Санкт-Петербургский городской суд

Рег.№ 22-6109/2021

Дело № 1-7/2021 Судья Хворов Е.Д. 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Санкт-Петербург 22 сентября 2021 года

Судья судебной коллегии по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда Ларионова С.А.,

при секретаре Выговской В.А.,

с участием:

прокурора отдела прокуратуры Санкт-Петербурга Татариновой Н.Ю., 

осужденного Емельянова Е.В., его адвоката Борзова А.Ф., представившего удостоверение №... и ордер №... от 

<

дата>,

потерпевшего Потерпевший №3, его представителя - адвоката Чернобай Т.В., представившей удостоверение №... и ордер №... от 

<

дата>, 

представителя потерпевшей - адвоката Петровой Ж.Ф., в интересах Потерпевший №2, представившей удостоверение №... и ордер №... от 

<

дата>,

представителя потерпевшей – адвоката Макаровой Н.В., в интересах Потерпевший №1, представившей удостоверение №... и ордер №... от 

<

дата>,

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы осужденного Емельянова Е.В., адвоката Борзова А.Ф. с дополнениями к ней, представителей потерпевших Потерпевший №2 и Потерпевший №3 - адвокатов Чернобай Т.В., Петровой Ж.Ф., на приговор Ленинского районного суда Санкт-Петербурга от 5 июля 2021 года, которым

ЕМЕЛЬЯНОВ Евгений Валентинович 

<

...>, не судимый, 

- осужден по части 3 статьи 216 Уголовного кодекса Российской Федерации к 3 годам лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с оперативным управлением оборудования тепловых сетей на 2 года.

На основании статьи 73 Уголовного кодекса Российской Федерации, назначенное наказание в виде лишения свободы, постановлено считать условным, с испытательным сроком на 3 года.

На основании части 5 статьи 73 Уголовного кодекса Российской Федерации на Емельянова Е.В. возложены обязанности не менять постоянного места жительства и регистрации без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, являться на регистрацию в указанный орган по установленному графику.

За гражданскими истцами Потерпевший №2 и Потерпевший №3 признано право на удовлетворение гражданского иска с передачей вопроса о размере возмещения для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

С осужденного Емельянова Е.В. в пользу Потерпевший №2 и Потерпевший №3 взысканы процессуальные издержки, суммы, выплаченные ими участвующему в уголовном деле представителю в качестве вознаграждения, каждому в размере 50 000 рублей.

По делу разрешена судьба вещественных доказательств.

Доложив дело, выслушав мнение осужденного Емельянова Е.В., его адвоката – защитника Борзова А.Ф., поддержавших доводы своей апелляционной жалобы и дополнений, возражавших против доводов апелляционной жалобы адвокатов потерпевших, потерпевшего Потерпевший №3, представителей потерпевших – адвокатов Чернобай Т.В., Петровой Ж.Ф., Макаровой Н.В., поддержавших апелляционную жалобу в интересах потерпевших, и возражавших против доводов апелляционной жалобы осужденного и его адвоката, прокурора Татаринову Н.Ю., полагавшую необходимым приговор суда оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного, его адвоката, представителей потерпевших без удовлетворения, суд апелляционной инстанции

установил:

ЕМЕЛЬЯНОВ Е.В. признан виновным в нарушении правил безопасности при ведении иных работ, что повлекло по неосторожности смерть двух лиц Ш. и Н. 

Преступление совершено в Санкт-Петербурге при обстоятельствах подробно изложенных в приговоре. 

В апелляционных жалобах осужденный Емельянов Е.В. и адвокат Борзов А.Ф., полагая приговор суда незаконным, необоснованным, несправедливым, просят его отменить, ввиду нарушений уголовного и уголовно – процессуального законов.

В обоснование доводов апелляционных жалоб указывают на нарушение судом правил территориальной подсудности при рассмотрении уголовного дела, полагая, что местом совершения преступления является рабочее место Емельянова Е.В. по адресу: 

<

адрес>, откуда Емельянов как диспетчер отдавал соответствующие указания.

Полагают недопустимыми доказательствами: «Акт служебной проверки причин инцидента» (т.12 л.д. 152 – 163), ввиду того, что указанный документ в установленном уголовно – процессуальном законе порядке к материалам уголовного дела не приобщался, а составившие его лица заинтересованы в исходе дела; заключение комиссионной экспертизы от 

<

дата> (т.19 л.д.170-197), ввиду нарушений положений п.1 ч.1 ст. 195 УПК РФ, - отсутствии указаний на основание назначения экспертизы; а также в связи с тем, что экспертами разрешены вопросы, не входящие в их компетенцию об имевших место нарушениях обвиняемым Емельяновым; заключение экспертизы (т.19 л.д.92-104) изготовленное в коммерческой организации ООО «Единый Технический центр», ввиду того, что в материалах дела отсутствует постановление следователя о назначении данной экспертизы, заключение не соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, в заключении отсутствует подписка экспертов о предупреждении об уголовной ответственности; отсутствуют сведения о процессуальном статусе М., Б., Н., отчет 

<

...> к материалам дела не приобщался, эксперт Д.. незаконно привлек к участию в проведении экспертизы Б., С., Ф., которые сотрудниками ООО «Единый технический центр» не являются, соответственно не могли быть привлечены иным лицом в качестве специалистов. И., Г., Свидетель №46 были допрошены по делу в качестве свидетелей (октябрь 

<

дата>), соответственно принимать участие в уголовном деле в качестве специалистов не могли и подлежали отводу.

Указывает на отсутствие причинной связи между происшествием и последствиями, а также между распоряжениями диспетчера Емельянова и наступлением смерти потерпевших, поскольку ни в ходе предварительного следствия, ни судебного не установлено каким образом теплоноситель, вытекший из трубы, попал в подвал дома, где находились, в том числе и погибшие; Емельянов не знал, что данный участок трубопровода р/с 

<

адрес> имеет высокую вероятность быть разрушенным в связи с его критическим состоянием, и действовал в соответствии с инструкциями из расчета технической исправности трубопровода. Вместе с тем, достоверно установлено, что указанный участок трубопровода был предварительно разрушен, в результате коррозии и образования свищей, которые путем слияния образовали площадь раскрытия и вытекания теплоносителя без участия Емельянова.

Полагают, что в действиях Емельянова отсутствует состав преступления, поскольку указанные работы – включение участка теплосети (при ее исправном состоянии) не являются опасными работами, сравнивыми с горными или строительными работами. Емельянов не являлся субъектом отношений, обеспечивающих безопасность при эксплуатации трубопровода. При этом защита обращает внимание, что кафе, где находились погибшие, было организовано в запрещенном месте, а трубопровод продолжал эксплуатироваться несмотря на его негодное состояние, что Емельянову достоверно известно не было, инструкций и правил на этот счет Емельянов не имел.

В дополнениях к жалобе адвокат Борзов А.Ф. кроме того, не соглашается с содержанием приговора, указывает на его не соответствие разъяснениям содержащимся в постановлении Пленума ВС РФ от 29.11.2016г. № 55 «О судебном приговоре». Обращает внимание на загромождение приговора лишней информацией, ссылку на доказательства и документы, не относимые к предмету доказывания по настоящему делу. Указывает на то, что показания свидетеля Свидетель №17 отражены не полно; искажены показания свидетеля Свидетель №21; заключение специалиста Р. является ложным. Председательствующий с учетом сокрытия ложности данного заключения, являлся лицом, заинтересованным в исходе дела и подлежал отводу, вместе с тем данный отвод председательствующим был отклонен.

Ссылается на неверное толкование судом заключения эксперта Д. от 

<

дата> №..., который пришел к выводу о невиновности Емельянова Е.В., вместе с тем судья исказил смысл выводов эксперта, указав в приговоре об обратном. 

Указывает о недостоверности заключения эксперта Д. от 

<

дата>г. (т.19 л.д.92-147), ввиду того, что свои выводы он основывал на отчете специалистов М., Б., Н. (т.19 л.д.105-128), а также протоколах результатов испытаний специалистов Ф., Б., С. (т.19 л.д. 137-138), которые 

<

дата> только приступили к работе (на основании заявок ООО ЕТЦ) от 

<

дата>., при этом согласно сопроводительного письма генерального директора ООО «ЕТЦ» Ю. (т.19 л.д.19) выпиленный участок трубопровода уже был возвращен следователю. 

Защитник указывает, что обращал внимание суда первой инстанции на привлечение ООО «ЕТЦ» к административной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ч.4 ст. 9.1 КоАП РФ выданное АО «Теплосеть Санкт-Петербурга», вместе с тем указанная информация была судом необоснованно проигнорирована.

Ссылается, что утверждения свидетелей обвинения о том, что трубопровод 

<

дата> прошел необходимые испытания и был готов к работе, являются ложными, поскольку трубопровод фактически указанные испытания не проходил, т.к. в указанную дату был отключен и включен в работу лишь 

<

дата> Указанное подтверждается материалами дела (оперативной заявкой на отключение оборудования т.43 л.д. 40, итоговой справкой о дефектах т.49 л.д.188, оперативным журналом стр. 107 т.38 л.д. 54), и свидетельствует о невозможности эксплуатации трубопровода, нарушении при его эксплуатации требований соответствующих правил, что исключает возможность привлечения Емельянова к уголовной ответственности.

Полагает ложным вывод суда о том, что Емельянов дал команду на закрытие задвижки вместо шарового крана, что и послужило якобы причиной вытекания теплоносителя из сгнившей трубы, а также не предпринял мер по возвращению задвижки № 10 в НМП «ПТО» в исходное положение, поскольку п.4.1.2 Производственной инструкции № 1-П предписывал Емельянову закрыть именно задвижку, а не шаровой кран, как об этом указывает суд, и возвращение указанной задвижки в исходное положение, не содержится ни в одном нормативном документе, соответственно невыполнение этого действия не может вменяться в вину Емельянову. 

Кроме того, защитник указывает на то, что решение суда о взыскании с Емельянова процессуальных издержек не мотивировано, имущественная состоятельность Емельянова при этом судом не выяснялась, и ему не была предоставлена возможность довести до суда свою позицию по данному вопросу. 

При указанных обстоятельствах адвокат просит приговор отменить, уголовное дело возвратить прокурору. 

В апелляционной жалобе осужденный Емельянов Е.В., кроме того, ссылается на то, что доказательства представлены суду лицами, прямо заинтересованными в исходе данного дела, с целью переложить ответственность за ненадлежащее выполнение своих обязанностей на него; должностные лица АО «Теплосеть Санкт-Петербург» И.., ответственный за исправное состояние и безопасную эксплуатацию оборудования под давлением; Г., ответственный за осуществление производственного контроля и его безопасность; Р., ответственный за контроль проведения гидравлических испытаний, - сфабриковали акт служебной проверки №... от 

<

дата>. где констатировали нарушение им ряда инструкций, вместе с тем все специалисты, как со стороны обвинения, так и защиты подтвердили невозможность эксплуатации трубопровода в таком состоянии.

Указывает, что действовал в соответствии с инструкциями и оперативным планом действий по отключению трубопроводов тепловых сетей. Суд же счел выполнение данного оперативного плана рекомендательным на основании показаний тех же заинтересованных лиц И. и Р.. Указывает, что представленные суду в качестве доказательств расчет величины гидроудара составленный Р., а также справка расчета расхода теплоносителя по перемычке в НПС ПТО являются оценочными, точный расчет указанных данных определить невозможно, о чем указывал и сам Р..

Обращает внимание, что выводы суда о предпочтении показаний специалистов обвинения специалистам защиты, ввиду того, что они выше по должности, являются необоснованными, поскольку специалисты обвинения не имеют опыта работы в оперативном управлении. Допрошенные в суде эксперт К. и специалист Б., не смогли сослаться на какие – либо методики позволяющие сделать выводы о наличии гидроудара по данным указанным в протоколах проведенных исследований, ввиду того, что таковых не существует. При указанных обстоятельствах заключение экспертизы «Установление причин и характера разрушения участка распределительного трубопровода …» не соответствует критериям достоверности и объективности, а также требованиям ФЗ «О государственной судебно – экспертной деятельности в РФ».

Ссылается на заключение специалистов ООО «Северо – западного экспертного - проектного бюро» У. и Ч., которые сделали вывод о несоответствии требованиям закона и критериям достоверности и объективности экспертизы ООО «Единый технический Центр». 

Указывает о недопустимости экспертизы промышленной безопасности ЗАО НДЦ НПФ «Русская лаборатория», ввиду ее фальсификации и имеющихся противоречий. В действительности никакого контроля трубопровода не проводилось, поскольку его отключение в указанный период времени зафиксировано не было, кроме того указанная экспертиза была подписана 

<

дата>. т.е. еще до завершения работ по обследованию трубопровода.

В апелляционной жалобе представители потерпевших Потерпевший №3 и Потерпевший №2 адвокаты Чернобай Т.В. и Петрова Ж.Ф. считая приговор незаконным, необоснованным, и несправедливым в силу чрезмерной мягкости, просят его изменить, ссылаясь на непризнание Емельяновым своей вины, отсутствие извинений с его стороны в их адрес, не соответствие приговора требованиям ст. 297 УПК РФ, части 2 ст. 43, 60, 6 УК РФ.

Указывают, что судом необоснованно не принята во внимание позиция государственного обвинения и потерпевших о необходимости назначения Емельянову наказания без применения статьи 73 УК РФ, не учтена степень общественной опасности содеянного выразившихся в тяжких последствиях, повлекших смерть двух молодых людей.

Просят приговор изменить и исключить указание на применение ст. 73 УК РФ.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Коротенков Д.И. просит приговор суда как законный и обоснованный оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного и его адвоката без удовлетворения. 

Проверив материалы дела, выслушав мнения участников судебного разбирательства, обсудив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Выводы суда о виновности Емельянова при обстоятельствах, правильно установленных судом и изложенных в приговоре, основаны на совокупности доказательств, получивших надлежащую оценку в приговоре в соответствии с требованиями ст.ст. 88, 87 УПК РФ и эти выводы подтверждаются: 

показаниями свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2, непосредственных очевидцев событий, произошедших в ночь с 

<

дата> на 

<

дата> в заведении «Антикафе» «

<

...>» по адресу: 

<

адрес> согласно которым Н., Ш. находись в данном кафе в момент его затопления горячей водой и, не имея возможности его покинуть, погибли на месте происшествия; показаниями свидетеля Свидетель №12, мастера, обслуживающего АО «Теплосеть Санкт-Петербурга», о том, что с 

<

дата> на 

<

дата> он осуществлял свои обязанности в бригаде службы ремонта, по указанию диспетчера Емельянова осуществлял заполнение и включение в работу отключенного участка трубопровода тепломагистрали 

<

...> ТЭЦ-

<

...>, около 3 часов 15 минут Емельянов сообщил об увеличении расхода воды, вероятном повреждении трубопровода на включенном участке, и указал о необходимости установления дефекта. В ходе объезда участка указанных теплосетей во дворе 

<

адрес>, его бригадой было обнаружено сильное парение и вытекание горячей воды на поверхность с просадкой грунта, о чем сообщено Емельянову. После принятия мер безопасности бригада направилась в узел А для отключения поврежденного участка распределительной сети 

<

...> где были перекрыты задвижки на подающем и обратном трубопроводах, после чего на месте происшествия была произведена откачка воды, и из помещения затопленного подвала по адресу: 

<

адрес>, где извлечены тела двоих погибших; показаниями свидетеля Свидетель №17, машиниста насосных установок АО «Теплосеть Санкт-Петербурга», контролирующей работу оборудования и выполняющей его переключение по командам диспетчера Емельянова в ходе произошедших событий, согласно которым с 

<

дата> на 

<

дата> она находилась на своем рабочем месте и по указанию диспетчера Емельянова осуществляла ввод в эксплуатацию отключенного ранее участка тепломагистрали, около 3 часов Емельяновым ей была дана команда о полном открытии без интервала по времени задвижки № 1, закрытии перемычки в НПС «ПТО», задвижек № 10, и шарового крана №3. Емельянов был информирован о том, что задвижка № 10 открыта на 10 %, и отдал команду закрыть ее полностью. При выполнении данного распоряжения во время закрытия задвижки № 10 на перемычке возник сильный шум, при этом уверенности о полном ее закрытии у нее не было. В 3 часа 05 минут она сообщила диспетчеру об открытии задвижки № 1 и закрытии задвижки № 10, а также о возникшем шуме. Диспетчер дал команду закрыть шаровой кран № 3 без интервала по времени. В 3 часа 14 минут она сообщила диспетчеру о прекращении шума, и они совместно с Емельяновым приняли решение о закрытии после шарового крана байпаса задвижки № 1. В 4 часа 9 минут Емельянов дал команду закрыть прямую задвижку № 1, что и было сделано в течение не более пяти минут. Без команды диспетчера самостоятельно она не имела полномочий закрывать задвижку № 1 и прекращать подачу теплоносителя; протоколом проверки показаний Свидетель №17 на месте, где она подтвердила ранее данные показания; должностной инструкцией машиниста насосных установок службы электрохозяйства, согласно которой Свидетель №17 как машинист СЭХ находилась в оперативном подчинении старшего диспетчера АО «Теплосеть Санкт-Петербурга»; показаниями свидетеля Свидетель №18 мастера участка АО «Теплосеть Санкт-Петербурга», который согласно должностным обязанностям осуществлял эксплуатацию трубопровода теплосети и его обслуживание. 

<

дата> на участке между 

<

адрес> и 

<

...>, в связи с дефектом на подающем трубопроводе во внутри дворовой территории дома осуществлялся его ремонт, работы были выполнены надлежащим образом, трубопровод проверен под давлением воды, трубопровод испытания прошел и нареканий к нему не имелось; показаниями свидетеля Свидетель №19 ответственного за исправное состояние и безопасную эксплуатацию трубопровода 

<

...> АО «Теплосеть Санкт-Петербурга», согласно которым в соответствии с заключением экспертизы промышленной безопасности 

<

дата> трубопровод на указанном участке был признан годным, 

<

дата> проводилось его испытание и трубопровод был допущен к эксплуатации; показаниями свидетеля Свидетель №30 осуществляющего оперативное руководство работой смены электростанции, в том числе организацию работы по выполнению параметров, заданных диспетчером АО «Теплосеть Санкт-Петербурга» в подающих и обратных магистралях, согласно которым в ходе его смены 

<

дата> на 

<

дата> около 2 часов 30 минут Емельянов проинформировал его о планируемых переключениях, и увеличении тепловой нагрузки на ТЭЦ-

<

...>. Около 3 часов 3 минут им было зафиксировано повышение давления в подающих магистралях примерно на 2.5 кгс/см2, а именно с 9.0 кгс/ см2 на 11.5 кгс/см2 и снижение расхода воды в подающей магистрале 

<

...> с 3800 куб. метров воды в час до 1000 куб. метров воды в час, после чего в 3 часа 4 минуты он дал указание к отключению одного из 8 насосов для снижения давления в подающей магистрале и для выхода данного параметра давления в соответствии с утвержденным графиком. В 3 часа 5 минут Емельянов сообщил о закрытии перемычки и о необходимости снижения давления и его удержании в подающей магистрали не выше 10 кг. Позже Емельянов сообщил, что у него не работают некоторые приборы и попросил посмотреть показания по расходам воды на магистрали 

<

...> между подающим и обратным трубопроводами. Значительных изменений обнаружено не было, о чем было сообщено Емельянову. В 3 часа 35 минут Емельянов сообщил об обнаружении вытекания и попросил снизить общее давление на 1 кгс/см2, после чего он (Свидетель №30) дал команду остановить еще один сетевой насос. В 4 часа Емельянов дал команду в части давления в подающих трубопроводах равное 8.0 кгс/см2 после чего был остановлен еще один сетевой насос; показаниями свидетеля Свидетель №32 эксперта при производстве экспертизы промышленной безопасности, проведенной ЗАО НДЦ НПФ «Русская лаборатория» по заказу АО «Теплосеть Санкт-Петербурга» 

<

дата>, согласно которым по результатам проведенного исследования АО «Теплосеть Санкт-Петербурга», даны ряд рекомендаций необходимых к проведению до начала отопительного сезона 

<

дата>., в т.ч. восстановления антикоррозийного покрытия наружной поверхности трубопроводов труб в подвальном помещении 

<

адрес>, 

<

дата> был произведен тепловой контроль участка поврежденного трубопровода, дефектов, вытекания теплоносителя обнаружено не было, срок эксплуатации был продлен на 3 года, при его нормальной эксплуатации. Спиралешовная труба в составе трубопровода может применяться в теплосетях и на результаты экспертизы не влияет; показаниями свидетелей Свидетель №33, В., сотрудников ЗАО НПЦ НПФ «Русская лаборатория», участвующих в проведении экспертизы промышленной безопасности на трубопроводе тепловой сети р/с 

<

...> (заключение №... от 

<

дата>.), подтвердивших обстоятельства исследования данного трубопровода и соответствие экспертизы предъявляемым требованиям; актом служебной проверки причин инцидента, произошедшего 

<

дата> на распределительной сети 

<

...> (участок подающего трубопровода между 

<

адрес> и 

<

...> от 

<

дата>, с приложениями, которым установлено, что причиной инцидента послужил разрыв стенки трубы подающего трубопровода, который был вызван резким повышением давления сетевой воды (гидроудар), что привело к быстрому разрыву трубопровода путем слияния уже имевшихся мелких свищей и образованию трещины вдоль заводского спирального шва, в результате чего образовалось достаточно большое раскрытие поврежденной трубы, через которое произошло истечение теплоносителя с расходом порядка 600-1000 т/ч. Возникновение гидроудара было спровоцировано быстрым закрытием перемычки Dу500 в НПС «ПТО», которое привело к резкому сокращению расхода теплоносителя по тепломагистрали 

<

...> ТЭЦ-

<

...> примерно на 2100 т/ч. Установлено, что причиной инцидента явились ошибочные действия диспетчера, выраженные в нарушении п. 3.2.6 производственной инструкции № 1-П «По заполнению, включению и отключению водяных тепловых сетей» - регламентирующего закрытие циркуляционной перемычки на тепловых сетях только после подключения на теплоснабжение более 60 % потребителей, п.4.1.2 вышеуказанной инструкции, предписывающего начинать отключение участка (в данном случае таковым является участок перемычки) с первой по ходу воды секционирующей задвижки, п.4.1.1 той же инструкции, предписывающего перед снятием с тепломагистрали нагрузки, связанной со снижением расхода сетевой воды на 10 % и более, предварительного снижать давление на ТЭЦ на 0.5 -1,5 кгс/см2, п.1.2.2 производственной инструкции № 6, согласно которому одной из основных задач диспетчера при устранении технологического нарушения является сокращение времени переключений по выводу из работы поврежденного оборудования, должностную инструкцию старшего диспетчера центральной диспетчерской службы (п.1.17, абзац 4 п.п.3.1.1. п.3.1, абзац 4 п.п.3.1.1. п.3.1, абзац 6 п.п.3.1.1. п. 3.1 абзац 7 п.п.3.1.1. п.3.1, п.п.3.1.5. п.3.1, п.п.3.1.7 п.3.1); копиями указанных инструкций № 1-П, № 6, оперативного журнала АО «Теплосеть Санкт-Петербург содержащего сведения о событиях происшествия и действиях персонала Теплосети; показаниями специалистов Ю., Р., Х., Г., И., участвующих при проведении служебной проверки 

<

дата>, подтвердивших содержание данного акта, подписанного ими собственноручно; заключением экспертизы установление причин и характера разрушения участка распределительного трубопровода тепловой сети во внутри дворовой территории 

<

адрес> на участке 

<

...> принадлежащего АО «Теплосеть Санкт-Петербурга» от 

<

дата>, согласно выводам которого разрушение предоставленного для исследования участка трубопровода происходило в две стадии: статическая – разрушение гидроизоляционного и антикоррозийного покрытия подземного трубопровода, дальнейшее образование сквозных свищей из – за попадания влаги на наружную поверхность и протекания коррозийных процессов на внутренней поверхности трубопровода; динамическая – гидроудар, приведший к быстрому разрыву трубопровода путем слияния уже имеющихся мелких свищей и образованию трещины по ЗТВ спиральношовной трубы, в результате чего образовалось достаточно большое раскрытие поврежденной трубы и произошло значительное истечение среды; показаниями специалиста Б., эксперта Д. подтвердивших данное заключение; комиссионным заключением экспертов от 

<

дата>, согласно выводам которого старшим диспетчером Центральной диспетчерской службы АО «Теплосеть Санкт-Петербурга» (далее СДЦДС) Емельяновым Е.В. не обеспечены положения: Должностной инструкции СДЦДС, утвержденной генеральным директором общества 2 мая 2012г. № 38 -3 (далее должностная инструкция) абзац 5 п.п. 3.1.1 п.3.1, абзац 6 п.п.3.1.1 п.3.1, абзац 7 п.п.3.1.1 п.3.1, п.п. 3.1.5. п.3.1, п.п.3.1.7. п. 3.1; Производственной инструкции № 1 – П « по заполнению, включению и отключению водяных тепловых сетей» п.4.1.1., п.4.1.2; п.1.2.2 Производственной инструкции № 6 «По устранению технологических нарушений на трубопроводах и оборудовании (действие персонала в аварийной ситуации)»; часть 2 ст. 9 ФЗ от 21 июля 1997 года № 116- ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов». Не обеспечение (нарушение) указанных выше требований нормативно – правовых актов и документации Емельяновым Е.В. состоит в причинно – следственной связи с наступившими последствиями в виде размыва грунта во дворе 

<

адрес> в СПб с последующей протечкой воды из тепловых сетей в подвальном помещении в момент нахождения там Ш. и Н., в результате которой оба получили термические ожоги 2 и 3а степени 100% поверхности тела от воздействия горячими жидкостями, от которых скончались на месте происшествия; просадкой дорожного (внутри дворового) покрытия и подтоплением дворовой территории, в момент нахождения на ней легковых транспортных средств г.н.з 

<

...>, 

<

...>, 

<

...>, 

<

...>; показаниями эксперта К., подтвердившего соответствующие выводы экспертизы; протоколами осмотра (в т.ч. дополнительного) места происшествия и трупов от 

<

дата>, участка местности у 

<

адрес>, подвального помещения «Антикафе 

<

...>», где обнаружены тела погибших, во дворе дома обвал асфальта и грунта около 7х10м, с места происшествия изъят фрагмент трубопровода; протоколом осмотра предметов фрагментов трубопровода; копиями документов, на основании которых Емельянов осуществлял трудовую деятельность в АО «Теплосеть Санкт-Петербурга», об образовании и квалификации; заключениями экспертов от 

<

дата>, 

<

дата>, 

<

дата>, согласно которым у Ш. и Н. установлены термические ожоги 2 и 3а степени 100% поверхности тела от воздействия горячими жидкостями, от которых на месте происшествия наступила их смерть. Полученные термические ожогами состоят в прямой причинно - следственной связи с их смертью; заключением эксперта от 

<

дата>, согласно которому на фрагменте трубы, представленном для исследования, имеются множественные мелкие сквозные отверстия (свищи) образованные в процессе эксплуатации в результате глубокой естественной коррозии, также имеется обширное повреждение- разрыв предварительно разрушенного глубокой естественной коррозией участка стенки трубы; повреждения образовались не одномоментно в процессе эксплуатации трубы, пока под давлением рабочей жидкости не произошло механическое повреждение, и вода стала вытекать наружу, размывая грунт, образовав размыв и проседание грунта; заключением экспертизы промышленной безопасности данного участка трубопровода, согласно которому он не в полной мере соответствует требованиям промышленной безопасности и может быть применен при условии выполнении ряда работ до начала отопительного сезона 

<

дата>. Срок безопасной эксплуатации трубопроводов назначен на 3 года до 

<

дата>, при условии его эксплуатации с указанными для распредсети 

<

...> от подвала 

<

адрес> до УВВ – 68 давление не более 1,15МПа (11,5 гкс/см2) на подающих трубопроводах; не более 0,85 МПа (8,5 гкс/см2) - на обратном трубопроводе температура не выше 130 о С; а также другими доказательствами исследованными судом.

Суд привел мотивы, по которым он признал достоверными доказательства, положенные в основу обвинительного приговора и отверг доказательства защиты.

С учетом изложенного, следует признать, что тщательный анализ и основанная на законе оценка исследованных в судебном заседании доказательств, в их совокупности, позволили суду установить фактические обстоятельства, совершенного преступления, прийти к выводу о виновности Емельянова и правильно квалифицировать его действия по части 3 статьи 216 Уголовного кодекса Российской Федерации, как нарушение правил безопасности при ведении иных работ, повлекшее по неосторожности смерть двух лиц.

Объективность выводов проведенных по делу судебных экспертиз сомнений не вызывает, поскольку экспертами сделаны конкретные и мотивированные выводы на основе проведенных исследований; экспертизы проведены с соблюдением требований, предусмотренных главой 27 УПК РФ.

Нарушений уголовно-процессуального закона, по данному уголовному делу, которые могли бы повлиять на законность и обоснованность приговора, а также его отмену, в период предварительного и судебного следствия, не допущено. 

Заинтересованность в исходе дела председательствующего судьи объективного подтверждения не имеет, заявленный защитой отвод председательствующему рассмотрен судом с вынесением процессуального решения, которое является законным, обоснованным и мотивированным. 

Все доказательства, как стороны обвинения, так и защиты, были непосредственно исследованы судом, проверены им, приведенные в приговоре доказательства оценены как относимые, допустимые и достоверные, а в своей совокупности достаточные для признания вины Емельянова.

Суд апелляционной инстанции с такой оценкой согласен.

Оснований для признания приведенных в приговоре доказательств недопустимыми, как об этом просит защитник в своей апелляционной жалобе у суда первой инстанции не имелось, не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции 

Согласно ст. 73 УПК РФ, судом установлены все обстоятельства, подлежащие доказыванию.

Доводы апелляционных жалоб осужденного и его защитника, которые по существу сводятся к переоценке доказательств, к чему оснований не имеется, суд апелляционной инстанции считает несостоятельными исходя из следующего. 

Судом первой инстанции установлено, что эксплуатируемый АО «Теплосеть Санкт-Петербурга» трубопровод, при помощи которого осуществляется отопление жилых домов, нежилых помещений, и производств является опасным производственным объектом среднего класса опасности в силу использования находящегося по давлением теплоносителя значительной температуры.

Эксплуатация такого объекта помимо соблюдения общих требований о безопасности (ФЗ от 21.07.1997 № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов») имеет детальную регламентацию в локальных нормативных актах (должностной инструкции старшего диспетчера центральной диспетчерской службы, утв. Ген.дир. АО «Теплосеть Санкт-Петербурга» 02.05.2012г. № 38-3; производственной инструкции № 1-П «По заполнению, включению и отключению водяных тепловых сетей», производственной инструкции № 6 «По устранению технологических нарушений на трубопроводах и оборудовании (действие персонала в аварийной ситуации)», «Типовой инструкции по технической эксплуатации систем транспорта и распределения тепловой энергии (тепловых сетей)», и касается как осуществления деятельности в штатном режиме, так и реакции на возникающие в процессе эксплуатации внештатные ситуации, в том числе аварии.

Оперативное управление эксплуатационными процессами теплосети осуществляется диспетчером в подчинении которого находятся как сотрудники, располагающиеся на узлах управления, так и мобильные бригады осуществляющие выявление и локализацию возникающих аварийных ситуаций, при этом именно диспетчер принимает решение о последовательности действий находящихся в его подчинении участников технологического процесса, координирует такие действия с учетом общей картины его протекания для чего собирает и обобщает необходимую для этого информацию.

Исходя из представленных сторонами доказательств достоверно установлено, что в ночь с 

<

дата> на 

<

дата> оперативным дежурным теплосети осуществлявшим ввод в эксплуатацию ранее отремонтированного участка в районе происшествия являлся Емельянов, в подчинении которого находилась машинист Свидетель №17, непосредственно управлявшая задвижками и кранами данного участка трубопровода, Б., обеспечивающий подачу теплоносителя под определенным давлением, и Свидетель №12, возглавлявший мобильную бригаду, впоследствии обнаружившую место прорыва и затопления. Составными частями операции процесса ввода в эксплуатацию, руководство которой осуществлял Емельянов, являлись:

- открытие задвижки № 1 для поступления теплоносителя в вводимый в эксплуатацию участок и закрытие перемычки отводившей теплоноситель обратно через задвижку № 10 и шаровой кран № 3.

Судом установлено, что решение о начале технологической операции Емельяновым принято без учета у него достоверной информации о том, что на вводимом в эксплуатацию участке имеется достаточное количество потребителей тепла способных воспринять подаваемый по трубопроводу теплоноситель и тем самым не допустить его избыточное давление в самом трубопроводе, а такая информация могла быть у Емельянова, с учетом его образования, профессиональных навыков, стажа работы в указанной области, из доступных источников при надлежащей подготовке к организации данного процесса.

После того как по команде Емельянова Свидетель №17 открыла задвижку подающего трубопровода № 1 и закрыла задвижку обратного, давление теплоносителя на указанном участке стало повышаться. Дальнейшие действия Емельянова, направленные на предотвращение возможной аварии выражались в резком закрытии шарового крана № 3. Решение о закрытии задвижки подающего трубопровода было принято Емельяновым и реализовано Свидетель №17 спустя значительный промежуток времени после начала развития аварийной ситуации. Указание Емельянова Б. о снижении давления теплоносителя, поступающего в трубопровод, носили ограниченный характер и не оказали существенного влияния на предотвращение последствий. В результате повышения давления теплоносителя на вводимом в эксплуатацию участке трубопровода и организованных осужденным манипуляций с запирающими устройствами обратного трубопровода произошел гидроудар, последствиями которого стал прорыв трубы трубопровода в районе 

<

адрес>, излив теплоносителя в помещение подвала кафе расположенного по указанному адресу, где находились потерпевшие Ш. и Н., которые от полученных термических ожогов скончались на месте. 

Судом должным образом проверены и оценены все версии выдвинутые защитой в обосновании невиновности Емельянова, в частности получили оценку утверждения о том, что:

- Емельянов не располагал и не должен был располагать информацией о количестве потребителей, осуществляющих отбор теплоносителя на вводимом участке трубопровода;

- локальные нормативные акты не регламентируют последовательность и процедуру открытия и закрытия запорных устройств на обратном трубопроводе;

- давление теплоносителя на вводимом в эксплуатацию участке являлось рабочим и не достигало критических значений;

- разрыв трубопровода стал следствием не гидроудара, а повреждений самой трубы, вызванной коррозией и заводским браком присоединения;

- действия Емельянова при возникновении аварии носили последовательный и разумный характер и завершились неудачей лишь вследствие ненадлежащего состояния трубопровода, о котором ему известно не было;

- смерть потерпевших стала следствием их пребывания в помещении кафе, которое было размещено там, в нарушении требований безопасности.

По итогам судебного следствия суд пришел к обоснованному выводу, что ни одно из данных утверждений не соответствует совокупности представленных доказательств, не устраняет преступность деяния, в том числе причинно – следственную связь между допущенными Емельяновым нарушениями и наступившими последствиями.

Так, несмотря на то, что приборы учета теплосети могли быть использованы Емельяновым не в полной мере, всю недостающую информацию он мог и должен был получить из имеющихся в распоряжении диспетчера данных об объеме теплоносителя, его расходе и давлении на различных участках трубопровода. Более того отсутствие со стороны Емельянова действий по анализу данной информации свидетельствует о его ненадлежащей подготовке к осуществлению и руководству производственного процесса, представляющего хоть и производственный, но значительный риск.

Все входящие в состав трубопровода соединения и элементы являются составными частями производственной цепи неразрывного технологического процесса. Правила их эксплуатации не могут быть не отрегулированными в зависимости от того, на какой части трубопровода они установлены: подающем или обратном. Именно поэтому к закрытию задвижки и шарового крана № 3 обратного трубопровода вполне применимы положения п. 4.1.2 производственной инструкции № 1-П.

Само поведение Емельянова его указания пусть и несвоевременные к Б. о необходимости снижения давления, свидетельствуют о том, что давление таковое в процессе событий воспринималось и самим Емельяновым как избыточное, что подтверждается и выводами специалистов о том, что давление значительно превышало допустимое. 

Характер повреждений, обнаруженных на трубе после разрыва, свидетельствует о том, что таковой наряду с влиянием коррозии стал следствием гидроудара, вызванного избыточным давлением и неправильной регулировкой интенсивности потока теплоносителя со стороны Емеляьнова.

Поведение Емельянова, отраженное в показаниях свидетелей, результатах телефонных соединений, содержащих сообщаемую участниками событий информацию, и данные указания Емельянова не свидетельствуют о последовательности и уверенности его в своих действиях.

Смерть потерпевших стала следствием произошедшей в результате действий Емельянова аварии, местонахождение потерпевших не имеет юридического значения для оценки действий Емельянова, поскольку не является результатом противоправного поведения с их стороны и не разрывает причинно следственную связь деяния. 

При этом доводы апелляционных жалоб суд апелляционной инстанции полагает несостоятельными по следующим основаниям.

Деяние предусмотренное статьей 216 Уголовного кодекса Российской Федерации является материальным составом преступления, реально наступившие общественно – опасные последствия которого входят в объективную сторону преступления, таким образом, поведение Емельянова, начатое в Санкт-Петербурге по адресу 

<

адрес> стало преступным лишь после того, как привело к смерти Потерпевший №2 и Ш. в помещении кафе, расположенного по адресу: 

<

адрес>, территория которого подсудна Ленинскому районному суду Санкт-Петербурга. 

Проведение служебной проверки должностными лицами организации, деятельность которой при эксплуатации опасного объекта привела к аварии, предусмотрена законом, составленный по итогам такой проверки акт является одним из доказательств по уголовному делу, не имеющим преимущественного значения, а его выводы подлежат проверке в совокупности с иными доказательствами по делу, что и было сделано судом. При этом данный акт не является вещественным доказательством (статья 81 УПК РФ), а относится к категории иного документа (статья 84 УПК РФ), поэтому для использования при доказывании не требует вынесения постановления следователем.

Какой-либо заинтересованности в исходе дела членов комиссии, участвующих в составлении данного акта, судом первой инстанции не установлено, само по себе должностное положение участвующих лиц, в частности Ю., Р., И., Г., при отсутствии объективных данных, об этом не свидетельствует. Предусмотренных уголовно – процессуальным законом оснований для отвода допрошенных в качестве специалистов - И., Г., Свидетель №46, Р. не имелось, что справедливо отражено судом в соответствующих процессуальных решениях. 

Назначение судебной экспертизы в ООО «Единый Технический Центр», далее по тексту ООО «ЕТЦ» было обусловлено спецификой рассматриваемого дела и необходимостью применения специальных познаний, невостребованных в массовой практике судебных исследований в государственных бюро судебных экспертиз. Такой выбор следователя соответствует положениям статьи 195 УПК РФ и ст. 41 Федерального закона N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации". Решение следователя о поручении проведения экспертизы ООО «ЕТЦ» было принято в форме постановления в порядке ст.195 УПК РФ (т.19 л.д. 87), само заключение составлено сотрудником данного учреждения - экспертом Д., факт предупреждения которого по ст. 307 УК РФ (т.45 л.д. 28) был проверен и установлен судом. Экспертное заключение соответствует ст. 25 указанного закона, вопреки доводам жалобы содержит указание на методы проведенных исследований, носит обоснованный и мотивированный характер, К. располагал всей совокупностью имеющих отношение к делу материалов, в том числе документов. Привлечение экспертом в ходе проведения экспертизы для проведения локальных исследований и частных расчетов специалистов, из других, но имеющих отношение к содержанию данных расчетов организаций, не является нарушением закона, т.к. проводимая экспертиза не приобрела характера комиссионной, а полученные от специалистов технические данные способствовали проведению экспертизы, но не предопределяли ее содержание и выводы. 

Сведения о привлеченных для исследования специалистах (специальности, стаже работы, а также иные данные, свидетельствующие об их компетентности и надлежащей квалификации) приобщены к материалам дела, судом первой инстанции проверены и сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывают. 

У суда не было оснований полагать, что расчеты в ходе экспертизы проводились без использования вещественного доказательства, при этом противоречий в сроках пребывания трубы в распоряжении экспертного учреждения и периодом производства экспертизы не имеется, так как исследование доказательства (части трубопровода) представляло лишь часть данного исследования. Таким образом, составление заключения экспертом Д. (с соответствующими приложениями к нему), когда вещественное доказательство уже было возвращено следователю, не свидетельствует о каких – либо нарушениях требований закона. 

Оснований для вынесения постановления следователем о приобщении к материалам дела отчета экспертного исследования и соответствующих протоколов результатов механических, технологических испытаний и спектрального анализа, являющихся неотъемлемой частью экспертного исследования, не имелось. 

Заявление защиты о фальсификации экспертного заключения, ввиду того, что ООО «ЕТЦ» привлекалось за дачу заведомо ложного заключения, также выданного АО «Теплосеть Санкт-Петербурга» при иных обстоятельствах, является голословным, доказательств отношения данного факта к фактическим обстоятельствам настоящего уголовного дела суду не представлено.

Заявление защиты о предположительных выводах эксперта данного заключения, не противоречит разъяснениям постановления Пленума Верховного суда РФ от 21.12.2010 г. № 28 указанным в п. 28, а также положениям ч.2 ст. 17 УПК РФ, поскольку заключение эксперта не имеет заранее установленной силы, не обладает преимуществом перед другими доказательствами и, как все иные доказательства, оценивается по общим правилам в совокупности с другими доказательствами, что и было выполнено судом первой инстанции. 

Также не нашли объективного подтверждения и доводы защиты о фальсификации заключения экспертизы промышленной безопасности от 

<

дата> №..., выполненного ЗАО НДЦ НПФ «Русская лаборатория». Данные доводы судом первой инстанции проверялись путем допроса свидетелей и исследования письменных доказательств, и обоснованно отвергнуты с приведением соответствующих мотивов. Ошибка, допущенная в дате его подписания, установлена судом и не свидетельствует о недостоверности данного заключения. 

Вопреки доводам защиты, заключение комиссионной экспертизы соответствует требованиям закона, не содержит выводов о виновности Емельянова, комиссия экспертов путем анализа представленных материалов и нормативной документации пришла к выводу о несоответствии действий Емельянова положениям приведенной выше нормативной документации.

При этом основанием для назначения следователем данной экспертизы послужила его нуждаемость в специальных познаниях в технической области, что и было указано в его постановлении. 

Содержание заключения эксперта Д. (т.19 л.д. 77- 80), приведенное в приговоре, вопреки доводам защиты в полной мере соответствует его исследовательской части, и не противоречит иным приведенным в приговоре доказательствам. 

Заключение специалистов ООО «Северо – западного экспертного – проектного бюро» У. и Ч., на которое в своей апелляционной жалобе ссылается осужденный, не может быть принято во внимание. Судом первой инстанции данному заключению дана оценка и сделан правильный вывод о том, что оно является недопустимым, так как предметом их исследования было другое заключение экспертов, которому У. и Ч. дана юридическая оценка, что в силу уголовно – процессуального закона их компетенцией не является.

Оценивая версию защиты о неотнесении работ, выполняемых Емельяновым к категории опасных, суд кроме того учитывает, что технологический процесс теплоснабжения основывается на доставлении теплоносителя до потребителей посредством трубопровода, находящегося в земле, таким образом, несмотря на использование всех возможных механизмов контроля и мониторинга протекания данного процесса его опасность заключается и в том, что состояние трубопровода определяется опытным путем, как в процессе испытаний, так и последующей его эксплуатации. В таком режиме особую роль приобретают действия должностного лица теплоснабжающей организации, непосредственно руководящего данным процессом подачи теплоносителя, в том числе на участке, ранее подвергавшемся ремонту. 

Содержащиеся в инструкции императивные требования о порядке действий в ходе данного процесса направлены и на минимизацию рисков возникновения аварийных ситуаций, а в случае аварий на максимально быстрые локализацию и устранение их последствий.

Таким образом, довод защиты о том, что Емельянов рассчитывал на безаварийное состояние всех участков трубопровода и поэтому осуществлял руководство без должного расчета контроля за ситуацией и предусмотренных мер реакции на признаки возникающей аварийной ситуации является надуманным.

Нарушений требований статей 304-309 Уголовно – процессуального кодекса Российской Федерации при составлении приговора судом не допущено. Показания свидетелей, в том числе свидетеля Свидетель №17, соответствуют протоколу судебного заседания, и отражены в приговоре в необходимом для установления судом фактических обстоятельств объеме. 

Доводы защиты о том, что к обстоятельствам произошедшего имеют отношение другие лица, которые должны быть привлечены к соответствующей ответственности, с учетом положений статьи 252 УПК РФ, обоснованно были отклонены судом первой инстанции, при наличии установленных им обстоятельств.

Существенных нарушений норм уголовно-процессуального законодательства, которые бы могли повлечь отмену приговора, по делу не допущено.

Вопреки доводам жалобы, из протокола судебного заседания следует, что судебное разбирательство проведено в соответствии со ст. 244 УПК РФ, нарушений ст. 15 УПК РФ не имеется. Суд создал необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, все заявленные сторонами ходатайства, разрешены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с указанием мотивов принятого решения. Отказ в удовлетворении ходатайств не свидетельствует о незаконности принятого решения и о нарушении принципа состязательности сторон.

При назначении осужденному наказания, требования закона соблюдены, наказание назначено в соответствии с требованиями статей 6, 43, 60 Уголовного кодекса Российской Федерации, соразмерно содеянному и с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности осужденного, наличия смягчающих и отсутствия отягчающих обстоятельств, влияния наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи, и является справедливым.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств судом учтено наличие на иждивении малолетних детей, в соответствии с пунктом «г» части 1 статьи 61 Уголовного кодекса Российской Федерации, в соответствии с частью 2 статьи 62 Уголовного кодекса Российской Федерации, наличие хронических заболеваний, а также иные установленные приговором обстоятельства.

Между тем, суд пришел к выводу, что достижение социальной справедливости в конкретном случае, цели исправления подсудимого и предупреждения совершения им новых преступлений, могут быть достигнуты путем назначения ему наказания в виде лишения свободы с лишением права занимать заниматься определенной деятельностью связанной с оперативным управлением оборудования тепловых сетей. Учитывая данные о личности Емельянова, с применением к основному виду наказания положений ст. 73 УК РФ.

Наказание является справедливым, чрезмерно мягким или суровым не является, соответствует тяжести содеянного, при этом судом в полном объеме учтены все обстоятельства, влияющие на назначение наказания.

При указанных обстоятельствах учитывая, что Емельяновым совершено неосторожное преступление, доводы апелляционной жалобы представителей потерпевших, суд полагает несостоятельными.

При этом позиция осужденного Емельянова по настоящему уголовному делу, является его правом, и в силу требований закона не является основанием для назначения ему наиболее строгого вида наказания, предусмотренного санкцией статьи за совершенное преступление.

Решение по гражданским искам потерпевших передано для разрешения в порядке гражданского судопроизводства, и в данной части и сторонами не оспаривается.

При указанных обстоятельствах, приговор как обвинительный является законным, обоснованным и мотивированным, назначенное наказание справедливым, оснований для его отмены, а равно для усиления назначенного наказания не имеется.

Между тем, судом допущены существенные нарушения уголовно - процессуального закона, которые в силу п. 2 ст. 389.15 УПК РФ служат основанием для отмены судебного решения в части взыскания с осужденного ФИО1 процессуальных издержек.

Исходя из разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, данных в абз. 2 п. 11 постановления N 42 от 19.12.2013 г. "О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам", принятие решения о взыскании процессуальных издержек с осужденного возможно только в судебном заседании. При этом осужденному предоставляется возможность довести до сведения суда свою позицию относительно суммы взыскиваемых издержек и своего имущественного положения.

Вместе с тем, как следует из материалов уголовного дела, вопрос о процессуальных издержках в судебном заседании не обсуждался, суд ограничился лишь приобщением данных заявлений и документов к материалам уголовного дела, не обсудив при этом вопрос об имущественном положении осужденного и его возможности их возмещения.

Исходя из положений части 3 статьи 41 УПК РФ, потерпевшему обеспечивается возмещение расходов, понесенных в связи с его участием в ходе предварительного следствия и в суде, включая расходы на представителя, которые согласно пунктам 1 и 11 части 2 статьи 131 УПК РФ относятся к процессуальным издержкам.

В соответствии с частью 1 статьи 132 УПК РФ процессуальные издержки возмещаются за счет средств федерального бюджета либо средств участников уголовного судопроизводства.

Согласно пункту 25 Положения о возмещении процессуальных издержек, связанных с производством по уголовному делу, издержек в связи с рассмотрением гражданского дела, административного дела, а также расходов в связи с выполнением требований Конституционного Суда Российской Федерации, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации N 1240 от 01.12.2012, возмещение процессуальных издержек, в том числе потерпевшему, осуществляется на основании постановления (определения) суда за счет средств, предусмотренных федеральным бюджетом на указанные цели федеральным судам общей юрисдикции, после исполнения подотчетными лицами своих процессуальных обязанностей.

Таким образом, расходы потерпевшего, связанные с явкой к месту производства процессуальных действий и выплатой вознаграждения представителю, подлежат возмещению судом за счет средств федерального бюджета с последующим взысканием этих процессуальных издержек с осужденного в доход государства. Взыскание процессуальных издержек в пользу конкретных лиц, а не в доход государства противоречит требованиям закона.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.19, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Ленинского районного суда Санкт-Петербурга от 5 июля 2021 года в отношении ФИО1 в части взыскания с него процессуальных издержек в пользу потерпевших Потерпевший №2, Потерпевший №3 отменить.

Возместить потерпевшим Потерпевший №2 и Потерпевший №3 процессуальные издержки, связанные с оплатой услуг представителя, каждому, в размере 50 000 рублей за счет средств федерального бюджета.

Взыскать с осужденного ФИО1 в пользу федерального бюджета процессуальные издержки в размере 100 000 рублей.

В остальном этот же приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного, представителей потерпевших - без удовлетворения.

Апелляционную жалобу адвоката – защитника удовлетворить частично.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47.1 Уголовно – процессуального кодекса Российской Федерации, в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу в Судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции, через суд постановивший приговор.

Председательствующий -