КОПИЯ

дело № 2-4650/2025

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

26 августа 2025 г. г. Петропавловск-Камчатский 

Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в составе:

председательствующего (судьи) Липковой Г.А., 

при секретаре В.,

с участием:

представителя истца – адвоката Т.,

представителя ответчика и представителя третьего лица Ч.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску К. к ООО «Озерновский горно-металлургический комбинат» о признании отношений трудовыми, о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за неиспользованный отпуск, процентов за нарушение срока выплаты заработной платы, процентов за нарушение срока выплаты компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда, возложении обязанности,

УСТАНОВИЛ:

истец К. обратилась в суд с иском к ответчику ООО «Озерновский горно-металлургический комбинат» (далее – ООО «Озерновский ГМК») о признании отношений трудовыми, о взыскании задолженности по заработной плате, компенсации за неиспользованный отпуск, процентов за нарушение срока выплаты заработной платы, процентов за нарушение срока выплаты компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда, возложении обязанности.

В обоснование своих исковых требований истец указала, что состояла в трудовых отношениях с АО «Сибирский горно-металлургический альянс» (далее по тексту – АО «СиГМА») в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в должности заместителя начальника отдела товарно-материальных ценностей на основании трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ.

При приеме на работу была ознакомлена со всеми локальными нормативными актами работодателя, за весь период своей работы надлежаще исполняла свои трудовые обязанности.

Вместе с тем, с начала трудовой деятельности в АО «СиГМА» одновременно исполняла обязанности в должности заместителя начальника отдела товарно-материальных ценностей ООО «Озерновский ГМК» на условиях внешнего совместительства.

Поручение об исполнении обязанностей в должности заместителя начальника отдела товарно-материальных ценностей ООО «Озерновский ГМК» поступило от начальника отдела товарно-материальных ценностей С.

Поскольку почти все работники бухгалтерии АО «СиГМА» выполняли работы и в отношении ООО «Озерновский ГМК» как дочерней компании, то каких-либо возражений у нее не возникало.

Виды выполняемых работ в ООО «Озерновский ГМК» полностью совпадали с видами работ в АО «СиГМА» и включали в себя: сверку взаиморасчетов с контрагентами (акты сверок); работу с первичной документацией (оприходование товарно-материальных ценностей в программе 1С-бухгалтерия, ввод в эксплуатацию и списание); продажу товарно-материальных ценностей (реализация контрагентам); инвентаризацию; подшивку и архивирование документов.

Фактический допуск к работе в ООО «Озерновский ГМК» подтверждается предоставлением ей личного доступа и пароля в автоматизированную систему 1С: Предприятие 8.3 ООО «Озерновский ГМК», где во вкладке входа в систему указана ее фамилия.

Работа у ответчика производилась ежедневно с одновременной работой в АО «СиГМА». Рабочего времени хватало для выполнения работы по обеим организациям. 

За надлежащее исполнение трудовых обязанностей у ответчика несла такую же ответственность, как и за работу в АО «СиГМА», поскольку постоянно отчитывалась перед своим начальником за выполненную работу в отношении ООО «Озерновский ГМК».

Со слов начальника отдела товарно-материальных ценностей, за работу в ООО «Озерновский ГМК» всем сотрудникам бухгалтерии, и ей в том числе, должны были производить доплату, однако, доплаты не производились. 

Поскольку никто из сотрудников бухгалтерии не получал доплату за работу по совместительству, то полагала, что она не вправе требовать такую доплату и официального оформления трудовых отношений по совместительству.

Таким образом, работая в АО «СиГМА» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ выполняла также работу по совместительству в ООО «Озерновский ГМК» в должности заместителя начальника отдела товарно-материальных ценностей без оформления трудовых отношений на основании фактического допуска к работе.

Последним рабочим днем являлось ДД.ММ.ГГГГ, взяла отпуск с последующим увольнением и ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор расторгнут по инициативе работника.

В апреле 2025 г. в период нахождения в отпуске по уходу за ребенком узнала от бывших работников АО «СиГМА», что ООО «Озерновский ГМК» должно было оплачивать работу по совместительству.

В связи с фактическими трудовыми отношениями с ответчиком вправе требовать от него выплаты задолженности по заработной плате за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, исходя из продолжительности рабочего времени не более 4-х часов, то есть 0,5 ставки и размера должностного оклада, установленного трудовым договором, в общем размере 718 118 руб. 67 коп. (с учетом НДФЛ).

За период работы в ООО «Озерновский ГМК» отпуск не предоставлялся, следовательно, имеет право на компенсацию за дни неиспользованного отпуска за период работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, исходя из среднедневного заработка 1524 руб. 29 коп. и количества дней, за которые положена компенсация – 69,33, в сумме 105 679 руб. 03 коп. (с учетом НДФЛ).

В соответствии со ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации также имеет право на компенсацию за задержку выплаты заработной платы за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 408 201 руб. 26 коп., и за нарушение сроков выплаты компенсации за неиспользованный отпуск за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 43 821 руб. 57 коп.

Полагала, что ответчик обязан уплатить за нее страховые взносы в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации, о чем предоставить сведения индивидуального (персонифицированного) учета в соответствующий пенсионный орган и отчисления налога на доходы физических лиц за весь период установления трудовых правоотношений.

Поскольку ответчик допустил нарушение ее трудовых прав, то вправе требовать компенсацию морального вреда, который определяет в сумме 100 000 руб.

Окончательно определив исковые требования в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, просила суд, признать отношения, возникшие между ней и ООО «Озерновский ГМК», в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по должности заместителя начальника отдела товарно-материальных ценностей по совместительству, трудовыми; взыскать с ООО «Озерновский ГМК» задолженность по заработной плате за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 718 118 руб. 67 коп. (с учетом НДФЛ); компенсацию за неиспользованный отпуск за период работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 105 679 руб. 03 коп. (с учетом НДФЛ); проценты за нарушение срока выплаты заработной платы за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 408 201 руб. 26 коп.; проценты за нарушение срока выплаты компенсации за неиспользованный отпуск за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 43 821 руб. 57 коп.; компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.; обязать ответчика уплатить за нее налог на доходы физических лиц, страховые взносы в отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Камчатскому краю с предоставлением сведений индивидуального (персонифицированного) учета.

Определением Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края, занесенным в протокол предварительного судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии со ст. 43 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, к участию в деле привлечено АО «СиГМА» в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

В судебном заседании истец К. заявила отказ от исковых требований к ответчику в части исковых требований к ООО «Озерновский ГМК» о признании отношений в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ трудовыми, взыскании компенсации за неиспользованный отпуск за период работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, о чем судом вынесено соответствующее определение. 

В остальной части исковые требования, с учетом уточнений, поддержала, по вышеизложенным основаниям. Дополнительно суду пояснила, что о нарушении своих трудовых прав узнала в апреле 2025 года от бывшего работника АО «СиГМА» в период нахождения в отпуске по уходу за ребенком, сообщившего, что ответчик должен был официально оформить трудовые отношения и оплачивать работу по совместительству. Просила учесть, что после увольнения находилась в отпуске за пределами Камчатского края в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, во время которого узнала о своей беременности. После возвращения из отпуска пыталась вернуться на работу в АО «СиГМА», где ей отказали в приеме на работу по причине беременности. Только в октябре 2024 года удалось устроиться на работу. То есть два месяца после возвращения из отпуска не имела постоянного заработка, в период нахождения в декретном отпуске лежала в больнице на сохранении и ДД.ММ.ГГГГ родила сына М., уходом за которым занята до настоящего времени. Просила признать указанные причины уважительными для восстановления срока, пропущенного для обращения с иском в суд.

После объявленного в судебном заседании перерыва, истец К. в суд не явилась. 

В судебном заседании представитель истца – адвокат Т., действующая на основании ордера, исковые требования, с учетом их уточнений, поддержала по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Просила удовлетворить их в полном объеме.

В судебном заседании представитель ответчика ООО «Озерновский ГМК» Ч., одновременно выступающий представителем третьего лица АО «СиГМА», действующий на основании доверенностей, исковые требования, с учетом их уточнений, не признал. Представил письменные возражения на иск, в которых указал и суду пояснил, что заявленные исковые требования являются необоснованными и не подлежащими удовлетворению. Начиная с ДД.ММ.ГГГГ и до настоящего времени в штатном расписании ООО «Озерновский ГМК» отсутствует штатная единица заместителя отдела товарно-материальных ценностей, как и сам отдел. Наличие корпоративной почты, взаимодействие через систему 1С предприятия обусловлено аффилированностью юридических лиц, которые из-за связанности могут влиять друг на друга, имеют общий доступ к инсайдерской информации, знают все подробности о деятельности связанных предприятий, в том числе это обусловлено защитой коммерческой тайны аффилированных компаний. Все действия истец совершала в рамках выполнения должностных обязанностей по основному месту работы в АО «СиГМА». С. в ООО «Озерновский ГМК» никогда не работала, так как такого отдела не существовало, и полномочиями на прием работников к ответчику не наделялась. Истцом не представлено бесспорных доказательств, свидетельствующих о том, что между сторонами действительно возникли трудовые отношения, и воля ответчика была направлена на заключение с ней трудового договора с согласованием всех его существенных условий, а истец взяла на себя обязательства подчиняться внутреннему трудовому распорядку ответчика. Таким образом, отсутствуют основания для установления факта трудовых отношений между сторонами. В чем заключается моральный вред, истцом не указано. Кроме того, пропущены сроки исковой давности. Начало исчисления срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора работника К. начинается с ДД.ММ.ГГГГ и истекает ДД.ММ.ГГГГ, так как истец утверждает, что фактически она была допущена и приступила к работе в должности заместителя начальника отдела товарно-материальных ценностей ООО «Озерновский ГМК» по совместительству в период с ДД.ММ.ГГГГ, то есть с момента трудоустройства в АО «СиГМА», и как утверждает, знала о том, что должна была быть произведена доплата с данного периода, что свидетельствует о том, что она знала о нарушении своих трудовых прав. Однако обратилась только ДД.ММ.ГГГГ, после увольнения. Уважительные причины пропуска срока отсутствуют. Согласно действующему у ответчика Положению об оплате труда в период с ДД.ММ.ГГГГ, предусмотрены следующие даты выплаты заработной платы: 28 числа каждого месяца за первую половину текущего месяца, 13 числа каждого месяца за отчетный период. Работая с ДД.ММ.ГГГГ, истец должна была получить заработную плату ДД.ММ.ГГГГ (за ДД.ММ.ГГГГ), и с этой же даты исчисляется срок исковой давности, установленный ч. 2 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, а значит, срок исковой давности истек ДД.ММ.ГГГГ. Только при наличии у истца уважительных причин пропуска срока исковой давности на установление факта трудовых отношений может быть взыскана заработная плата за год, предшествующий дате обращения истца в суд. Просил применить последствия пропуска сроков исковой давности, предусмотренных ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации и ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации и отказать в удовлетворении исковых требований полностью.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу ч. 1 ст. 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

В соответствии со ст. 60.1 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) работник имеет право заключать трудовые договоры о выполнении в свободное от основной работы время другой регулярной оплачиваемой работы у того же работодателя (внутреннее совместительство) и (или) у другого работодателя (внешнее совместительство). 

Особенности регулирования труда лиц, работающих по совместительству, определяются главой 44 названного Кодекса. 

В силу ст. 282 ТК РФ совместительство - выполнение работником другой регулярной оплачиваемой работы на условиях трудового договора в свободное от основной работы время (ч. 1). Заключение трудовых договоров о работе по совместительству допускается с неограниченным числом работодателей, если иное не предусмотрено федеральным законом (ч. 2). 

Работа по совместительству может выполняться работником, как по месту его основной работы, так и у других работодателей (ч.3). В трудовом договоре обязательно указание на то, что работа является совместительством (ч. 4). 

В соответствии с ч. 1 ст. 284 ТК РФ продолжительность рабочего времени при работе по совместительству не должна превышать четырех часов в день. В дни, когда по основному месту работы работник свободен от исполнения трудовых обязанностей, он может работать по совместительству полный рабочий день (смену). В течение одного месяца (другого учетного периода) продолжительность рабочего времени при работе по совместительству не должна превышать половины месячной нормы рабочего времени (нормы рабочего времени за другой учетный период), установленной для соответствующей категории работников. 

Оплата труда лиц, работающих по совместительству, производится пропорционально отработанному времени, в зависимости от выработки либо на других условиях, определенных трудовым договором (ч. 1 ст. 285 ТК РФ). 

Лицам, работающим по совместительству в районах, где установлены районные коэффициенты и надбавки к заработной плате, оплата труда производится с учетом этих коэффициентов и надбавок (ч. 3 ст. 285 ТК РФ). 

Согласно ч. 1 ст. 15 ТК РФ трудовые отношения – отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. 

Трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом (ч. 1 ст. 16 ТК РФ). 

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (ч.3 ст.16 ТК РФ). 

На основании ч. 1 ст. 56 ТК РФ трудовой договор – соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя. 

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (ч. 1 ст. 67 ТК РФ). 

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе (ч. 2 ст. 67 ТК РФ). 

В п. 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей – субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» разъяснено, что представителем работодателя признается лицо, осуществляющее от имени работодателя полномочия по привлечению работников к трудовой деятельности. Эти полномочия могут быть возложены на уполномоченного представителя работодателя не только в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации), локальными нормативными актами, заключенным с этим лицом трудовым договором, но и иным способом, выбранным работодателем. 

По смыслу ст.ст. 2, 15, 16, 19.1, 20, 21, 22, 67, 67.1 ТК РФ все неясности и противоречия в положениях, определяющих ограничения полномочий представителя работодателя по допущению работников к трудовой деятельности, толкуются в пользу отсутствия таких ограничений. 

В п. 20 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации указано, что судам необходимо учитывать, что обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора) по смыслу ч. 1 ст. 67 ТК РФ возлагается на работодателя. 

При этом отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора – заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания ст.ст. 11, 15, ч. 3 ст. 16 и ст. 56 ТК РФ во взаимосвязи с положениями ч. 2 ст. 67 ТК РФ следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе. 

Не оформление работодателем или его уполномоченным представителем, фактически допустившими работника к работе, в письменной форме трудового договора в установленный ст. 67 ТК РФ срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено судом как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (ст. 22 ТК РФ). 

При разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений ст.ст. 2, 67 ТК РФ необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель (п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 №15). 

При разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу ст.ст. 55, 59 и 60 ГПК РФ вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством (п. 18 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 №15). 

В судебном заседании установлено и следует из материалов дела, что ДД.ММ.ГГГГ между АО «СиГМА» (работодатель) в лице временно исполняющего обязанности генерального директора Д. и К. (работник) заключен трудовой договор № ОСП0000858, по условиям которого работник обязался выполнять обязанности по должности заместителя начальника отдела товарно-материальных ценностей по адресу: 

<

адрес> (л.д. 92-96).

Согласно п. 1.2 трудового договора, работа по настоящему договору является для работника основным местом работы.

Режим рабочего времени определен в виде пятидневной рабочей недели с двумя выходными днями (суббота и воскресенье), с понедельника по четверг время работы регламентировано с 09:00 до 18:00, в пятницу - с 09:00 до 13:00, перерыв для отдыха и питания – 1 час в период с 13:00 до 14:00 (п. 4.2 трудового договора).

В разделе 5 трудового договора согласованы условия оплаты труда, исходя из которых за выполнению трудовой функции работнику установлен должностной оклад в размере 37 100 рублей с начислением районного коэффициента и северной надбавки в совокупном размере 2,6.

Пунктом 5.5 трудового договора предусмотрено, что заработная плата выплачивается работнику не реже, чем каждые полмесяца – 28 (двадцать восьмого) числа текущего месяца – за первую половину месяца; 13 (тринадцатого) числа месяца, следующего за отчетным – окончательный расчет за отработанный месяц.

При приеме на работу К. была ознакомлена с должностной инструкцией заместителя начальника отдела товарно-материальных ценностей АО «СиГМА» (л.д. 86-91).

В пункте 1.3 должностной инструкции закреплено, что заместитель начальника отдела товарно-материальных ценностей подчиняется непосредственному начальнику отдела ТМЦ, главному бухгалтеру, исполнительному директору.

Конкретные должностные обязанности заместителя начальника отдела товарно-материальных ценностей АО «СиГМА» отражены в разделе 2 должностной инструкции.

Дополнительным соглашением об индексации заработной платы к указанному трудовому договору установлено, что с ДД.ММ.ГГГГ за выполнение трудовой функции работнику устанавливается должностной оклад в размере 38 955 руб. в месяц, включая налог на доходы физических лиц (НДФЛ) (л.д. 103).

С ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор № от ДД.ММ.ГГГГ дополнен дополнительным разделом и дополнительными пунктами, связанными с участием в подпрограмме 6 «Повышение мобильности трудовых ресурсов Камчатского края» государственной программы Камчатского края «Содействие занятости населения Камчатского края» в соответствии с Соглашением № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между АО «СиГМА» и Министерством труда и развития кадрового потенциала Камчатского края, о чем заключено дополнительное соглашение (л.д. 104-106).

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ прекращено действие трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ №, заключенного между истцом и АО «СиГМА», по инициативе работника по п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ, истец уволена ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, в период работы в АО «СиГМА» истец замещала должность заместителя начальника отдела товарно-материальных ценностей, обязуясь исполнять трудовую функцию в соответствии с должностной инструкцией по данной должности.

Обращаясь с настоящим иском в суд, истец в его обоснование указала, что работая в АО «СиГМА», в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ выполняла также работу по совместительству в должности заместителя начальника отдела товарно-материальных ценностей и для ответчика без оформления трудовых отношений, на основании фактического допуска к работе. 

Возражая против исковых требований, ответчик в лице представителя Ч. в ходе судебного разбирательства ссылался на те обстоятельства, что начиная с ДД.ММ.ГГГГ и до настоящего времени в штатном расписании ООО «Озерновский ГМК» отсутствует штатная единица заместителя отдела товарно-материальных ценностей, как и сам отдел. Наличие корпоративной почты, взаимодействие через систему 1С предприятия обусловлено аффилированностью юридических лиц, которые из-за связанности могут влиять друг на друга, имеют общий доступ к инсайдерской информации, знают все подробности о деятельности связанных предприятий, в том числе это обусловлено защитой коммерческой тайны аффилированных компаний. Все действия истец совершала в рамках выполнения должностных обязанностей по основному месту работы в АО «СиГМА». С. в ООО «Озерновский ГМК» никогда не работала, так как такого отдела не существовало, и полномочиями на прием работников к ответчику не наделялась. Истцом не представлено бесспорных доказательств, свидетельствующих о том, что между сторонами действительно возникли трудовые отношения, и воля ответчика была направлена на заключение с ней трудового договора с согласованием всех его существенных условий, а истец взяла на себя обязательства подчиняться внутреннему трудовому распорядку ответчика. Таким образом, отсутствуют основания для установления факта трудовых отношений между сторонами. 

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» содержатся разъяснения, являющиеся актуальными для всех субъектов трудовых отношений. 

Таким образом, в рамках рассматриваемого спора юридически значимыми и подлежащими определению и установлению с учетом заявленных истцом требований, доводов ответчика и регулирующих спорные отношения норм материального права являются следующие обстоятельства: было ли достигнуто соглашение между сторонами о личном выполнении истцом работы в должности заместителя начальника отдела товарно-материальных ценностей ответчика, был ли истец допущен к выполнению этой работы уполномоченным представителем работодателя; выполнял ли истец работу в интересах, под контролем и управлением работодателя в спорный период; подчинялся ли истец действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка; выплачивалась ли ей заработная плата, и в каком размере.

Как усматривается из материалов дела, в установленном законом порядке трудовые отношения между истцом и ответчиком действительно оформлены не были, письменный трудовой договор не заключался, записи в трудовую книжку истца ответчиком не вносились, приказ о приеме на работу ответчиком не издавался, в отношении истца табель учета рабочего времени не велся.

При этом в ходе судебного разбирательства и в исковом заявлении истец приводила данные, указывающие на то, что отношения, возникшие между сторонами в спорный период в должности заместителя начальника отдела товарно-материальных ценностей по совместительству, являлись трудовыми, в частности то, что она осуществляла сверку взаиморасчетов с контрагентами (акты сверок); работу с первичной документацией (оприходование товарно-материальных ценностей в программе 1С-бухгалтерия, ввод в эксплуатацию и списание); продажу товарно-материальных ценностей (реализация контрагентам); инвентаризацию; подшивку и архивирование документов.

В подтверждение своих доводов стороной истца представлены письменные доказательства: акт сверки взаимных расчетов за май 2023 г. между ООО «Аквасити» и ООО «Озерновский ГМК» и акт сверки взаимных расчетов за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ между ООО «Озерновский ГМК» и ООО «Лидер-аква», в которых содержится запись об исполнителе К. (л.д. 109-110); фотография программы 1С Предприятие в отношении ООО «Озерновский ГМК», из которой усматривается, что ответственным является К. (л.д. 111); флеш-накопитель, содержащий видеозапись осуществления входа в программу 1С Предприятие (ООО «Озерновский ГМК») от имени пользователя К. с введением соответствующего пароля к учетной записи (л.д. 112). 

Как пояснила истец в судебном заседании, представленная видеозапись осуществлена по просьбе одного из ее коллег, продемонстрировать выполнение трудовых функций.

Свидетель Л., допрошенный по ходатайству стороны истца, суду показал, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал в АО «СиГМА» по основному месту работы и в ООО «Озерновский ГМК» по совместительству в должности юрисконсульта, что установлено вступившим в законную силу решением Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу №. Истец К. и С. сидели в кабинете напротив. Все работники были сотрудниками АО «СиГМА-Проект». Истец работала в отделе товарно-материальных ценностей, запрашивала информацию о поступлении на склады АО «СиГМА» и ООО «Озерновский ГМК» товарно-материальных ценностей. Совместно с С. истец ездила на участки ООО «Озерновский ГМК» для проведения инвентаризации. В отдел товарно-материальных ценностей истец, как работник, пришла позже. Осуществляла работу с документами: инвентаризационными актами, универсальными передаточными документами, договорами, передаточными актами на материалы, претензионными работами. С истцом по работе пересекались несколько раз, являлись коллегами. Истец также осуществляла работу с таблицами эксель, вела программу 1С Предприятие, составляла сопроводительные документы к универсальным передаточным документам. 

Давая оценку показаниям данного свидетеля, суд признает их достаточными и достоверными, поскольку согласуются с письменными доказательствами по делу. Каких-либо данных, свидетельствующих о заинтересованности указанного свидетеля в исходе дела, не установлено.

Кроме того, суд принимает во внимание, вступившее в законную силу решение Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу №, в отношении свидетеля Л., которым признаны трудовыми отношения, возникшие между Л. и ООО «Озерновский ГМК» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по должности ведущего юрисконсульта по совместительству.

Приведенные выше доводы стороны истца, а также представленные в их обоснование письменные доказательства, стороной ответчика не опровергнуты.

Установив вышеприведенные обстоятельства, заслушав истца, допросив свидетеля, исследовав представленные письменные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о фактическом исполнении истцом трудовых обязанностей заместителя начальника отдела товарно-материальных ценностей по совместительству в ООО «Озерновский ГМК» в заявленный в иске период (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), с ведома и по поручению работодателя, достижении сторонами соглашения о личном выполнении работником указанной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя, обеспечении работодателем условий труда, принимая во внимание характер деятельности ответчика ООО «Озерновский ГМК».

При этом суд считает необходимым отметить, что работник является более слабой стороной в трудовых правоотношениях, о чем неоднократно указывал в своих определениях Конституционный Суд Российской Федерации (определение от 19.05.2009 № 597-О-О, определение от 13.10.2009 № 1320-О-О, определение от 12.04.2011 №550-О-О и др.) и основной массив доказательств по делу находится у работодателя. 

Материалы настоящего дела, объяснения истца и его представителя в ходе судебного разбирательства в своей совокупности свидетельствуют о том, что между истцом и ответчиком в спорный период имели место трудовые отношения. Истец, осуществляя работу у ответчика по совместительству, действовал с его согласия, выполнял тот же функционал обязанностей, что и по основному месту работу (должностные обязанности ведущего заместителя начальника отдела товарно-материальных ценностей), имея для этого необходимый уровень образования, каких-либо возражений от ответчика в части осуществления истцом трудовых обязанностей не поступало, равно, как и требований о прекращении им деятельности. 

Доказательств, опровергающих установленные по делу обстоятельства, ответчиком не представлено, тогда как бремя доказывания невыполнения работником возложенных на него трудовых обязанностей лежит, как указывалось выше, именно на работодателе. 

Принимая во внимание, что неустранимые сомнения относительно характера возникших между сторонами отношений должны толковаться в пользу работника, относимых, допустимых и достоверных доказательств существования между сторонами иных отношений, не связанных с трудовыми, ответчик, в нарушение положений ст.56 ГПК РФ в материалы дела не представил, то обстоятельство, что документально трудовые отношения с истцом не оформлялись, свидетельствует, прежде всего, о допущенных нарушениях закона со стороны самого ООО «Озерновский ГМК», как работодателя.

Суд находит несостоятельными доводы ответчика о том, что истец оказывал услуги ООО «Озерновский ГМК» исключительно при взаимодействии аффилированных лиц друг с другом (АО «СиГМА», ООО «Озерновский ГМК»), поскольку возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности указанных лиц не определяет иных правоотношений по трудоустройству сотрудников в данных организациях, регулирование которых определяется нормами трудового права.

То обстоятельство, что АО «СиГМА» и ООО «Озерновский ГМК» являются аффилированными друг другу юридическими лицами (имеют общего учредителя, руководителей), само по себе не означает, что работник одного из них, выполняя работу в интересах второго юридического лица, действует исключительно в рамках трудовой функции в первом из них. ООО «Озерновский ГМК», как и АО «СиГМА» обладают самостоятельной правосубъектностью, что предполагает автономию, как при принятии решений, так и при исполнении возникших обязательств. Иным образом говоря, характер рассматриваемого спора и вид судопроизводства, в котором настоящее дело рассматривается – наступление правовых последствий в данном случае в зависимости от аффилированной юридических лиц не находится. 

Отсутствуют в материалах дела и сведения о том, что такую работу истец выполнял в интересах ООО «Озерновский ГМК» со своего письменного согласия в рамках должностных обязанностей с АО «СиГМА», и за данную работу организацией последним производилась дополнительная оплата в размере, согласованном с истцом.

При этом само по себе отсутствие в штатных расписаниях должности заместителя начальника отдела товарно-материальных ценностей, как и самого отдела, вопреки позиции ответчика, также не исключает возможность установить фактический допуск сотрудника для выполнения определенной трудовой функции, т.е. признаки сложившихся трудовых отношений, при том, что ответчик как работодатель (руководитель учреждения) и субъект предпринимательства в области права, при необходимости выполнения работ, связанных с временным расширением объема оказываемых работ, не был лишен права привлекать работников сторонних организаций, не предусмотренных штатным расписанием; наличие в штатном расписании соответствующей вакантной должности для этого не требуется. 

То обстоятельство, что истец по условиям трудового договора с АО «СиГМА», работала в режиме пятидневной рабочей недели в течение полного рабочего дня с 09:00 часов до 18:00 часов, само по себе, вопреки доводам ответчика, также не свидетельствует об отсутствии трудовых отношений между сторонами.

Согласно ч. 1 ст. 60.1 Трудового кодекса РФ работник имеет право заключать трудовые договоры о выполнении в свободное от основной работы время другой регулярной оплачиваемой работы у того же работодателя (внутреннее совместительство) и (или) у другого работодателя (внешнее совместительство). 

Суд, принимая во внимание не опровергнутые ответчиком (и подтвержденные представленными в дело доказательствами) объяснения истца о работе по совместительству, показания свидетеля, а также о специфике характера работы (расположение работников обоих предприятий не только в одном здании, но и в одном помещении), уровне образования истца, считает, что у истца, вопреки позиции ответчика, имелась объективная возможность одновременного выполнения трудовой функции по трудовому договору, заключенному с АО «СиГМА», и на условиях совместительства с ООО «Озерновский ГМК».

Доводы ответчика о том, что начало исчисления общего срока исковой давности для обращения в суд у истца начинается с ДД.ММ.ГГГГ, который истек ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем, пропущен срок на обращение в суд за разрешением настоящего индивидуального трудового спора, подлежит отклонению, поскольку основан на неверном толковании норм права.

Так, согласно ч. 1 ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 ТК РФ) у работодателя по последнему месту работы.

Согласно разъяснений данных в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», по общему правилу, работник, работающий у работодателя - физического лица (являющегося индивидуальным предпринимателем, не являющегося индивидуальным предпринимателем) или у работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям, имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права (часть первая статьи 392 ТК РФ).

Следовательно, на споры об установлении факта трудовых отношений не распространяется правило статьи 392 ТК РФ о трехмесячном сроке для подачи искового заявления по трудовому спору, указанный специальный срок исковой давности исчисляется только с момента признания отношений трудовыми, тогда как на момент подачи иска они таковыми еще не признаны. Если отношения сторон будут признаны судом трудовыми, то в силу ч. 4 ст. 11 ТК РФ на них будут распространяться нормы трудового законодательства и других актов, содержащих нормы трудового права.

При таких обстоятельствах, исходя из положений ст.ст.56, 67 ГПК РФ и принимая во внимание правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации, изложенную в п. 18 постановления от ДД.ММ.ГГГГ №, суд полагает, что совокупность представленных истцом и исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств является достаточной для вывода о возникновении и наличии между сторонами в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ трудовых отношений, в рамках которых, истец на основании фактического допуска к работе с ведома и по поручению ответчика лично выполнял трудовые обязанности по совместительству в качестве заместителя начальника отдела товарно-материальных ценностей в интересах, под управлением и контролем работодателя – ООО «Озерновский ГМК», соблюдая установленный работодателем график работы, а потому требования истца об установлении факта трудовых отношений с ООО «Озерновский ГМК» в должности заместителя начальника отдела товарно-материальных ценностей по совместительству с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ являются обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Наличие у истца основного места работы с занятостью в течение полного рабочего дня в течение пятидневной рабочего недели в суде был установлен, более того, никем не оспаривался. Истцом в свою очередь, соответствующие требования об установлении факта трудовых отношений с ответчиком по совместительству также были сформулированы в точном соответствии с требованиями к продолжительности рабочего времени при работе по совместительству, предусмотренными ст. 284 Трудового кодекса РФ – не более четырех часов в день (0,5 ставки).

Учитывая установленные по делу обстоятельства, принимая во внимание нормы права, регламентирующие порядок работы по совместительству (ст.ст. 284, 285 ТК РФ) в совокупности с объяснениями сторон, суд в рассматриваемом конкретном случае считает необходимым определить продолжительность рабочего времени истца в ООО «Озерновский ГМК» по внешнему совместительству в количестве четырех часов работы в день (0,5 ставки). 

Поскольку обстоятельства выполнения истцом трудовых обязанностей за спорный период работы у ответчика нашли свое подтверждение, и ответчиком не оспорены, поэтому в силу положений ст.2 2 ТК РФ, работодателем подлежат доказыванию обстоятельства выплаты в полном размере причитающейся работникам заработной платы. 

В соответствии со ст. 21 ТК РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

Согласно ст.ст. 129, 132 ТК РФ заработная плата является вознаграждением за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы. Максимальным размером заработная плата не ограничивается. Оплата труда осуществляется работодателем в соответствии с законами, иными нормативными правовыми актами, коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами и трудовыми договорами. 

Оплата труда в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях осуществляется с применением районных коэффициентов и процентных надбавок к заработной плате (ст.315 Трудового кодекса РФ). 

В соответствии со ст.140 ТК РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. При увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска (ст.127 Трудового кодекса РФ). Расчет денежной компенсации за неиспользованный отпуск производится в соответствии с Положением об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 24.12.2007 № 922.

В силу положений ст. 136 ТК РФ бремя доказывания выплаты заработной платы работнику лежит на работодателе. 

Факт трудовых отношений между сторонами установлен выше, допустимых доказательств выплаты истцу заработной платы за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ответчик не представил, в материалах дела таких доказательств также не имеется.

Проверяя довод стороны ответчика о применении последствий пропуска срока исковой давности к требованиям о взыскании задолженности по заработной плате и компенсации за неиспользованный отпуск, суд исходит из следующего.

Как указывалось выше, сроки обращения работника в суд за разрешением индивидуального трудового спора установлены статьей 392 ТК РФ. 

За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями 1, 2, 3, 4 статьи 392 ТК РФ, они могут быть восстановлены судом (часть 5 статьи 392 ТК РФ). 

В абзаце 5 пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи). 

В случае пропуска работником срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора, наличия его ходатайства о восстановлении срока и заявления ответчика о применении последствий пропуска этого срока суду следует согласно части 2 статьи 56 ГПК РФ поставить на обсуждение вопрос о причинах пропуска данного срока (уважительные или неуважительные). При этом с учетом положений статьи 392 ТК РФ в системной взаимосвязи с требованиями статей 2, 67, 71 ГПК РФ суд, оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора. 

По делу установлено, что с даты трудоустройства в АО «СиГМА» наравне с основной работой с ведома и по поручению ответчика, истец фактически продолжала выполнение работ по должности заместителя начальника отдела товарно-материальных ценностей в ООО «Озерновский ГМК» на условиях внешнего совместительства.

С настоящим иском о восстановлении трудовых прав, истец обратилась в суд ДД.ММ.ГГГГ, заявив ходатайство о восстановлении пропущенного срока на обращение в суд для защиты трудовых прав в части взыскания с работодателя задолженности по заработной плате, компенсации за дни неиспользованного отпуска.

В обоснование уважительности причин пропуска срока исковой давности, истец указала, что о нарушении своих трудовых прав узнала в апреле 2025 года от бывшего работника АО «СиГМА» в период нахождения в отпуске по уходу за ребенком, сообщившего, что ответчик должен был официально оформить трудовые отношения и оплачивать работу по совместительству. Просила учесть, что после увольнения находилась в отпуске за пределами Камчатского края в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, во время которого узнала о своей беременности. После возвращения из отпуска пыталась вернуться на работу в АО «СиГМА», где ей отказали в приеме на работу по причине беременности. Только в октябре 2024 года удалось устроиться на работу. То есть два месяца после возвращения из отпуска не имела постоянного заработка, в период нахождения в декретном отпуске лежала в больнице на сохранении и ДД.ММ.ГГГГ родила сына М., уходом за которым занята до настоящего времени. 

Вместе с тем, указанные истцом причины, не могут быть признаны уважительными, поскольку с даты трудоустройства в АО «СиГМА», продолжая выполнять работы по должности заместителя начальника отдела товарно-материальных ценностей в ООО «Озерновский ГМК» на условиях совместительства, и как следует из содержания искового заявления, истец знала, что за выполнение трудовых функций в ООО «Озерновский ГМК» ей должна был быть произведена доплата.

То обстоятельство, что уважительность причин пропуска обращения в суд истец связывает с наличием судебных споров, из которых ей стало известно о нарушении ее трудовых прав, основан на неверном толковании норм трудового законодательства. 

Иных каких-либо доводов и доказательств наличия обстоятельств, объективно воспрепятствовавших обращению в суд в течение установленного законом срока, истцом суду не представлено и материалы дела таковых не содержат.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что по требованию о взыскании задолженности по заработной плате за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истцом пропущен срок исковой давности, предусмотренный ст. 392 ТК РФ.

В связи с этим, суд производит свой расчет задолженности по заработной плате, исходя из размера должностного оклада заместителя начальника отдела товарно-материальных ценностей АО «СиГМА»: с ДД.ММ.ГГГГ в размере 38 955 руб. в месяц.

Учитывая тот факт, что учет рабочего времени истца работодателем не велся, суд признает возможным произвести расчет заработной платы в соответствии с ч. 1 ст. 284 ТК РФ, исходя из половины рабочего времени.

Расчет заработной платы произведен следующим образом: 

21 703 руб. 50 коп. (19477 руб. 50 коп. /21 рабочих дня х 9 рабочих дней апреля 2024 г. х 2,6 (районный коэффициент и северная надбавка)) + 50641 руб. 50 коп. (19477 руб. 50 коп. оклад х 2,6 (районный коэффициент и северная надбавка) х 1 (полный месяц работы в мае 2024 года).

Учитывая изложенное, суд взыскивает с ответчика в пользу истца приведенную задолженность по заработной плате за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 72435 руб. (с учетом НДФЛ).

Рассматривая исковые требования о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск за период работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 105 679 руб. 03 коп. (с учетом НДФЛ), суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 286 ТК РФ лицам, работающим по совместительству, ежегодные оплачиваемые отпуска предоставляются одновременно с отпуском по основной работе. 

Согласно ч. 1 ст. 127 ТК РФ при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска. Выплата работнику денежной компенсации за неиспользованные отпуска является безусловной обязанностью работодателя, но по соглашению сторон трудового договора может быть заменена предоставлением неиспользованных отпусков с последующим увольнением, для чего должна быть выражена воля работника.

Средний дневной заработок для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется за последние 12 календарных месяцев путем деления суммы начисленной заработной платы на 12 и на 29,3 (среднемесячное число календарных дней) (ч.4 ст.139 Трудового кодекса РФ). 

В соответствии со ст. 139 ТК РФ, постановлением Правительства Российской Федерации от 24.12.2007 № 922 утверждено Положение об особенностях порядка исчисления средней заработной платы (далее – Положение), которым в том числе определены виды выплат, применяемых у работодателя, которые учитываются для расчета среднего заработка, порядок и механизм расчета среднего заработка, включая порядок расчета этого заработка для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска. 

Для расчета суммы компенсации за дни неиспользованного отпуска необходимо средний дневной заработок работника умножить на количество дней (календарных или рабочих) неиспользованного отпуска (абз.2, 4 п.9 Положения). 

Согласно п.10 Положения средний дневной заработок для оплаты отпусков, предоставляемых в календарных днях, и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за расчетный период, на 12 и на среднемесячное число календарных дней (29,3). 

В случае если один или несколько месяцев расчетного периода отработаны не полностью или из него исключалось время в соответствии с пунктом 5 настоящего Положения, средний дневной заработок исчисляется путем деления суммы фактически начисленной заработной платы за расчетный период на сумму среднемесячного числа календарных дней (29,3), умноженного на количество полных календарных месяцев, и количества календарных дней в неполных календарных месяцах. 

Количество календарных дней в неполном календарном месяце рассчитывается путем деления среднемесячного числа календарных дней (29,3) на количество календарных дней этого месяца и умножения на количество календарных дней, приходящихся на время, отработанное в данном месяце. 

Истцом представлен соответствующий расчет компенсации за дни неиспользованного отпуска за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 105 679 руб. 03 коп., который судом проверен и признан арифметически неверным, в связи с чем, производит свой расчет.

Так, в соответствии с расчетом истца его средний дневной заработок для оплаты отпуска, исчисляемый в календарных днях, составил 1524 руб. 29 коп., исходя из расчета: 535 942 руб. 11 коп. / 12 мес. / 29,3 дн., который судом принимается за основу при расчете компенсации за неиспользованный отпуск.

При этом размер подлежащей взысканию с ответчика компенсации за неиспользованный отпуск за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ составил 99 078 руб. 85 коп. (без вычета НДФЛ), исходя из расчета: 1524 руб. 29 коп. х 65 дн. неиспользованного отпуска.

Срок по требованию о компенсации за неиспользованный отпуск истцом не пропущен, поскольку право обратиться в суд с данным требованием истец имела со дня установленного законом срока выплаты денежной компенсации за все неиспользованные отпуска, причитающейся ей при увольнении (то есть с ДД.ММ.ГГГГ, с которого срок исковой давности не пропущен) (часть 1 статьи 127 ТК РФ).

В соответствии с ч. 1 ст. 236 ТК РФ при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

При таких обстоятельствах, поскольку судом удовлетворены требования истца о взыскании с ответчика задолженности по заработной плате, компенсации за дни неиспользованного отпуска, то с учетом положений ст. 236 ТК РФ, с ответчика в пользу истца также подлежит взысканию компенсация за несвоевременную выплату заработной платы и компенсация за дни неиспользованного отпуска. 

Поскольку суд пришел к выводу о взыскании в пользу истца задолженности по заработной плате, компенсации за неиспользованный отпуск, с учетом требований ст. 236 ТК РФ, подлежат удовлетворению и требования истца о взыскании с ответчика как компенсации за несвоевременную выплату заработной платы за апрель 2024 г. за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 9 786 руб. 84 коп. и за май 2024 г. за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 20 999 руб. 34 коп. с учетом установленных дат выплаты заработной платы (28 числа каждого месяца за первую половину текущего месяца, 13 числа каждого месяца за отчетный период), так и компенсации за нарушение срока выплаты компенсации за неиспользованный отпуск за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 41084 руб. 70 коп. (расчет произведен с использованием калькулятора компенсации за задержку заработной платы в электронной правовой системе «КонсультантПлюс»).

Также подлежат удовлетворению требования истца о возложении на ответчика обязанности уплатить за работника налог на доходы физических лиц и страховые взносы в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации, о чем предоставить сведения индивидуального (персонифицированного) учета в соответствующий орган Пенсионного фонда Российской Федерации, на основании следующего. 

Так, в соответствии со ст. 22 ТК РФ работодатель обязан осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами. 

Согласно пп. 1 п. 1 ст. 6 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» страхователями по обязательному пенсионному страхованию являются лица, производящие выплаты физическим лицам, в том числе организации, индивидуальные предприниматели, физические лица. 

В соответствии с абзацами третьим и четвертым п.2 ст.14 этого же Закона страхователи обязаны своевременно и в полном объеме уплачивать страховые взносы в Фонд и вести учет, связанный с начислением и перечислением страховых взносов в Фонд; представлять в территориальные органы страховщика документы, необходимые для ведения индивидуального (персонифицированного) учета, а также для назначения (перерасчета) и выплаты обязательного страхового обеспечения. 

Кроме этого, на основании ст. 11 Федерального закона Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» страхователь обязан предоставлять предусмотренные п.п. 2 - 6 настоящей статьи сведения для индивидуального (персонифицированного) учета в органы Фонда по месту своей регистрации, а сведения, предусмотренные п. 8 настоящей статьи, - в налоговые органы в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах. 

Предоставление сведений индивидуального (персонифицированного) учета предусмотрено действующим законодательством в целях создания условий для назначения трудовых пенсий, обеспечения достоверных сведений о стаже и заработке, определяющих размер пенсии при ее назначении, создания информационной базы для реализации и совершенствования пенсионного законодательства. 

В соответствии с п. 1 ст. 226 Налогового кодекса Российской Федерации российские организации, индивидуальные предприниматели, нотариусы, занимающиеся частной практикой, адвокаты, учредившие адвокатские кабинеты, а также обособленные подразделения иностранных организаций в Российской Федерации, от которых или в результате отношений с которыми налогоплательщик получил доходы, указанные в п.2 данной статьи, обязаны исчислить, удержать у налогоплательщика и уплатить сумму налога, исчисленную в соответствии со ст.225 названного Кодекса. 

Согласно ч. 4 ст. 226 Налогового кодекса Российской Федерации налоговые агенты обязаны удержать начисленную сумму налога непосредственно из доходов налогоплательщика при их фактической выплате. Удержание у налогоплательщика начисленной суммы налога производится налоговым агентом за счет любых денежных средств, выплачиваемых налоговым агентом налогоплательщику, при фактической выплате указанных денежных средств налогоплательщику либо по его поручению третьи лицам.

Поскольку из содержания названной статьи следует, что суд не относится к налоговым агентам, то на него не возлагается обязанность по удержанию с работника налога на доходы физических лиц. Взыскиваемые судом суммы по оплате труда подлежат налогообложению в общем порядке налоговым агентом, в данном случае работодателем. 

С учетом изложенного, ООО «Озерновский ГМК» обязано уплатить за истца страховые взносы в Фонд пенсионного и социального страхования РФ, о чем предоставить сведения индивидуального (персонифицированного) учета в соответствующий пенсионный орган, и отчисления налога на доходы физических лиц за весь период установления трудовых правоотношений. 

Рассматривая требование истца о компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 ТК РФ, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и (индивидуальных особенностей потерпевшего (статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №) приведены разъяснения о том, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25 названного постановления).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер и степень умаления таких прав и благ, интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда; последствия причинения потерпевшему страданий. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага (пункт 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №).

Сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (абзацы второй и третий пункта 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №).

Суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др. (абзац первый пункта 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

В абзаце четвертом пункта 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» указано, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что работник имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя.

Определяя размер такой компенсации, суд не может действовать произвольно. При разрешении спора о компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника суду необходимо в совокупности оценить степень вины работодателя, его конкретные незаконные действия, соотнести их с объемом и характером причиненных работнику нравственных или физических страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, в числе которых значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушений, требования разумности и справедливости, а также соразмерность компенсации последствиям нарушения трудовых прав работника.

Вопрос о разумности присуждаемой суммы компенсации морального вреда должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, при этом исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, то есть сумма компенсации морального вреда должна быть адекватной и реальной. Присуждение же чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы компенсации морального вреда будет означать игнорирование требований закона, и приведет к отрицательному результату, создавая у потерпевшего впечатление пренебрежительного отношения к его правам.

Соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации морального вреда. 

Аналогичная правовая позиция о порядке определения размера компенсации морального вреда, причиненного работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, приведена в пункте 19 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам, связанным с заключением трудового договора, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации ДД.ММ.ГГГГ, и в пункте 48 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № (2022), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации ДД.ММ.ГГГГ.

Принимая во внимание, объем и характер причиненных истцу нравственных страданий, мотивы приведенные истцом в обоснование размера компенсации морального вреда, степень вины ответчика, обстоятельства дела, принцип разумности и справедливости, суд считает возможным удовлетворить заявленные истцом требования о компенсации морального вреда в размере 30 000 рублей, полагая, что данная сумма в достаточной мере обеспечивает восстановление прав истца.

На основании пп.1, 3 п.1 статьи 333.19 Налогового кодекса РФ, с ответчика в доход Петропавловск – Камчатского городского округа подлежит взысканию государственная пошлина в размере 11 299 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

исковые требования К. удовлетворить частично.

Признать отношения, возникшие между К. и ООО «Озерновский горно-металлургический комбинат» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по должности заместителя начальника отдела товарно-материальных ценностей по совместительству, трудовыми.

Взыскать с ООО «Озерновский горно-металлургический комбинат» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу К. (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт № №) задолженность по заработной плате за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 72345 рублей (с учетом НДФЛ); компенсацию за неиспользованный отпуск за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 99078 рублей 85 копеек (с учетом НДФЛ); проценты за нарушение срока выплаты заработной платы в размере 30 786 рублей 18 копеек; проценты за нарушение срока выплаты компенсации за неиспользованный отпуск за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 41084 рублей 70 копеек; компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей.

Обязать ООО «Озерновский горно-металлургический комбинат» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) уплатить за работника К. налог на доходы физических лиц, страховые взносы в отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Камчатскому краю с предоставлением сведений индивидуального (персонифицированного) учета.

В остальной части исковых требований К. отказать.

Взыскать с ООО «Озерновский горно-металлургический комбинат» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в доход бюджета Петропавловск-Камчатского городского округа государственную пошлину в размере 11 299 рублей.

Решение может быть обжаловано в Камчатский краевой суд через Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в течение месяца с даты составления решения в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 9 сентября 2025 г.

Судья Г.А. Липкова

подлинник решения находится в деле 

Петропавловск-Камчатского городского суда

Камчатского края № 2-4650/2025

УИД № 41RS0001-01-2025-003994-84