16RS0051-01-2019-013041-19

СОВЕТСКИЙ РАЙОННЫЙ СУД

ГОРОДА КАЗАНИ РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

Попова ул., д. 4а, г. Казань, Республика Татарстан, 420029, тел. (843) 264-98-00, факс 264-98-94

http://sovetsky.tat.sudrf.ru е-mail: sovetsky.tat@sudrf.ru

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

29.07.2020 Дело 2-541/2020

город Казань

Советский районный суд города Казани в составе:

председательствующего судьи Р.Р. Минзарипова,

при секретаре судебного заседания А.И. Хузиахметовой,

с участием представителя истца ФИО6, представителя ответчика ФИО7, ответчика по встречному иску ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО1 об устранении препятствий в пользовании земельным участком путем переустройства крыши жилого дома, встречному иску ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о сносе строения,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО1 об устранении препятствий в пользовании земельным участком путем переустройства крыши жилого дома, принадлежащего ответчице. В обоснование иска указано, что истица является собственником земельного участка, расположенного по адресу: 

<

адрес изъят>, с кадастровым номером 

<

номер изъят> а также возведенного на земельном участке жилого дома. Ответчица является правообладателем смежного земельного участка, расположенного по адресу: 

<

адрес изъят>, с кадастровым номером 

<

номер изъят>. Ответчицей на границе земельных участков с нарушением строительных и градостроительных норм возведен жилой дом, при этом ответчицей произведена реконструкция крыши пристроя к жилому дому, в результате чего скат крыши в настоящее время обращен на земельный участок истицы, что приводит к сходу атмосферных осадков с крыши пристроя на земельный участок с кадастровым номером 

<

номер изъят>

Ответчица, не согласившаяся с иском, предъявила встречный иск об освобождении земельного участка путем переноса ограждения и иных конструкций, демонтаже хозяйственной постройки, мангала, возмещении убытков. В обоснование своих требований ФИО1 указывает, что ФИО3 самовольно осуществила захват части ее участка путем установки забора не в соответствии со сведениями ЕГРН. Более того, на участке истца по первоначальному иску вплотную к участку ФИО1 расположен мангал, использование которого в непосредственной близости от смежной границы земельных участков может представлять опасность возникновения пожара. Также ответчиком по встречному иску возведена хозяйственная постройка неустановленного назначения, осадки с которой попадают на теплоизоляционную обшивку дома ФИО1 В связи с этим и в целях восстановления теплоизоляции необходимо произведение материальных расходов, размер убытков определен в 10 000 руб. 

Определением суда от 22.07.2020 к участию в деле в качестве соответчика по встречному иску привлечена ФИО4

В ходе разбирательства ответчица встречные исковые требования изменила и в окончательном варианте просила обязать ответчицу по встречному иску снести возведенное на земельном участке с кадастровым номером 

<

номер изъят> нежилое строение, размещенное с нарушением строительных и градостроительных норм. Одновременно отказалась от требования о возложении на ФИО3 обязанности по сносу ограждения ввиду удовлетворения данного требования ответчиком по встречному иску в добровольном порядке; частичный отказ от иска принят определением суда.

Представитель истицы в судебном заседании исковые требования ФИО3 поддержал, со встречным иском не согласился.

Представитель ответчицы в судебном заседании с иском ФИО3 не согласился, встречные требования ФИО1 поддержал.

ФИО4 иск ФИО3 поддержала, с требованиями ФИО1 не согласилась.

Выслушав пояснения участвующих в деле лиц, исследовав письменные материалы, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 209 Гражданского кодекса РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В соответствии со статьей 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Согласно части 1 статьи 40 Земельного кодекса РФ собственник земельного участка имеет право:

1) использовать в установленном порядке для собственных нужд имеющиеся на земельном участке общераспространенные полезные ископаемые, пресные подземные воды, а также пруды, обводненные карьеры в соответствии с законодательством Российской Федерации;

2) возводить жилые, производственные, культурно-бытовые и иные здания, строения, сооружения в соответствии с целевым назначением земельного участка и его разрешенным использованием с соблюдением требований градостроительных регламентов, строительных, экологических, санитарно-гигиенических, противопожарных и иных правил, нормативов;

3) проводить в соответствии с разрешенным использованием оросительные, осушительные, культуртехнические и другие мелиоративные работы, строить пруды и иные водные объекты в соответствии с установленными законодательством экологическими, строительными, санитарно-гигиеническими и иными специальными требованиями;

4) осуществлять другие права на использование земельного участка, предусмотренные законодательством.

Установлено, что истица и ФИО4 являются собственниками жилого дома с кадастровым номером 

<

номер изъят> и земельного участка с кадастровым номером 

<

номер изъят>, расположенных по адресу: 

<

адрес изъят>. Права ФИО3 на земельный участок возникли на основании договора купли-продажи от 31.05.2004 и зарегистрированы 18.06.2004.

Право собственности ФИО3 на жилой дом возникло на основании кадастрового паспорта от 26.08.2009 и зарегистрировано 22.09.2009.

По договору купли-продажи от 14.12.2010 ФИО3 распорядилась 1/10 долей в праве собственности на земельный участок и 1/10 долей в праве собственности на жилой дом в пользу ФИО4, право долевой собственности последней на объекты зарегистрировано 21.12.2010.

Ответчица является собственником смежного земельного участка с кадастровым номером 

<

номер изъят> и жилого дома с кадастровым номером 

<

номер изъят>, расположенных по адресу: 

<

адрес изъят>. Права на земельный участок зарегистрированы 22.08.2008 на основании договора купли-продажи от 22.08.2008, на жилой дом – 17.06.2011 на основании кадастрового паспорта от 04.05.2011.

Согласно свидетельству о государственной регистрации права общая площадь жилого дома с кадастровым номером 

<

номер изъят> составляет 191,8 кв. м.

Истица свое требование о реконструкции крыши жилого дома основывает на том, что жилой дом размещен и впоследствии реконструирован с нарушением строительных и градостроительных норм и правил, а именно путем увеличения высоты размещенного вблизи смежной границы земельных участков пристроя к жилому дому и организацией ската кровли реконструированного дома в направлении земельного участка истицы. Указанные нарушения приводят к тому, что атмосферные осадки падают с крыши дома на земельный участок истца, что приводит к возникновению угрозы жизни и здоровью граждан. 

Действительно, согласно Правилам землепользования и застройки Градостроительного устава г.Казани, действовавшей как на момент возведения ответчицей жилого дома, так и в редакции решения Казанской городской Думы от 28.02.2018 №13-24 (статья 60), минимальный отступ индивидуального жилого дома, возведенного в зонах, в которых допускается размещение объекта индивидуального жилищного строительства (зоны Ж1 и Ж2), от боковых границ участка составляет 1 м при наличии противопожарной стены соответствующей огнестойкости и 5 м в иных случаях.

В рассматриваемом случае фактическое расстояние жилого дома от смежной границы земельных участков с кадастровыми номерами 

<

номер изъят> и 

<

номер изъят> составляет от 0,08 м до 0,44 м, что не соответствует установленным требованиям.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 22, 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», в суд о сносе самовольной постройки вправе обратиться собственник земельного участка, субъект иного вещного права на земельный участок, его законный владелец либо лицо, права и законные интересы которого нарушает сохранение самовольной постройки. При рассмотрении исков об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, путем возведения ответчиком здания, строения, сооружения суд устанавливает факт соблюдения градостроительных и строительных норм и правил при строительстве соответствующего объекта. Несоблюдение, в том числе незначительное, градостроительных и строительных норм и правил строительстве может являться основанием для удовлетворения заявленного иска, если при этом нарушается право собственности или законное владение истца.

Таким образом, возможность удовлетворения иска об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, путем возведения строений, законом (статьями 304-405, 222 ГК РФ) связана с установлением факта нарушения прав и интересов истца.

Кроме того, как указывает истица, в результате произведенной ответчицей реконструкции жилого дома и его крыши скат последней стал обращенным в направлении земельного участка истицы.

Пунктом 9.12 Свода правил СП 17.13330.2011 «Кровли» предусматривается, что на кровлях зданий с уклоном 5% (~ 3°) и более и наружным неорганизованным и организованным водостоком следует предусматривать снегозадерживающие устройства, которые должны быть закреплены к фальцам кровли (не нарушая их целостности), обрешетке, прогонам или к несущим конструкциям покрытия. Снегозадерживающие устройства устанавливают на карнизном участке над несущей стеной (0,6 - 1,0 м от карнизного свеса), выше мансардных окон, а также, при необходимости, на других участках крыши.

Согласно пункту 9.1 Свода правил СП 17.13330.2011 «Кровли» для удаления воды с кровель предусматривается внутренний или наружный организованный водоотвод. Допускается предусматривать неорганизованный водоотвод с крыш 1-2 этажных зданий при условии устройств козырьков над входами.

В рассматриваемом случае суд соглашается с доводом истца о том, что размещение жилого дома с существенным нарушением требования о минимальном отступе строения от границ земельного участка и устройством кровли жилого дома с обращением ската в направлении соседнего участка является по смыслу статей 301, 304 ГК РФ нарушением прав истицы как собственника соседнего земельного участка.

Так, из генплана от 11.09.2006, подготовленного по заданию застройщика 

<

адрес изъят> (прежний адрес: 

<

адрес изъят>) видно, что строение действительно фактически примыкает к смежной границе земельных участков с кадастровыми номерами 

<

номер изъят> и 

<

номер изъят> Следовательно, размещение строения на земельном участке без учета установленных минимальных расстояний от границ земельного участка предполагалось. При этом Правилами землепользования и застройки Градостроительного устава г.Казани, действовавшими на момент подготовки генплана, т.е. в редакции Решения Казанского Совета народных депутатов от 22.04.2004 № 51-19, предъявлялось требование о размещении на определенном расстоянии от границ соседнего земельного участка в отношении жилого дома. Согласно генплану же вблизи смежной границы земельных участков предусматривалось размещение не жилого дома, а нежилого строения, в плане обозначенном «КН», что свидетельствует о размещении капитального нежилого строения. Кроме того, в генплане указано, что общая площадь домовладения составляет 139,5 кв. м, тогда как согласно договору купли-продажи от 26.07.2008 общая площадь дома составляет 74,4 кв. м, согласно техническому паспорту от 09.04.2008 – 207,7 кв. м, согласно свидетельству о государственной регистрации права – 191,8 кв. м. Кроме того, то обстоятельство, что фактически строение, в генплане, обозначенное «КН», фактически в настоящее время является частью жилого дома, и существующий жилой дом ранее был реконструирован, подтверждается и получением ответчицей в 2011 году кадастрового паспорта на жилой дом. Следовательно, с доводом истицы о проведении ответчицей реконструкции жилого дома, в результате которой его кровля была организована с организацией ската в направлении земельного участка истицы, нужно согласиться.

Вывод о нарушениях, допущенных при устройстве кровли, подтверждается заключением эксперта АО «БТИ РТ», который установил, что снегозадерживающие устройства на крыше дома отсутствуют. В целях исключения попадания атмосферных осадков с крыши жилого дома на земельный участок с кадастровым номером 

<

номер изъят> эксперт предложил 2 способа устранения допущенных нарушений. Первый способ предполагает поднятие стены жилого дома, граничащего с земельным участком с кадастровым номером 

<

номер изъят> с последующим устройством кровли таким образом, чтобы ее скат был направлен только на земельный участок с кадастровым номером 

<

номер изъят> Согласно второму способу предусматривается изменение всех скатов кровли жилого дома таким образом, чтобы углы ската были больше 60 градусов, что исключит скопление снега на кровле.

Учитывая, что оба способа переустройства кровли предполагают исключение попадания атмосферных осадков с крыши жилого дома на земельный участок с кадастровым номером 

<

номер изъят> т.е. оба способа влекут для истицы одинаковые последствия, при определении варианта переустройства кровли суд учитывает пояснения представителя ответчицы о том, что первый способ является для ФИО1 более приемлемым, в связи с чем полагает возможным возложить на ответчицу обязанность по переустройству крыши жилого дома по первому из предложенных экспертом вариантов.

При этом довод представителя ФИО1 о том, что эксперт АО «БТИ РТ» не обладает необходимой квалификацией для проведения землеустроительной экспертизы, отклоняется. Эксперт обладает экспертной специальностью 16.1 «Исследование строительных объектов и территории, функционально связанной с ними, с целью определения их стоимости»; согласно Приказу Минюста России от 13.10.2004 № 167 программа подготовки экспертов по данной экспертной специальности допускает исследование земельных участков.

В соответствии со статьей 206 Гражданского процессуального кодекса РФ на ответчицу возлагается обязанность по переустройству крыши жилого дома в течение трех месяцев с момента вступления решения в законную силу.

При этом отсутствуют основания для удовлетворения встречного требования о сносе строения, размещенного на земельном участке с кадастровым номером 

<

номер изъят> Требование о сносе постройки мотивировано тем, что она также размещена с нарушением требования о минимальном расстоянии постройки от границ земельного участка, в данном менее 1 м. Это обстоятельство выводами эксперта АО «БТИ РТ» подтверждается: из составленных экспертом ситуационных планов видно, что спорное кирпичное нежилое строение площадью 5,4 кв. м располагается вплотную к боковой границе земельного участка с кадастровым номером 

<

номер изъят> и на расстоянии 0,34 м от фактической смежной границы земельных участков с кадастровыми номерами 

<

номер изъят> и 

<

номер изъят>

Вместе с тем как указывалось со ссылкой на статьи 301, 304 ГК РФ, пункты 22,46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №10, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ №22 от 29.04.2010, обязанность доказать нарушение прав по основанным на размещении строений без соблюдения строительных и градостроительных норм требованиям, не связанным с лишением владения, возлагается на истца, в данном случае ФИО1, однако такие доказательства ею не представлены. Из дела видно, что строение по своей высоте примерно соответствует ограждению на смежной границе земельных участков. Из пояснений ответчиков по встречному иску следует, что строительством спорный объект не закончен. Из фотоматериалов видно, что крыша у строения и, следовательно, обращенный в направлении земельного участка ФИО1 скат кровли отсутствуют, что не дает основание прийти к выводу о том, что атмосферные осадки с постройки могут попадать на земельный участок с кадастровым номером 

<

номер изъят>

Также ФИО1 заявлялось требование о демонтаже ограждения, возведенного ответчиками по встречному иску по границам участка с кадастровым номером 16:50:150104:6. Из заключения эксперта действительно усматривается, что фактическая смежная граница участков не соответствует смежной границе участков согласно сведениям ЕГРН, значение расхождений составляет 0,34 м в тыльной части участков и 0,66 м в фасадной части со смещением фактической границы вглубь земельного участка с кадастровым номером 

<

номер изъят> относительно сведений ЕГРН. Вывод о несоответствии смежной границы участок сведениям ЕГРН следует и из содержания заключения специалиста – кадастрового инженера ФИО8 – от 16.01.2020, подготовленного по заданию ФИО1

При этом ФИО1 просила демонтировать ограждение не на смежной границе участков, а ограждение на фасадной части участка, являющейся частью передней границы участка ФИО1 согласно сведениям ЕГРН. Факт установки ограждения своими силами ответчики по встречному иску не оспаривают, однако, как выявлено в ходе разбирательства, ограждение в этой части ими демонтировано после предъявления ФИО1 встречного требования. Данное обстоятельство подлежит учету при распределении судебных расходов.

На основании статей 95, 98 Гражданского процессуального кодекса РФ подлежат распределению судебные расходы сторон, в том числе на проведение экспертизы.

Согласно части 1 статьи 101 ГПК РФ в случае, если истец не поддерживает свои требования вследствие добровольного удовлетворения их ответчиком после предъявления иска, все понесенные истцом по делу судебные расходы, в том числе расходы на оплату услуг представителя, по просьбе истца взыскиваются с ответчика.

В рассматриваемом случае демонтаж ограждения осуществлен ответчиками по встречному иску после предъявления встречного иска. Следовательно, вознаграждение за проведение экспертизы, результаты которой подтвердили обоснованность требования истицы о несоответствии жилого дома предъявляемым требованиям в части его размещения от границ соседнего участка, и обоснованность требования ответчицы о несоответствии границ участков сведениям ЕГРН, подлежит взысканию с обеих сторон. Из содержания пункта 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» следует, что положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек не подлежат применению при разрешении исков неимущественного характера, в том числе имеющих денежную оценку, и исков имущественного характера, не подлежащих оценке. В этой связи вознаграждение подлежит взысканию с обеих сторон в равных долях.

Руководствуясь статьями 194, 198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

иск ФИО3 удовлетворить.

Обязать ФИО1 в течение 3 месяцев с момента вступления решения в законную силу произвести работы по переустройству крыши жилого дома, возведенного на земельном участке с кадастровым номером 

<

номер изъят> по адресу: 

<

адрес изъят> в целях исключения схода атмосферных осадков с кровли дома на земельный участок, расположенный по адресу: 

<

адрес изъят> с кадастровым номером 

<

номер изъят> а именно поднять стену, граничащую с земельным участком с кадастровым номером 

<

номер изъят> из каменных либо деревянных конструкций таким образом, чтобы было возможно осуществить скаты крыши в направлении земельного участка с кадастровым номером 

<

номер изъят>.

ФИО1 в удовлетворении встречного иска ФИО3, ФИО4 о сносе строения отказать.

Взыскать с ФИО3 и ФИО4 в пользу АО «БТИ РТ» вознаграждение в размере 34 875 руб. в равных долях, т.е. по 17 437 (семнадцать тысяч четыреста тридцать семь) руб. 50 коп. с каждой.

Взыскать с ФИО1 в пользу АО «БТИ РТ» вознаграждение в размере 34 875 (тридцать четыре тысячи восемьсот семьдесят пять) руб. 

ФИО2 может быть обжаловано в Верховный суд РТ в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Советский районный суд г. Казани.

Судья Р.Р. Минзарипов