экземпляра договора купли-продажи, но никакого обязательства перед Матусар он не нес. О продаже квартиры он узнал из объявления и покупку долга ФИО11, с ответчицей он не обсуждал, деньги в размере 2300000 рублей он передал ФИО6 за квартиру, а не за долги. 

Просил исковые требования удовлетворить, взыскать в его пользу с ФИО6 2300000 руб.

Представитель истца адвокат Королева В.В. в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом. В предыдущих судебных заседаниях исковые требования поддержала. Пояснила, что обстоятельства, установленные апелляционным определением Тульского областного суда от 30.03.2017 г. дополнительному доказыванию не подлежат и имеют преюдицию, в настоящем деле. Саму сделку купли-продажи квартиры между ФИО8 и ФИО6 истец не оспаривает, а просит взыскать с ответчика уплаченную за квартиру денежную сумму в размере 2300000 рублей. При этом, представленный ответчиком документ об обязательствах ФИО8 продать спорную квартиру ФИО11 юридического значения не имеет и не свидетельствует о том, что между сторонами не был произведен расчет при купли-продажи квартиры именно в той сумме, которая указана в договоре.

Ответчик ФИО6 в судебном заседании исковые требования не признала, просила отказать в их удовлетворении в полном объемё. В обосновании своей позиции пояснила, что в мае 2015 года ФИО3 предложил ей заработать деньги, дав в долг 500000 рублей ФИО12, а получить 580000 рублей, на что она согласилась. ФИО12 была написана долговая расписка на 580000 рублей и для гарантии возврата денежных средств ФИО12 переписала на нее (ФИО6) свою двухкомнатную квартиру, оформив договор купли-продажи. Денежные средства ФИО12 должна была вернуть в сентябре 2015 года, однако деньги возвращены не были. С ФИО12 она общалась через ФИО3., так как он ее знал и мог с ней связаться. Поскольку ФИО12 банки отказывали дать кредит, она сменила фамилию на Матусар для кредитной истории. В вышеуказанной квартире ФИО9 она никогда не была, не вселялась, ключей от указанной квартиры у нее никогда не было, в квартире продолжала жить ФИО9 со своим сыном, они же и оплачивали коммунальные платежи.

Затем ФИО3, чтобы помочь ей выйти из сложившейся ситуации, через свои связи вышел на ФИО8, который был готов перекупить у нее долг ФИО9 Ранее ФИО8 она не знала и никакие обязательства их не связывали. Для того, чтобы ФИО8 мог требовать долг с ФИО9, она заключила с ФИО8 договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, которая фактически принадлежала ФИО9, о чем истцу было достоверно известно. Когда они начали регистрировать сделку, оказалось, что ей (ФИО6) необходимо менять паспорт, и сделка на какое-то время приостановилась, но после того, как все документальные нюансы были устранены, сделка состоялась. Первоначально договор купли-продажи квартиры был подписан в МФЦ 27.11.2015 г. После подписания договора она и истец подписали расписку, согласно которой ФИО8 обязался продать квартиру ФИО9 за 700000 рублей. Таким образом, ФИО8 приобрел у нее долг ФИО9 по расписке от 05.06.2015 г. Деньги в размере 700000 рублей получал от ФИО8 ФИО3, при этом написав истцу от своего имени расписку о получении денежных средств. А затем ФИО3 передал ей 700000 рублей и расписку об обязательствах ФИО8 продать квартиру Матусар. 700000 рублей переданные истцом ФИО3 предусматривали долг по расписке от 05.06.2015 г. 580000 рублей и проценты, так как по устной договоренности Матусар брала деньги 500000 рублей под 8%, в расписке от 05.06.2015 г. 580000 рублей были указаны с учетом процентов по состоянию на 05.09.2015 г. Исковое заявление в суд о взыскании с ФИО9 денежных средств она подписала по просьбе ФИО3. в интересах ФИО8, поскольку Матусар отказывалась возвращать деньги. Ее интересы в суде представлял ФИО4 - партнер ФИО8 по бизнесу и бывший учредитель ООО «

<

данные изъяты>», вторым учредителем которой являлась мать истца. Затем ФИО11 обратилась в суд с иском о признании договора купли-продажи недействительным, эта сделка, и все последующие на основании решения Тульского областного суда были признаны недействительными, и квартира была возвращена Матусар. 

Представитель ответчика ФИО6 по доверенности ФИО7 исковые требования не признала, пояснила, что сделка купли-продажи квартиры заключенная между истцом и ответчиком являлась мнимой. Фактически имела место переуступка долга ФИО11 от ФИО6 к ФИО8, что подтверждается распиской от 27.11.2015 г., представленной в суд ответчиком. Из факта подписания договора купли-продажи однозначно и бесспорно не следует получение истцом денежных средств, никаких объективных данных в подтверждение покупки квартиры за 2300000 рублей ФИО8 в судебном заседании не представил. Исполнением оспариваемого договора со стороны продавца является передача покупателю жилого помещения, поэтому сам факт государственной регистрации права собственности ФИО8 ВА. на спорное жилое помещение об исполнении сделки не свидетельствует. Действия по передаче спорной квартиры истцу не производились, ключей от спорной квартиры у ФИО6 никогда не было, и в указанной квартире она никогда не была. Договор дарения квартиры на свою дочь истец оформил только после того, как ФИО9 обратилась со встречным иском о признании договора купли-продажи недействительным. На момент совершения акта дарения квартира являлась предметом спора, что противоречит п.5 заключенного договора дарения. Кроме того, подписывая расписку о переуступке долга ФИО9 под обеспечение квартиры, ФИО8 был осведомлен, что ФИО11 сам факт долга признавала, но денег не возвращала даже частично, то есть ФИО8 знал о возможных сложностях и рисках со стороны должника. В том случае если бы ФИО8 посчитал текст расписки не соответствующим его интересам, то он мог отказаться от сделки, и при таких обстоятельствах ФИО6 с помощью ФИО3. искала бы другого цессионария. Полагает, что ввиду переуступки долга за финансовые потери должен нести сам ФИО8 как новый кредитор. Следовательно, у истца нет оснований требовать с ФИО6 возврата денежных средств, в связи с чем, просила в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме. 

В судебное заседание 3-е лицо ФИО9 не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещалась надлежащим образом.

В соответствии со ст.167 ГПК РФ суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав стороны, исследовав письменные доказательства по делу, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что 05.06.2015 г. между ФИО13 и ФИО6 заключен договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>. Согласно п.3 договора купли-продажи спорная квартира продана за 2300000 рублей. 

В этот же день, 05.06.2015 г. между ФИО6 и ФИО13 был заключен договор займа, оформленный долговой распиской, из содержания которой следует, что ФИО12 получила 580000 рублей от ФИО6 в качестве займа, до 05.09.2015 г. обязуется вернуть в полном объеме.

Одновременно с долговой распиской, составленной ФИО12, ФИО6, в свою очередь, в тот же день, 05.06.2015 г. написала расписку, в которой обязалась передать ФИО12 или иному лицу по ее указанию права на спорную квартиру при условии возврата ФИО12 полученного от нее займа от 05.06.2015 г. в сумме 580000 рублей в срок до 05.09.2015 г.

Согласно договору купли-продажи от 26.11.2015 г. ФИО6 продала вышеуказанную квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> ФИО8, стоимость квартиры определена сторонами в размере 2300000 рублей.

19.03.2016 г. между ФИО8 и ФИО2, действующей в интересах несовершеннолетней ФИО1, заключен договор дарения вышеуказанной квартиры по адресу: 

<

адрес>.

Последующем ФИО9 обратилась в Пролетарский районный суд г.Тулы с иском к ФИО6, ФИО8, ФИО2, действующей в интересах несовершеннолетней ФИО1, о признании договоров купли-продажи, договора дарения недействительными. ФИО2 в интересах несовершеннолетней ФИО1 обратилась со встречным иском к ФИО9, ФИО5, УМВД России по Тульской области о признании утратившими право пользования жилым помещением, выселении и снятии с регистрационного учета.

Решением Пролетарского районного суда г. Тулы от 23.09.2016 г. постановлено: исковые требования ФИО9 к ФИО6, ФИО8, ФИО2, действующей в интересах несовершеннолетней ФИО1 о признании договоров купли-продажи, договора дарения недействительными оставить без удовлетворения. Встречные исковые требования ФИО2, действующей в интересах несовершеннолетней ФИО1 к ФИО9, ФИО5, УФМС России по Тульской области о признании утратившими право пользования жилым помещением, выселении и снятии с регистрационного учета удовлетворить.

Апелляционным определением Тульского областного суда от 30.03.2017 г. решение Пролетарского районного суда г.Тулы от 23.09.2016 г. отменено, принято новое решение, которым договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, заключенный 05.06.2017 г. между ФИО13 и ФИО6, а также заключенный 26.11.2015 г. между ФИО6 и ФИО8, а также договор дарения вышеуказанной квартиры, заключенный 19.03.2016 г. между ФИО8 и ФИО2, действующей в интересах несовершеннолетней ФИО1, признаны недействительными. Квартира по указанному выше адресу возвращена в собственность ФИО11 

В удовлетворении встречного иска ФИО2, действующей в интересах несовершеннолетней ФИО1, к ФИО11, ФИО5, УМВД России по Тульской области о признании утратившими право пользования жилым помещением, выселении и снятии с регистрационного учета отказано.

Исходя из анализа представленных сторонами доказательств суд апелляционной инстанции в определении от 30.03.2017 г. пришел к выводу о том, что последствием заключенного между ФИО9 и ФИО6 договора купли-продажи квартиры от 05.06.2015 г. явилась лишь передача денежных средств в сумме 580000 рублей с обязательством по их возврату, - что соответствует последствиям договора займа, а не купли-продажи, - и в связи с чем, заключенный между ФИО9 и ФИО6 договор купли-продажи квартиры прикрывал собой договор залога квартиры в обеспечение исполнения обязательств по договору займа. Таким образом, совершенная между сторонами сделка купли-продажи от 05.06.2015 г. прикрывала договор залога и, и соответственно, является ничтожной в силу своей притворности и не порождает для сторон этого договора правовых последствий. Договор купли-продажи не исполнен, спорная квартира ФИО6 не передавалась, ФИО11 с сыном продолжали проживать в ней, и состояли на регистрационном учете, несли бремя ее содержания и оплачивали коммунальные услуги.

В силу абзаца первого п.1 ст.10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании п.2 ст.10 ГК РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный ст.10 ГК РФ, поэтому такая сделка признается недействительной на основании ст.10 и ст.168 ГК РФ.

При этом судебная коллегия установила недобросовестность поведения ФИО8 и его супруги ФИО2, действующей в интересах их несовершеннолетней дочери ФИО1 при заключении оспариваемых сделок в отношении спорной квартиры, о чем свидетельствует непродолжительный период права собственности на квартиру сначала ФИО6, затем ФИО8, и то обстоятельство, что фактически предмет оспариваемых сделок из владения и пользования ФИО11 и ее сына после заключения этих сделок не выходил и не передавался новым собственникам. Сторонами по делу не оспаривалось, что на момент приобретения спорной квартиры у ФИО6 (26.11.2015 г.) ФИО8 достоверно было известно, что ФИО11 с сыном не исполнили договор купли-продажи, заключенный с ФИО6, а именно не освободили квартиру и не снялись с регистрационного учета в срок до 05.11.2015 г. При этом, как указано выше, ни ФИО6, ни ФИО8 с требованиями об освобождении жилого помещения к ФИО11 не обращались, и только после того, как 15.03.2016 г. ФИО11 обратилась к ФИО6 и ФИО8 в рамках гражданского дела по иску ФИО6 к ФИО11 о возврате суммы займа со встречным иском о признании сделок с ее квартирой недействительными, ФИО8 вскоре после этого, 19.03.2016 г., подарил эту квартиру своей дочери, а затем 27.04.2016 г. обратился с иском к ФИО11 и ФИО5 о признании их утратившими право пользования, выселении и снятии с регистрационного учета.

В соответствии с ч.2 ст.61 ГПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

В соответствии с положениями п.1 ст.420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Согласно п.1 ст.549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество.

Основной обязанностью продавца по договору купли-продажи является передача товара в собственность покупателя, а обязанностью покупателя - оплата товара.

Как указано в п.2 ст.168 ГК РФ, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно п.1 ст.167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Как указано в п.2 ст.167 ГК РФ, при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

Вышеназванная норма (ст. 167 ГК РФ) направлена на восстановление положения сторон, существовавшего до исполнения ими недействительной сделки.

Истец ФИО8 обратился в суд с иском к ФИО6 о взыскании денежной суммы уплаченной по договору купли-продажи квартиры № в доме № по ул.

<

данные изъяты> г.Тулы от 26.11.2015 г., ссылаясь на то, что на основании апелляционного определения Тульского областного суда от 30.03.2017 г. указанный договор купли-продажи квартиры признан недействительным.

Судом установлено, что 26.11.2015 г. между ФИО8 и ФИО6 был заключен договор купли-продажи спорной квартиры по цене 2300000 рублей, при этом ФИО8 в приобретаемую квартиру не вселялся, ключи от жилого помещения ему не передавались, и вплоть до обращения ФИО11 в суд с иском о признании договоров недействительными, требований об освобождении квартиры не заявлял, что подтверждается материалами дела и в том числе заявленным им требованием о выселении семьи К-вых, тогда как согласно условиям договора от 26.11.2015 г. квартира была передана покупателю в фактическое владение и пользование.

При этом ФИО8 при заключении договора купли-продажи квартиры было достоверно известно о том, что фактически ФИО6 спорной квартирой не владела, договор купли-продажи квартиры между ФИО6 и ФИО14 не исполнен, и последняя продолжала проживать в этой квартире.

Апелляционным определением Тульского областного суда от 30.03.2017 г. установлено, что обстоятельства предшествовавшие заключению договора купли-продажи квартиры от 26.11.2015 г., свидетельствовали о том, что действия ФИО8 имели признаки недобросовестности.

При таких обстоятельствах, суд приходи к выводу о том, что доказательств передачи денежных средств ответчику истцом в размере 2300000 рублей в счет стоимости квартиры, не представлено, последствия исполнения сделки не наступили, так как квартира не была передана покупателю, что свидетельствует о недействительности данной сделки.

Стороной ответчика представлен документ от 27.11.2015 г. из содержания которого следует, что ФИО8 обязуется продать приобретенную им у ФИО6 квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, ФИО12 или указанному ею лицу на следующих условиях: ФИО12 или указанное ею лицо должно уплатить ФИО8 за приобретаемую квартиру сумму в размере 700000 рублей, а также по 7% от указанной суммы за каждый полный месяц прошедший с момента выдачи настоящего обязательства, но не менее чем за один полный месяц, а также оплатить расходы на государственную регистрацию сделки купли-продажи, до 26.01.2016 г. После 26.01.2016 г., данное обязательство теряет силу. ФИО8 оставляет за собой право полного распоряжения имуществом по своему усмотрению. 

Указанный документ подписан ФИО8 и ФИО6. Однако истец отрицал в судебном заседании факт составления и подписания им указанного документа, при этом пояснив, что возможно поставил свою подпись под документом в момент очередного подписания экземпляра договора купли-продажи, но никакого обязательства перед Матусар он не нес. 

С целью проверки принадлежности подписи в вышеуказанном документе именно истцу, по ходатайству ответчика судом была назначена по делу судебная почерковедческая экспертиза, проведение которой было поручено ФБУ Тульская лаборатория судебной экспертизы Министераства юстиции Российской Федерации. 

Согласно заключению судебной почерковедческой экспертизы № от 16.04.2018 г. рукописная запись «Трубников Виталий Владимирович» и подпись от имени ФИО8, расположенные в расписке от 27.11.2015 г. об обязательствах ФИО8 перед ФИО6 в отношении квартиры № дома № по ул.

<

данные изъяты> г.Тулы, выполнены самим ФИО8

У суда нет оснований сомневаться в достоверности выводов, изложенных в заключении эксперта, учитывая, что экспертиза выполнена специалистом, имеющими необходимые специальные познания в области исследования и значительный стаж работы по специальности, перед проведением экспертизы эксперт предупрежден об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ, выводы экспертизы обладают необходимой полнотой и ясностью, в полной мере мотивированы, экспертное заключение содержит описание методов исследования и анализ представленных материалов.

Таким образом, факт личного подписания ФИО8 вышеназванного документа от 27.11.2015 подтверждается заключением эксперта № от 16.04.2018 г.

Доводы истца о том, что указанный документ он мог подписать не читая, так как его могли подсунуть в момент подписания договора купли-продажи квартиры, суд не может признать состоятельными, поскольку документ изготовлен в печатном форме, объем его составляет менее одной станицы, указанный документ содержит не только подпись, но и рукописное указание фамилии имени отчества истца. При этом судом учтено, что истец работает генеральным директором ООО «

<

данные изъяты>», его мать является учредителем ООО «

<

данные изъяты>», которое оказывало ФИО6 юридические услуги при рассмотрении иска в суде о взыскании долга по расписке с ФИО9. Сведений о том, что ФИО8 в момент совершения сделки, не был способен понимать значение своих действий и руководить ими в материалы дела не представлено. С учетом изложенных обстоятельств суд не может признать достоверными доводы истца о том, что он не подписывал указанный документ либо подписал его путем обмана. 

Вопреки доводам ответчика, представленный ею документ от 27.11.2015 г. об обязательствах ФИО8 перед ней о передаче спорной квартиры ФИО9 нельзя расценить как договор цессии. 

В соответствии со ст.382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Соглашение об уступке права требования (цессии) должно соответствовать требованиям статей 282 - 289 ГК РФ, содержать все существенные условия для договоров данного вида.

Согласно ч.1 ст.388 ГК РФ уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если оно не противоречит закону. 

У ФИО8 право требования к заемщику ФИО9 по договору займа по расписке от 05.06.2015 г., заключенного между ФИО6 и ФИО9 не возникло в виду следующего. 

Согласно вышеуказанному документу от 27.11.2015 г., представленному ответчиком, ФИО8 приобрел у ФИО6 квартиру, при этом сведений о том, что ФИО6 передала ему долг ФИО9 в сумме 580000 рублей по расписке от 05.06.2015 г., указанный документ не содержит. 

Вместе с тем, у ФИО6 имеется право требования к ФИО9 долга в размере 580000 рублей по расписке от 05.06.2015 г., а договор купли продажи квартиры, заключенный между ФИО9 и ФИО6 прикрывал собой договор залога квартиры в обеспечение исполнения обязательств по договору займа, как установлено апелляционным определением Тульского областного суда от 30.03.2017 г. 

Кроме того, указанный документ заключен в отсутствии ФИО9 и ее согласие исполнить обязательства указанные в представленном документе, не содержит.

Доводы ответчика о том, что она давала ФИО9 денежные средства в долг под 8%, материалы дела не содержат и расписка от 05.06.2015 г. на 580000 рублей данное условие не отражает. 

Расценить представленный ответчиком документ от 27.11.2015 г., как доказательство передачи ей ФИО8 денежных средств в размере 700000 рублей, так же нельзя, поскольку названное обязательство ФИО8 продать квартиру ФИО9 за 700000 рублей, не свидетельствует о передаче им ФИО6 700000 рублей. 

Сама ответчица в судебном заседании отрицала факт получения от ФИО8 денежных средств, при этом поясняла, что деньги в размере 700000 рублей получал от ФИО8 ФИО3, при этом написав истцу от своего имени расписку о получении денежных средств в указанной сумме, а затем ФИО3 передал ей 700000 рублей и расписку об обязательствах ФИО8 продать квартиру Матусар.

Анализ и оценка всех доказательств позволяют суду прийти к выводу, что подписывая договор купли - продажи спорной квартиры от 26.11.2015 г., как представленный ответчиком документ, датированный 27.11.2015 г., ФИО8 осознавал характер и юридический смысл этих документов, и преследовал определенные цели.

Таким образом, из существа заключенных между сторонами сделок и фактически сложившихся правоотношений, следует, что действия сторон свидетельствовали о том, что их воля при заключении договора не была направлена именно на достижение правовых последствий, возникающих из сделки купли – продажи.

В соответствии с требованиями ч.1 ст.67 ПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Суд, оценив в совокупности представленные доказательства по правилам ст.ст.12, 56, 67 ГПК РФ, применяя приведенные нормы права, учитывая апелляционное определение Тульского областного суда г.Тулы от 30.03.2017 г., приходит к выводу о том, что оснований для удовлетворения исковых требований ФИО8 о взыскании с ФИО6 стоимости квартиры в размере 2300000 рублей не имеется, поскольку достоверных доказательств передачи указанной денежной суммы, суду не представлено, письменная расписка о получении ФИО6 денежных средств от ФИО8 в счет исполнения обязательств по договору купли-продажи квартиры от 26.11.2015 г. отсутствует. 

Иных доказательств исполнения обязательств по договору купли-продажи квартиры в части оплаты стоимости квартиры, истцом в нарушение положений ст.56 ГПК РФ не представлено.

С учетом того, что исковые требования ФИО8 оставлены без удовлетворения, то в силу ст.98 ГПК РФ, судебные расходы, понесенные истцом в рамках данного дела удовлетворению не подлежат. 

В соответствии со ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, при отказе в иске взыскиваются с истца, не освобожденного от уплаты судебных расходов в доход бюджета. 

При подаче иска ФИО8 при цене иска 19700 рублей уплачено 3000 рублей, а также заявлено ходатайство об отсрочке уплаты госпошлины. На основании изложенного, суд руководствуясь положениями ст.103 ГПК РФ считает необходимым довзыскать с истца государственную пошлину в размере 16700 рублей (19700 – 3000).

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО8 к ФИО6 о взыскании денежной суммы, отказать.

Взыскать с ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

данные изъяты>, в доход муниципального образования «город Тула» государственную пошлину в размере 16700 (шестнадцать тысяч семьсот) рублей. 

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Тульского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Советский районный суд г. Тулы в течение одного месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Решение суда в окончательной форме принято 21 мая 2018 г.

Председательствующий