Дело № 2-169/2025

16RS0023-01-2025-000186-06

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

27 октября 2025 года село Новошешминск

Новошешминский районный суд Республики Татарстан в составе председа-тельствующего судьи Сахабиевой А.А., при секретаре Адиевой Р.Р., рассмотрев в от-крытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению индивидуального предпринимателя главы КФХ ФИО1 к ФИО2 о взыскании задолженности по договору купли-продажи, а также по встречному иску ФИО2 к индивидуальному предпринимателю главе КФХ ФИО1 о признании договора купли-продажи комбайна и акта приема –передачи к нему недействительными, применении к отношениям сторон правил о разделе имущества, нажитого в процессе совместной деятельности, о признании перехода права собственности на комбайн к ФИО2 состоявшимся в рамках раздела общего имущества и не требующим оплаты, 

У С Т А Н О В И Л:

Индивидуальный предприниматель глава КФХ ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о взыскании задолженности по договору купли-продажи, мотивируя тем, что ДД.ММ.ГГГГ между истцом (продавец) и ответчиком (покупатель) был заключен договор купли-продажи комбайна John Deere 1550, 2007 года изготовления, двигатель № J06081А006875, коробка передач 100004, заводской № машины (рамы) CQ1550В070122, цвет зеленый, мощность двигателя 168 кВт (228 л.с.), паспорт самоходной техники №, дата выдачи паспорта ДД.ММ.ГГГГ. Согласно п.2.1 договора, стоимость данного комбайна составила 1 500 000 руб. 00 коп. Истец выполнил свои обязательства по договору, передав указанную самоходную технику ответчику ФИО2 , что подтверждается актом приема-передачи от ДД.ММ.ГГГГ, подписанным сторонами, согласно которому ответчик, как покупатель, претензий к принимаемому товару не имеет. Согласно п.2.2 договора купли-продажи, оплата товара должна была быть произведена ответчиком за наличный расчет в срок до ДД.ММ.ГГГГ, что однако им не исполнено, в связи с чем, ссылаясь на положения п.3 ст.488 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), просит взыскать с ответчика указанную сумму задолженности по договору купли-продажи. Кроме того, пунктом 4.3 вышеуказанного договора купли-продажи предусмотрена обязанность покупателя в случае просрочки платежа выплачивать продавцу пени в размере 0,1% от стоимости товара за каждый день просрочки. Полагает, что согласно статье 330 ГК РФ, вправе требовать присуждения неустойки (штрафа, пени) по день фактического исполнения обязательства ответчиком. На день обращения с исковым заявлением (ДД.ММ.ГГГГ) количество дней просрочки с даты, когда покупатель должен был осуществить платеж (ДД.ММ.ГГГГ) составляет 72, таким образом, согласно расчету истца размер пени равен 108 000 рублей. 

На основании изложенного истец просит взыскать с ответчика: 

- 1 500 000 рублей – сумму основного долга по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, 

- пени по день фактического исполнения обязательства, 

- 31 080 рублей - расходы по оплате государственной пошлины.

Истец ФИО1 и его представитель по доверенности ФИО3 в судебном заседании поддержали исковые требования, согласно изложенным в нем доводам.

Ответчик ФИО2 и его представитель по доверенности ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признали, подали встречный иск к ИП ФИО1, и с учетом уточнений встречных требований, просили признать договор купли-продажи комбайна и акт приема–передачи к нему недействительными, мнимыми, применить к отношениями сторон правила о разделе имущества, нажитого в процессе совместной деятельности, признать переход права собственности на комбайн к ФИО2 состоявшимся в рамках раздела общего имущества и не требующим оплаты.

Как пояснили суду в обоснование встречных требований истец по встречному иску ФИО2 и его представитель ФИО4, на протяжении более 15 лет с ФИО1 вели совместную хозяйственную деятельность, общий бизнес, который оформили на ИП Ф. ФИО1, для удобства ведения хозяйственной деятельности и отчетности по нему, соответственнно на последнего было оформлено и всё их совместное имущество. При этом фактически они действовали как партнеры, участвуя в равных долях в строительстве производственных помещений, теплиц, приобретении совместного имущества и обрудования, в том числе сельскохозяйственной техники, а также в распределении полученной прибыли. В частности, в рамках осуществления совместной хозяйственной деятельности в 2020 году приобрели два комбайна марки John Deere 1550, 2007 года выпуска, в том числе и комбайн, являющийся предметом спора, на их приобретение использовали личные и заемные денежные средства. Так, за получением заемных денежных средств он обращался к ИП Х., у которого взял в долг 1500000 рублей на приобретение указанных двух комбайнов марки John Deere 1550 в 

<

адрес> Эл, зарегистрировали их формально на истца ИП ФИО1 В марте 2025 года ими было принято решение о прекращении их совместной деятельности и разделе бизнеса, имущества. В этих целях ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 написал ФИО2 по мессенджеру “WhatsApp” текстовое сообщение “Трактор я заберу, комбайн второй тебе переоформлю. Навесное выставляй. Теплицы тоже выставляй”. После получения данного сообщения супруга ФИО1 – О. передала супруге ФИО2 – ФИО5 договор купли–продажи комбайна и акт приема-предачи к нему, что что они расценили как формальную необходимость для перерегистрации комбайна на ФИО2 в Гостехнадзоре и без возражений подписали эти документы. При этом ФИО2 подписал договор купли-продажи не с целью возмездного приобретения комбайна, а исключительно с целью юридического оформления перехода права собственности на него в рамках достигнутых договоренностей о разделе имущества. Фактическая передача денежных средств по данному договору купли-продажи не предполагалась вообще, так как фактически комбайн так и так принадлежал ему. Соответственно сторонами не обсуждалась и цена комбайна, указанная в договоре. Вместе с тем указанная в договоре цена товара никак не отражает его реальную рыночную стоимость, и полагали, что в данном случае цена товара отражена чисто формально. Действительная рыночная стоимость указанного комбайна составляет 490000 рублей, что подтверждается отчетом независимого оценщика ИП З. Кроме того, сам акт приема-передачи комбайна был подписан им чисто формально, хотя фактически комбайн продавцом покупателю не передавался, комбайн по настоящее время находится в разобранном виде в 

<

адрес> РТ, на территории автопарка, принадлежащего ИП ГКФХ Ф., двоюродному брату истца ФИО1, так как на данном комбайне он, то есть ФИО2 оказывал услуги данному хозяйству по жатке и сбору зерновых, в ходе чего комбайн сломался. То обстоятельство, что договор был заключен чисто формально, подтверждает и то, что условия данного договора носят противоречивый характер. В частности, в п. 1.1. Договора указано о необходимости наличной оплаты, в то время как в п. 2.1. Договора указано о безналичной оплате с уплатой НДС, тогда как ни одна из сторон договора не являются плательщиками НДС. В п. 4.6 Договора также указано, что в случае непоступления оплаты денежных средств на расчетный счет покупателя, договор расторгается. Тем самым изначально договор является мнимой, недействительной сделкой и не отражает реальную волю сторон, заключен с целью переоформить комбайн с ФИО1 на ФИО2 в рамках раздела совместного бизнеса. Вместе с тем, по каким-то причинам, истец ФИО1 после подписания ФИО2 договора купли продажи и акта приема-передачи к нему стал требовать оплаты стоимости комбайна в размере, указанном в договоре, хотя ФИО2 изначально не имел воли на возмездное приобретение данного комбайна, поскольку фактически комбайн принадлежал ему, был приобретен им за счет личных и заемных денежных средств. В частности, в целях приобретения комбайна он занимал у предпринимателя Х. 1500000 рублей, которые затем они с К-вым вернули, для чего оформили кредиты. О том, что договор заключался формально, подтверждает и то обстоятельство, что он и не приступал к исполнению своих обязательств по договору, не принял никаких мер по регистрации комбайна на себя, не произвел оплату по нему.

Будучи привлеченной протокольным определением суда к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО5 подтвердила изложенные во встречном иске обстоятельства, пояснив, что семья К-вых и Т-вых долгие годы вели совместный бизнес, который юридически был оформлен на ИП Ф. ФИО1, для удобства ведения бизнеса, представления налоговой отчетности, она сама лично с 2016 года вела бухгалтерский учет ИП КФХ ФИО1 В 2020 году ФИО1 и ФИО2 покупали два комбайна John Deere 1550 в 

<

адрес> Эл, куда ездили совместно. Часть денежных средств на приобретение комбайнов в размере 1500000 рублей ФИО2 брал в долг у Х. В дальнейшем для погашения долга перед Х. семьи К-вых и Т-вых оформили кредиты и вернули долг каждая семья по 750000 рублей. На комбайнах в основном работал сам ФИО2 и их сын, а ФИО1 в основном занимался в магазине автозапчастей. В 2025 г. они приняли совместное решение о разделе бизнеса и имущества. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 (продавец) и ФИО2 (покупатель) заключили договор купли-продажи недвижимого имущества, согласно которому ФИО2 приобрел ? долю нежилого здания - здания автомойки на два поста с магазином автозапчастей и автосервисом, и ? долю земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>, фактически выкупил их у ФИО1 согласно договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ. Фактически указанное недвижимое имущество ранее принадлежали ФИО2 При регистрации данного договора купли-продажи здания и земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ в МФЦ они с ФИО1 заходили в отдел Гостехнадзора, где начальник отдела Ю. объяснил им, что для перерегистрации комбайна необходимо заключить договор его купли-продажи. После этого супруга ФИО1 – О., с которой они являются коллегами по работе, принесла ей на работу два экземпляра договора купли-продажи комбайна с актом приема-передачи комбайна. В дальнейшем ФИО2 сразу же подписал эти документы, полагая, что заключают данный договор чисто формально, для перерегистрации на него одного из двух комбайной. Когда на следующий день она отдала О. эти подписанные экземпляры договора купли-продажи и акта приема-передачи комбайна к нему и попросила выдать формальную расписку о получении по данному договору денежных средств в размере 1500000 рублей, О. отказалсь выдать расписку, ссылаясь на то, что они не получали от них эти денежные средства. В дальнейшем ФИО1 инициировал данный гражданско-правовой спор в суде.

Свидетель С. показала суду, что ФИО2 приходится ей зятем, последний вел с ФИО1 совместный бизнес, складывались и распределяли они прибыль пополам. Начали они совместную деятельность с теплицы, затем построили и занимались магазином автозапчастей, мойкой, а также приобретали сельскохозяйственную технику. Во всем этом им помогали также она с мужем, с И.. Примерно в 2000 году ФИО2 и ФИО1 собрали денег и ездили в Марий Эл покупать два комбайна, она также давала им 500 000 рублей. В дальнейшем С. уточнила, что не помнит точно год, когда они ездили за комбайном. Ей известно, что в основном на комбайнах работал ФИО2 со своим сыном, работал он на комбайнах свыше 5 лет.

Из допрошенных в судебном заседании показаний свидетеля Х. следует, что он хорошо знает и общается как с ФИО2 , так и с ФИО1, и ему известно, что они вели совместный бизнес, и что вкладывались они бизнес и распеределяли прибыль поровну, в равных долях. В частности у них были теплица, магазин автозапчастей с мойкой, которые располагались рядом с его домом по 

<

адрес>. Также в дальнейшем они приобретали сельскохозяйственную технику, а именно трактор, два комбайна. Так, в 2020 году ФИО2 просил у него в долг 1500000 рублей на приобретение двух комбайнов Джон Дир в 

<

адрес> Эл, куда они ездили совместно с ФИО1, и как он понял, деньги ФИО2 брал в долг для себя и для ФИО1 Так как между ними были доверительные отношения, долговая расписка не оформлялась, в дальнейшем денежные средства ему были возвращены. 

Свидетель М. суду показал, что ему известно, что ФИО1 и ФИО2 вели совместный бизнес, а именно у них были магазин автозапчастей с мойкой, теплицы. В 2020 году летом он по просьбе ФИО2 совместно с последним и с ФИО1 ездили в Республику Марий Эл в целях приобретения комбайнов, где ФИО2 и ФИО1 приобрели 2 комбайна John Deere 1550. Так как комбайны были не новые, он по просьбе ФИО2 осматривал эти комбайны в качестве специалиста. Конкретные обстоятельства заключения сделки ему неизвестны. 

Свидетель Ф. Н.А. суду показал, что является главой КФХ “Ф. Н.А.”. ФИО1 приходится ему двоюродным братом, а также он хорошо знает и общается с ФИО2 и ему также известно, что ФИО1 и ФИО2 свыше десяти лет вели совместный бизнес, занимались теплицей, магазином автозапчастей с мойкой, оказывали услуги по работе на сельскохозяйственной технике. В частности, в 2024 году он обращался к ФИО1, просил помощь в уборке урожая. При этом на комбайне работал сам ФИО2, а также его сын. В ходе уборочных работ комбайн в поле сломался, его отбуксировали на территорию автопарка КФХ Ф. Н.А., где комбайн и находится по настоящее время в неисправном состоянии.

Свидетель Б. суду показал, что работает начальником управления сельского хозяйства и продовольствия в Новошешминском муниципальном районе Республики Татарстан, хорошо знает и общается с ФИО1 и ФИО2 ,и ему известно, что они вели совместный бизнес, занимались теплицей, магазиной автозапчастей, оказывали сельскохозяйственные услуги на сельскохозяйственной технике по уборке урожая, обработке полей. На каких именно условиях они вели совместный бизнес, ему неизвестно. Своих сельхозугодий у них не имелось. 

Свидетель О. от дачи показаний отказалась, воспользовавшись правом, предусмотренным ст. 51 Конституции РФ,

Заслушав стороны, их представителей, третье лицо, свидетелей, изучив материалы дела, исследовав доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ в их совокупности, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ст. 309 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов.

В силу п.1 ст.310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ, другими законами или иными правовыми актами.

В соответствии со ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в за-ключении договора, добровольно принимают на себя права и обязанности, определенные договором, либо отказываются от его заключения.

На основании положений данной нормы, стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.

Согласно ч. 1 ст. 455 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

На основании статьи 456 ГК РФ продавец обязан передать покупателю товар, предусмотренный договором купли-продажи (п. 1). Если иное не предусмотрено договором купли-продажи, продавец обязан одновременно с передачей вещи передать покупателю ее принадлежности, а также относящиеся к ней документы (технический паспорт, сертификат качества, инструкцию по эксплуатации и т.п.), предусмотренные законом, иными правовыми актами или договором (п. 2).

Согласно пункту 1 статьи 457 ГК РФ срок исполнения продавцом обязанности передать товар покупателю определяется договором купли-продажи, а если договор не позволяет определить этот срок, в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 314 данного кодекса.

Согласно пункту 1 статьи 458 ГК РФ, если иное не предусмотрено договором купли-продажи, обязанность продавца передать товар покупателю считается исполненной в момент:

вручения товара покупателю или указанному им лицу, если договором предусмотрена обязанность продавца по доставке товара;

предоставления товара в распоряжение покупателя, если товар должен быть передан покупателю или указанному им лицу в месте нахождения товара.

Вещь считается врученной приобретателю с момента ее фактического поступления во владение приобретателя или указанного им лица (абзац 2 пункта 1 статьи 224 ГК РФ).

Если продавец отказывается передать покупателю проданный товар, покупатель вправе отказаться от исполнения договора купли-продажи (пункт 1 статьи 463 ГК РФ).

В соответствии с п.3 ст.488 ГК РФ в случае, когда покупатель, получивший товар, не исполняет обязанность по его оплате в установленный договором купли-продажи срок, продавец вправе потребовать оплаты переданного товара.

В силу пункта 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с пунктом 3 статьи 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

В силу пункта 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно пункту 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Из пункта 2 вышеуказанной статьи следует, что недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной - те или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия действительности сделки не предусмотрены законом.

В пункте 1 статьи 10 ГК РФ закреплена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 1 постановления Пленума от ДД.ММ.ГГГГ № "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права. Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов. В частности злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 1, п. 7, п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от от ДД.ММ.ГГГГ № "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" “, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Согласно п. 1 ст. 170 ГК РФ, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Как указано в п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ.

По смыслу приведенных норм права, для признания договора купли-продажи мнимой сделкой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Целью мнимой сделки является создание видимости перед третьими лицами возникновения реально не существующих прав и обязанностей. Мнимый характер сделки предполагает, что ее стороны действовали недобросовестно (в ущерб интересам третьих лиц и ради собственной выгоды).

Таким образом, юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению при рассмотрении требования о признании той или иной сделки мнимой, является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение реально совершить и исполнить соответствующую сделку. Мнимый характер сделки выдает и такое поведение ее сторон в период после совершения сделки, которое никак не учитывает произведенных сделкой правовых последствий. Иными словами, контрагенты продолжают вести себя так, как будто и не заключали соответствующего договора.

Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

В подтверждение доводов о мнимости сделки лицами, участвующими в деле, могут быть представлены не только письменные доказательства, но и свидетельские показания.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ между истцом (продавец) и ответчиком (покупатель) был заключен договор купли-продажи комбайна John Deere 1550, 2007 года изготовления, двигатель № J06081А006875, коробка передач 100004, заводской № машины (рамы) CQ1550В070122, цвет зеленый, мощность двигателя 168 кВт (228 л.с.), паспорт самоходной машины №, дата выдачи паспорта ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с условиями договора, продавец взял обязательство передать в собственность покупателю товар, а покупатель обязался принять и оплатить данный товар.

Стоимость товара была установлена п.2.1 договора, подписанного сторонами, и составила 1 500 000 руб. 00 коп., в том числе НДС 20%.

Согласно п.2.2 договора купли-продажи, оплата товара должна быть произведена за наличный расчет в срок до ДД.ММ.ГГГГ Форма оплаты – наличный расчет.

Как следует из п. 3.1 Договора, продавец передает покупателю указанный товар в течение 3 (трех) рабочих дней с даты оплаты.

В силу п. 3.2 право собственности на товар переходит к покупателю после подписания акта приема-передачи товара.

В соответствии с п. 3.3 Договора прием-передача товара осуществляется в месте его продажи по адресу: РТ, 

<

адрес>.

Согласно п. 3.4 Договора продавец обязан передать покупателю паспорт самоходной машины и других видов техники. Документы на товар передаются покупателю одновременно с товаром. 

В соответствии с п.4.3 вышеуказанного договора купли-продажи, в случае просрочки платежа покупатель выплачивает продавцу пени в размере 0,1% от стоимости товара за каждый день просрочки.

В п. 4.5 Договора предусмотрено, что в случае непоступления оплаты на счет продавца в сроки, согласованные в п. 2.2 Договор считается расторгнутым с ДД.ММ.ГГГГ без дополнительных уведомлений со стороны продавца. 

Согласно акту приема-передачи от ДД.ММ.ГГГГ, подписанного сторонами, стороны подтвердили факт передачи товара, а также то, что претензий принимаемому товару покупатель не имеет.

Вместе с тем, из вышеизложенных показаний свидетеля Ф. Н.А., согласующегося с пояснениями самого истца ФИО1, ответчика ФИО2 и третьего лица ФИО5, следует, что спорный комбайн фактически по договору купли-продажи ФИО2 не передавался, на момент рассмотрения дела комбайн не на ходу, в неисправном состоянии находится в 

<

адрес> на территории автопарка КФХ Ф. Н.А. – родственника истца ФИО1, что сторонами не оспаривалось. 

Тем самым, имеются основания полагать, что комбайн фактически продавцом покупателю не передавался, а также не передавались предусмотренные п. 3.4 принадлежности к самоходной техники, в том числе паспорт самоходной техники. Доказательств обратного суду не представлено. 

Из показаний допрошенных свидетелей С., Х., Ф. Н.А., М. и Б. установлено, что ФИО1 и ФИО2 на протяжении около 10 лет осуществляли совместную хозяйственную деятельность, совместно приобретали имущество, необходимое для ведения совместного бизнеса, занимались совместно реализацией атозапчастями, оказывали услуги по мойке автомобилей, сельскохозяйственные услуги по обработке сельскохозяйственных угодий и уборке зерновых культур агропромышленным предприятиям и крестьянско-фермерским хозяйствам, что сторонами также не оспаривалось. В указанных целях они в 2020 г. совместно приобрели в 

<

адрес> Эл два комбайна John Deere 1550. Для приобретения использовали заемные денежные средства, предоставленные Х.

Указанные обстоятельства подтверждаются, кроме того, исследованными судом материалами номенклатурного дела №, из которых следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 обратился в Отделение МВД России по 

<

адрес> с заявлением о злоупотреблении ИП КФХ ФИО1 правом (ст. 10 ГК РФ), который обратился с иском в Новошешминский районный суд РТ о взыскании с него денежных средств в размере 1 500 000 рублей по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ вышеуказанного комбайна John Deere 1550, 2007 года. При этом согласно п. 3.3 Договора ФИО1 по адресу 

<

адрес> фактически комбайн не передавал и не имел намерения его передать, так как договор был заключен лишь для передачи ему комбайна, приобретенного им ДД.ММ.ГГГГ на его же денежные средства. Так, на покупку комбайна он использовал заемные денежные средства, а также предоставленные ему его другом Х. заемные денежные средства в размере 1500000 рублей. С ИП КФХ ФИО1 они осуществляли совместный бизнес 50/50, между ними были партнерские и доверительные отношения, и от имени КФХ ФИО1 ими осуществлялась сельскохозяйственная деятельность, в частности на данном комбайне ФИО2 оказывались услуги по уборке урожая. Фактической же воли приобретать свой же комбайн во второй раз у него не было. Полагает, что ИП ФИО1 имеет намерение неосновательно обогатиться, пытаясь через суд истребовать с него 1 500 000 рублей за его же технику. Договор купли-продажи подписывался согласно сложившимся между ними партнерским отношениям и договоренностям, для формального оформления передачи /регистрации самоходной техники на его имя в органе Гостехнадзора. На данном комбайне он оказывал услуги по уборке урожая в 2024 году ИП Ф. Н.А., в ходе чего комбайн сломался и в сломанном виде остался на территории КФХ Ф. Н.А. в 

<

адрес> РТ. В силу изложенного в целях пресечения противоправных действий со стороны КФХ ФИО1, ФИО6 просил выехать и установить (зафиксировать) местонахождение комбайна John Deere 1550, 2007 года. 

Данное заявление ФИО2 зарегистрировано в КУСП за № от ДД.ММ.ГГГГ ОМВД России по 

<

адрес>.

Согласно имеющемуся в материалах данного номенклатурного дела протоколу осмотра места происшествия с фототаблицами от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе осмотра места происшествия обнаружена и осмотрена в присутствии Ф. Н.А. самоходная техника - комбайн John Deere 1550, 2007 года изготовления, двигатель № J06081А006875, коробка передач 100004, заводской № машины (рамы) CQ1550В070122, цвет зеленый, находящийся в неисправном состоянии в 

<

адрес>. 

Будучи опрошенной в рамках проверки данного заявления ФИО5 дала аналогичные пояснения. 

Также в материалы номенклатурного дела приобщен скриншот переписки в мессенджере WhatsApp между ФИО1 и ФИО2 , где ФИО1 пишет ФИО6 “Трактор я заберу, комбайн второй тебе переоформлю. Навесное выставляй, Теплицы тоже выставляй. Трактор к комбайну поставь”.

Из имеющихся в материалах данного номенклатурного дела письменных объяснений Х., предупрежденного по ст. 307 УК РФ об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, следует, что в 2020 году к нему обратился его друг ФИО2 с просьбой о предоставлении ему взаймы денежных средств в размере 1500000 рублей, которые он передал ФИО2 наличными. В последующем, как ему известно, ФИО2 совместно со своим партнером по бизнесу ФИО1 приобрел на них с/х технику в виде двух комбайнов. 

Также из имеющихся в материалах данного номенклатурного дела письменных объяснений О., предупрежденной по ст. 307 УК РФ об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, следует, что примерно в 2020 году совместно с семьей Т-вых они купили два комбайна марки John Deere 1550 для дальнейшего использования в сельскохозяйственной деятельности путем сдачи техники в аренду либо работать на них. Оба комбайна были оформлены на КФХ ФИО1 На покупку комбайна они брали потребительские кредиты и займы. ДД.ММ.ГГГГ они решили разойтись, так как её супруг ФИО1 решил работать отдельно. В это время она составила договор купли-продажи одного из комбайнов, и после подписания его ФИО1 передала экземпляры для подписи ФИО5 Подписав договор, ФИО5 попросила её выдать расписку на получение от ФИО2 денежных средств в размере 1500000 рублей, на что она отказалась, так как указанные денежные средства им не поступали. 

Таким образом, судом установлено, что ФИО1 и ФИО2 являются друзьями и партнерами по бизнесу, совместно приобретали спорное имущество, в данном случае самоходную технику – комбайн марки John Deere 1550 для дальнейшего использования в сельскохозяйственной деятельности путем сдачи техники в аренду либо работать на них. После совместного решения о прекращении совместной хозяйственной деятельности стороны решили переоформить один из комбайнов с ФИО1 на ФИО2 При этом последний добросовестно заблуждался в характере сделки, полагая его безвозмедным, о чем также свидетельствует то обстоятельство, что ФИО2 не приступал к его исполнению. Кроме того, и сам истец ФИО1 фактически не передавал ФИО2 комбайн и технический паспорт к нему, а также иные неотъемлемые принадлежности к нему, комбайн находится в неисправном состоянии на территории хозяйства КФХ Ф. Н.А.

В соответствии со статьей 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Согласно представленной стороной истца по встречному иску оценке рыночной стоимости самоходной техники, среднерыночная стоимость комбайна John Deere 1550, 2007 года, составляет 490000 рублей, что подтверждается отчетом об оценке, составленным ИП З.

В силу п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел. Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности ее использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

По смыслу приведенных положений п. 1 ст. 178 ГК РФ, заблуждение предполагает, что при совершении сделки лицо исходило из неправильных, не соответствующих действительности представлений о каких-то обстоятельствах, относящихся к данной сделке. Так, существенным является заблуждение относительно природы сделки, то есть, совокупности свойств (признаков, условий), характеризующих ее сущность.

Вопрос о том, является ли заблуждение существенным или нет, должен решаться судом с учетом конкретных обстоятельств каждого дела исходя из того, насколько заблуждение существенно не вообще, а именно для данного участника сделки.

Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и совершает сделку, которую не совершил бы, если бы не заблуждался. Заблуждение должно иметь место на момент совершения сделки. Причины заблуждения не имеют значения. Заблуждение может возникнуть по вине самого заблуждающегося, по причинам, зависящим от другой стороны или третьих лиц, а также от иных обстоятельств.

Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные статьей 167 настоящего Кодекса (пункт 6 статьи 178 ГК РФ).

Как разъяснено в пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", если стороне переговоров ее контрагентом представлена неполная или недостоверная информация либо контрагент умолчал об обстоятельствах, которые в силу характера договора должны были быть доведены до ее сведения, и сторонами был заключен договор, эта сторона вправе потребовать признания сделки недействительной и возмещения вызванных такой недействительностью убытков (статьи 178 или 179 ГК РФ) либо использовать способы защиты, специально предусмотренные для случаев нарушения отдельных видов обязательств, например, статьями 495, 732, 804, 944 ГК РФ.

В данном случае имеются основания полагать, что ФИО2, подписывая договор купли-продажи комбайна за 1500000 рублей, находился под влиянием заблуждения относительно природы сделки и ее последствий, в частности, в силу доверия к ФИО1 – бывшему другу и партнеру по бизнесу, ошибочно полагая, что заключают данный договор формально, лишь в целях безвозмездного переоформления на него одного из двух комбайнов, которые они ранее совместно приобретали с ФИО1 на общие денежные средства. Кроме того, изначально ФИО1 ввел его в заблуждение в переписке WhatsApp словами «Комбайн второй тебе переоформлю», действуя тем самым недобросовестно. Намерения у ФИО2 повторно купить фактический свой же комбайн, к тому же находившийся в неисправном состоянии, по стоимости 1500000 рублей, что многократно превышает его действительную рыночную стоимость, явно не имелось, о чем также свидетельствует то обстоятельство, что после заключения спорного договора ФИО2 не приступал к его исполнению, в частности не произвел по нему оплату, не пытался зарегистрировать комбайн на себя, не требовал передачи комбайна в момент подписания акта приема-передачи.

Поскольку доказательств оплаты по договору, получения денежных средств в материалы дела не представлено, фактической передачи товара и реального перехода права собственности на товар не состоялось, имеются основания полагать, что договор купли-продажи комбайна от ДД.ММ.ГГГГ носил формальный характер, не был направлен на последствия, предусмотренные для обычного договора купли-продажи. 

Учитывая также, что действия сторон, в частности покупателя явно не преследовали цели возмездного приобретения спорного комбайна, а договор заключался им лишь в целях формального его переоформления на себя, в рамках раздела совместно приобретенного имущества, суд приходит к выводу о признании указанной сделки недействительной. 

При этом доводы стороны ответчика по встречному иску о недоказанности стороной истца по встречному иску того обстоятельства, что истец по встречному иску при совершении оспариваемой сделки был введен в заблуждение, судом отклоняются, поскольку они опровергаются собранными по делу доказательствами, не доверять которым у суда оснований не имеется. Данный факт достоверно подтверждается показаниями свидетелей и материалами дела.

В отсутствие доказательств реального исполнения сторонами сделки, суд, признавая данную сделку недействительной, как в части передачи товара, так и в части получения продавцом платы за товар, приходит к выводу об отсутствии оснований для применения последствий недействительности сделки в виде обязанности вернуть товар и взыскания стоимости товара. 

Таким образом, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 и о частичном удовлетворении встречных исковых требований ФИО2 , а именно в части признания недействительным договора купли-продажи комбайна John Deere 1550, 2007 года выпуска, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ИП КФХ ФИО1 и ФИО2 , отказав в части применения к отношениями сторон правил о разделе имущества, нажитого в процессе совместной деятельности, о признании перехода права собственности на комбайн к ФИО2 состоявшимся в рамках раздела общего имущества и не требующим оплаты, поскольку достоверно не установлены условия участия сторон в совместной деятельности и их доли в совместном имуществе, а также действительная воля ФИО1 на безвозмездную передачу спорного имущества ФИО2 Суд также отказывает в удовлетворений требований в части признания акта приема –передачи недействительным, поскольку по своей правовой природе акт приема передачи не является сделкой как таковой и к нему не могут быть применены положения о недействительности сделок. 

В связи с частичным удовлетворением встречных исковых требований, руководствуясь ст. 98 ГПК РФ, суд полагает подлежащим взысканию с ответчика по встречному иску ИП Ф. ФИО1 в пользу ФИО2 судебных расходов по оплате государственной пошлины в размере 3 000 рублей, поскольку указанные расходы подтверждены соответствующим платежным документом. При этом суд учитывает правовые разъяснения, изложенные в п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», согласно которым положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) не подлежат применению в том числе и при разрешении иска имущественного характера, не подлежащего оценке.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований индивидуального предпринимателя главы КФХ ФИО1 к ФИО2 о взыскании задолженности по договору купли-продажи комбайна - отказать.

Встречные исковые требования ФИО2 к инди-видуальному предпринимателю главе КФХ ФИО1 о при-знании договора купли-продажи комбайна и акта приема –передачи к нему недей-ствительными, применении к отношениями сторон правил о разделе имущества, нажитого в процессе совместной деятельности, о признании перехода права соб-ственности на комбайн к ФИО2 состоявшимся в рам-ках раздела общего имущества и не требующим оплаты – удовлетворить частично.

Признать недействительным договор купли-продажи комбайна John Deere 1550, 2007 года выпуска, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между индивидуальным предпринимателем главой КФХ ФИО1 и Тухтама-новым В.Г..

В удовлетворении остальной части встречных исковых требований отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя главы КФХ ФИО1 в пользу ФИО2 судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 000 (три тысячи) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Татарстан через Новошешминский районный суд Республики Татарстан в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ

Судья 

Решение вступило в законную силу: «____»_________________ 2025 г.