Дело № 2-1358/18

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

08 февраля 2018 года г. Солнечногорск 

Солнечногорский городской суд Московской области в составе:

председательствующего судьи Байчорова Р.А.,

при секретаре Антонове Э.В.,

с участием прокурора Чесноковой М.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «СИДАЛ ГРУПП» о компенсации морального вреда, причиненного вследствие производственной травмы,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «СИДАЛ ГРУПП» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного вследствие производственной травмы в размере 1500000 руб., а также расходов по оплате услуг представителя в размере 25000 руб.

В обоснование заявленных требований указал, что в период работы в ООО «СИДАЛ ГРУПП», 26 августа 2015 года при исполнении трудовых обязанностей с истцом произошел несчастный случай, в результате которого он получил перелом костей свода и основания черепа, ушиб головного мозга тяжелой степени, вдавленный перелом левой теменной кости, гематому малого объема левой теменно-височной области. Заключением МСЭ в связи с производственной травмой истцу впервые было установлено пятьдесят процентов утраты профессиональной трудоспособности на период с 29 ноября 2016 года до 01 января 2018 года, инвалидность третьей группы. Полагает, со ссылками на ст. 237 ТК РФ, ст. 151, ст.ст. 1099-1101 ГК РФ, что ответчик обязан компенсировать моральный вред, поскольку, по вине ответчика он получил тяжелую травму, в следствие которой стал инвалидом третьей группы, не может полноценно осуществлять трудовые обязанности ввиду снижения зрения, односторонней потери слуха, нарушения речи и памяти. 

В судебном заседании представитель истца по доверенности ФИО2 поддержала заявленные требования.

Представители ответчика ООО «СИДАЛ ГРУПП» - ФИО3 и ФИО4 против удовлетворения исковых требований возражали, указав, что работодателем предприняты необходимые меры для возмещения причиненного здоровью истца вреда. Кроме того, полагали, что несчастный случай произошел по вине самого ФИО1, в связи с чем заявленная ко взысканию сумма компенсации морального вреда является завышенной. 

Изучив материалы дела, выслушав пояснения участников процесса, заключение прокурора Чесноковой М.А., полагавшей исковые требования подлежащими частичному удовлетворению, исследовав представленные по делу доказательства, суд приходит к следующему. 

В силу статьи 21 ТК РФ работник имеет право на предоставление ему работы, обусловленной трудовым договором; рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором; возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Статьей 22 ТК РФ предусмотрены обязанности работодателя предоставлять работникам работу, обусловленную трудовым договором; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно ч. 1 ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Исходя из ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

На основании п. 2 ст. 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, суд также должен учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, принимая во внимание требования разумности и справедливости.

Порядок и основания возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору предусмотрены Федеральным законом № 125 от 24.07.1998 «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (далее - Закон).

В силу ст. 8 Закона возмещение застрахованному морального вреда причиненного в связи с несчастным случаем на производстве, осуществляется причинителем вреда.

Из материалов дела следует, что ФИО1 в период работы в должности машиниста компрессорной установки на объекте ООО «СИДАЛ-ГРУПП» 26 августа 2015 года при исполнении трудовых обязанностей пострадал в результате несчастного случая при следующих обстоятельствах: 26 августа 2015 года в 16 часов 50 минут ФИО1 выполнял работы по монтажу бетонно-напорной магистрали бетононасоса. Закрепив нижнюю трубу к соединительной муфте запорного вентиля основной трубы, истец поднялся на высоту 5-ти метров от уровня котлована для приема, состыковки и фиксации очередной трубы, но в момент отклонения нижней трубы, потерял равновесие и упал вниз. При падении истец ударился левой стороной головы, в области левого уха, о стремянку на дне котлована и потерял сознание. К нему спустились ФИО5 и ФИО6, которые занимались монтажными работами на дне котлована, и сопроводили ФИО7 в бытовое помещение, где начальник участка ФИО8 вызвал скорую помощь и согласно рекомендациям врача, истец был направлен в лечебное учреждение для уточнения диагноза и степени тяжести полученных травм. 

Указанные обстоятельства подтверждаются актом № 1 о несчастном случае на производстве от 27 ноября 2015 года, составленным комиссией, состоявшей из представителей работодателя, инспекции труда в Московкой области, филиала № 46 ГУ-МОРО ФСС РФ, отдела по труду и социальным вопросам администрации Солнечногорского муниципального района, координационного совета профсоюзов Солнечногорского муниципального района.

Согласно выводам комиссии, ФИО1, машинист компрессорной установки, во время работы на объекте нарушил требования инструкции по охране труда ИОТ-33. При этом отмечено, что начальник структурного подразделения ФИО8 не проконтролировал соблюдение требований безопасности при производстве работ и своевременно не отреагировал при отцеплении ФИО1 карабина страховочного пояса, допустил сотрудника организации, не обученного по программе обучения работников рабочих профессий требованиям безопасности при работе на высоте. 

Согласного медицинскому заключению ГБУЗ «Городская клиническая больница № 1 им. Н.И. Пирогова от 31 августа 2015 года, вследствие удара головой о стремянку ФИО1 получил открытую проникающую черепно-мозговую травму, ушиб головного мозга, ОЭДГ малого объема левой теменно-височной области, перелом костей свода и основания черепа, вдавленный перелом левой теменной кости, ушиб мягких тканей головы, ссадину левой подмышечной области. 

28 августа 2015 года выполнены следующие операции: декомпрессионная трепанация черепа, устранение вдавленного перелома левой теменной кости. ФИО1 находился на стационарном лечении в 27-м нейрохирургическом отделении ГКБ № 1 им. Н.И. Пирогова с 26 августа 2015 года по 11 сентября 2015 года. 

06 июня 2016 года ФИО1 перенес операцию в 9-м отделении ФГАУ «НИИ нейрохирургии им. Акад. ФИО9 по реконструкции костного дефекта в левой теменно-височной области с использованием стереолитографической модели черепа и пресс-имплантов. В после операционном периоде отмечено развитие эпилептического приступа с утратой сознания. Стационарное лечение продолжалось с 31 мая 2016 года по 15 июня 2016 года. Рекомендовано наблюдение невролога по месту жительства, реабилитационные мероприятия в условиях специализированного стационара, санаторно-курортное лечение, продолжение противосудорожной терапии.

Заключением МСЭ № 0158242 от 05 декабря 2016 года в связи с производственной травмой истцу установлено пятьдесят процентов утраты профтрудоспособности на период с 05 декабря 2016 года до 05 декабря 2017 года. 

Заключением МСЭ № 2121935 от 01 января 2017 года истцу установлена третья группа инвалидности на срок до 01 января 2018 года. 

Дав оценку указанным выше фактическим обстоятельствам дела по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что в период трудовых отношений с ООО «СИДАЛ-ГРУПП» истцу при исполнении трудовых обязанностей был причинен вред здоровью в результате несчастного случая на производстве.

Причиной несчастного случая явилось нарушение требований безопасности, выразившееся в необеспечении исчерпывающих мер безопасности при выполнении работ на объекте, а также неудовлетворительная организация производства работ в части недостаточности контроля за действиями работников при проведении работ на высоте, в связи с чем суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для взыскания компенсации морального вреда в пользу истца в связи с повреждением здоровья в результате несчастного случая на производстве.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ при определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Совокупностью исследованных в ходе судебного разбирательства доказательствами, подтвержден факт повреждения здоровья истца, а также обстоятельства того, что истец безусловно испытывает физические и нравственные страдания в связи с повреждением здоровья, поскольку, степень утраты проф.трудоспособности утрачена значительно, у истца возникли ограничения обычной жизнедеятельности, он испытывал и продолжает испытывать болезненные ощущения, перенес операцию по устранению последствий травмы с тяжелым послеоперационным и длительным реабилитационным периодами. 

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание степень и характер физических и нравственных страданий истца, перенесенных им вследствие причинения вреда здоровью, характер полученных травм, причинение физической боли как непосредственно в момент их получения травмы, так и в период лечения, последствия полученных повреждений, требования разумности и справедливости, а также принимая во внимание заключение комиссии о нарушении самим истцом требований инструкции по охране труда, и представленные стороной ответчика документы, свидетельствующие предпринятых мерах по оказанию истцу материальной помощи вследствие несчастного случая, и полагает возможным определить размер компенсации морального вреда в размере 300000 рублей, поскольку заявленный истцом ко взысканию размер компенсации морального вреда в размере 1500000 рублей, при установленных судом обстоятельствах дела, является завышенным и не отвечает требованиям разумности и справедливости.

При этом, суд критически относится к доводам истца относительно того, что его вина, выраженная в неосторожности, повлекшей наступление несчастного случая отсутствует, поскольку в акте о несчастном случае указано, что ФИО1, машинист компрессорной установки, во время работы на объекте нарушил требования инструкции по охране труда ИОТ-33 (при работе с приставными и раздвижными лестницами, на высоте более 1,8 метра необходимо применять предохранительный пояс, закрепленный за конструкцию сооружения или за лестницу при условии надежного ее крепления к конструкции). 

В соответствии с частью 1 статьи 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Принимая во внимание представленный в материалы дела договор об оказании юридической помощи № 31/03-16 от 10 марта 2016 года, а также расписку представителя в получении денежных средств, согласно которым, стоимость оказанных истцу юридических услуг составила 25000 руб., а также учитывая объем оказанных представителем услуг, сложность и категорию рассматриваемого дела, количество судебных заседаний, суд полагает возможным удовлетворить требование истца в части взыскания расходов на оплату услуг представителя в размере 25000 рублей.

В соответствии с положениями ст. 98 ГПК РФ с ответчика в доход государства подлежит взысканию госпошлина в размере 6000 руб., от уплаты которой истец при подаче иска был освобожден.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 – удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «СИДАЛ-ГРУПП» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 300000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 25000 рублей, а всего взыскать 325000 (триста двадцать пять тысяч) рублей. 

В удовлетворении исковых требований в большем размере – отказать.

Взыскать с ООО «СИДАЛ-ГРУПП» в доход государства госпошлину в размере 6000 (шесть тысяч) рублей.

Решение может быть обжаловано в Московский областной суд через Солнечногорский городской суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня изготовления в окончательной форме 12 февраля 2018 года.

Судья Байчоров Р.А.