Судья Синева И.Ю. Дело №22-11960/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Красногорск

Московской области 18 декабря 2025 года

Судебная коллегия по уголовным делам Московского областного суда в составе:

председательствующего судьи Петровой О.В.,

судей Колесник С.К. и Жуковой С.М.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Лодоевым А.Б.,

с участием прокурора апелляционного отдела управления прокуратуры Московской области ФИО6,

защитника – адвоката Линкевича С.Г., представившего удостоверение 

<

данные изъяты> и ордер 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты>.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника – адвоката Линкевич С.Г. на приговор Коломенского городского суда Московской области от 01 ноября 2025г., которым

ФИО7, 

<

данные изъяты> года рождения, уроженец 

<

данные изъяты>, гражданин Российской Федерации, ранее не судимый,

- осужден по ч. 4 ст.160 УК РФ к лишению свободы сроком на три года. В силу ст. 73 УК РФ назначенное наказание постановлено считать условным с испытательным сроком на два года, с возложением обязанностей указанных в приговоре;

Мера пресечения - подписка о невыезде и надлежащем поведении -оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Сохранен арест на имущество - квартиру до рассмотрения гражданского иска.

Заслушав доклад судьи Колесник С.К., выслушав защитника - адвоката Линкевич С.Г., поддержавшего апелляционную жалобу, мнение прокурора об отсутствии оснований для ее удовлетворения, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

при обстоятельствах, изложенных в приговоре, ФИО7 признан виновным в растрате, то есть в хищении чужого имущества, вверенного виновному, с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере.

Преступление совершено в период с 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты> в 

<

данные изъяты>.

Осужденный ФИО7 виновным себя не признал и показал, что договор о передачи в собственности квартиры № 

<

данные изъяты> расположенной по адресу: 

<

данные изъяты> он не подписывал.

В апелляционной жалобе защитник – адвокат Линкевич С.Г. с постановленным приговором Коломенского городского суда Московской области от 01 ноября 2025г. не согласен поскольку, обстоятельства совершения преступления, приведенные в приговоре не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, собранные по делу доказательства противоречат друг другу, показания свидетелей в приговоре приведены только частично, экспертиза, которая не установила принадлежность подписи ФИО7 приведена в качестве доказательства вины. Оценка почерковедческой экспертизы произведена с нарушением принципа презумпции невиновности. Допрошенная в судебном заседании главный бухгалтер организации Свидетель №5 подтвердила, что печать организации находилась в свободном доступе, непосредственных свидетелей факта изготовления ФИО7 договора передачи в собственность квартиры № 

<

данные изъяты> нет, проведенная почерковедческая экспертиза не смогла установить автора подписи в договоре 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты>. В заключении технической экспертизы документов эксперт приходит к выводу, что два договора 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> от одной даты изготовлены на разных принтерах, что также ставит под сомнения изготовление договора ФИО7 или с его согласия. Резюмируя изложенное, автор жалобы просит приговор Коломенского городского суда Московской области от 01 ноября 2025 года отменить.

Изучив материалы уголовного дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе, выслушав стороны, судебная коллегия находит вывод суда о виновности ФИО7 в совершении установленного судом преступления соответствующим фактическим обстоятельствам дела и основанным на совокупности исследованных в ходе судебного следствия доказательств, получивших надлежащую оценку в приговоре, в числе которых:

показания представителя потерпевшего ФИО3, согласно которым в собственности Российской Федерации в лице Управления делами Президента Российской Федерации находится объект - многоквартирный жилой дом, расположенный по адресу: 

<

данные изъяты>. Указанный жилой дом закреплен на праве хозяйственного ведения за ФГУП «

<

данные изъяты>», директором которого являлся ФИО7, который незаконного произвел отчуждения 

<

данные изъяты> из собственности Российской Федерации в собственность сотрудника. Так 

<

данные изъяты> Свидетель №4 на основании договора найма служебного жилого помещения 

<

данные изъяты> полупил во владение и пользование квартиру 

<

данные изъяты>. Приказ Управления на данную квартиру не издавался. Издавался приказ на служебную квартиру № 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты> Свидетель №4 на основании договора социального найма жилого помещения 

<

данные изъяты> получил в бессрочное владение указанную квартиру. Перевод данной квартиры из специализированного фонда в фонд социального использования не производился. 

<

данные изъяты> за подписью генерального директора предприятия ФИО7 с главным инженером Предприятия Свидетель №4 заключен договор 

<

данные изъяты>, о передаче квартиры № 

<

данные изъяты> в собственность Свидетель №4 Далее, 

<

данные изъяты> на основании вышеуказанного договора произведена регистрации права собственности за Свидетель №4 на вышеуказанную квартиру на что Управление делами Президента Российской Федерации согласие не давало;

показания свидетеля Свидетель №6 согласно которым в период с 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты> г.г. занимала должность специалиста по документационному обеспечению в 

<

данные изъяты>», 

<

данные изъяты> являлась служебной и ФИО5 получал ее как служебное жилье. В период ее трудовой деятельности с 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты> год гербовая печать числилась за ней и хранилась у нее в сейфе в ее служебном кабинете, доступ к печати имели она, генеральный ФИО7 и главный бухгалтер - Свидетель №5 ФИО7 и Свидетель №5 имели право без ее ведома взять гербовую печать в пользование, печать на предприятии была в одном экземпляре;

показания свидетеля Свидетель №4, согласно которым с 

<

данные изъяты> года по 

<

данные изъяты> он осуществлял трудовую деятельность в 

<

данные изъяты>». ФИО7 предложил ему квартиру № 

<

данные изъяты>. Договор найма служебного жилого помещения был подписан и заключен с ним генеральным директором ФИО7 и заверенный оттиском гербовой печати «

<

данные изъяты>». В 

<

данные изъяты> году на основании договора, подписанного ФИО7, квартира № 

<

данные изъяты> была переведена из статуса служебной в статус социального найма. После чего в 

<

данные изъяты> году на основании договора передачи жилого помещения в собственность, также подписанного ФИО7, квартира, была передана в его собственность;

Свои показания свидетель Свидетель №4 подтвердил на очной ставе с ФИО7, показав, что он предварительно, перед заключением договоров о передаче ему 

<

данные изъяты> в социальный найма и в собственность, обговаривал это с ФИО7, который давал ему на это свое согласие;

показания свидетеля Свидетель №1, согласно которым в его должностные обязанности входит проведение проверочных и контрольных мероприятий деятельности подведомственных организаций. Примерно в 

<

данные изъяты> в Главное контрольное управление из Главного управления общественного питания для решения вопроса о возможности обращения в правоохранительные органы поступили материалы, свидетельствующие о незаконном отчуждении из государственной собственности объекта недвижимого имущества - двухкомнатной квартиры, расположенной по адресу: 

<

данные изъяты>, находившегося в хозяйственном ведении подведомственной организации - 

<

данные изъяты>». В ходе проведения проверочных мероприятий установлено, что указанный объект недвижимости, являющийся собственностью Российской Федерации, приказом Управления делами 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> закреплен на праве хозяйственного ведения за 

<

данные изъяты>» Управления делами Президента Российской Федерации. Приказом Управления делами Президента Российской Федерации от 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> включен в специализированный жилищный фонд. Из представленных документов следовало, что на основании договора найма служебного жилого помещения от 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>, заключенного генеральным директором предприятия ФИО7 (уволен 

<

данные изъяты>), указанная квартира передана в пользование Свидетель №4, состоявшему в указанное время в трудовых отношениях с предприятием в должности главного инженера. Управлением делами Президента Российской Федерации каких-либо решений по данному поводу не принималось. В дальнейшем в нарушение требований закона РФ от 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» генеральным директором предприятия ФИО7, без согласия Управления делами Президента Российской Федерации, заключен договор от 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> о передаче указанного жилого помещения в собственность Свидетель №4 Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Московской области 

<

данные изъяты> на основании данного договора зарегистрировано право собственности Свидетель №4 на указанный объект недвижимости, стоимость которого согласно данным ФГАИС составляла 1 002 607 рублей. Руководство предприятия было осведомлено об отнесении указанной квартиры к специализированному служебному фонду Управления делами и порядке его использования, поскольку копия приказа от 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> направлялась в адрес предприятия. В 

<

данные изъяты> году ряд работников предприятия, на основании соответствующих решений жилищной комиссии предприятия, в соответствии с приказом 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> Управления делами, получали в пользование жилые помещение по договорам найма служебного жилого помещения в указанном доме;

показания свидетеля Свидетель №2, согласно которым с 

<

данные изъяты> он работает в 

<

данные изъяты>» в должности начальника службы безопасности. Примерно в 

<

данные изъяты> году неустановленным должностным лицом 

<

данные изъяты>» Управления делами Президента Российской Федерации в нарушение требований ФЗ № 1541-1 от 14.07.1991 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» за подписью генерального директора Предприятия ФИО7 с главным инженером Предприятия Свидетель №4 заключен договор 

<

данные изъяты>, датированный 

<

данные изъяты>, о передаче 

<

данные изъяты> в собственность Свидетель №4 

<

данные изъяты> на основании вышеуказанного договора Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по 

<

данные изъяты> зарегистрировано право собственности за Свидетель №4 на квартиру по адресу: 

<

данные изъяты>, кадастровой стоимостью 1 002 607 рублей. Вышеуказанная квартира являлась собственностью Российской Федерации, с 

<

данные изъяты> закреплена на праве хозяйственного ведения за Предприятием, где стояла на балансе. Отчуждение и передача объектов недвижимости производится должностным лицом Предприятия с получения согласия Управления делами Президента Российской Федерации, которое в данном случае, при передачи вышеуказанной квартиры в собственность Свидетель №4, не давалось;

показания свидетеля Свидетель №3 – регистратор 

<

данные изъяты> Росреестре которая пояснила, что в ходе проведения правовой экспертизы документов, представленных Свидетель №4, у нее не возникло сомнений в подлинности представленных документов, оснований для отказа в предоставлении государственной услуги, либо о направлении дополнительных запросов, у нее не имелось. Документов, которые были предоставлены ей, были достаточными для регистрации права;

показания свидетеля Свидетель №5, согласно которым в период с 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты> она осуществляла трудовую деятельность в ФГУП «

<

данные изъяты>»» в должности главного бухгалтера. На период ее работы в Предприятии одним из генеральных директоров был ФИО7 

<

данные изъяты>»». 

<

данные изъяты> в соответствии с приказом Управления делами Президента РФ перешел в хозяйственное ведение 

<

данные изъяты>»». Печать предприятия всегда находилась у секретаря - помощника ФИО7 - Свидетель №6;

показания свидетеля ФИО4 она в период с 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты> год осуществляла трудовую деятельность в ФГУП «

<

данные изъяты>»», последняя занимаемая должность с 

<

данные изъяты> года секретарь - референт данного предприятия. 

<

данные изъяты>»» находится в непосредственном подчинении Управления делами Президента Российской Федерации. Все имущество, находящееся в ведении 

<

данные изъяты>» находится в ведении Управления делами Президента. Ей известно, что примерно в 

<

данные изъяты> - 

<

данные изъяты> г.г. ФГУП «

<

данные изъяты>» построило и ввело в эксплуатацию 

<

данные изъяты>, указанный дом в соответствии с приказом Управления делами Президента РФ перешел в хозяйственное ведение 

<

данные изъяты>», ей известно, что часть квартир в указанном доме в соответствии с приказами Управления делами Президента РФ, являлись служебными, а часть - социального найма, насколько ей известно, секретарем ФИО7 являлась Свидетель №6 При ее трудовой деятельности печать гербовая была только одна, хранилась у нее в сейфе в приемной, ключи от сейфа бьши только у нее, выдать гербовую печать могла только ФИО7 При этом, она не помнит, чтобы она доставала печать из сейфа и отдавала ее ФИО7, который мог ею воспользоваться без ее присутствия;

показания свидетеля Свидетель №9, согласно которым в период с 

<

данные изъяты> года по 

<

данные изъяты> она осуществляла трудовую деятельность в 

<

данные изъяты>». С 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты> проживала по адресу: 

<

данные изъяты> на основании договора служебного найма. В период ее трудовой деятельности одним из директоров предприятия был ФИО7 В 

<

данные изъяты> года генеральный директор 

<

данные изъяты>» ФИО7 предложил ей заключить договор служебного найма указанной квартиры, так как с начала ее трудовой деятельности в 

<

данные изъяты>» у нее не было в собственности квартиры. Когда она предоставила все необходимые документы, она была приглашена в секретариат 

<

данные изъяты>», насколько она помнит к Свидетель №6, где при ней был оформлен договор служебного найма жилого помещения (

<

данные изъяты>), где она расписалась на последнем листе, после чего договор забрала Свидетель №6, и, как она считает, передала его ФИО7. после чего через несколько дней оригинал договора в 1 экземпляре был ей возвращен с подписью ФИО7 Она знала, что ее служебная квартира не подлежит приватизации, однако, в Управлении делами Президента в г. Москва обещали ей передать квартиру в собственность, переведя ее из статуса «служебного» в «социальный». В период ее трудовой деятельности она часто заполняла различные договоры и документацию, при этом она делала это по просьбе сотрудников, и это не входило в ее трудовые обязанности, сама лично никаких договоров на подпись руководителю не передавала;

показания свидетеля Свидетель №10, согласно которым в период с 

<

данные изъяты> года по 

<

данные изъяты> он осуществлял трудовую деятельность в 

<

данные изъяты>» в должности водителя. В 

<

данные изъяты> году, администрацией 

<

данные изъяты>» в лице генерального директора ФИО7 ему была предложена служебная трехкомнатная 

<

данные изъяты>. Договор предложила ему заключить администрация 

<

данные изъяты>», все документы оформлялись и выдавались также через администрацию;

показания свидетеля Свидетель №11, согласно которым с 

<

данные изъяты> по настоящее время она работает в должности директора МАУ «

<

данные изъяты>», до этого с 

<

данные изъяты> года работала в должности ведущего специалиста, а затем в должности главного специалиста. 

<

данные изъяты> в 18 часов 07 минут она приняла документы от Свидетель №4 на оказание услуги Росреестра - оформление права собственности на 

<

данные изъяты>. Тот сдавал документы лично, исходя их записей в деле правоустанавливающих документов;

показания свидетеля Свидетель №12 согласно которым с 

<

данные изъяты> года по 

<

данные изъяты> год она работала в 

<

данные изъяты>»», с 

<

данные изъяты> года она являлась председателем Профкома 

<

данные изъяты>»». Приблизительно в 

<

данные изъяты> г. был построен и сдан в эксплуатацию 

<

данные изъяты>. Данный дом находился в собственности Управления Делами Президента Российской Федерации. В 

<

данные изъяты> году после сдачи дом был передан в хозяйственное ведение 

<

данные изъяты>»». Также приказом генерального директора ФИО7. была создана жилищно-бытовая комиссия. Она как член Профкома входила в состав данной комиссии, вопрос о предоставлении Свидетель №4 

<

данные изъяты> на заседании жилищной комиссии не рассматривался. Только 

<

данные изъяты>, вопрос о предоставлении ему квартиры по договору социального найма также не рассматривался, Свидетель №4 разрешений на предоставление квартиры на основании договора социального найма и в собственность Управделами не выдавалось.

Оснований для оговора Медведева со стороны потерпевшего и свидетелей, судом первой инстанции не установлено, с чем соглашается и судебная коллегия.

Приведенные показания обоснованно признаны судом достоверными и положены в основу приговора, поскольку согласуются между собой и с другими материалами дела, в частности, с уставом 

<

данные изъяты>», утверждённым приказом управления делами Президента Российской Федерации 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты>; трудовыми договорами между ФИО7 и Управлением делами Президента Российской Федерации; приказом Управления делами Президента Российской Федерации от 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> «О закреплении на праве хозяйственного ведения за 

<

данные изъяты>» Управления делами Президента Российской Федерации недвижимого имущества: многоквартирного жилого дома, расположенного по адресу: 

<

данные изъяты>»; свидетельством о государственной регистрации права на объект недвижимости, расположенного по адресу: 

<

данные изъяты>. согласно которому квартира принадлежит 

<

данные изъяты>» Управления делами Президента Российской Федерации на праве хозяйственного ведения; договором найма служебного жилого помещения 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты>, согласно которому Свидетель №4 предоставлена 

<

данные изъяты> в 

<

данные изъяты>; договором социального найма жилого помещения 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> г. согласно которому Свидетель №4 предоставлена 

<

данные изъяты> в 

<

данные изъяты>; выпиской из ЕГРН от 

<

данные изъяты> на объект недвижимости, расположенный по адресу: 

<

данные изъяты>, с кадастровым номером: 

<

данные изъяты>, согласно которой, данная квартира принадлежит Свидетель №4 на праве собственности на основании договора передаче жилого помещения в собственность граждан, дата регистрации права 

<

данные изъяты>; сообщения генерального директора 

<

данные изъяты>» Управления делами Президента Российской Федерации ФИО1 от 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> о приватизации квартиры Свидетель №4 без согласия Управления делами Президента Российской Федерации; ответ правового управления Управления делами Президента Российской Федерации о том, что документы в Управление о предоставлении квартиры Свидетель №4 по договору социального найма, а также о передаче ему квартиры в собственность в порядке приватизации, не направлялись, квартира является служебной, по договору социального найма никому не предоставлялась; протоколами осмотра предметов.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, показаниям свидетелей обвинения последовательны и непротиворечивы, и согласуются между собой, а также с письменными материалами уголовного дела.

Заключение эксперта 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты>, согласно которому оттиск круглой гербовой печати «

<

данные изъяты>», расположенный на оборотной стороне Договора передачи жилого помещения в собственность граждан 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> в графе «АДМИНИСТРАЦИЯ» на оборотной стороне Договора передачи жилого помещения в собственность граждан 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> в графе «АДМИНИСТРАЦИЯ М.П.», на оборотной стороне Договора передачи жилого помещения в собственность граждан 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> в графе «АДМИНИСТРАЦИЯ М.П.». нанесены одной и той же печатью. Оттиск круглой гербовой печати «

<

данные изъяты>», расположенный на пятом листе договора социального найма жилого помещения 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> в графе «М.П.» и на оборотной стороне Договора передачи жилого помещения в собственность граждан 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> в графе «АДМИНИСТРАЦИЯ М.П.». на оборотной стороне Договора передачи жилого помещения в собственность граждан 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> в графе «АДМИНИСТРАЦИЯ М.П.», нанесены одной и той же печатью, что подтверждает изготовление документов «

<

данные изъяты>»:

Заключение эксперта 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты>, согласно которому рукописные буквенно-цифровые записи, расположенные на первом и пятом листе договора социального найма жилого помещения 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> (заключенного с Свидетель №4), выполнены Свидетель №9 

<

данные изъяты> г.р.;

Заключения эксперта 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты>, согласно которым, рыночная стоимость квартиры, расположенной по адресу: 

<

данные изъяты>, кадастровый 

<

данные изъяты> на 

<

данные изъяты> составляет 2 457 907 (два миллиона четыреста пятьдесят семь тысяч девятьсот семь рублей), что подтверждает сумму причиненного преступлением ущерба.

Заключение эксперта 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты>, согласно которому подпись от имени ФИО7, расположенная в договоре социального найма жилого помещения 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> выполнена вероятно ФИО7. Подпись от имени Свидетель №4, расположенная в договоре социального найма жилого помещения 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> выполнена Свидетель №4;

Заключение эксперта 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты>, согласно которому, решить вопрос, кем ФИО7 или иным лицом выполнена подпись, расположенная в договоре 

<

данные изъяты> передачи жилого помещения в собственность граждан от 

<

данные изъяты> не представилось возможным по причинам, указанным в исследовательской части заключения. Подпись от имени Свидетель №4, расположенная в договоре 

<

данные изъяты> передачи жилого помещения в собственность граждан от 

<

данные изъяты>, выполнена Свидетель №4;

Заключение эксперта 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты>, согласно которому оттиск печати «

<

данные изъяты>», расположенный на последнем листе в левой нижней части договора передачи жилого помещения в собственность граждан 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> нанесен печатной формой высокой печати, водорастворимым материалом письма (типа штемпельная краска, чернила) фиолетового цвета». Оттиск печати «

<

данные изъяты>», расположенный на последнем листе в левой нижней части договора передачи жилого помещения в собственность граждан 

<

данные изъяты> о г 

<

данные изъяты> нанесен печатью, предоставленной на исследование (т. 7 л.д 192-203);

Заключение эксперта 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты>, согласно которому, оттиск печати «

<

данные изъяты>». расположенный на последнем листе в левой нижней части договора социального найма жилого помещения 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> нанесен печатной формой высокой печати, водорастворимым материалом письма (типа штемпельная краска, чернила) фиолетового цвета». Оттиск печати «

<

данные изъяты>», расположенный на последнем листе в левой нижней части договора социального найма жилого помещения 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> нанесен печатью, предоставленной на исследование, что подтверждает изготовление документов «

<

данные изъяты>»;

Заключение эксперта 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты>, согласно которому, оттиск печати «

<

данные изъяты>», расположенный на последнем листе в левой нижней части договора найма служебного жилого помещения 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> нанесен печатной формой высокой печати, водорастворимым материалом письма (типа штемпельная краска, чернила) фиолетового цвета». Оттиск печати «

<

данные изъяты>», расположенный на последнем листе в левой нижней части договора найма служебного жилого помещения 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> нанесен печатью, предоставленной на исследование, что подтверждает изготовление документов «

<

данные изъяты>».

Принимая указанные заключения экспертов в качестве доказательств и ссылаясь на них в приговоре, суд правильно исходил из того, что экспертизы назначены и проведены в соответствии с требованиями ст.ст.195, 196, 199 УПК РФ, экспертные заключения соответствуют требованиям ст.204 УПК РФ. Научность и обоснованность выводов, изложенных в экспертных заключениях, а также соблюдение экспертами при проведении экспертиз необходимых требований уголовно-процессуального закона, сомнений у суда не вызывали. Заключения экспертов являются мотивированными, ясными, выводы экспертов не имеют противоречий, содержат ответы на поставленные вопросы, подтверждаются материалами дела.

Проверка и оценка доказательств проведены с соблюдением требований ст.ст.17, 87 и 88 УПК РФ. Всем исследованным в судебном заседании доказательствам, представленным как стороной обвинения, так и стороной защиты, в части, имеющей значение для установления обстоятельств, подлежащих в силу ст.73 УПК РФ доказыванию, суд дал надлежащую оценку с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности, а их совокупности – для достаточности выводов суда о виновности ФИО7 в совершении преступления, за которое он осужден.

Судебное заседание проведено с соблюдением требований ст. 15 УПК РФ, судом были созданы все необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Версии стороны защиты о непричастности ФИО7 к совершению инкриминированного ему преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 160 УК РФ, об отсутствии бесспорных доказательств причастности ФИО7 к хищению имущества, принадлежащего Российской Федерации в лице Управления делами Президента Российской Федерации и наличия у него корыстной цели тщательным образом проверялись судом первой инстанции, обоснованно и мотивированно отвергнуты, поскольку не нашли своего подтверждения и опровергаются совокупностью приведенных в приговоре относимых и допустимых доказательств. Выводы суда по всем этим доводам основаны на конкретных доказательствах по делу, которым дана оценка в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ, поэтому у судебной коллегии правильность выводов сомнений не вызывает.

Так судом первой инстанции обоснованно установлено, что ФИО7, как генеральный директор 

<

данные изъяты>», достоверно зная об отсутствии у него законных оснований для распоряжения вверенного ему потерпевшим имущества, в нарушении закона распорядился им по своему усмотрению, передав в собственность Свидетель №4 

<

данные изъяты>, который зарегистрировал на нее право собственности, чем лишил собственника - Управление делами Президента РФ, принадлежащего ему имущества.

Материалами дела подтверждается, что ФИО7 от лица 

<

данные изъяты>» с Свидетель №4 был заключен договор найма служебного жилого помещения, что сам осужденный не отрицает, однако приказ о предоставлении Свидетель №4 данной квартиры Управлением делами Президента РФ не издавался, законных оснований для предоставления данной квартиры Свидетель №4 не имелось. 

<

данные изъяты> между Свидетель №4 и 

<

данные изъяты>» в лице генерального директора ФИО7 заключен договор социального найма жилого помещения 

<

данные изъяты> по адресу: 

<

данные изъяты> в 

<

данные изъяты>, в нарушение Положения, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>, что подтверждается доказательствами положенными в основу приговора, в числе которых заключение эксперта 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты>, согласно выводов которого подпись в договоре 

<

данные изъяты> от имени ФИО7, выполнена последним. Далее ФИО7 заключил с Свидетель №4 договор социального найма от имени 

<

данные изъяты>» в нарушении ст. ст. 92, 93, 99, ч. 3 ст. 104. ч. 3 ст. 49 ЖК РФ, Положения о порядке предоставления жилых помещений, управление и распоряжение которыми возложено на Управление делами Президента Российской Федерации, Устава 

<

данные изъяты>» (п. 3.18, п.3.21, п.3.22, п.3.23, п. 4.1.10, п. 6.4, п.6.5, п. 6.6, п.6.21, п. 6.22), не имея на то полномочий, достоверно зная, что Свидетель №4 не стоит на учете в качестве нуждающегося в жилом помещении, что решение в отношении него жилищной комиссией 

<

данные изъяты>» не принималось, на учете в качестве нуждающихся в жилом помещении Свидетель №4 не стоял, соответствующие документы, подтверждающие нуждаемость в жилом помещении Свидетель №4 не предоставлялись, приказ Управления делами Президента Российской Федерации о предоставлении Свидетель №4 жилого помещения на основании договора найма служебного жилого помещения, договора социального найма не издавался, решение об изменении статуса жилого помещения со служебного на социальное, собственником жилого помещения не принималось, при этом, как указано выше, изначально служебное жилое помещение, занимаемое Свидетель №4, было предоставлено ему ФИО7 незаконно, что подтверждается последовательными показаниями ФИО5, как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании о том, что передача 

<

данные изъяты> его собственность происходила по согласованию и с разрешения генерального директора ФИО7 Из заключения экспертиз, проведенных в отношении принадлежности оттиска круглой печати «

<

данные изъяты>» также следует, что печать, имеющаяся в договорах о передачи 

<

данные изъяты> служебный, социальный и в последующем в собственность принадлежит «

<

данные изъяты>», свидетели – сотрудники данного предприятия также подтвердили, что печать хранилась в сейфе, доступ к ней был ограничен.

Доводы стороны защиты о том, что судом дана неверная оценка заключению эксперта, о принадлежности подписи в договоре 

<

данные изъяты> несостоятельна, поскольку экспертное заключение 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> судом оценено наряду с другими доказательствами по делу и не является единственным и приоритетным доказательством, а получило оценку в приговоре в совокупности.

Таким образом, суд первой инстанции обосновано пришел к выводу о том, что ФИО7 были приняты последовательные решения о предоставлении ФИО2 жилого помещения по адресу 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты>, и впоследствии данные незаконные действия привели к отчуждению имущества потерпевшего - Управления делами Президента Российской Федерации в виде указанной квартиры в форме растраты путем передачи ее в собственность Свидетель №4, не имевшим на это законных оснований.

При этом суд критически отнесся к показаниям осужденного ФИО7, утверждавшего, что договор о передачи 

<

данные изъяты> собственность ФИО5 не подписывал, а также, что у него не было умысла, направленного на хищение имущества, посчитав это избранной им формой защиты с целью избежать уголовной ответственности за содеянное, с чем судебная коллегия также соглашается.

Исходя из фактических обстоятельств уголовного дела в том виде, в котором они установлены судом и изложены в описательно-мотивировочной части приговора, судом дана надлежащая юридическая оценка действиям осужденного ФИО7 как растрата, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере, т.е. по ч.4 ст.160 УК РФ. Наличие корыстной цели у ФИО7 подтверждается тем, что похищенным имуществом он распорядился по своему усмотрению, передав его в собственность иных лиц.

Признаки совершения ФИО7 преступления с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере, судом установлены и отражены в приговоре верно.

Кроме того, вывод суда согласуется с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, при квалификации содеянного обязательно установление как объективных, так и субъективных признаков состава преступления, в том числе по ст. 160 УК РФ, которая предусматривает ответственность лишь за такое деяние, причиняющее ущерб собственнику или иному владельцу, которое совершается с корыстной целью и умыслом, направленным на завладение имуществом (его присвоение) или отчуждение имущества (его растрату). Противоправное безвозмездное обращение имущества, вверенного лицу, в свою пользу или пользу других лиц, причинившее ущерб собственнику или иному законному владельцу этого имущества, должно квалифицироваться как присвоение или растрата при условии, что похищенное имущество находилось в правомерном владении либо ведении этого лица, которое в силу должностного или иного служебного положения, договора либо специального поручения осуществляло полномочия по распоряжению, управлению, доставке, пользованию или хранению в отношении чужого имущества (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21 июня 2011 года N 851-О-О, от 28 июня 2022 года N 1528-О, от 27 февраля 2024 года N 290-О и др.). Не придается иной смысл приведенному регулированию и в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 ноября 2017 года N 48 "О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате" (пп. 25, 26).

Выводы суда о том, что ФИО7, занимая должность генерального директора 

<

данные изъяты>» являясь должностным лицом, наделенным административно-хозяйственными и организационно-распорядительными функциями, совершил хищение вверенного ему имущества - квартиры, принадлежащего Российской Федерации в лице Управления делами Президента Российской Федерации, путем подписания договора служебного найма жилого помещение, впоследствии социального найма жилого помещения и договора о передачи в собственность квартиры № 

<

данные изъяты>, тем самым растратил вверенное ему имущество, обратив его в пользу других лиц, в особо крупном размере, мотивированы, оснований для иной квалификации действий осужденного, либо о прекращении уголовного дела, как об этом ставится вопрос в апелляционной жалобе, судебной коллегией не установлено.

Доводы апелляционной жалобы, в которых приводится собственная оценка доказательств в обоснование несогласия с выводами суда о совершении осужденным растраты чужого имущества совершенного с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере, направлены на переоценку доказательств и не являются основанием для изменения или отмены судебного решения в апелляционном порядке.

Доводы стороны защиты о том, что в заключение технической экспертизы документов 

<

данные изъяты> эксперт приходит к выводу, что два договора 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> от одной даты изготовлены на разных принтерах, что доказывает невиновность ФИО7 необоснован и опровергается совокупностью приведенных в приговоре доказательствах, с оценкой которых соглашается и судебная коллегия.

Вопреки доводам, изложенным в апелляционной жалобе, назначенное ФИО7 наказание соответствует характеру и степени общественной опасности совершенного им преступления, данным о его личности; суд учел влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи, а также обстоятельства, смягчающие наказание, к которым отнес: состояние здоровья осужденного и его супруги, отсутствие судимостей, положительные характеристики.

Отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено.

В приговоре приведены мотивы вида и размера назначаемого виновному наказания – лишение свободы, невозможность применения правил ст.64 УК РФ о назначении более мягкого вида наказания, чем предусмотрено санкцией соответствующей статьи; правил ч.6 ст.15 УК РФ – об изменении категории преступления на менее тяжкую.

Не усматривает оснований для применения правил указанных статей и судебная коллегия.

В то же время, вывод суда о применении к ФИО7 положений ст. 73 УК РФ надлежаще мотивирован в состоявшемся приговоре, с чем судебная коллегия согласна.

С учетом данных обстоятельств суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены либо изменения приговора по доводам апелляционной жалобы.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 328.33 УПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

приговор Коломенского городского суда Московской области от 01 ноября 2025г. в отношении ФИО7 - оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника - адвоката Линкевича С.Г. - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Первый кассационный суд общей юрисдикции по правилам п.1 ч.1, п.1 ч.2 ст.401.3 УПК РФ течение 6 месяцев со дня вступления в законную силу судебного решения путем подачи в суд первой инстанции кассационной жалобы.

Лица, указанные в ч.1 ст.401.2 УПК РФ, имеют право участвовать в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий судья:

Судьи: