УИД 86RS0013-01-2021-000968-62

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

12 июля 2021 года город Радужный 

Радужнинский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в составе судьи Гаитовой Г.К., при помощнике судьи Волошиной Т.Ю., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-391/20221 по исковому заявлению акционерного общества «Ермаковское предприятие по ремонту скважин» к ФИО1 о возмещении материального ущерба,

УСТАНОВИЛ:

АО «Ермаковское предприятие по ремонту скважин» обратилось в суд с иском к ФИО1 о возмещении материального ущерба. В обоснование иска указало, что 09 апреля 2019 года на 45 км Киняминского месторождения Сургутского района произошло дорожно-транспортное происшествие с участием принадлежащего истцу транспортного средства №, государственный регистрационный знак №, под управлением ответчика. Согласно определению об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении от 11 апреля 2019 года ответчик, управляя указанным транспортным средством, нарушил п. 10.1 ПДД РФ, в результате чего произошло опрокидывание ТС в правый кювет по ходу движения. В возбуждении дела об административном правонарушении отказано на основании п. 2 ст. 24.5 и ч. 5 ст. 28.1 КоАП РФ. Согласно приказу о приеме на работу от 12 марта 2015 года № 000484 ответчик на момент дорожно-транспортного происшествия являлся работником истца. В соответствии с трудовым договором от 12 марта 2015 года № ответчик исполнял обязанности по 

<

данные изъяты> вплоть до 01 декабря 2019 года (приказ о переводе работника на другую работу от 01 декабря 2019 года № 003840), в этот период на него была возложена обязанность по бережному отношению к имуществу работодателя. Кроме того, по договору о полной индивидуальной материальной ответственности от 13 марта 2015 года № 72949 ответчик принял на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного работодателем имущества. Таким образом, вина в причиненном ущербе имуществу истца принадлежит ответчику, который в момент ДТП находился при исполнении трудовых обязанностей в соответствии со своей профессией по договору. Исходя из смысла норм ТК РФ, ответчик является лицом, ответственным за материальный ущерб, причиненный истцу в результате ДТП, и обязан возместить в полном объеме стоимость затрат, необходимых для устранения повреждений транспортного средства. Обстоятельства, исключающие данный вид ответственности перед работодателем, в соответствии со ст. 239 ТК РФ не установлены. Согласно экспертному заключению от 15 апреля 2019 года № 101-19-Н стоимость восстановительного ремонта транспортного средства с учетом амортизационного износа составляет 105 314 руб., без учета амортизационного износа 124 592 руб. Таким образом, размер материальной ответственности ответчика как работника истца составляет 124 592 руб. Кроме того, истец понес расходы по оплате услуг по составлению экспертного заключения в размере 6 000 руб., а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 692 руб. Ссылаясь на ст. 238, 241-243 ТК РФ, ст. 15, 1064 ГК РФ, Постановление Конституционного Суда РФ от 10 марта 2017 года № 6-П «По делу о проверке конституционности статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан А.С. Аринушенко, ФИО2 и других», п. 10.1 ПДД РФ, постановление Пленума ВС РФ от 16 ноября 2006 года № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», просило взыскать с ответчика в свою пользу в возмещение причиненного материального ущерба 124 592 руб., расходы по оплате услуг по составлению экспертного заключения в размере 6 000 руб., а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 692 руб. (л.д. 5-8). 

В письменных возражениях на иск ответчик просил применить пропуск истцом срока обращения в суд, в иске отказать (л.д. 79).

В отзыве на возражения ответчика истец указал, что возмещение ущерба осуществлялось ответчиком добровольно по заявлению от 22 апреля 2019 года путем удержания 50% из заработка ежемесячно в период с апреля 2019 года по апрель 2020 года. Дальнейшее исполнение обязательств ответчика было прекращено, 03 апреля 2020 года трудовые отношения расторгнуты по инициативе работника. В связи с этим годичный срок обращения в суд подлежит исчислению с момента, когда ответчик должен был возместить ущерб и внести очередной платеж, но не сделал этого. Следовательно, о нарушении своих прав истец узнал 31 мая 2020 года, когда ответчик не внес очередной платеж, в связи с чем истец вправе обратиться в суд в срок с 01 июня 2020 года по 01 июня 2021 года. С иском истец обратился 12 мая 2021 года, то есть, в течение года с момента последнего платежа, и срок обращения в суд не пропущен. В обоснование сослался на ст. 232, 248, 392 ТК РФ (л.д. 95-97). 

Впоследствии истец заявил об уменьшении размера исковых требований и просил взыскать с ответчика в свою пользу 55 424 руб. (л.д. 107-108, 132-136). 

Стороны в судебное заседание не явились, о рассмотрении дела извещены, в том числе, путем размещения информации о движении гражданского дела на официальном сайте суда. Представитель истца об уважительных причинах неявки суд не уведомил и не просил об отложении судебного разбирательства либо о рассмотрении дела без его участия. Ответчик просил дело рассматривать без его участия (л.д. 74, 88-94). На основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие сторон.

Исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 232 Трудового кодекса Российской Федерации сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами (ч. 1). Трудовым договором или заключаемыми в письменной форме соглашениями, прилагаемыми к нему, может конкретизироваться материальная ответственность сторон этого договора. При этом договорная ответственность работодателя перед работником не может быть ниже, а работника перед работодателем - выше, чем это предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами (ч. 2). Расторжение трудового договора после причинения ущерба не влечет за собой освобождения стороны этого договора от материальной ответственности, предусмотренной настоящим Кодексом или иными федеральными законами (ч. 3).

В силу ч. 1 и 2 ст. 233 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

Статьей 238 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат. Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

За причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами (ст. 241 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с ч. 1, 2 ст. 242 Трудового кодекса Российской Федерации полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере. Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Пунктом 6 ч. 1 ст. 243 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае причинения ущерба в результате административного правонарушения, если таковое установлено соответствующим государственным органом.

Как разъяснено в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 ноября 2006 года № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», согласно пункту 6 части первой статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может быть возложена на работника в случае причинения им ущерба в результате административного проступка, если таковой установлен соответствующим государственным органом.

Учитывая это, работник может быть привлечен к полной материальной ответственности, если по результатам рассмотрения дела об административном правонарушении судьей, органом, должностным лицом, уполномоченными рассматривать дела об административных правонарушениях, было вынесено постановление о назначении административного наказания (пункт 1 абзаца первого части 1 статьи 29.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях), поскольку в указанном случае факт совершения лицом административного правонарушения установлен.

В соответствии с ч. 1 ст. 246 Трудового кодекса Российской Федерации размер ущерба, причиненного работодателю при утрате и порче имущества, определяется по фактическим потерям, исчисляемым исходя из рыночных цен, действующих в данной местности на день причинения ущерба, но не ниже стоимости имущества по данным бухгалтерского учета с учетом степени износа этого имущества.

Как предусмотрено ст. 247 Трудового кодекса Российской Федерации, до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт. 

Стороны состояли в трудовых отношениях на основании приказа от 12 марта 2015 года № 000484 и трудового договора от 12 марта 2015 года № 72949, в соответствии с которым ФИО1 работал АО «Ермаковское предприятие по ремонту скважин» с 13 марта 2015 года машинистом ППДУ 6 разряда, а с 01 декабря 2019 года водителем автомобиля (самосвала) (л.д. 11-14, 17-20).

Также между сторонами был заключен договор о полной материальной ответственности от 13 марта 2015 года № 72949 (л.д. 15-16). 

Трудовые отношения сторон прекращены 03 апреля 2020 года на основании приказа от 31 марта 2020 года № 000405 по инициативе работника (л.д. 21-22).

Из материалов дела следует, что при исполнении трудовых обязанностей ФИО1 09 апреля 2019 года совершил дорожно-транспортное происшествие, в результате которого транспортному средству истца причинены механические повреждения (л.д. 23-28).

Согласно экспертному заключению ООО «Сибирь-Финанс» от 15 апреля 2019 года № 101-19-Н стоимость восстановительного ремонта транспортного средства с учетом амортизационного износа составляет 105 314 руб., без учета амортизационного износа 124 592 руб. (л.д. 29-54).

По результатам проверки работодателем установлена вина работника в причинении ущерба, что подтверждается служебной запиской заместителя начальника отдела обеспечения транспортной безопасности от 17 апреля 2019 года (л.д. 55-56), что ответчиком не оспорено и иными доказательствами не опровергнуто. 

На основании заявления от 22 апреля 2019 года из заработка ответчика в счет возмещения ущерба производилось ежемесячное удержание 50% заработка, и из указанной выше суммы ответчик выплатил истцу 69 168 руб., задолженность составляет 55 424 руб. (л.д. 81-83, 98-99, 109-129). 

Обсуждая оводы сторон относительно срока обращения в суд с иском, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 4 и 5 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право обратиться в суд по спорам о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, в течение одного года со дня обнаружения причиненного ущерба. При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй, третьей и четвертой настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом.

Согласно ч. 4 ст. 248 Трудового кодекса Российской Федерации работник, виновный в причинении ущерба работодателю, может добровольно возместить его полностью или частично. По соглашению сторон трудового договора допускается возмещение ущерба с рассрочкой платежа. В этом случае работник представляет работодателю письменное обязательство о возмещении ущерба с указанием конкретных сроков платежей. В случае увольнения работника, который дал письменное обязательство о добровольном возмещении ущерба, но отказался возместить указанный ущерб, непогашенная задолженность взыскивается в судебном порядке.

Как разъяснено в Обзоре практики рассмотрения судами дел о материальной ответственности работника, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 05 декабря 2018 года, продолжительность срока исполнения соглашения о добровольном возмещении ущерба, заключенному с работником, частью четвертой статьи 248 ТК РФ не ограничена. Следовательно, соглашение между работодателем и работником о добровольном возмещении работником ущерба с рассрочкой платежей может быть заключено на срок и более одного года. Работодателю предоставлено право на обращение в суд в случае отказа работника от возмещения ущерба. При этом право работодателя на обращение в суд с иском к работнику возникает в такой ситуации не с момента первоначального обнаружения им ущерба, а с момента нарушения права работодателя на возмещение ущерба на основании заключенного с работником соглашения о добровольном возмещении им ущерба. Таким образом, при наличии заключенного между работником и работодателем соглашения о добровольном возмещении работником ущерба с рассрочкой платежа годичный срок для обращения работодателя в суд исчисляется с момента, когда работник должен был возместить ущерб (внести очередной платеж), но не сделал этого.

Из приведенных выше доказательств следует, что соглашение о добровольном возмещении ущерба заключено сторонами путем оформления работником соответствующего заявления от 22 апреля 2019 года об удержании 50% заработка, трудовые отношения сторон прекращены 03 апреля 2020 года.

Частью 1 ст. 140 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

Следовательно, окончательный расчет по заработной плате произведен между сторонами 03 апреля 2020 года в день увольнения ответчика, и заработная плата ответчику за период, следующий после указанной даты, начислению не подлежала, в связи с чем суд находит необоснованным доводы истца о том, что следующий платеж подлежал внесению ответчиком не позднее 31 мая 2020 года. 

Таким образом, суд приходит к выводу, что в суд с иском о возмещении ущерба истец мог обратиться в срок с 04 апреля 2020 года по 03 апреля 2021 года, тогда как иск предъявлен им в суд 07 июня 2021 года (л.д. 5-8, 70-71), то есть, с пропуском срока, предусмотренного частью 4 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации.

Доводы об уважительных причинах данного срока истцом не приведены, соответствующие доказательства в деле отсутствуют.

Согласно ч. 4 ст. 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случае отказа в иске в связи с признанием неуважительными причин пропуска срока исковой давности или срока обращения в суд в мотивировочной части решения суда указывается только на установление судом данных обстоятельств.

При изложенных обстоятельствах суд не усматривает оснований для удовлетворения иска в связи с пропуском истцом срока обращения в суд. 

Согласно ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Исходя из размера заявленных требований о взыскании 55 424 руб., истцом надлежало уплатить государственную пошлину в размере 1 862,72 руб., фактически уплачено 3 692 руб.

Учитывая выводы суда об отказе в иске, не подлежат возмещению ответчиком истцу расходы по оплате услуг по составлению экспертного заключения в размере 6 000 руб. и расходы по уплате государственной пошлины в размере 1 862,72 руб. (л.д. 9-10, 57-62).

В силу ст. 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации в остальной части государственная пошлина в размере 1 500,72 руб. (3 692 – 1 862,72) подлежит возвращению истцу как излишне уплаченная.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении искового заявления акционерного общества «Ермаковское предприятие по ремонту скважин» к ФИО1 о возмещении материального ущерба – отказать.

Возвратить из бюджета акционерного общества «Ермаковское предприятие по ремонту скважин» государственную пошлину в размере 1 500,72 руб. (Одна тысяча пятьсот рублей 72 копейки), излишне уплаченную платежным поручением от 03 июня 2021 года № 10760.

Решение может быть обжаловано в суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Радужнинский городской суд.

Резолютивная часть решения оглашена 12 июля 2021 года.

Решение в окончательной форме принято 14 июля 2021 года.

Судья Г.К. Гаитова