УИД 71RS0001-01-2024-001500-10

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

4 сентября 2024 года г. Алексин Тульской области

ФИО1 межрайонный суд Тульской области в составе:

председательствующего Орловой Е.В.,

при помощнике ФИО2, секретаре Лапшиной Е.В., 

с участием истцов ФИО3, ФИО4, ФИО5, их представителя адвоката Сикачева Н.А.,

ответчика ФИО6, его представителя адвоката Шестопалова И.В.,

старшего помощника Алексинского межрайонного прокурора Лейко С.Р. 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Алексинского межрайонного суда Тульской области гражданское дело № 2-1094/2024 по иску ФИО3, ФИО4, ФИО5 к ФИО6 о компенсации морального вреда и расходов по оплате комплексной судебно-медицинской экспертизы,

установил:

ФИО3, ФИО4, ФИО5 обратились в суд с иском к ФИО6 о взыскании компенсации морального вреда, указав, что ДД.ММ.ГГГГ в 16 часов 15 минут на 2 км. (1км. + 180м.) автодороги «мкр. Соцгород – мкр. Петровское», в районе 

<

адрес>, водитель ФИО6, управляя автомобилем «

<

Марка>» г/з №, двигаясь на нем в сторону мкр. Петровское по середине проезжей части совершил наезд на пешехода ФИО, который переходил проезжую часть. В результате ДТП пешеходу ФИО были причинены телесные повреждения, от которых он скончался на месте ДТП. Как следует из заключения эксперта № 255 от 19.06.2020 года смерть ФИО наступила от тупой травмы грудной клетки с переломом 1-12 ребер слева, 1-7 ребер справа, кровоизлиянием в мягкие ткани грудной клетки, разрывом левого легкого, ссадинами на грудной клетке.

Согласно заключению эксперта ООО «

<

данные изъяты>» № № от ДД.ММ.ГГГГ (вопрос № 7) если бы водитель двигался по своей полосе движения, а не посередине проезжей части, то пешеход успел бы преодолеть полосу движения ТС. Не соблюдение водителем ТС «

<

Марка>» г/з №, п. 9.1 ПДД РФ стоит в причинно-следственной связи с наступлением ДТП.

Таким образом, смерть пешехода ФИО наступила по вине водителя ФИО6 в результате дорожно-транспортного происшествия.

Погибший приходился истцам близким родственником: ФИО4 и ФИО5 сыном, ФИО3 братом. В связи с невосполнимой утратой близкого родственника истцам были причинены глубокие моральные и нравственные страдания. На момент ДТП ФИО проживал совместно с пожилыми родителями, истцами по делу, был для них надеждой и опорой, они вели общее хозяйство и были тесно привязаны друг к другу. Со смертью сына последние лишились его заботы и поддержки. Их тесное общение и его помощь, с учетом преклонного возраста, являлись для них существенной помощью и подспорьем. Нервное и психическое перенапряжение отразилось на их состоянии здоровья, обострились хронические заболевания, появилась тревожность и страх, нарушился сон, стала мучить бессонница и кошмары.

С братом у истца ФИО3 были близкие и доверительные отношения, они всегда были вместе, помогали и выручали друг друга, а теперь истец остался один, без близкого человека и братской помощи.

Водитель ФИО6 близким родственникам погибшего пешехода ФИО извинения не принес, материальную помощь не оказал, является злостным нарушителем правил дорожного движения.

Истцы оценивают денежную компенсацию морального вреда, причиненного вследствие смерти близкого родственника, в размере 1 000 000 рублей в пользу каждого, поскольку смерть родного человека является наиболее тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, влекущим глубокие и тяжкие страдания, переживания, вызванные такой утратой, затрагивающие личные структуры, психику, здоровье, самочувствие и настроение.

С учетом уточнения исковых требований, в окончательном варианте, ссылаясь на положения ст. 1064, 1079, 1094, 1099, 1101, 1100 ГК РФ, истцы просили суд взыскать с ФИО6 компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб. в пользу каждого из истцов, расходы по оплате комплексной судебно-медицинской экспертизы в размере 49000руб.

Истцы ФИО3, ФИО4, ФИО5 в судебном заседании исковые требования поддержали в полном объеме, просил их удовлетворить по основаниям, изложенным в исковом заявлении с учетом уточнений исковых требований.

Представитель истцов ФИО3, ФИО4, ФИО5 по ордеру адвокат Сикачев Н.А. в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме, просил их удовлетворить по основаниям, изложенным в исковом заявлении с учетом уточнений.

Ответчик ФИО6 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований по основаниям, изложенным в возражениях на исковое заявление.

Представитель ответчика ФИО6 по ордеру адвокат Шестопалов И.В. в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований по основаниям, изложенным в возражениях на исковое заявление.

В заключении старший помощник Алексинского межрайонного прокурора Тульской области Лейко С.Р. полагала, что требования в части взыскания компенсации морального вреда подлежат частичному удовлетворению. При определении размера компенсации морального вреда, просила учесть допущенную потерпевшим неосмотрительность, который осуществлял переход проезжей части вне пешеходного перехода при наличии его в прямой видимости, в связи с чем просила снизить размер компенсации морального вреда.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, заключение старшего помощника Алексинского межрайонного прокурора Тульской области Лейко С.Р., исследовав доказательства по делу, суд приходит к следующему.

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" ГК РФ (ст. 1064 - 1101) и ст. 151 ГК РФ.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно п. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, регламентируется нормами ст. 1079 ГК РФ.

Так, в п. 1 ст. 1079 ГК РФ указано, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным п. 2 и 3 ст. 1083 Кодекса.

Пунктом 2 ст. 1083 ГК РФ предусмотрено, что, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается. Вина потерпевшего не учитывается при возмещении дополнительных расходов (п. 1 ст. 1085), при возмещении вреда в связи со смертью кормильца (ст. 1089), а также при возмещении расходов на погребение (ст. 1094).

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности (абз. 2 ст. 1100 ГК РФ).

Как разъяснено в п. 1 постановления Пленума Верховного суда РФ N 33 от 15 ноября 2022 года "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно п. 14 указанного постановления под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в 16 часов 15 минут на 2 км. (1км. + 180м.) автодороги «мкр. Соцгород – мкр. Петровское», в районе 

<

адрес>, водитель ФИО6, управляя автомобилем «

<

Марка>» г/з №, двигаясь на нем в сторону мкр. Петровское совершил наезд на пешехода ФИО, который переходил проезжую часть. В результате ДТП пешеходу ФИО были причинены телесные повреждения, от которых он скончался на месте ДТП. 

Смерть ФИО наступила ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о смерти серии № №, выданным Отделом записи актов гражданского состояния администрации муниципального образования город Алексин.

ДД.ММ.ГГГГ в 12 часов 00 минут СО МОМВД России «ФИО1» возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, по факту дорожно-транспортного происшествия, повлекшего смерть ФИО

На основании постановлений старшего следователя СО МОМВД России «ФИО1» предварительное следствие по уголовному делу № неоднократно приостанавливалось по п. 1 ч. 1 ст. 208 УПК РФ в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого, последний раз ДД.ММ.ГГГГ.

Постановлением старшего следователя СО МОМВД России «ФИО1» от ДД.ММ.ГГГГ предварительное следствие по уголовному делу № прекращено по п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ за отсутствием в действиях водителя ФИО6 состава преступления, предусмотренного ч.3 ст. 264 УК РФ.

В данном постановлении указано, что следствие приходит к выводу, что причиной дорожно-транспортного происшествия явились неосторожные действия пешехода ФИО, который в нарушение п.п. 4.3, 4.5, 4.6 Правил дорожного движения РФ, осуществляя переход проезжей части вне пешеходного перехода, при его наличии в зоне видимости, что исключило возможность своевременно обнаружить и предотвратить наезд на него автомобилем «

<

Марка>» государственный регистрационный знак №, путем своевременного применения экстренного торможения водителем ФИО6 В действиях водителя ФИО6 отсутствуют нарушения Правил дородного движения РФ.

В рамках уголовного дела №, возбужденного СО МОМВД России «ФИО1» по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, на основании постановлений следователей был проведен ряд экспертиз.

В соответствии с заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, смерть ФИО наступила от тупой травмы грудной клетки с переломом 1-12 ребер слева, 1-7 ребер справа, кровоизлиянием в мягкие ткани грудной клетки, разрывом левого легкого, ссадинами на грудной клетке.

При судебно-медицинском исследовании трупа обнаружены повреждения: 

А. Тупая травма грудной клетки с переломом 1-12 ребре слева, 1-7 ребер справа, кровоизлиянием в мягкие ткани грудной клетки, разрывом левого легкого, ссадинами на грудной клетке. Указанные повреждения причинены ударом и скольжением тупых твердых предметов, без характерных особенностей травмирующих предметов, и как опасные для жизни, в совокупности имеют квалифицирующие признаки тяжкого вреда здоровью (6.1.10 приложения к приказу Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008г. № 194н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести и вреда здоровью человека») и находятся в прямой причинной-следственной связи с наступлением смерти. 

Б. Закрытая черепно-мозговая травма с ранами и ссадинами на голове. Указанные повреждения причинены ударом и скольжением тупых твердых тяжести и установить причинно-следственную связь со смертью которых не представляется возможным ввиду неопределенного исхода (пункт 27 приложения к приказу Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008г. № 194н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести и вреда здоровью человека»).

В. Перелом костей левой голени, рана на левой голени. Указанные повреждения причинены ударом тупого твердого предмета, без характерных особенностей травмирующего предмета, и как повлекшие значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на 1/3 имеют квалифицирующие признак тяжкого вреда здоровью (пункт 6.11.8 приложения к приказу Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008г. № 194н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести и вреда здоровью человека») и находятся в прямой причинной-следственной связи с наступлением смерти.

Г. Ссадины и раны на верхних конечностях. Ссадина на ягодице. Ссадина в поясничной области. Указанные повреждения причинены и как не влекущие кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей работоспособности не причинили вреда здоровью (пункт 9 приложения к приказу Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008г. № 194н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести и вреда здоровью человека») и не находятся в прямой причинной-следственной связи наступлением смерти.

При судебно-химическом исследовании в крови и моче ФИО не найден этиловый спирт.

Как усматривается из заключения автотехнической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, Рулевое управление автомобиля «

<

Марка>» государственный регистрационный знак № на момент осмотра находилось в работоспособном состоянии.

Рабочая тормозная система автомобиля «

<

Марка>» государственный регистрационный знак № на момент осмотра находилась неработоспособном состоянии.

Неработоспособность рабочей тормозной системы автомобиля «

<

Марка>» государственный регистрационный знак № возникла до момента рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия. 

Неисправность рабочей тормозной системы автомобиля «

<

Марка>» государственный регистрационный знак № заключающуюся в незатормаживании его левого заднего колеса вследствие неработоспособности цилиндра тормозного механизма, невозможно обнаружить визуально перед выездом без частичной разборки тормозного механизма (без демонтажа колеса и снятия тормозного барабана).

В соответствии с выводами заключения судебной автотехнической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, скорость автомобиля «

<

Марка>» государственный регистрационный знак № перед началом торможения в соответствии со следами торможения, зафиксированными при осмотре места дорожно-транспортного происшествия, и расстоянием, преодоленным накатом, составляла около 55-56 км/ч.

Согласно выводам заключения дополнительной автотехнической судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, неисправность рабочей тормозной системы автомобиля «

<

Марка>» государственный регистрационный знак №, заключающаяся в незатормаживании его левого заднего колеса вследствие неработоспособности цилиндра тормозного механизма, влечет за собой увеличение тормозного и остановочного путей данного транспортного средства, а также может послужить причиной возникновения заноса (самопроизвольного изменения направления движения) при применении водителем торможения.

Из заключения автотехнической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что при заданных исходных данных в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля "

<

Марка>", государственный регистрационный знак №, при неисправной рабочей тормозной системе в случае сохранения прямолинейного направления движения не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода ФИО путем применения экстренного торможения в заданный момент возникновения опасности для движения.

При заданных исходных данных в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля "

<

Марка>", государственный регистрационный знак №, при исправной рабочей тормозной системе в случае сохранения прямолинейного направления движения также не располагал бы технической возможностью предотвратить наезд на пешехода ФИО путем применения экстренного торможения в заданный момент возникновения опасности для движения. 

Наличие неисправности рабочей тормозной системы автомобиля "

<

Марка>", государственный регистрационный знак №, не находится в причинно-следственной связи с рассматриваемым дорожно-транспортным происшествием (наездом на пешехода).

С технической точки зрения, в заданной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля "

<

Марка>", государственный регистрационный знак №, должен руководствоваться требованиями пункта 10.1 (абзац 2) Правил дорожного движения 

Российской Федерации.

Согласно выводам заключения комплексной судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, скорость движения ТС «

<

Марка>», государственный регистрационный знак №, в момент наезда на пешехода не могла превышать 60км/ч.

Скорость ТС в момент наезда на пешехода по следу торможения ТС не могла превышать 43,89км/ч.

Исходя из следов торможения до места наезда, зафиксированных в схеме ДТП, скорость движения ТС «

<

Марка>», государственный регистрационный знак №, перед началом торможения не могла превышать 65,77 км/ч.

Время с момента определения опасности водителем до момента наезда на пешехода 2,2с.

Расстояние, пройденное пешеходом, составляет около 3,7м при времени движения 2,2с.

Водитель транспортного средства «

<

Марка>» государственный регистрационный знак №, не располагал технической возможностью остановить ТС до линии следования пешехода при скорости движения 60км/ч и более, даже если бы была исправна тормозная система.

Если бы водитель двигался по своей полосе для движения, а не посередине проезжей части, то пешеход успел бы преодолеть полосу движения ТС. Не соблюдение водителем ТС «

<

Марка>», государственный регистрационный знак №, пункта 9.1 ПДД РФ стоят в причинно-следственной связи с наступлением ДТП.

Исследование причин смещения ТС на полосу встречного движения не представляется возможным.

Водитель управлял ТС «

<

Марка>» государственный регистрационный знак № не соблюдая пункт 9.1 ПДД РФ.

Водителю ТС «

<

Марка>», государственный регистрационный знак №, запрещается движение на неисправном ТС в соответствии ПДД РФ. Прямого упоминания в ПДД РФ запрете эксплуатации ТС без полиса гражданской ответственности нет, но в соответствии с пунктом 2.1.1 ПДД РФ водитель обязан его предъявить. Запрет эксплуатации транспортного средства без карты технического осмотра в ПДД РФ не приведен, поэтому в разрезе ПДД РФ несоответствие не выявлено.

Согласно выводам заключения комплексной комиссионной автотехнической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, скорость движения автомобиля «

<

Марка>» перед началом торможения в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, с учетом наката, в указанных дорожных условиях, с неработоспособным тормозным механизмом заднего левого колеса, могла составлять около 55 - 56 м/ч.

При заданных исходных данных, при скорости движения автомобиля «

<

Марка>» государственный регистрационный знак № 60 км/ч и возникновении опасности для движения, в виде выхода пешехода на проезжую часть на расстоянии 36 метров, а также при движении пешехода с момента возникновении опасности для движения до места наезда 2,1 секунды, водитель автомобиля «

<

Марка>» государственный регистрационный знак № не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода экстренным торможением с остановкой автомобиля до линии движения пешехода, при выявленной технической неисправности тормозной системы.

При заданных исходных данных, при скорости движения автомобиля «

<

Марка>» государственный регистрационный знак № 60 км/ч и возникновении опасности для движения, в виде выхода пешехода на проезжую часть на расстоянии 36 метров, а также при движения пешехода с момента возникновении опасности для движения до места наезда 2,1 секунды, водитель автомобиля «

<

Марка>» государственный регистрационный знак № не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода экстренным торможением с остановкой автомобиля до линии движения пешехода, при условии исправной тормозной системы.

С технической точки зрения, в данной дорожно-транспортной ситуации, водитель автомобиля «

<

Марка>» государственный регистрационный знак № должен руководствоваться требованиями п. 10.1 абзац 2 Правил дорожного движения Российской Федерации.

Согласно заключению автотехнической судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, в данной дорожно-транспортной ситуации, скорость автомобиля «

<

Марка>» в конце следов торможения, согласно длины следа торможения, и с учетом продолжения движения накатом до места полной остановки, составляла около 26,1+ 29,1 км/ч.

В данной дорожно-транспортной ситуации, скорость движения автомобиля «

<

Марка>» перед началом торможения, согласно длины следа торможения, и с учетом продолжения движения накатом до места полной остановки, составляла около 55+ 56 км/ч.

В данной дорожно-транспортной ситуации, водитель автомобиля «

<

Марка>», государственный регистрационный знак № регион, не располагал технической возможностью избежать наезда на пешехода, путем своевременного применения экстренного торможения при скорости движения 60 км/ч, как при неисправной, так и при исправной тормозной системе.

В данной дорожно-транспортной ситуации, с технической точки п.10.1. абзац 2 Правил Дорожного движения Российской Федерации.

Факт наезда автомобиля «

<

Марка>», государственный регистрационный знак № регион, под управлением водителя ФИО6 на ФИО не оспаривался стороной ответчика.

Истцы являются близкими родственниками погибшего ФИО: ФИО4 – отец, ФИО5 – мать, ФИО3 – брат, что подтверждается свидетельством о рождении серии № № от ДД.ММ.ГГГГ. и свидетельством о рождении серии № от ДД.ММ.ГГГГ

В судебном заседании представитель истцов ФИО4, ФИО3, ФИО5 по ордеру адвокат Сикачев Н.А. пояснил, что погибший ФИО постоянно проживал с родителями, оказывал им помощь. С братом ФИО3 также имел близкие отношения. Истцы до настоящего времени испытывают нравственные страдания в результате внезапной смерти сына и брата. Его смерть явилась для них сильнейшим психологическим ударом, причинила нравственные страдания в виде глубоких переживаний, полученного стресса, чувства потери и горя, на фоне нравственных страданий у истцов обострились хронические заболевания.

Таким образом, оценив представленные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу о том, что материалами дела нашел подтверждение факт причинения истцам ФИО4, ФИО3, ФИО5 нравственных страданий, переживаний связанных с утратой сына и брата, в результате противоправных виновных действий ответчика ФИО6, поскольку в данном случае ответчик, управляя автомобилем автомобиля «

<

Марка>», государственный регистрационный знак № регион совершил наезд на переходившего проезжую часть ФИО, которому в результате ДТП были причинены телесные повреждения, повлекшие его смерть, в связи с чем ответчик обязан возместить истцам причиненные им нравственные страдания.

На основании изложенного, суд приходит к выводу об обоснованности требований истцов ФИО4, ФИО3, ФИО5 о взыскании с ФИО6 компенсации морального вреда. При этом суд не может согласиться с заявленной истцами суммой компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб. каждому по следующим основаниям.

В соответствии с п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно п. 3 ст. 1083 ГК РФ суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Как указано в п. 26 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

При отсутствии вины владельца источника повышенной опасности, при наличии грубой неосторожности лица, жизни или здоровью которого причинен вред, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности (кроме случаев, когда вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего). В этом случае размер возмещения вреда, за исключением расходов, предусмотренных абз. 3 п. 2 ст. 1083 ГК РФ, подлежит уменьшению (абз. 2 п. 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина").

В соответствии с абз. 3 п. 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

Конституционный Суд РФ в Определении от 21 декабря 2008 года N 120-О-О, комментируя использование в данной норме кодекса такого понятия, как "грубая неосторожность", в качестве требования, которым должен руководствоваться суд при определении размера возмещения потерпевшему, указал на отсутствие неопределенности в содержании этой нормы, поскольку разнообразие обстоятельств, допускающих возможность уменьшения размера возмещения или отказа в возмещении, делает невозможным установление их исчерпывающего перечня в законе, а использование федеральным законодателем этой оценочной характеристики преследует цель эффективного применения нормы к неограниченному числу конкретных правовых ситуаций. Вопрос же о том, является ли неосторожность потерпевшего грубой небрежностью или простой неосмотрительностью, не влияющей на размер возмещения вреда, разрешается в каждом случае судом с учетом конкретных обстоятельств. Разрешение же вопроса о том, является ли обоснованным тот или иной размер компенсации вреда, взысканный в пользу заявителя.

В абз. 5 п. 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" внимание судов обращено на то, что размер возмещения вреда в силу п. 3 ст. 1083 ГК РФ может быть уменьшен судом с учетом имущественного положения причинителя вреда - гражданина, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Как разъяснено в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Согласно п. 30 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Из изложенного следует, что суду при определении размера компенсации морального вреда членам семьи потерпевшего в случае его смерти необходимо в совокупности оценить конкретные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных именно этим лицам физических или нравственных страданий, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности, но размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом.

В ходе предварительного следствия по уголовному делу № установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в 16 часов 15 минут на 2-ом км (1км +180м) автодороги «микр. Соцгород - микр. Петровское», в районе 

<

адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие. Водитель ФИО6?. управляя автомобилем «

<

Марка>» государственный регистрационный знак № регион двигаясь по вышеуказанной автодороге в сторону микр. Петровское совершил наезд на пешехода ФИО, который переходил проезжую часть справа налево по ходу движения транспортного средства, вне зоны действия пешеходного перехода при его наличии в зоне видимости.

В результате ДТП пешеход ФИО скончался на месте дорожно- транспортного происшествия.

Причиной дорожно-транспортного происшествия явились неосторожные действия пешехода ФИО, который в нарушение п.п. 4.3, 4.5, 4.6 Правил дорожного движения РФ, осуществляя переход проезжей части вне пешеходного перехода, при его наличии в зоне видимости, что исключило возможность своевременно обнаружить и предотвратить наезд на него автомобилем «

<

Марка>» государственный регистрационный знак №, путем своевременного применения экстренного торможения водителем ФИО6 В действиях водителя ФИО6 отсутствуют нарушения Правил дородного движения РФ.

Анализируя представленные доказательства, суд считает, что потерпевший ФИО допустил неосмотрительность, осуществляя переход проезжей части вне пешеходного перехода, при его наличии в зоне видимости в нарушение п.п. 4.3, 4.5, 4.6 Правил дорожного движения РФ, а потому размер компенсации морального вреда подлежит уменьшению.

Определяя имущественное положение ответчика, судом установлено, что ответчик ФИО6 временно трудоустроен в 

<

данные изъяты>

Имеет на иждивении несовершеннолетнего ребенка, а также мать и бабушку, являющихся инвалидами второй и третьей группы соответственно.

Определяя размер компенсации, причиненных истцам нравственных и физических страданий, вызванных смертью близкого родственника, суд, исследовав материалы дела, учитывая фактические обстоятельства дела, совокупность установленных по делу обстоятельств, в том числе связанных с неосмотрительностью самого потерпевшего, степень вины ответчика ФИО6, его имущественное положение, характер и степень причиненных истцам нравственных страданий, вызванных невосполнимой потерей близкого родственника, а также требования закона о разумности и справедливости размера компенсации морального вреда, приходит к выводу о взыскании с ответчика компенсации морального вреда в пользу истца ФИО3 в размере 300 000 руб., в пользу истца ФИО4 в размере 300 000 руб., в пользу истца ФИО5 в размере 300 000 руб.

Размер компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст. 21 и ст. 53 Конституции РФ), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими максимально возместить причиненный моральный вред и не допустить неосновательное обогащение.

Разрешая требования о возмещении расходов на оплату комплексной судебно-медицинской экспертизы, суд приходит к следующему.

В п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" (далее - постановление № 7) разъяснено, что должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (пункт 1 статьи 393 Гражданского кодекса). Если иное не предусмотрено законом или договором, убытки подлежат возмещению в полном размере: в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если обязательство было исполнено надлежащим образом (статья 15, пункт 2 статьи 393 Гражданского кодекса).

Как указано в пункте 5 постановления № 7, по смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 Гражданского кодекса). При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, что наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается. Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков. Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса).

Реализация такого способа защиты права как возмещение убытков предполагает применение к правонарушителю имущественных санкций, а потому возможна лишь при наличии общих условий гражданско-правовой ответственности: совершение противоправного действия (бездействия), возникновение у потерпевшего убытков, определение причинной связи между действиями и его последствиями и вина правонарушителя.

Таким образом, применение гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков возможно при наличии условий, предусмотренных законом. Поэтому лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт причинения вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением и наступлением вреда, вину причинителя вреда, документально подтвердить размер убытков.

В силу ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в совокупности. Доказательство признается судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство оценивается судом наряду с другими доказательствами.

Судом установлено, что в рамках расследования уголовного дела № по ходатайству потерпевшего ФИО3, постановлением старшего следователя СО МО МВД России «ФИО1» от ДД.ММ.ГГГГ назначена комплексная комиссионная экспертиза, проведение которой поручено экспертам ООО «

<

данные изъяты>». ФИО3 оплачена стоимость проведения экспертизы на основании договора № от ДД.ММ.ГГГГ, акта № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 49000 руб., счет № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 49000 руб., что подтверждается кассовым чеком на сумму 49000 руб.

Вместе с тем, в соответствии с ч.1, п.7 ч.2 ст. 131 УПК РФ процессуальными издержками являются связанные с уголовным судопроизводством расходы, которые возмещаются за счет средств федерального бюджета либо средств участников уголовного судопроизводства. Суммы, израсходованные на производство судебной экспертизы в экспертных учреждениях, относятся к процессуальным издержкам.

При этом возмещение судебных издержек не может быть возложено на лиц, по делу в отношении которых проводилась экспертиза, но обвинение не подтвердилось и дело в этой части прекращено или вынесен оправдательный приговор.

Судом также установлено, что постановлением старшего следователя СО МОМВД России «ФИО1» от ДД.ММ.ГГГГ предварительное следствие по уголовному делу № прекращено по п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ за отсутствием в действиях водителя ФИО6 состава преступления, предусмотренного ч.3 ст. 264 УК РФ.

Согласно указанному постановлению, причиной дорожно-транспортного происшествия явились неосторожные действия пешехода ФИО, который в нарушение п.п. 4.3, 4.5, 4.6 Правил дорожного движения РФ, осуществляя переход проезжей части вне пешеходного перехода, при его наличии в зоне видимости, что исключило возможность своевременно обнаружить и предотвратить наезд на него автомобилем «

<

Марка>» государственный регистрационный знак №, путем своевременного применения экстренного торможения водителем ФИО6 В действиях водителя ФИО6 отсутствуют нарушения Правил дородного движения РФ.

Руководствуясь приведенными нормами права, разъяснениями Верховного Суда Российской Федерации по их применению по итогам исследования и оценки в порядке 67 ГПК РФ представленных в материалы дела доказательств, в числе которых договор № от ДД.ММ.ГГГГ, акт № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 49000 руб., счет № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 49000 руб., кассовый чек на сумму 49000 руб., суд пришел к выводу, что понесенные истцом ФИО3 расходы на оплату комплексной судебно-медицинской экспертизы не являются убытками в гражданско-правовом смысле, поскольку они связаны с реализацией не гражданско-правовых прав и обязанностей сторон обязательства, а процессуальных прав и обязанностей сторон в рамках уголовного судопроизводства и об отсутствии оснований для взыскания с ответчика расходов истца ФИО3 на оплату комплексной судебно-медицинской экспертизы в качестве убытков на основании ст.15 ГК РФ.

Руководствуясь положениями ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО3, ФИО4, ФИО5 к ФИО6 о компенсации морального вреда и взыскании расходов по оплате комплексной судебно-медицинской экспертизы удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, зарегистрированного по адресу: 

<

адрес>, (паспорт №) пользу ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, зарегистрированного по адресу: 

<

адрес> (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб.

Взыскать с ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, зарегистрированного по адресу: 

<

адрес>, (паспорт №) пользу ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, зарегистрированного по адресу: 

<

адрес> (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб.

Взыскать с ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, зарегистрированного по адресу: 

<

адрес>, (паспорт №) пользу ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, зарегистрированной по адресу: 

<

адрес> (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб.

В удовлетворении остальной части требований ФИО3, ФИО4, ФИО5 отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Тульского областного суда путем подачи апелляционной жалобы в Алесинский межрайонный суд Тульской области в течение одного месяца со дня вынесения решения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 06.09.2024.

Председательствующий Е.В. Орлова